Странник "Нулевой"

      Сет стоял перед кабинетом Чжу Юань, сгорая от нетерпения. Капитан должна была прийти с минуты на минуту и столкнуться с новым для себя явлением: сержантом Лоуэллом с заявлением на оформление отпуска. Да, всего на один день, но всё же. Сет никогда не брал отгулов, даже когда его активно просили. Но в этот раз… всё иначе. С момента встречи с Ури прошла неделя. За это время коллеги сержанта отметили одну ранее не свойственную ему черту: сержант перестал задерживаться на работе. Обычно, Лоуэлл оставался в участке до глубокой ночи и помогал коллегам с отчётами. Однако в течение этой недели юноша стремглав бежал к турникетам на выходе из участка как только часы показывали шесть вечера. Дежурные посмеивались – “распробовал наконец новичок бытие полицейского, вот и бежит с работы сломя голову, как только кончается смена. Ещё немного, и наш идеальный сержант прогуливать начнёт!”       Часы на стене показывают половину девятого. Сет постоянно на них поглядывает, чтобы скрасить ожидание и хоть немного привести мысли в порядок. «Семейные обстоятельства. Худшая отмазка на свете. Капитан же знает, что я с братом не общаюсь, а с родителями только по выходным вижусь. Я столько времени в участке провожу, что впору рабочий коллектив семьёй называть. Эх... Но не говорить же ей правду? Но и врать тоже ведь нехорошо» —Черт, как же всё сложно! — Что сложного, Сет? Лоуэлла как ушатом вёдра облили. "Она уже здесь?! Как давно, что она услышала?" — Кхм-кхм, капитан, ничего, я так, о своëм... Кстати, мне нужно... Я хотел попросить... — Заходи. Только сначала скажи: ты в порядке? – спросила девушка, открывая кабинет. — Да. В полном. Абсолютно. - слишком быстро ответил сержант, проходя в кабинет вслед за своим капитаном. Помещение встретило его привычными для участка светло-синими обоями. У дальней стены стояла пара металлических стеллажей, забитых сверху донизу разнообразными папками и бумагами. Близ единственного окошка, на подоконнике которого красовалась гордость Чжу – помидорная рассада, – стоял широкий лакированный стол, вытесанный из тёмного дуба. На нём удобно расположились канцелярские принадлежности, монитор рабочего компьютера и фотография семейства Юань в полном составе – отец, мать и дочь. — Садись. И рассказывай. Ты уходишь ровно в шесть уже целую неделю. Почему? Обычно ты ночуешь в участке. Ты в порядке? Что-то случилось? — Капитан, я просто хочу отгул. Один день. Чжу пристально вглядывается в лицо сержанта. — Сет. Я видела тебя после перестрелок менее дерганым. Что случилось? — Ничего. Семейные... обстоятельства. — Какие например? Комиссар здоров, родители ваши тоже в порядке. — Ну... родственники дальние. Очень дальние. Приехали. В гости. Чжу Юань вздыхает и берет бланк: — Ты врёшь как наш банбу на экзамене по следственной этике. – Она начинает заполнять. — Но подписывать я это не обязана. Поэтому – последний вопрос. Ты вляпался во что-то, из чего тебя вытаскивать? Сет твëрдо отвечает: — Нет. Я просто... мне нужно разобраться в одном деле. Личном. Не служебном. Чжу смотрит на него долго, пристально, словно оценивающе, но в конце концов ставит подпись: — Зря ты темнишь, Лоуэлл. Держи. И запомни: если это «личное дело» полезет в оперативную сводку – я тебя лично отправлю патрулировать набережную в костюме зайца. Понял? Сет улыбается, встает: — Есть, капитан.       Сет идет по коридору до своего рабочего места. Его взгляд бессмысленно скользит по знакомому и привычному внутреннему убранству участка пока в его голове идёт ожесточенный спор двоих. Словно на заседании суда, где Сет Лоуэлл - подсудимый: — «Независимый исследователь». Ты слышишь себя? Это рейдер. Ты будешь рейдером - ты, образцовый сержант, выпускник с отличием - будешь работать с теми, кого должен ловить, – злым, менторским тоном пеняет ему голос "прокурора", чем-то похожий на брата. — А ты предлагаешь прийти к ним с удостоверением и попросить доступ к закрытым зонам? «Здрасте, я из СОБЕЗа, пустите в каверну без ордера»? - парирует второй, уставший, но напористый голос "адвоката". — Есть процедуры. Есть запросы. Есть... — Есть бюрократия, которая съест месяц. А он там. Один. И если я не успею, пока он... — Пока он – что? Снова спасёт кого-то? Он всего лишь убивает эфириалов, это что теперь – преступление? — Это не преступление. А желание узнать правду? Тоже нет. Поэтому я иду. — Ты ради собственного эгоизма нарушаешь те принципы из-за которых поссорился с братом? А чем ты от него тогда отличаешься, а Сет Лоуэлл? — Если ты считаешь, что "рассказать близким Странника правду о его судьбе" – это эгоизм, то ты кретин и лицемер, а не порядочный СОБЕЗовец. Они имеют право знать правду. То, что эта тайна и нам интересна - лишь сопутствующий бонус. — Это я-то кретин? Да ты собирался кинуться хвостом за этим виджиланте в крутой маске в тот же миг, как его увидел! — И что с того? Обстоятельства изменились. Джейн бы одобрила адаптивность... — Джейн бы это одобрила? Серьёзно? Ты на неё ссылаешься? — Да заткнитесь вы оба! Последнюю фразу Сет выкрикнул вслух, уставший от бесконечной перепалки в своей голове. Проходившие мимо коллеги с испугом оборачиваются: — Лоуэлл, ты чего? — Кхм, простите, пожалуйста... Заработался я.       Смущенный своей выходкой, Сет садится за стол. Рядом стопка бумаг. Он смотрит на них, потом на часы. «Авантюры авантюрами, а контрабандисты сами себя не посадят. Работать, Лоуэлл. До шести ещё целый день».       Солнце уже давно преодолело зенит, когда Сет доехал до поста Скотт. Это место, словно муравейник, постоянно кипело жизнью: автомобили с символикой Вооруженных Сил то и дело ездили через КПП, а армейские вертолёты регулярно приостанавливали свой полёт над территорией. «Час ехал. Час. За это время можно было три отчёта написать. Или два допроса провести. Или... ладно, не отвлекаться. Ты здесь не для отчётов», – думал сержант, пока солдат неспешно проверял его документы. Солдат поднимает взгляд на новоприбывшего: — Проходите, исследователь, – произносит он с едва заметной насмешкой, возвращая документы. «Исследователь. Звучит как ругательство в их устах»       Подходя к тенту командования, тиррен слышит уже знакомый ему раздражённый голос главы исследовательской группы от института "Уайтстар" – Рей. — Капитан, если мы будем ждать идеальных условий, Нулевая первой исследует нас! У меня пять сенсоров горят, данные уникальные, а вы... Её перебивает уставший, но твёрдый голос Роланда - капитана Вооружённых Сил из Обсидиановой дивизии, главы поста Скотт. — А вы, Рей, забываете, что после ваших «уникальных данных» моим людям вытаскивать трупы из каверны. Я сказал – ждём подтверждения с базы. — Да сколько можно... Спор обрывается мгновенно как только Сет подходит. Он видит троих: Роланда и Рей, мгновенно замолкающих, как только он показывается из-за угла, и... Вайза. Девушка быстро(настоящий профессионал!) меняется в лице и радостно приветствует прибывшего: — О, это же наш многообещающий новичок! Знакомься, твой новый непосредственный начальник – и по совместительству командир самой профессиональной независимой исследовательской группы, с которой мы работали.       Сет и Вайз смотрят друг на друга. Пауза. Длинная, тяжёлая. Воздух вокруг них двоих будто густеет. Кажется, ещё чуть-чуть – и дышать будет нечем. Вайз первый, нарушает молчание и с кривой улыбкой произносит: — Хм. Рей, не надо нас представлять. Мы уже знакомы. Рей удивленно выгибает бровь: — Серьёзно? Мир тесен. Роланд, хмыкнув, отмечает: — В Нью-Эриду все друг друга знают. Вопрос – зачем. — Сет – мой хороший друг. – он делает паузу, смотрит на Сета. — Не ожидал, правда, что он зайдёт к нам лично... Мы отойдём на пару минут. Нам наверное есть что обсудить, верно, Сет? Сет, кивает, всё ещё пытаясь переварить увиденное: — Ага. То есть... да. Конечно.       Они отходят к ограждению и перед ними открывается фантастический, нереальный вид на Нулевую каверну. Пост Скотт находится на самом краю Разлома и следующей за ней зоной аномальной гравитации. Под аккомпанемент тихо жужжащих военных установок и изредка пролетающих вертолётов, они смотрят на завораживающий пейзаж самой опасной каверны в истории Нью-Эриду. Словно чёрная дыра в недрах бескрайнего космоса, пожирающая всё, до чего она добирается, Нулевая обладает "диском" переливающегося разноцветного света. Вокруг неë парят обломки строений, а сама она издаёт тихий, едва слышимый неописуемый шум. Оба парня долго молчат, не понимая как начать этот сложный и неудобный разговор. — Не ожидал тебя здесь увидеть. — Взаимно. — Красиво. И страшно одновременно. Вайз пожимает плечами: — Она всегда так выглядит. Привыкнешь. Сет, поворачиваясь к нему: — С каких пор ты работаешь на Ассоциацию? Вайз пожимает плечами, старательно избегая взгляда: — Последние пару месяцев. Прибыль в прокате упала, счета за свет выросли. Пришлось искать подработку. — И ты выбрал подработку в Нулевой? Самую опасную каверну? — А ты выбрал пойти туда же. Мы оба или идиоты, или отчаянные. Я склоняюсь к первому, – говорит Вайз, горько усмехаясь. Сет пристально смотрит на него и после небольшой паузы тихо обращается к парню, стоящему близ него: — Я не думал, что командир группы – это ты. — Я тоже не думал, что новичок, который подал заявку – это ты. Документы же обезличенные, пока комиссия не утвердит. Увидел твоё фото сегодня утром – чуть чаем не подавился. — И не отговорил? — А отговорил бы? Ты если что в голову вбил – танком не собьёшь. Помнится, ты мне рассказал как-то, что на экзамене в академии три часа спорил с преподавателем из-за неверной формулировки. Сет смущённо восклицает: — Это была намеренная ошибка в терминологии, он завалить меня пытался! — Вот именно.       Вайз спокойно улыбается и вновь отворачивается к тёмной сфере Нулевой, застилающей горизонт. Затем, меняя тон, осторожно спрашивает: — Так что тебя привело сюда, Сет? Честно. — У родичей проблемы. Деньги срочно нужны. «Чёрт, слишком быстро. Он поймёт.» Вайз смотрит на него несколько секунд и отводит взгляд: — Ясно. «Он не верит. И правильно делает. Я бы себе не поверил», – думает Сет. «Родичи. У него нет родичей, кроме брата, с которым он не разговаривает. Врёт. И я вру. Красота», вздыхает про себя Вайз. — Ладно. Не важно, что нас сюда привело, главное разобраться с заказом и разойтись по домам целыми, невредимыми и при деньгах, верно? – деловым тоном произносит Вайз, — Работать будем так: я дальше зоны низкого давления не пойду, буду вести вас через банбу. У меня устойчивость к заражению отвратительная – глубоко сунусь, и потом Белль меня откачивать будет неделю. — А она тоже... исследователь? — Нет. Она присматривает за прокатом. «Опять врёт. Или не договаривает. Чёрт, Вайз, во что ты вляпался?» Вайз, словно прочитав мысли, разворачивается тиррену и смотрит тому прямо в глаза: — Слушай. Я понимаю, что это выглядит странно. Но у всех в этом городе есть секреты, верно? Ты свои не рассказываешь, я свои не рассказываю. Главное – на выходе из каверны чтобы мы оба были живы и при деньгах. Сет молчит несколько секунд, а потом медленно кивает: — Договорились. — Выход завтра в восемь утра. Не опаздывай, Роланд терпеть не может, когда график срывают. И... – он мнётся, – будь осторожен там. Нулевая – не то место, где можно геройствовать.       Сет идёт к выходу с поста. Солнце почти село. Тени, словно продолжение чёрной оболочки каверны, тянутся на несколько метров вперёд. «Он врёт. Про прибыль, про счета, про устойчивость. Врёт так же уверенно, как я про родичей. И мы оба знаем, что врём. И молчим. Потому что... потому что так проще?» Он останавливается у ворот. Мысль, горькая, словно лакричный леденец мелькает в голове Лоуэлла: «Опять я пошёл на сделку с совестью. Ради правды. А теперь мой друг, который врёт мне в глаза, будет меня прикрывать. И я не могу его спросить – потому что сам вру в ответ. Надеюсь... надеюсь, оно того стоит».       Сержант выходит с поста. Солдат, стоящий на КПП глядит ему вслед и произносит: — Удачной охоты, исследователь. Сет, не оборачиваясь, машет тому рукой на прощание. «Исследователь. Угу. Охотник за призраками».