Провидец

Яркий свет зала ослепляет. Демоны оборачиваются, учуяв запах слабого человека. Цинхуа пытается спрятаться от хищных взглядов за широкой спиной Мобэя, но тот берет его за руку, переплетает их пальцы, не позволяя это сделать. Второй рукой подхватывает бокал с вином и протягивает спутнику. Цинхуа сбивчиво благодарит и замечает подошедшего к ним элегантного демона. Красивого, с коварной улыбкой и холодным высокомерием в глазах. Легко узнать одного из самых подлых персонажей: дядю Мобэя, оставившего привязанного к нему демоненка на растерзание людям. Тогда этот сюжетный ход казался гениальным, добавляющим трагичности судьбе персонажа и объясняющий его проблемы с доверием. Сейчас Цинхуа не хотел бы причинять боль своим героям. Они ощущаются живыми, не заслуживающими страданий, даже ради невероятной силы и крутого характера. Линьгуан медленно осматривает человека, уделяя особое внимание его одежде и украшениям. Спрашивает у Мобэя: — Ты собрался жениться на закуске? Мобэй кладет руку на плечо Цинхуа, угрожающе скалится: — Оскорбляя моего супруга, ты оскорбляешь меня. Цинхуа закашливается, подавившись напитком, удивленно смотрит на своего Короля. Довольный произведенным эффектом, Линьгуан приподнимает бровь, ехидничает: — Да? И когда официальная церемония? — Как и планировалось, через месяц. — Непременно поприсутствую и поздравлю, если твой слуга не сбежит, — кивнув на шею племянника, продолжает: — Кстати, смотрю, вы не смогли дождаться церемонии. Думал, тебе не хватит опыта и смелости для подобного. Он величественно удаляется под пристальным взглядом Мобэя, стиснувшего зубы. Цинхуа судорожно соображает, пока не вспоминает о демоническом законе: стать владыкой земель возможно только после заключения брака. Этот закон требовался для дополнительных ста глав «Пути гордого бессмертного демона». Эпичные интриги и схватки в гареме закончились фразой Бинхэ, что он не в силах выбрать одну девушку в императрицы, и отменой закона. Однако у северных демонов традиция сложнее. Брак должен быть заключен до передачи сил рода, чтобы супруга охраняла будущего правителя в самый уязвимый момент. Видимо, отец Мобэя совсем плох, и передать силы, как и заключить брак, нужно как можно скорее. Игнорируя боль в груди, Цинхуа говорит: — Хорошо, что впереди целый месяц. Мы успеем найти вам подходящую супругу. Надо устроить смотрины, — мысленно добавляет: «Или Бинхэ отменит закон и поможет пройти испытание, как в старые добрые времена». Мобэй смотрит странно: словно пытается решить сложную логическую задачу. В итоге осторожно интересуется: — А если мне приглянулся человек, как привлечь его внимание? Такое нельзя допустить! Линьгуан точно вмешается при передаче сил рода: он еще не забыл, как невеста предала его, отдав предпочтение младшему брату, и захочет вернуть свое. Даже если человек будет сильнейшим заклинателем, по уровню ци он сравнится разве что с демоненком и окажется беспомощным. Надо убедить Мобэя в бесполезности людей и дать совет, который уважающий себя демон никогда не исполнит. — У людей принято быть жалким. Мобэй задумчиво кивает. Он уже догадывался о такой людской традиции по поведению Бинхэ.

***

Вернувшись в свои покои, Цинхуа растирает тушь и начинает писать. О встрече Мобэя на смотринах с демоницей из знатного рода. Сказочной красавицей, подходящей по характеру и статусу. Сдержанной, мудрой правительницей, способной противостоять дворцовым интригам. Смелой и свирепой в бою, готовой повести войско. Ненасытной и страстной в постели. Все как демоны любят. Мобэй влюбится в нее с первого взгляда. Они составят достойную пару, и у них будет двое, нет, трое детей, которые возглавят северные регионы. На последних иероглифах рука начинает подрагивать. Не перечитывая написанное, Цинхуа рвет бумагу и швыряет обрывки в камин. Наблюдает за догорающей бумагой, размышляя, почему не хочет, чтобы у Мобэя появилась невеста.

***

В назначенный день Цинхуа нехотя плетется на смотрины. Останавливается перед троном, стараясь не поглядывать на сидящего на нем Мобэя. Величественного, но непривычно бледного и уставшего, словно не спавшего всю ночь. Вереница демониц выстраивается перед провидцем. Он подходит к каждой, извиняется, прежде чем легко прикоснуться к запястью. Информации много: одна явилась, чтобы обманом женить на себе Мобэя и убить его во сне, отомстив за гибель родственников, другая — чтобы угодить родителям, третья — ради богатств, а у четвертой уже есть любимый демон. Цинхуа покорно переходит от одной девушки к другой, чувствуя себя хомячком под наблюдением снежного барса. Особенно неожиданно увидеть среди кандидаток Ша Хуалин. Дева Ша рассматривает свои состриженные ногти и словно сама не рада здесь находиться, желая побыстрее покончить с этим делом. Похоже, отсутствие интереса главного героя позволило ей искать любовь. Она с готовностью протягивает руку, на которой позвякивают золотые браслеты. Едва коснувшись запястья, Цинхуа краснеет и отшатывается. В видении — подробнейшая порнографическая сцена. Даже в самых смелых фантазиях он не представлял жен Бинхэ вместе и не догадывался, что они предпочтут дыньки непревзойденным огурцам. И в какой момент Хуалин успела соблазнить праведную Минъянь? С этим миром явно что-то не так! Он пытается отойти от шока, когда Мобэй резко тащит его в сторону. Впечатывает в стену в темном коридоре. Воздух покидает легкие, зубы клацают, вырывается тихий стон боли. Мобэй взбешен. Хватает за подбородок, не позволяя отвернуться, хмурится и чеканит каждое слово: — Что ты там увидел? Цинхуа зажмуривается: — Ничего, стоящего вашего внимания. — Ты увидел ее рядом с собой? Только испил моей крови и принял предложение, как планируешь сбежать с первой попавшейся демоницей? Страх отступает. Шокированный Цинхуа восклицает: — Нет! Ни в коем случае! Мобэй плавно отпускает, делает шаг назад, исчезает в тенях, оставив растерянного Цинхуа. Какое он принял предложение?

***

— Не понимаю. Бинхэ, возмущенный необходимостью помогать другу вместо времени с супругом, раздраженно косится на Мобэя. Пора попросить его перестать появляться прямо посреди Бамбуковой хижины. — Что именно? — Моего человека. Он выпил мою кровь, притворился жалким, и мы разделили ложе, а он продолжает подсовывать мне наложниц. Более того, сам смеет на них заглядываться! Цинцю отвлекается от изучения свитка, прикрывает лицо веером, пряча легкую улыбку и искру интереса в глазах. — И кто стал этим человеком? — Провидец. Шан Цинхуа. С щелчком закрыв веер, Цинцю невинно говорит: — Я бы хотел получить предсказание.

***

Официальное приглашение от Шэнь Цинцю стало полной неожиданностью. Не желая отказывать пиковому лорду, Цинхуа приходит в Бамбуковую хижину, присаживается за стол, готовый выслушать вопрос. Супружеская пара не обращает на него внимания. Шэнь Цинцю расчесывает волосы Бинхэ, ласково перебирая темные пряди. Бинхэ млеет от удовольствия, запрокинув голову и прикрыв глаза. Заметив гостя, Цинцю напоследок заплетает тонкую косичку и смущенно произносит: — Муж, могу я поговорить с провидцем наедине? Бинхэ сникает, но приносит с кухни чай и закуски. Уходит, пробормотав о срочных делах в мире демонов. Взгляд Цинцю становится пристальным и как никогда похожим на оригинального злодея. Встав, он выглядывает из окна, рассматривает пространство под ним, удовлетворенно кивает и взмахом руки устанавливает звуконепроницаемый барьер. Вернувшись на место, интересуется: — Самолёт, стреляющий в небеса? Цинхуа застывает, не в силах вымолвить ни слова. Дрожащим голосом спрашивает: — Ты… Откуда ты узнал мой ID? Шэнь Цинцю оказывается поражен не меньше. Он хотел проверить реакцию на это имя, чтобы вычислить коллегу-читателя, но не ожидал наткнуться на самого автора! Растеряв возвышенный облик, выпаливает: — Я узнал про еще одного попаданца, когда Юэ Цинъюань показал записку с просьбой проверить меня на одержимость! Он счел ее забавной! Что за бред ты там понаписывал? Зачем добавил английские слова, да еще и с ошибками? Цинхуа мысленно проклинает простачка главу школы. Нельзя настолько доверять боевым братьям. Цинцю отшвыривает веер, выдает гневную тираду: — Все это время это был ты! Автор сюжета, полного дыр! Завязки, которые никуда не ведут! Текст, заставляющий бомбить без передышки! Стиль на уровне ученика начальной школы! Сомнительные мотивации персонажей, фауна с глупейшими названиями и опасная флора, восемьдесят процентов которой приводит к постельным сценам. Кстати, о них: что за оружие массового поражения в штанах у Бинхэ? В каком месте это удобно? Стиль ругани кажется подозрительно знакомым: — Непревзойденный огурец? — Он самый! Объясни мне как автор: что за бардак творится в этом мире? Цинхуа поднимает руки в извиняющемся жесте: — Я не знаю. Я делал безобидные правдивые предсказания и не отсвечивал. Это ты повлиял на сюжет! Носился с главным героем в детстве, переманил заботой на голубую сторону! У тебя хоть хватило духу скинуть его в бездну? — Не было никакой бездны! Новый глава пика Аньдин побоялся сотрудничать с демонами. Бинхэ просто однажды заявился в слезах и признался в своем происхождении! Да еще и утверждал, что мы созданы друг для друга! Это ты ему наплел? В этот вечер Цинхуа пришлось ответить на множество вопросов и претензий. Чай сменился бамбуковой водкой, которую Цинцю с заговорщицким видом достал из-под половицы. За крепким напитком удалось узнать, как сложилась судьба Бинхэ. Приняв свое демоническое происхождение, он вместе с учителем расследовал историю исчезновения своих родителей и вызволил отца из заключения. Таньлань отказался править царством демонов и отправился в странствие на поиски останков Су Сиянь. Путешествуя, он проникся культурой людей, выучил несколько странных песен и почему-то захотел получить автограф Минъянь. Бинхэ занял место отца, заодно победив в бою Мобэя, ставшего ему другом и помощником. После долгого разговора повисает тишина. Цинцю прислушивается к шелесту бамбука за окном, едва слышно произносит: — И все-таки этот мир — удивительное место. Цинхуа впервые понимает, что не хочет возвращаться в родной мир. Его жизнь была скучной, не считая моментов писательства. Воспоминания о комфорте прошлого мира и немногочисленных знакомых уже давно стали расплывчатыми. Он привык к необычным пейзажам, различной флоре и фауне, возможности использовать амулеты и самой поразительной из способностей — предсказаниям. Цинцю безжалостно продолжает: — Но я все равно скучаю по интернету. — А я — по лапше быстрого приготовления и энергетикам. Эй, не надо меня осуждать, бро. Ты сам питался не лучше. — И погиб от еды! — Сочувствую, я в каком-то смысле тоже! За обсуждением возможности использовать духовные зеркала для связи был допит алкоголь. Расслабленный Цинхуа опирается на плечо Непревзойденного огурца, бормочет заплетающимся языком: — Можно переночевать здесь? Цинцю отодвигает его рукой, восклицает: — Нет! От резкого движения Цинхуа наваливается на него, и в таком положении их застают вернувшиеся демоны. На лбу Бинхэ вспыхивает алая метка. Подхватив Цинхуа за шкирку, он швыряет его в объятия Мобэя и подбегает к мужу. Сам Мобэй с яростью смотрит на Цинцю, подозревая в слишком быстром сближении с Цинхуа. Решив, что его человек должен хорошо себя чувствовать утром, чтобы рассказать все подробности этой встречи, Мобэй спрашивает у Бинхэ рецепт супа от похмелья. Помимо рецепта, Бинхэ пытается дать советы для комфортных совместных ночей с супругом. Мобэй исчезает, не желая слушать о подобном до церемонии.