Несправедливо

      Василий Васильевич приехал ближе к вечеру в пятницу с утра, чтобы посмотреть на своего будущего… «коллегу».       Василий Васильевич даже похудел с их последней встречи. Вилюр уже пошутил, что это последствия пребывания с ним в одном здании. Теперь Васильевич выглядел в разы суровее: его повысили. Ранее он готовил солдат и иногда роботов на военных курсах… теперь же он отвечал за нарушение работоспособности роботов. Короче говоря, беглецам бошки отрывал. — Вот! — Васильевич похлопал Маркуса по плечам, а тот как стоял, так и стоит. — Вот это я понимаю — солдат… Не то что ты, — он с укором глянул на Вилюра, и тот хихикнул. — Прочёл твоё дело… — продолжил он, поворачиваясь к экрану Маркуса. — Грустно, конечно, получилось… Покажи руки.       Маркус послушно стянул митенки. На самом деле он ужасно боялся того, что будет дальше. Васильевич взял одну его руку в свою и изучил, а затем тихо замычал. — Ты их поэтому носишь? — спросил он, указывая на митенки, которые Маркус держал в руках. Маркус знал, что их сейчас отнимут, поэтому соврал: — Это заводской набор. — Да? — удивился Васильевич. — Странно… А хотя да, ты ж архивариус. Ну-ка, стрелять умеешь?       Маркус кивнул. — Покажи, — Васильевич кивнул на лестницу, чтобы Маркус направился следом. Маркус посмотрел на Вилюра испуганным взглядом и ушёл.

***

— Ой… — пробормотал Вилюр, глядя на Маркуса, который опять ревел. Вилюр повернулся к Вектору и шепнул: — Я не знаю, как поддержать его.       Вектор кивнул — тоже не понимает. А сам молча включил запись происходящего.       Вилюр подсел к Маркусу и обнял его. Рука соскочила с головы на антенны, и Маркус замолк. — Прости, я… — Вилюр отстранил руку. Маркус перехватил её за запястье и вернул на место. — Марк?.. — Просто молчи, — немного грубо, но скорее растерянно отозвался Маркус. — И держи руку… — уже тише добавил он.       Вилюр осторожно погладил его по антеннам, и Маркус замигал экраном, а затем уткнулся им в плечо Вилюра.       Вектор присел на другой край стола.

***

      Маркус так и не дочитал книгу. Вилюр чудом избежал работы, чтобы проводить Маркуса. Вектор с ним давно попрощался, сейчас черёд Вилюра. Маркус собирался, его экран шумел, а Вилюр молча наблюдал за ним.       Стол Маркуса уже демонтировали, поэтому Вилюр утянул его на свой и посадил сбоку от себя. — На дорогу посидим, — Вилюр мигнул экраном. — Как люди говорят.       Маркус закрыл экран руками, и Вилюр услышал сдавленные хрипы из его динамиков. — Тш-ш, — Вилюр похлопал его по спине. — Мы можем переписываться. — Он будет читать наши переписки-и-и…. — Не будет, — уверенно ответил Вилюр. — Мы для него бестолочи. Он и не додумается, что я тебе письки шлю, пока ты будешь улыбаться и документы разгребать.       Маркус перестал реветь и замолк, а затем поднял на него взгляд. На экране мелькнул ужас. — Что ты мне слать будешь?!       Вилюр засмеялся и поднялся. Маркус проводил его взглядом, а Вилюр взял с верха шкафа книгу с закладкой — как раз ту, которую Маркус не успел дочитать. И подошёл к нему. — Держи, — Вилюр протянул книгу. Маркус зашумел экраном. — Она на учёте стоит… — Ой, — Вилюр упёр руки в бока. — У нас тут тоже тупые! Скажу, что посеял книгу — мне даже не поверят и решат, что она ошибочно на учёте была. И что я читать умею. Да и в целом, ну… — Вилюр несдержанно засмеялся. — Марк, прости, но из всего отдела у нас только ты Достоевского читаешь… — У него отличный стиль! — обиделся Маркус, забирая книгу. Он ловко спрятал её куда-то в сумку и поднялся, а затем сгрёб Вилюра в объятия. — Спасибо, — Маркус сдавил его талию руками.       Даже Вилюр опешил. Его руки легли на плечи Маркуса, и Вилюр мигнул экраном. — Береги себя, — отозвался он, и Маркус отстранился. Маркус кивнул, и Вилюр улыбнулся ему. — Я был рад познакомиться, — Маркус протянул ему руку. — Прости, что я к тебе так отнёсся по первости, — Вилюр пожал его руку. — Поцелуй на прощание?       Маркус мигнул экраном и опустил руку. Он их больше не спрятал. — Не-е, — протянул он, подходя к двери. — Чета не хочу, — Маркус помахал ему рукой. Вилюр подавил смешок и отозвался тем же.       А затем Маркус ушёл. «Тайлера здесь нет…» — подумал он и взвизгнул, когда дверь снова открылась. Маша. Маша в шоке посмотрела на него. — А тебя почему в кабинете нет?! — А я… — Вилюр потёр шею рукой. — У меня руку свело — пришлось прийти и помазать. — Голову тебе свело! — Маша вздохнула и кивнула в коридор. — Бегом работать. — Так я сразу же… — Вилюр тупо улыбнулся, подбегая к ней. Он вышел из серверной и направился вперёд по коридору.       А ведь грустно будет без этого ворчания под боком. Без Маркуса.       Маша же встала и, скрестив руки на груди, оценивающе следила за походкой Вилюра. Вот почему робот плавно ходит на таких огромных каблуках, а ей даже лодочки надеть тяжело? Она женщина, ей положено уметь носить каблуки. А Вилюр так-то робот. Так-то мужского гендера. «Несправедливо», — подумала она, направляясь следом.

***

      Маркус писал им только по вечерам. Говорил, что Васильевич требовательный, но уже потерял к Маркусу прежнюю дотошность. Прошло всего 2 недели. Видимо, Васильевич поверил, что Маркус честный робот, так что быстро отстал от него.       Но Маркус ужасался, как Васильевич жесток к роботам. Маркус встретил своего, казалось бы, соратника — ибо тот тоже был больно уж эмоционален для машины. А Васильевич снёс ему всю программу. Как винду: поломал, вставил флешку с новой — готово.       Весь кабинет Васильевича был увешан агитационными плакатами: Советской партии, дружбе с братьями-китайцами и о введении кибернетики в массы. Вёл дневник, в котором собирал все «сбои» роботов, и грозился написать диссертацию, в которой разнесёт роботов в пух и прах. «Избавляться от дармоедов пора! Марк, дай печеньку во-он из той корзинки».       Вилюр передал эти слова Петровичу, и тот сказал, что у Васьки совсем крыша на старости лет поехала. Хотя тому было лишь 55 лет, но и Вилюр теперь понимал: Петрович прав.              Пришлось мимикрировать под особенно послушного. Вообще-то, у Маркуса иногда случались срывы — посмотреть на хозяина дольше обычного, сказать, какая музыка ему нравится. Васильевич уже на автомате считывал его поведение как нормальное: он же выполняет свою работу, какой смысл разбираться в его увлечениях? Хотя, признаться честно, иногда Васильевичу было обидно, что он из литературы читал только «Золотую рыбку», а Маркус знал почти всех классиков.       Зато Маркус перестал носить митенки. И книгу дочитал. Вилюр был очень рад за него.

***

— Обиженная женщина хуже ядерной бомбы. А вообще смешного мало, конечно. Я вам говорил не высовываться? — А что случилось? — не понял Вилюр. Петрович попросил его зайти к себе. Помощник ушёл, так что Вилюр и Петрович были одни. — В смысле не высовываться? Мы же чистили логи. — Ну, смотри, — Петрович поставил руку локтем на стол и загнул один палец. — Маша заметила, что вы неестественно себя ведёте. Раз… Техники заметили, что потребление энергии в серверной снизилось, а вы стали активнее — два… На вас Артём пожаловался, что ему на бумаги пятно кофе посадили. — Стоп, — Вилюр перебил его. — Так это Артём кофе сосёт раз по 20 за день! — Ну, — Петрович пожал плечами. — Я и говорю. Стечение обстоятельств. — Что нам… — Вилюр занервничал. — М-мне… сделать? — Я не знаю, — честно ответил Петрович. Вилюр сел перед ним. — Меня… меня утилизируют? — наконец-то осознал он. Петрович вздохнул и откинулся на спинку стула, скрещивая руки на груди. — Это скорее Вектора утилизируют… — Петрович тяжело вздохнул, прикрыл глаза и покачал головой. Вилюр знал, что тот плачет. Вон — даже по щеке капля поползла. — П-Пётр Петрович… — сдавленно ответил он. Петрович поднял на него голову. — У тебя есть шанс только подделать техкарту Вектора и указать, что он работоспособная модель. Тогда его увезут к Ваське. А там есть хотя бы децл шанса, что всё будет хорошо, и его не уничтожат. Эх-х, твою налево, — Петрович снял фуражку.       Экран Вилюра замигал от отчаяния, и он сжался. — Простите. — Ох, Вилюр, ты-то тут при чём? Я должен был вас разогнать, когда увидел… — он вновь покачал головой, смаргивая слёзы. — Вектор мне сына заменил. — Сына?.. — Вовку ещё в 20 лет убили какие-то дикари, — ответил Петрович. — Шёл с дискотеки, и на те! — Ужас, — в испуге пробормотал Вилюр. Петрович кивнул. — Я займусь написание техкарты прям-мо сейчас… П-Пётр Петро- — Просто Петрович. — Ладно, — сдавленно отозвался Вилюр. — Петрович, вам что-то грозит? — Нет, — Петрович пожал плечами. — Я ж не техник. Ну и что, что ко мне часто ходили? Вы ко всем часто ходите. Так вот, — он зачем-то указал на окошко своей части. — Можно и Машку приплести, что она умалчивала о ваших отношениях. Нет, мне ничего не грозит. Ну, — Петрович едко улыбнулся и выдал самый печальный вздох на свете. — Кроме потери сына.       Вилюр молча поднялся и вышел в коридор. Петрович проводил его взглядом и увидел, как Вилюр впервые ссутулился.       У них есть время до вечера. Петрович надеялся, что тот справится…

***

      Вилюр весь остаток дня притворялся, что работает. На самом деле его руки наспех взламывали техкарту Вектора, и Вилюр перевбивал данные. Они и так хороши… Но вдруг кто-то придерётся? Васильевич вроде и ценит солдат, а вроде и способен оторваться на Векторе. Ибо он мало того, что робот, он ещё и гомосексуал по человеческим меркам.       А вообще… какая людям разница? Слепили роботов из того, что было, случайно дали им волю и загнали в жёсткие рамки: ты либо мужчина, либо ты утиль. Женщин не было. Вилюр в даркнете прочитал, что женщин создадут сразу же с лицами. Конечно, он понимал, зачем. Ибо огромная грудь и зад ну это как-то…       А вот Вилюру их не дали! Он возмущён.       Но Петрович прав — смешного мало. Вилюр напряг всё своё восприятие мира и шарахался от каждого звука как параноик. Он понимал, что за ним и правда могут следить. Вилюр уже видел, как все перешёптываются, глядя на него.       Вилюр встретил подавленного Вектора в серверной и бросился ему на шею. — Вектор! — умирающе пропищал Вилюр и склонил экран к полу. — Векто-ор, — он затряс его в своих руках, и на его экране поползли слёзы. Смайлики, но выглядело это не так уж и ненастояще.       Аккумулятор Вектора сжался от этого тона, и Вектор крепко обнял Вилюра. — Тише, — Вектор попытался его успокоить. — Тише, тише.       Вилюр вцепился ещё сильнее. — Я помог чем смог, — провыл он, поднимая экран к потолку. — Стой…       Вектор медленно повернулся, и его взгляд упал на тёмное устройство в углу серверной. Вилюр тихо заскулил от страха, а Вектор поднялся и разбил прослушку кулаком. — Вектор! — Вилюр кинулся к нему и свалился на пол. — Они же поймут, что она сломана!!! — Мне уже нечего терять, — Вектор пожал плечами и медленно повернулся. — Проверь остальные углы.       Вилюр медленно поднялся и осмотрел серверную так внимательно, как только мог. Ничего. — Так… — начал Вектор. — В смысле помог? — Я переписал твою техкарту, — голос Вилюра дрогнул. — Тебя не повезут в утиль. Но… — Но? — Тебя отвезут к Васильевичу, — Вилюр медленно повернулся к нему. — А я останусь здесь.       Вектор молча осел на свой зарядочный стол, и Вилюр сел около него. Они прижались друг к другу, и Вилюр приглушил свет своего экрана. — Прости, — тихо сказал он. — Я был рад быть с тобой. — Ты вызвал внутри меня чувства, — так же тихо отозвался Вектор и погладил его по спине. Вилюр выдал скулёж и вцепился в него.

***

      Сломанную прослушку быстро засекли, буквально через час. В серверную зашли люди, схватили Вилюра и оттащили от Вектора. Вилюр весил достаточно много, поэтому его тащили насильно и толпой, а Вилюр скрипел каблуками по полу, тянулся к нему рукой и визжал «Вектор!» — Сидите тут, — зло сказал мужчина, спихивая обоих роботов в угол коридора. Вилюр тут же вцепился в Вектора и вжался в него всем телом, дрожа от страха. — Ой… Виктор, ты глянь!       Второй так называемый «специалист» скользнул взглядом по переплетённым рукам роботов и усмехнулся. — Как живые, — ответил он, и оба засмеялись. — Я расцарапаю вам лица! — завизжал Вилюр. Вектор одёрнул его, а приятель Виктора подразнил его электрошокером. Вилюр замолчал и уткнулся экраном в плечо Вектора. — Ве-ек, — Вилюр затрясся сильнее. — Успокойся, — глухо попросил его Вектор, сканируя, как к ним подходит мужчина в белом халате. — Сняли? — спросил он у мужчин. Те кивнули, и он повернулся к роботам. — Я хочу вас просканировать. — Себя просканируй! — рявкнул Вилюр, и учёный отстранился. — Роботы так не запрограммированы, — сказал он толпе. Виктор пожал плечами. — Они ж бешеные. Утиль. У них всё возможно.       Вилюр с надеждой посмотрел на учёного, и тот тоже глянул на него. Но он ушёл.       Остались считанные минуты их близости. Надзиратели отвернулись и увлеклись беседой. Вилюр оторвал от ушанки красную звезду и молча сунул Вектору в руки. Тот долго смотрел на значок, а затем оторвал пуговицу с шинели и отдал Вилюру. — Я тебя не забуду, — пообещал Вилюр.       Прежде, чем их растащили.

***

      Вилюра держала толпа из половины отдела, а он рвался к Вектору и наблюдал, как его пакуют: полностью обездвиживают и заносят в кузов. Вилюра тоже так пытались. Только он от истерики порвал энергетические наручники (которые не рвутся).       Он вырвался из чужих рук и, сбивая каблуки о неровную поверхность, побежал к машине. Его попытались остановить и выстрелили подобием электрошокера в ногу, и Вилюр упал на колени. Он потянулся рукой к Вектору и на секунду коснулся его руки. — Векто-ор! — провыл Вилюр, когда его снова потащили обратно в отдел. Двери захлопнулись, скрывая Вектора. Вилюр снова попытался вырваться.       В общем счёте, через минуту машина уже скрылась за поворотом, а Вилюр валялся в снегу и, не обращая внимания на сломанную ногу, орал и тянулся вслед за машиной. — Идиот, — выругался милиционер и подошёл к Вилюру со спины. — Ну-ка, Вань, подними гада. — Отпустите-е! — взревел Вилюр и начал пихаться, не даваясь в руки. Однако ж… — Вот здесь у него разъём, — подсказал милиционер, и Ваня ударил туда током.       Вилюр обездвижено рухнул в снег.       Петрович стоял у входа. Он молчал, пряча лицо в тёплой шинели, а по щеке текла слеза.