Где кончаются нервы

      НА верхней площадке лестницы Майкл заколебался. Его взгляд метнулся к закрытой двери, за которой спал его сын. Когда он снова посмотрел на меня, то прошептал:       - Мы должны вести себя тихо.       Я кивнул.       - Так и будет. - Я притянул его к себе и легонько поцеловал. - Ни о чем не беспокойся.       Я взял его за руку и повел в свою спальню, так как мы находились в противоположном конце коридора от комнаты Дилана.       Как только за нами закрылась дверь, мы снова оказались в объятиях друг друга, и готов поклясться, что комната завибрировала от отчаяния, вызванного тем, что я был так близок к тому, в чем нуждался дольше, чем любой здравомыслящий мужчина мог бы прожить без этого. Не раз мне приходилось убеждать себя, что это происходит на самом деле. Видеть, пробовать на вкус, осязать - не верилось, я был уверен, что это сон. Что я могу проснуться в любой момент.       Но я не проснулся, и Майкл не пришел в себя, и с каждой проходящей минутой, с каждым мгновением, когда я прижимался к нему и терялся в его поцелуях, это становилось реальностью. Это стало реальностью, моя потребность в нем усилилась, и мы перешли от хватания за одежду к попыткам преодолеть ее.       Однако необходимость соблюдать тишину замедлила наше движение. Мы расстегивали все пуговицы, как будто одно неверное движение могло привести к включению огней и сирен. Молнии расстегивались медленно и незаметно. Я не осмеливался прервать поцелуй, даже сделать глубокий вдох, боясь издать какой-нибудь звук.       И когда расстояние между нами было преодолено, мы медленно, почти бесшумно опустились на мою кровать. Плечо все еще болело, мышцы все еще были неприятно напряжены, но это не помешало мне провести по нему руками.       Он приподнялся и встретился со мной взглядом. Он медленно провел языком по нижней губе, и я подумал, что у него все еще есть сомнения.       Никаких сомнений, Майкл, - я не смог заставить свои губы произнести эти слова, поэтому обхватил его за шею и притянул к себе для поцелуя.       Его губы оторвались от моих, и он проложил дорожку поцелуев от моей шеи к груди. Пока он спускался все ниже, я извивался и закусывал губу, стараясь сохранять спокойствие, хотя предвкушение грозило вывернуть меня наизнанку.       - О боже, Майкл, - прошептал я, когда его губы приблизились к моему пупку. Я вслепую искал его волосы и, когда нашел, нежно ухватился за них, поглаживая его кожу головы, потому что мне нужно было прикоснуться к нему, нужно было как-то держаться за его.       Он оперся на одну руку, а свободной рукой держал основание моего члена, и его рот, ох, блядь, его рот. Его язык рисовал самые невероятные, умопомрачительные круги вокруг головки моего члена, дразня меня, пока я не возбудился настолько, что мои нервные окончания были на грани воспламенения. Я впился зубами в согнутый указательный палец, зажмурил глаза и заставил себя не издавать ни звука. Я старался не шевелиться, не смея даже вздохнуть, но Майкл почти не оставил мне выбора, когда стал сосать мой член.       Может, он не замечал, как я был близок к тому, чтобы закричать, может, ему было все равно, потому что он не останавливался. Он гладил меня рукой. Дразнил губами и языком. Стонал так тихо, что я осознал это только по покалывающей позвоночник вибрации на моей плоти. Господи Иисусе, это никак не могло закончиться без того, чтобы я не сорвался, и чем больше он работал с моим членом, как будто слова «неопытный» даже не было в его словаре, тем быстрее подталкивал меня к неизбежному освобождению.       Я сильнее прикусил палец, еще крепче зажмурив глаза. О, черт, он был великолепен, и я был так близко, так чертовски близко, что приходилось вести себя тихо, так близко, не издавай ни звука, не издавай ни звука, о Боже, Майкл...       Темнота за моими веками побелела, и плотина прорвалась. Когда оргазм охватил меня, я опустил ладонь на кровать, схватив в охапку простыни, и мне даже не пришлось беспокоиться о том, чтобы сохранять тишину, потому что весь сдерживаемый экстаз сорвался с моих губ одним почти беззвучным выдохом.       Когда зрение прояснилось, и я откинулся на спинку кровати, Майкл навалился на меня сверху. Он поцеловал меня, его губы были солеными от спермы, а я схватил его за волосы и затылок, целуя сильнее. Я хотел большего. Нуждался в большем. Не имело значения, что все еще отходил от оргазма, я был так возбужден, что не мог дышать.       Трахни меня, пожалуйста, трахни меня, кричал мой разум, когда я провел дрожащими руками по волосам Майкла. Сейчас, пожалуйста...       Наконец, мне удалось заговорить.       - Презерватив. - Все, что я смог произнести.       Майкл все понял. Как только я произнес это слово, он вздрогнул, застонал и прижался своим твердым членом к моему бедру.       Мы приподнялись, но едва перестали целоваться, оторвавшись друг от друга только тогда, когда это было абсолютно необходимо. Каким-то образом - я никогда не пойму как - мы добрались до презерватива и смазки и сумели применить их. Я намазал презерватив смазкой, сжимая и отпуская его член ровно настолько, чтобы у него перехватило дыхание, пока он не схватил меня за запястье и не остановил движение моей руки.       - Я не могу ждать, - прошептал он.       - Я тоже не могу. - Я поцеловал его. - Ты хочешь, чтобы я...       - Так идеально. - Он наклонился ко мне, снова целуя, и всем своим весом опрокинул меня на спину.       Лопатки только коснулись простыней, когда он прервал поцелуй и сел. Он провел кончиками пальцев по внутренней стороне моего бедра, и я раздвинул ноги. Нахмурив брови, Майкл направил свой член в меня. От прохлады презерватива мой пульс участился, как и от жара его тела, и я тихо выругался, когда он начал входить.       Господи Иисусе, не было ничего более страстного, чем принимать член Майкла так скоро после оргазма. Все мои нервы были напряжены, я остро ощущал все, начиная от прикосновения его губ к моим и заканчивая его толстым членом, скользящим все глубже внутрь.       Наши взгляды встретились. Губы тут же защекотало от его отсутствия, и я потянулся к нему в тот самый момент, когда он наклонился, чтобы поцеловать меня. Я обхватил его руками, приоткрывая губы для его языка и изо всех сил стараясь оставаться в сознании, пока его бедра плавно двигались.       Тихо застонав, Майкл просунул руки под меня и обхватил ладонями мои плечи. Его бедра медленно, плавно покачивались, член входил и выходил без единого скрипа кровати под нами. Наши губы слились, наши тела двигались вместе, и тишина требовала медлительности, и эта медлительность заставляла каждое движение, каждое прикосновение длиться вечно, прежде чем следующий момент соприкосновения воспламенял следующее нервное окончание.       Пальцы сжались на моих плечах, когда его голова оказалась рядом с моей. Горячее дыхание обдало шею. Каждый мускул в его теле - черт возьми, каждый мускул в моем - дрожал от напряжения и сдержанности, которые требовались, чтобы двигаться так медленно. Стоны, которые он издавал, согревавшие мне плечо и шею, были в равной степени полны разочарования и экстаза, как будто он был в шаге от того, чтобы вонзиться в меня достаточно сильно, чтобы причинить боль. В то же время он казался таким же безумным, как и я, от этой медленной сенсорной перегрузки.       Дрожь пронзила его еще сильнее. Выгнуло спину дугой. Затем он приподнялся на руках. Он запрокинул голову, его брови сошлись на переносице, а рот открылся в беззвучном, задыхающемся крике, он протолкнул член глубоко в меня и кончил.       Его локти подогнулись, и кровать тихо скрипнула, когда он навалился на меня. Обхватив его руками, я закрыл глаза и затаил дыхание, а он - свое.       Через некоторое время Майкл пошел в ванную, чтобы избавиться от презерватива. Мы привели себя в порядок, затем осторожно улеглись обратно в постель, как будто любой скрип матраса или каркаса кровати мог объявить всем соседям, что во второй раз мы больше не просто соседи.       Лежа рядом, накрытые простыней, и нежно поглаживая руками все еще горячую кожу, мы смотрели друг на друга, воздух между нами был наэлектризован миллионом слов, которые хотелось высказать.       Итак, мы пересекли эту черту. Снова.       Итак, мы здесь. Снова.       Что теперь?       Я облизнул губы.       - Все еще думаешь, что это хорошая идея?       Майкл улыбнулся, проведя пальцами по моему лицу.       - Я удивляюсь, как вообще мог подумать, что это не так.       Я тихо рассмеялся, когда от облегчения сердце забилось быстрее.       - Я и сам задавался этим вопросом. - Посерьезнев, я сказал: - Я хочу, чтобы ты остался, Майкл.       - Что, если это не сработает? - Его улыбка погасла.       - Мы перейдем этот мост, когда доберемся туда. Но я не могу убедить себя, что не стоит попробовать.       Его взгляд на мгновение затуманился, а затем он покачал головой.       - Я тоже не могу.       Я ласково переплел наши пальцы.       - Все, о чем я прошу, просто наберись терпения, когда... - Я указал на свое плечо.       - Я сделаю это, но при одном условии.       Я сглотнул.       - Хорошо?..       Он поднес мою руку к губам и нежно поцеловал.       - Обещай мне, что попросишь о помощи, когда будет больно.       Я сжал его руку.       - Я так и сделаю. Обещаю.       Майкл улыбнулся. Он поднял голову и нежно поцеловал меня в губы. Откинувшись на подушку, он сказал:       - Еще кое-что. Если мы собираемся это сделать... - Он закрыл глаза. - Тогда мне нужно поговорить об этом с моей бывшей женой.       Я поморщился.       - Как, по-твоему, она это воспримет?       - Я не знаю, насколько она будет счастлива. Если ты думаешь, что меня воспитывали в строгости и консервативности... - Он присвистнул и повернулся ко мне. - Ее родители, мои, Сета - даже если наши родители и не были такими психами, как его, они все были сделаны из одного теста.       - Как думаешь, она попытается помешать тебе рассказать Дилану?       Он на мгновение прикусил губу, затем встретился со мной взглядом.       - Возможно. Юридически она не может помешать мне что-либо сделать, не обратившись в суд.       - Думаешь, она может?       - Я не знаю, согласится она или нет. Мы в хороших отношениях, развод был мирным, но это... - Он вздохнул. - Для нее это может оказаться слишком тяжелым испытанием. Надеюсь, она не будет пытаться скрывать от меня Дилана из-за этого. Я почти уверен, что она не зайдет так далеко, но никогда не знаешь наверняка.       - Думаю, мы будем надеяться на лучшее, - прошептал я.       Майкл кивнул.       - И если ты не против, я бы хотел, чтобы ты был там со мной и поговорил с ней. А потом, если все пройдет хорошо… с Диланом.       - Ты уверен, что ему стоит знать, что мы… кто мы такие? Я имею в виду, что моя мама познакомила нас с братьями с отчимом, но не говорила нам, что у них на самом деле что-то есть, пока не убедилась, что он еще какое-то время будет рядом.       Он наблюдал, как наши пальцы переплелись.       - И я с этим согласен. - Он с трудом сглотнул, затем немного приподнялся и наклонился, чтобы поцеловать меня. - Вот почему я хочу, чтобы он знал.       - Правда? - У меня перехватило дыхание.       Майкл кивнул.       - Возможно, еще слишком рано даже думать об этом, но... я нутром чую... - Он помолчал, собираясь с духом, прежде чем продолжить. - Этого было бы не так трудно избежать, если бы это был просто секс.       Мое сердце забилось быстрее.       - Нет, я не думаю, что это помогло бы.       - И я не знаю, что это такое, - сказал он, - но что бы это ни было, если мы собираемся это сделать, то я обязан быть честным перед своим сыном. Я не хочу, чтобы он рос, думая, что гомосексуальные отношения - это странно, и прятаться от него - все равно, что признать, что с нами что-то не так. - Его пальцы скользнули с моего лица в волосы. - Тем более, я думаю, что у нас все в порядке.       - А если что-то не получится?       - Тогда я объясню это так же, как собираюсь объяснить вот это. - Он на секунду отвел взгляд, но затем снова встретился со мной взглядом. - Господи, Джейсон, я не знаю, почему думал, что смогу притвориться, что мы соседи и ничего больше. - Он провел тыльной стороной ладони по моему лицу. - Не с теми чувствами, которые я испытываю к тебе.       Я сглотнул.       - И это...?       - Честно говоря, даже не уверен, - сказал он. - Но знаю, что хочу быть с тобой, и я хочу, чтобы мой сын знал, что я с тобой.       И, наконец-то, - наконец-то - мое сердце снова забилось нормально.       - Для меня этого достаточно. - Я накрыл его руку своей и повернул голову, чтобы поцеловать ладонь. - Мы уже живем вместе. Зачем торопить события?       Он улыбнулся, и впервые за этот вечер в выражении его лица не было ничего неуверенного или сдержанного. Проведя пальцами по моим волосам, он сказал:       - Думаю, я смогу с этим справиться.       - Хорошо. - Я прижался губами к его губам. - Я тоже смогу.       Однако, когда я отстранился, внизу моего живота образовался комок.       - Что-то не так? - спросил он.       - Я, эм... - Я глубоко вздохнул. - Есть кое-что, что тебе нужно знать, прежде чем мы продолжим.       - О? - Он пристально смотрел на меня, ожидая.       - Все это стресс для меня, - сказал я. - Итак, прошлой ночью я был в замешательстве. Расстроен. И, не знаю, наверное, мне нужна была отдушина и, возможно, какой-нибудь совет.       Майкл нахмурил брови, и у меня внутри все сжалось.       Стиснув руки на коленях, я продолжил:       - Майкл, прости меня. Я даже не думал об этом и не понял, что сказал, пока не осознал, но я... - Я заставил себя посмотреть ему в глаза. - Сет знает.       Его губы приоткрылись.       - Прошу прощения?       - Сет знает. О нас. - Я сглотнул. - О... тебе.       Он съежился. Закрыв глаза, он откинулся на подушку.       - Ох, блядь...       - Прости. Клянусь, я...       - Все... все в порядке. Я знаю, ты не собирался ему говорить. - Он запыхался, как будто я ударил его в живот. - Он, вероятно, в конце концов, все равно бы понял, но... - Майкл пожевал губу. - Как он отреагировал?       - Он был удивлен. Думаю, он был немного шокирован. Не ожидал, что это произойдет.       Майкл снова съежился.       - Я чувствую себя ужасно, - сказал я. - Я привык говорить с ним обо всем, и на этот раз...       Майкл взял мою руку в свою и поднес к губам. Встретившись со мной взглядом, он сказал:       - Я понимаю. Если ты был в таком же стрессе и замешательстве из-за всего этого, как и я, не могу винить тебя за то, что ты поговорил с ним. Это не было похоже на то, что ты сказал мне назло.       - Боже, нет. - Я сжал своими пальцами его. - Я бы никогда...       - Я знаю. - Он отпустил мою руку и потянулся к моему лицу. - Я поговорю с ним. Мы с ним поговорим. Он разумный парень.       Осторожно ухмыльнувшись, я спросил:       - Мы говорим об одном и том же Сете?       - Ладно, возможно, «разумный» - неподходящее слово...       Наши взгляды снова встретились, и мы оба рассмеялись.       Когда юмор угас, я коснулся его лица и сказал:       - Так ты… ты, правда, не расстроен?       Он покачал головой.       - Мы с ним все уладим. Сегодня вечером я просто рад, что мы все уладили.       - Я тоже. - Я провел подушечкой большого пальца по его щеке, притягивая его к себе. - Еще одна такая ночь, и, думаю, я бы сошел с ума.       - Ты и я. Мы оба. - Майкл обхватил мой затылок одной рукой, а другой обнял меня и ответил на мой поцелуй. И этот поцелуй продолжился. И углубился.       И медленно, молча, пока нас ничто не сдерживало, мы снова занялись любовью.