Где кончаются нервы

      КОГДА я, наконец, вытащил свою задницу из постели без четверти одиннадцать на следующее утро, я обнаружил Майкла на кухне, он барабанил пальцами по краю дымящейся чашки с этим ужасным напитком, который он называл чаем. В кои-то веки на нем была рубашка, и он выглядел… нервничающим?       - С тобой все в порядке? – спросил я.       - Да. Я, эм, позвонил Дайне по дороге домой, после того как отвез Дилана в школу. - Он сделал глубокий вдох, затем медленно выдохнул и встретился со мной взглядом. - Она уже едет ко мне. Он сглотнул. - Не мог бы ты, эм...       - Ты все еще хочешь, чтобы я был здесь?       - Пожалуйста. - Он положил руки мне на талию. - Возможно, я слишком остро реагирую. Не знаю. Я имею в виду, Дайна замечательная женщина, но она разделяет некоторые взгляды своей семьи.       - Гомофобные?       - Не обязательно. Она обожает Сета, но я не уверен, как она отнесется к тому, что Дилан будет жить с Сетом. Или со мной, если на то пошло, когда узнает. - Потирая затылок, он вздохнул. - Боже, я понятия не имею.       Я поцеловал его в щеку.       - В любом случае, я буду здесь.       - Спасибо. - Он поцеловал меня в ответ и отпустил, чтобы я мог налить себе кофе.       Доставая из буфета чашку, я спросил:       - Какого хрена у вас с Дайной и Сетом такие семьи? Могу поклясться, что Лос-Анджелес довольно прогрессивный город.       Майкл фыркнул.       - О, люди там думают, что это так. Не так уж и много, поверь мне. Кроме того, причина, по которой мы трое познакомились, в том, что наши семьи ходили в одну церковь.       - О-о-о.       - Да. На самом деле это была одна из тех прогрессивных либеральных церквей, которые можно встретить в Калифорнии, - сказал он. - Но все наши семьи были безумно чопорными и консервативными, поэтому они как бы объединились. - Он помолчал, вздыхая. - Хотя у нас с Дайной все было не так плохо, как у Сета.       - Слава Богу, - пробормотал я. - Не думаю, что семьи бывают намного хуже, чем эти засранцы.       - Без шуток. Я определенно не горю желанием признаваться в этом своим родителям. Вовсе нет. - На его губах появилась озорная усмешка. - А что до родителей Дайны? Возможно, мне придется рассказать им исключительно для развлечения.       Я рассмеялся.       - Ты бы хотел, да?       - Может быть...       - Угу.       Он усмехнулся, но затем его веселье угасло.       - При условии, что Дайна не расстроится.       - Думаешь, она расстроится?       - Не уверен, - тихо сказал он. - Я хожу туда-сюда, думая, что она взбесится, и, думая, что с ней все будет в порядке. Если бы я был просто другом, она, вероятно, не возражала бы против этого. Она считает преступлением то, что семья Сета сделала с ним. - Он замолчал и снова потер затылок. - И, возможно, она бы даже не возражала, если бы мы все еще были женаты и у нас не было детей. Но с Диланом...       - Хотя она не возражала, чтобы Дилан жил со мной.       Майкл опустил взгляд.       - Она не знает, что ты гей.       Я не был уверен, что с этим делать.       - Оу.       Он выдохнул.       - Я должен был сказать ей, но я... наверное, я не хотел усложнять ситуацию. - Сухо рассмеявшись, он покачал головой. - Это сработало, да?       Я понятия не имел, что сказать.       - Что ж, - продолжил Майкл, - думаю, есть только один способ узнать, что она думает.       - Да. Думаю, так и есть.       Я допивал вторую чашку кофе, а Майкл как раз заваривал этот отвратительный чай, когда звук мотора снаружи заставил нас обернуться. Он замедлился, затем заглох на холостом ходу. Секундой позже хлопнула дверца машины.       - Уверен, что хочешь этого? – спросил я.       Снаружи послышались шаги. Каблуки застучали по бетону, затем с гулким стуком ударились о деревянное крыльцо.       - Теперь выбора нет, - сказал Майкл. В дверь позвонили, и он глубоко вздохнул.       Я остался на кухне, пока он открывал дверь. Давление воздуха в комнате почти незаметно изменилось, когда дверь открылась, затем снова, когда она закрылась. В холле послышались приглушенные голоса - судя по звуку, дружелюбные. Затем послышались шаги: мягкий звук босых ног Майкла и громкий, размеренный стук высоких каблуков по твердому полу.       Она вошла в кухню первой.       - О, привет, Джейсон. Приятно снова тебя видеть.       - Мне тоже, - сказал я с натянутой улыбкой.       За теплотой ее приветствия, казалось, скрывалось беспокойство. Независимо от того, подозревала она что-то конкретное или нет, она должна была понимать, что Майкл пригласил ее сюда не просто так. Вопрос, который нужно было решить лично, а не по телефону.       Она посмотрела на меня, на него, снова на меня, ее губы были плотно сжаты, а поза напряжена. Мое постоянное присутствие, казалось, выбивало ее из колеи: был ли я частью этого? Неужели я просто не понял, что сейчас самое подходящее время свалить отсюда?       Она посмотрела на Майкла.       - Итак, ты хотел со мной о чем-то поговорить. - Ее взгляд метнулся ко мне, и когда я не пошевелился, она напряглась еще больше.       - Да, я хочу поговорить, - сказал Майкл. - И я... - Он взглянул на меня, и я кивнул ему, как надеялся, ободряюще. Он положил руки на стойку, переминаясь с ноги на ногу. - Мне нужно было поговорить с тобой. С Джейсоном.       Она сглотнула.       - О чем?       - Ну, - сказал он. - Я...       В комнате воцарилась тишина. Стоя рядом со мной, он нервно барабанил пальцами по столешнице, вероятно, подыскивая нужные слова. Я изо всех сил сдерживался, чтобы не сжать его руку, но это выдало бы нас и лишило его возможности быть честным с ней по этому поводу.       Ее взгляд метался между нами, и, хотя она ничего не говорила, истина явно складывалась у нее в голове. Она поняла. Я видел это в ее глазах, когда она искала подтверждения в моих, потом в его, потом снова в моих. Подтверждения я ей дать не мог, оно могло исходить только от Майкла, когда он найдет нужные слова.       Наконец, Майкл накрыл мою руку, лежавшую на столешнице, своей, и правда выплыла наружу. То, что он не мог выразить словами, он выразил этим безошибочным жестом. Я заметил, как их взгляды встретились в тесной кухне.       Дайна подпрыгнула, как будто прикосновение наших рук вызвало у нее физический шок.       - Что такое?.. - Ее взгляд снова заметался между нами. Она спросила едва слышным шепотом: - Майкл, ты хочешь сказать, что ты… гей?       Он медленно кивнул. Затем он сказал, его голос был не громче, чем у нее:       - Да. Я гей.       Ее руки вслепую искали стойку позади, и когда они нащупали край, она тяжело оперлась на него, слегка покачиваясь, как будто ноги забыли, как держать ее. Через мгновение дрожащая рука поднялась со стойки и провела по волосам, и она вдруг посмотрела… потерянно.       Мы с Майклом обменялись неуверенными взглядами. Это было проникновение в суть, понимание. Одному Богу известно, какая реакция последует, когда эти слова дойдут до ее сознания.       Очевидно, уверенная, что ноги ее удержат, она скрестила руки на груди. Это не было похоже на враждебную позу. Скорее, она обхватила себя руками. Собираясь с духом.       Наконец, она встретилась взглядом с Майклом.       - Как давно ты знаешь?       Мы с Майклом в унисон выдохнули. Она перескочила с отрицания «Что ты имеешь в виду, говоря, что ты гей?», или «Как ты можешь быть им?», или «Это невозможно», и с головой ушла в попытки осмыслить это. Он прочистил горло.       - Я, ну. - Он помолчал, глядя на меня. - Не... не долго. В смысле, я давно подозревал это, но не был уверен.       Ее взгляд снова метнулся ко мне, затем остановился на нем.       - Значит, он... - Она сглотнула. - Первый?       Майкл глубоко вздохнул.       - Я, он... - Он немного сдулся, как будто стыд измотал его, и испустил долгий вздох. - Да, он первый. Я вроде как знал это еще в старших классах, но после того, как... после того, как нас всех воспитывали, я боялся, что это неправильно. Поэтому я пытался притвориться, что этого не было на самом деле.       Дайна уставилась в пол между нами.       - Но ты знал. - Это был не вопрос.       - В глубине души. Как бы я ни пытался убедить себя, что это неправда... - Он медленно кивнул. - Да, я знал.       Она крепче обхватила себя руками, поджала губы и нахмурила брови. Мы с Майклом снова обменялись нервными взглядами.       Его большой палец скользнул по моему пальцу, и Дайна снова вздрогнула. Именно тогда я понял, что она смотрела на наши руки.       Майкл убрал свою, взглянув на меня, приподняв брови, как будто хотел убедиться, что я не против. Я кивнул. Затем он нарушил молчание.       - Дайна...       - О, Боже мой. - Она рассмеялась. Я не мог понять, было ли в ее голосе волнение, облегчение или это был тот невеселый смех, который иногда предшествует приступу ярости. Покачав головой, она добавила: - Не могу поверить, что я не поняла этого.       - Что ты имеешь в виду? - спросил он.       Она прикусила губу, на секунду отвлекшись. Когда их взгляды снова встретились, смех исчез с ее лица, но на смену ему пришел гнев.       - Я чувствую себя такой глупой, я...       - Дайна, пожалуйста, ты не могла знать, - тихо сказал Майкл. - Прости, я не...       - Нет, нет, дело не в этом. Это... - Она помолчала, а когда заговорила снова, то говорила быстро, как будто так было легче разобраться в своих мыслях. - Все обрело смысл. Я имею в виду, я годами корила себя, потому что знала, что между нами чего-то не хватает. Я знала это, но не могла понять, чего именно, и чувствовала себя такой виноватой. Все это время я думала, что делаю что-то не так или что со мной что-то не так, и именно поэтому мы не могли наладить контакт, и...       - Дайна, ты делала...       - Дай мне закончить, - сказала она. - Я чувствовала себя виноватой, ты знаешь, из-за развода, и Дилана, и... - Она встретилась с ним взглядом. - Но теперь, теперь, когда ты рассказал мне об этом, я знаю, что не сделала ничего плохого. - Она замолчала, на мгновение выражение ее лица не изменилось. Затем она выдохнула, ее плечи расслабились, а губы растянулись в улыбке. - Я не сделала ничего плохого. Ты не сделал ничего плохого. Мы просто не были созданы друг для друга.       Майкл кивнул.       - Да, именно так. Мы не смогли заставить это работать, и никто не виноват, что это не сработало.       Дайна снова провела рукой по волосам и рассмеялась.       - Майкл, ты даже не представляешь, какой груз свалился с моих плеч.       - Господи, Дайна, я понятия не имел... - Он потянулся к ней, и она обвила его руками. Весь мир был совершенно спокоен и безмолвен, когда они обнялись, и когда он взглянул на меня через ее плечо, я улыбнулся ему, а он улыбнулся в ответ.       После того, как они разошлись, Майкл жестом пригласил нас всех сесть за обеденный стол. Мы сели, мы с Дайной друг напротив друга, а Майкл - между нами.       - Итак, как все это вообще началось? – спросила она. - Я имею в виду, ты сказал, что переезжаешь к пациенту, так что...       - Что было правдой. - Майкл тихо рассмеялся и взглянул на меня. - Вот так все и началось. Как мы и предполагали, так оно и остается.       Она перевела дыхание.       - Я понимаю.       - И я говорю тебе это сейчас, потому что хотел, чтобы ты знала, - сказал Майкл. - И я не буду действовать за твоей спиной, но я... - Его кадык дернулся. - Я хочу, чтобы Дилан знал.       Она напряглась.       - Ты хочешь...       - Думаю, он должен знать, - сказал он.       - Но... - Дайна помолчала. - Он немного молод, тебе не кажется?       - Он был моложе, когда встретил Ли.       - Ну, да, я знаю, но... - Она оборвала себя, поджав губы и уставившись на свои руки, лежащие на столе.       - Но сейчас все по-другому? - сказал Майкл.       Она виновато кивнула.       - Я не говорю, что это неправильно, это... - Она подняла глаза, ее губы сжались от разочарования, как будто она не могла подобрать слов. - Боже, я даже не знаю. Но правильно это или нет, ты думаешь, он поймет?       - Он согласится, если мы ему скажем. Он смирился с разводом, он смирился с тем, что ты снова выходишь замуж. - Майкл взглянул на меня, затем снова на нее. - Он может смириться и с этим.       Она глубоко вздохнула, но ничего не сказала.       - Дайна, я понимаю, почему ты обеспокоена. - Майкл продолжал говорить мягким голосом. - Но я не хочу, чтобы он рос, думая, что это необычно или неправильно. Мы оба были воспитаны так.       Все еще храня молчание, она прикусила губу.       - А что, если он гей? - спросил он.       Дайна вскинула голову, широко раскрыв глаза.       - Что?       Он слегка пошевелился.       - Если бы это было так, гипотетически, ты бы хотела, чтобы он рос с мыслью, что с ним что-то не так? Как это было у нас с Сетом?       Она ощетинилась, стиснув зубы.       - Мы не говорили ему, что это неправильно, Майкл. Я просто предлагаю подождать, пока он немного подрастет. Пока он не поймет.       - А ты не думаешь, что это заставит его задуматься, что мы думаем об этом, если мы так долго ждали, чтобы сказать ему?       Она вздохнула.       - Наверное, я беспокоюсь, что перегружу его, я...       - Дайна, - мягко сказал Майкл, - я хочу, чтобы Дилан знал, что его отец с кем-то встречается, и я хочу, чтобы он знал, что в этом нет ничего плохого. Если случайно наш сын окажется геем, я не хочу, чтобы он думал, что это ненормально. - Он поджал губы, как будто пытался решить, что сказать, но напряженная линия его подбородка свидетельствовала о том, что он просто собирается с силами. - Я не могу быть причиной того, что мой ребенок будет смущен в старшей школе, стыдился в колледже и ненавидел себя до тех пор, пока ему вдруг не исполнится тридцать пять, и он не начнет объяснять своей бывшей жене, кто он на самом деле.       От дрожи в его голосе у меня сердце ушло в пятки, а ошеломленное выражение лица Дайны стало отражением моего собственного.       Она уставилась на него, приоткрыв рот, не дыша и не произнося ни слова.       - Я двадцать лет знал, что я гей, - сказал он едва слышно. - И притворялся, что это не так, потому что меня воспитали в вере, что это неправильно. Я скрывал это от себя, от своей семьи и от тебя. - Он переплел свои пальцы с моими. - Независимо от того, окажется Дилан геем или нет, я хочу, чтобы он знал, что это нормально. - Его голос слегка дрогнул, когда он добавил: - Мне нужно, чтобы он знал.       Дайна выдохнула и покачала головой.       - Господи, Майкл, я понятия не имела, что ты прошел через это.       - Никто не прошел, - сказал он. - Так ты понимаешь, почему я хочу это сделать?       Она кивнула.       - Можно... можно мне хотя бы присутствовать при твоем разговоре с ним?       - Конечно, - сказал Майкл. - Думаю, мы оба должны присутствовать. - Его взгляд скользнул ко мне. - На самом деле, думаю, мы все должны.       Я провел большим пальцем по тыльной стороне его ладони и повернулся к Дайне.       - Ты не возражаешь?       Она покачала головой.       - Нет, я думаю, Майкл прав.       - Это не ошеломит его? – спросил я. - Если мы превосходим его численностью?       - Нет, - сказала она. - Именно так мы и поступили, когда встречались с Ли. Мы все трое присутствовали, чтобы поговорить с Диланом. Казалось, все прошло хорошо. - Она повернулась к Майклу. - Да?       - Да. Надеюсь, так будет и в этот раз.       Надеюсь, так и будет.              КАК бы сильно они оба не хотели покончить с этим, Майклу и Дайне потребовалось некоторое время, чтобы собраться с духом и сказать сыну правду. Наконец, в среду вечером мы с Майклом поехали забирать Дилана от его мамы. Всю дорогу он молчал и не отрывал глаз от дороги, хотя время от времени поглядывал на меня. Его рука лежала на моей ноге, и я нежно сжал ее, стараясь подбодрить, насколько это было в моих силах.       Хотелось сказать что-нибудь, что успокоило бы его, но я был на месте Дилана. Мне было четыре года, когда мои родители развелись, шесть, когда отец женился во второй раз, и девять, когда это сделала мама. Мой мир срывался со своей оси каждый раз, когда мои родители усаживали меня рядом, чтобы объяснить какое-нибудь новое событие. Я изо всех сил пытался представить, что бы я почувствовал, услышав, как мама говорит, что у нее есть девушка, а папа - что у него есть парень, и тихо пытался убедить себя, что не был бы так ошеломлен, шокирован и ошарашен, как мои родители, когда я сказал им, что у меня есть парень.       Майкл убрал руку с моего колена, чтобы держать руль обеими руками, съезжая с автострады.       - С тобой все в порядке? – спросил я.       Он сглотнул.       - Нервничаю.       - С тобой все будет в порядке, - сказал я. - Просто дыши. И не сбивай нас с дороги.       Он рассмеялся, что, по крайней мере, означало, что он дышит, и бросил на меня игривый взгляд.       Несколько минут спустя он свернул на подъездную дорожку к серому двухэтажному зданию у входа в тупик, похожему на мой. Заглушив двигатель, Майкл глубоко вздохнул.       - Ну что ж, - сказал он, - поехали.       Дайна встретила нас у двери.       - Привет. Готов?       - Думаю, да.       - Да. Я тоже. - Она улыбнулась, хотя это и было похоже на гримасу. - Кстати, Ли просил передать тебе, что желает удачи.       Майкл изобразил более искреннюю улыбку.       - Я должен буду поблагодарить его позже. Он ушел?       Она кивнула.       - Он ненадолго отвез ребенка к своей маме. В любом случае, заходи. Я схожу за Диланом.       Пока мы шли в гостиную, она поднялась наверх. Мы оба сели на диван и обменялись тревожными взглядами.       Наверху открылась дверь, и, когда до нас донеслись голоса, Майкл закрыл глаза и сделал еще один глубокий вдох.       - С тобой все будет в порядке, - повторил я, надеясь, что он не заметит, что я нервничаю до тошноты.       - Я знаю. - Его голос звучал так же уверенно, как и мой.       Дилан вошел в гостиную, и глаза у него и у его отца загорелись.       - Привет, папа!       - Привет, малыш. - Хотя я был уверен, что он все еще нервничает, Майкл просиял, когда Дилан обнял его.       Когда он отпустил отца, Дилан посмотрел на меня.       - Привет, Джейсон! - Затем он замолчал, нахмурив брови в точности так, как это часто делал его отец. - Подожди, что ты здесь делаешь?       - Дилан! - Мягко упрекнула его Дайна. - Так не разговаривают с гостями.       Его щеки покраснели, и он смущенно улыбнулся мне.       - Прости.       Я улыбнулся в ответ.       - Не беспокойся.       - Дилан, - сказала его мать, - почему бы тебе не присесть? Мы хотим немного поговорить, прежде чем ты уйдешь с папой и Джейсоном.       Улыбка Дилана исчезла, а глаза расширились. Неуверенно поглядывая на нас, он сидел в кресле, подложив руки под колени и раскачивая ногами из стороны в сторону за кофейным столиком.       Дайна присела на подлокотник кресла Дилана и погладила его по волосам. Мы трое обменялись взглядами, каждый из нас молча подталкивал остальных растопить лед и начать разговор. Я был чертовски уверен, что не собираюсь этого делать. Чем дольше длилось молчание, тем больше Дилан нервничал, и тем больше мне приходилось бороться с собой, чтобы не съежиться. Неловкие разговоры, с детьми или без них, не были моим любимым занятием в этом мире.       Наконец, Дайна вздохнула и повернулась к сыну. Она открыла рот, чтобы заговорить, но он опередил ее.       - У меня неприятности?       - Нет, нет! - Сказали Майкл и Дайна в один голос.       Майкл подвинулся на краешек стула.       - Вовсе нет.       - У тебя нет проблем, - сказала Дайна. - Мы с папой... - Она замолчала, бросив взгляд на меня. - ...и Джейсоном просто хотели поговорить с тобой о... некоторых вещах.       Дилан перестал болтать ногами. В его голосе слышалась паника, когда он спросил:       - Ли уходит?       - Нет, конечно, нет, - сказала Дайна. - Дело не во мне и Ли. Когда ты вернешься через две недели, он будет дома, как всегда.       Это немного успокоило парня, но его плечи по-прежнему были напряжены от страха.       Майкл прочистил горло.       - Ничего плохого не происходит. Мы просто хотим... рассказать тебе о нескольких вещах на случай, если у тебя возникнут какие-либо вопросы или ты чего-то не поймешь. Хорошо?       Дилан кивнул. На этот раз его ноги дернулись вперед, сначала одна, потом другая, расходуя ту неугомонную энергию, из-за которой семилетний ребенок, особенно нервный, не может усидеть на месте. Его пятки ритмично стучали по дивану, вторя моему беспокойному сердцебиению.       Майкл и Дайна снова обменялись взглядами. Она слегка кивнула, и он повернулся к Дилану.       - Ты ведь помнишь, как Ли и твоя мама познакомились, да? – спросил он. - Когда они впервые встретились и начали встречаться?       Дилан кивнул.       - Да, помню.       - Ладно, что ж, Джейсон и я... - Майкл сделал паузу, вложив свою руку в мою. - Мы вроде как делаем то же самое.       Дилан перевел взгляд со своей мамы на отца, на меня и на наши с Майклом соединенные руки. Мы, взрослые, затаили дыхание, ожидая, что он что-нибудь скажет.       Нахмурив брови, он спросил:       - Так у тебя есть... - и слегка наклонил голову. - Парень?       Майкл медленно кивнул.       - Да. Есть.       - О. - Он немного помолчал. Я приготовился к шквалу вопросов. Как дети реагировали на все это? Рука Майкла дернулась в моей, и я ободряюще сжал ее.       Наконец, Дилан заговорил снова.       - Можно мне чашечку пудинга?       Мы все втроем расхохотались.       - Конечно, можно. - Дайна встала. - Я сейчас вернусь. - Проходя мимо Дилана, она взъерошила ему волосы.       Пока она была на кухне, Дилан повернулся ко мне.       - Так ты парень моего отца?       Я взглянул на Майкла, который быстро кивнул мне. Обращаясь к Дилану, я сказал:       - Да, я.       Дилан перевел взгляд с меня на своего отца и обратно.       Майкл прочистил горло.       - Итак, у тебя есть какие-нибудь… вопросы? Что-нибудь? По этому поводу?       Парень покачал головой. Мгновение спустя Дайна вернулась с чашкой шоколадного пудинга и ложкой. Майкл нахмурился, когда она протянула его Дилану, но ничего не сказал.       Дилан погрузил ложку в пудинг и снова принялся болтать ногами туда-сюда. Откусив пару кусочков, он спросил:       - Ребята, вы такие же, как мама и Ли?       - Что ты имеешь в виду? - Спросил Майкл. - Типа, мы женаты?       - Наверное. - Дилан пожал плечами.       Майкл взглянул на меня. Затем он улыбнулся и накрыл мою руку своей другой рукой.       - Не совсем, но посмотрим, что получится.       - Хорошо. - Дилан посмотрел на меня и сказал, как ни в чем не бывало: - Мой папа умный. Парни намного лучше, чем девушки.       - О, правда? – сказал я. - И почему это?       Мальчик сморщил нос.       - Потому что девчонки отвратительные.       Я не смог удержаться и фыркнул. Майкл тоже.       - Что? - Дайна усмехнулась. – Они не такие.       - Да, такие! - Дилан хихикнул.       - Твоя мама не такая уж и противная, - сказал я.       - Она не считается. Она мама.       - Логика семилетнего ребенка. - Дайна пожала плечами. - Полагаю, с этим не поспоришь, верно?       Я усмехнулся.       - Нет, думаю, не поспоришь.       - Что ж, - сказала она с притворным негодованием, - однажды, Дилан, ты поймешь, что девушки вовсе не так отвратительны, как ты думаешь.       Дилан снова сморщил нос, а мы с его родителями рассмеялись. Никто из нас не произнес ни слова, пока он ел, в высшей степени равнодушный к заботам взрослого мира.       - Ладно, малыш, - сказала Дайна, когда он покончил со своей порцией пудинга. - Иди, выбрось это в мусорное ведро, а потом собери свои вещи, чтобы вы, ребята, могли идти.       Дилан поднялся с дивана и побежал вверх по лестнице.       Как только мальчик ушел, Майкл глубоко вздохнул, закрыл глаза и откинулся на спинку дивана.       Дайна покачала головой.       - Майкл, я думаю, наши родители могли бы многому у него научиться.       - Без шуток, - сказал он. - Это при условии, что они когда-нибудь перестанут срать котятами из-за того, что мы не научили его, какой злой «гей».       Она тихо хмыкнула в знак согласия.       - Они уже знают? Твои родители?       - Пока нет. - Он встретился с ней взглядом. - Думаю, с этим я пока повременю. Похоже, это не «необходимо знать» прямо сейчас.       - Хорошая мысль, - сказала она. - Как, по-твоему, они это воспримут?       - Ну, лучше, чем родители Сета, это уж точно.       Дайна фыркнула.       - Это не займет много времени.       Майкл тяжело вздохнул.       - В любом случае, рано или поздно я с этим разберусь. Больше всего мне хотелось, чтобы вы с Диланом узнали.       - Я рада, что ты нам рассказал, - тихо сказала она.       - Я тоже. - Майкл поднялся на ноги и обошел кофейный столик. Он обнял свою бывшую жену и долго не отпускал ее, закрыв глаза, на его лице было написано искреннее облегчение.       Когда Дилан спустился вниз, Майкл отпустил Дайну, а я встал.       - Готов ехать? - Спросил Майкл.       Дилан кивнул.       Когда мы направились к машине, Майкл перевел дыхание.       - Ну, было не так уж плохо. Теперь мне нужно поговорить с Сетом.       Я съежился.       Майкл обнял меня и поцеловал в щеку.       - Я с ним все улажу. Не волнуйся.       Не волнуйся.       Да, точно.