«don’t look back in anger» i heard you say

Блудуд не мог дышать. Его легкие сдавливало, словно комната превратилась в огромный гидравлический пресс, из которого он не мог выбраться. Зрение затуманилось, и было ощущение, что он то впадал в беспамятство, то приходил в себя, и ничего не мог с этим поделать. Двое людей стояли перед ним: один из них, отец его умершего лучшего друга, стоял там, разговаривал и спорил со вторым, как старая супружеская пара. Это совершенно нормально! Абсолютно нормальное поведение стариков. Если бы не тот факт, что они стояли прямо рядом с телом мёртвого полицейского. По крайней мере, Блудуд был частично уверен, что тот мёртв. Капитан не шевелился с момента столкновения, его тело было безжизненным и холодным, а кровь стекала на пол, окрашивая серую плитку в багровый цвет. И вот они стояли над телом, как будто для них это был обычный вечер четверга. Они что-то говорили, но все казалось таким далёким — как будто Блудуд погрузился под воду. Единственное, на чем он мог сосредоточиться, была кровь. Но тут раздался голос 007n7, холодный и страшный, поразивший Блудуда как удар кирпичом. — Ты закончишь или я? — спросил 007n7 спокойным и собранным голосом, будто речь шла о задании в колледже, а не о чьей-то жизни. Второй человек злобно ухмыльнулся, глядя на едва дышащего человека на полу. — О-он весь твой, [СЕВЕН]! 007n7 перевернул капитана Доули на спину, лицо полицейского исказилось от боли и недоумения. 007n7 с отвращением посмотрел на мужчину, вытащив что-то красно-чёрное. Оно было гладким — холодный металл и ноль эмоций. Ужасающее зрелище. Он нажал кнопку на всплывающем меню, и оно исчезло в вспышке красно-чёрных пикселей, а капитан Доули, казалось, растаял на полу. Мне нужно бежать. Мне нужно бежать, сейчас же. Блудуд знал, что ему нужно уходить, но не мог. Он не мог сдвинуться, словно на нём были бетонные ботинки. Но он знал, что если не сдвинется с места, то может оказаться тем, кто будет спать с рыбами. 007n7 наклонил голову в сторону своего сообщника, на лице у него застыла многозначительная улыбка. — На всякий случай, — ухмыльнулся бывший хакер. Второй только улыбнулся в ответ, ещё шире и ещё страннее. 007n7 перешагнул через мужчину, голова капитана лежала у его ног. 007n7 поднял ногу так высоко, как только мог. И наступил прямо на лицо мужчины, вызвав отвратительный хруст. Он повторил это снова. И снова. Блудуд с ужасом наблюдал, как 007n7, одержимый ярость, с каждым разом наступал всё сильнее и сильнее, неистово нанося удары ботинком по лицу мужчины. Каждый хруст звучал как выстрел, и багрово-красная кровь окрасила ботинок бывшего хакера. Тело капитана Доули оставалось безжизненным, как и прежде, но неестественность исчезла. Он был действительно мёртв. Капитан Доули был мёртв. Блудуд только что стал свидетелем убийства. Но 007n7 не остановился, его лицо исказилось от удовольствия, пока ботинок ударялся о череп мертвеца. Снова и снова. Вид отца его лучшего друга, того самого отца, который готовил гамбургеры для Блудуда и его мамы и рассказывал несмешные анекдоты, к большому огорчению Блудуда, убивал кого-то таким жестоким и безжалостным образом, вызывая у Блудуда приступ тошноты. — Перестань, — прошептал Блудуд; по его лицу текли горячие, мокрые слёзы. Стоп, с каких это пор он плачет? И с каких пор фиолетово-чёрное существо смеялось? Он не заметил этого, слишком сосредоточившись на непостижимой сцене, разыгрывающейся перед его глазами, но теперь? Он никогда не сможет этого забыть: как смех глючил, а потом повторялся снова и снова, как какой-то безумный цикл. — Перестань, — прохрипел Блудуд, немного повысив голос. 007n7 не послушал и поднял ногу, после чего вновь раздался отвратительный хруст. Блудуд заметил, что теперь на подошве ботинка мужчины были видны кусочки мозга. И всё же он не остановился. Он продолжал, превращая лицо капитана Доули в нечто неузнаваемое. Перестань. Прекрати это. Перестань, остановись, он уже мёртв. Прекрати, прекрати, прикратиПРЕКРАТИПРЕКРАТИ… — ПЕРЕСТАНЬ, ОН УЖЕ МЁРТВ! — воскликнул Блудуд, прося прекратить насилие со слезами на глазах. К счастью, оба мужчины остановились, и ботинок 007n7 опустился на твёрдую землю. И тогда, как в сцене из фильма ужасов, их головы одновременно повернулись, они уставились на него, а в глазах обоих появился угрожающий, опасный блеск. О, чёрт. —————————————————— Грудь 007n7 поднималась и опускалась. Он не был большим любителем физических упражнений, за что Ноли постоянно его дразнил. Он не бегал и не ходил в спортзал даже до появления Кулкида. А когда он появился, 007n7 по-прежнему не нуждался в физических нагрузках; ему хватало постоянно заботиться о гиперактивном ребёнке. Но после потери он не делал ничего, кроме как плакал и бродил, словно потерявшаяся кошка. Однако резко поднимавшаяся и опускавшаяся грудь не была связана с физической нагрузкой или одышкой. Это было из-за адреналина. Восторг от мести, от того, что людям досталось то, что они, блять, заслужили. И 007n7 не сомневался, что эти два офицера заслужили каждую секунду своей смерти. Он уже наводил хаос раньше. Он вселял страх в глаза многих, наблюдая, как огонь поднимался вокруг него, словно барьер, а затем поглощал здания целиком. Он уже показывал людям ужас, он научил людей бояться. Никогда это не ощущалось так эйфорически. Никогда ещё 007n7 не испытывал такого сильного кайфа, чистый адреналин тёк по его венам с каждым ударом по голове офицера. Он не мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал себя так хорошо, горький, злобный смех вырывался из него, пока он ещё сильнее вдавливал голову офицера в пол. Или, может быть, это был смех Ноли? 007n7 было всё равно. Он чувствовал себя хорошо впервые за долгое время. И тут раздался детский голос, и его сердце полностью остановилось. И, возможно, если бы это был случайный ребёнок, он не испытывал бы того всепоглощающего сожаления и вины, которые он испытывал сейчас; возможно, если бы это был случайный ребёнок, он мог бы телепортироваться прочь. Сбежать с места происшествия и забыть, что всё это произошло. Но это был не случайный ребёнок. Это был Блудуд. Друг Кулкида. Он стоял там, обнимая себя так, как будто расслабься он на секунду, он рассыплется на миллион мелких кусочков. Слёзы наполняли его глаза, зрачки сузились до размера булавочных голок, пока он осмысливал происходящее перед ним. Он выглядел напуганным и, что ещё важнее, одиноким. Было ли это тем, что чувствовал Кулкид, когда пропал?.. Эта мысль заставила 007n7 физически пошатнуться назад, его разум закружился от этого сокрушительного удара. Это то, что пережил Кулкид перед смертью? Это тот страх, который он испытывал? К этому моменту чувство вины проникло внутрь него. Оно просочилось через порезы на его руках и медленно душило его, как будто сам ад не торопился с ним расправиться. Он причинил боль другу своего сына. Может быть, не физическую, он не бил и не пинал ребёнка, но нанёс ему душевную травму. Подарил ему воспоминание, которое он не мог забрать обратно. 007n7 действительно ужасен. И вот он стоит, с лицом, искажённым смесью печального осознания, сожаления и шока. Его тело дрожало, как будто вся сила и уверенность, которые были у него ещё мгновение назад, были насильно вырваны из него. Но тогда Ноли подошёл ближе, сжимая пульсирующую Звезду Пустоты с жестоким блеском в глазах. Он наклонил голову, как будто оценивая, насколько это будет легко. Как легко было бы убить. Нет. 007n7 поспешил стать перед Ноли, спотыкаясь из-за окровавленных ботинков. Он остановился перед худощавым лидером культа, а лицо Ноли исказилось от недоумения и лёгкого отвращения. — Ноли, стой! — задыхаясь, пробормотал 007n7, словно его ударили в живот. Он не мог позволить ему это сделать. Не с Блудудом. Не с другом Кулкида. — Это же ребёнок! Лицо Ноли скривилось от недоумения, как у ребёнка, которому велят съесть овощи. — С-Сев… — он говорил медленно и осторожно, будто 007n7 был каким-то бешеным животным, которое нужно укротить. Это только сделало 007n7 ещё более отчаянным. Он же не был сумасшедшим. Правда? Он просто хотел помочь. — Э-э-этот парень — [СВИДЕТЕЛЬ], — продолжил Ноли, указывая на Блудуда, который всё ещё был полностью парализован страхом. — М-мы рискуем быть п-пойманными, если [ПОМИЛУЕМ] его 007n повернулся к ребёнку, который беспомощно смотрел на него. Он напуган. Он боится. 007n7 не может. Не может этого сделать. Вместо этого 007n7 притягивает Ноли к себе, его рука ласкает щёку лидера секты, он наклоняется, а их лбы практически соприкасаются, настолько близок он был. — Пожалуйста, — умоляет мужчина, его голос охрип от отчаяния. — Позволь мне поговорить с ним. Только один раз Ноли хотел сказать «нет». Он правда хотел. Но этот взгляд… То, как он молча умолял, нет, просил пощадить ребенка. Это напомнило ему, почему 007n7 был здесь в первую очередь. 007n7 уже потерял своего ребёнка. Он не вынесет смерть ещё одного. Ноли понимал. Потеря любимого человека — это то, что остаётся с тобой. Это гниёт, растёт внутри тебя. Ты видишь этого человека в неожиданных местах или вспоминаешь о нём тогда, когда не хочется. Он угрожает поглотить тебя целиком и выплюнуть твою пустую оболочку. Кому как не Ноли знать. Он испытал это, когда 007n7 ушёл. Ушёл, как ни в чем не бывало. Он не до конца осознал, что произошло тогда: крики, плач ребёнка, хлопок двери — всё это эхом отзывалось в его голове, повторяясь, как кассета с записью чистого сожаления. Он бы рассмеялся. Ему не нужен был 007n7. Ему не нужен был никто! Он сам Ноли, он лидер Культа Пустоты. Его было невозможно остановить. Но 007n7, как призрак, которым он стал, стал преследовать его так, как Ноли и представить себе не мог. Пицца напоминала Ноли о том, как он и 007n7 издевались над доставщиком. Чёрные и красные цвета напоминали Ноли о C00lgui и его пользователе. Чёрт, даже чипсы со вкусом барбекю, любимые 007n7, напоминали Ноли о хакере. И каждый раз это причиняло ему всё большую боль, как будто часть его постепенно вырывали из него, как будто паразит высасывал из него питательные вещества и заставлял гнить. Так что да. Ноли понял 007n7. Он фыркнул, и его белые глаза встретились с карими глазами 007n7. — Хорошо, — вздохнул он, слегка наклонившись к 007n7. — Я пойду разведу огонь, а ты поговори с ним, идёт? 007n7, казалось, растаял от облегчения, и из его груди вырвался недоверчивый смешок. — Спасибо. Огромное спасибо, — сказал он, обнимая Ноли. Ноли моргнул. — Ладно, ладно. Нам нужно торопиться, мы провели здесь слишком много времени, — пробормотал Ноли, и теперь бледно-розовый цвет смешался с фиолетовым и чёрным на его лице. Шутливо толкнув его, 007n7 ушёл, поспешив к телу другого офицера. Джонсона, или как там его звали, чтобы избавиться от него. Он слегка улыбнулся, но это было известно только ему одному. ——————————————————