«don’t look back in anger» i heard you say

Билдермен осмотрел остатки полицейского участка; в воздухе витал резкий, режущий глаза запах дыма. Остатки кирпичного здания выделялись на фоне пригорода, как бельмо на глазу: его изначально голубые стены превратились в обугленные чёрные от огня. Билдермен поднял руку и указал на камеру, установленную на перекрёстке близлежащей улицы, которая должна была стать надёжным свидетелем всего произошедшего. — Так вы хотите сказать... — протянул он с сильным акцентом и низким голосом, пытаясь разгадать тайну случившегося. — Что все камеры случайно отключились в одно время? Инженер по безопасности движения покорно кивнул, слегка напуганный мыслью о допросе со стороны такой власти. — Д-да, сэр. Все камеры в радиусе полумили выключились в одно и то же время, с точностью до минуты — Что ж, интересная ситуация... — проворчал Билдермен, раздражённо сжимая переносицу. Ему было ясно, что какие-то глупые экспойтеры сделали что-то с полицейским участком. Обычно он бы скорее посмеялся или слегка рассердился, но в этот раз всё было иначе. Это была не безобидная шутка, это не было изменение стены на бигборд с рекламой или заставить кого-то левитировать над землей. Нет, это было убийство. В тот день погибли два человека. Две семьи потеряли своих сыновей, а правоохранительные органы Роблоксии лишились двух удивительно преданных государственных служащих. Он и без того был в ярости из-за поджога полицейского участка, но обнаружение двух обугленных трупов привело его в бешенство: кровь забурлила в жилах, наполняя его гневом и желанием восстановить справедливость в отношении этих двух мужчин. Билдермен небрежно поднял руку, как он делал сотни раз до этого. — Теламон, — позвал Билдермен, уже зная, что бог наблюдал. Огромная птица не могла перестать преследовать его, особенно когда дело касалось драматических событий. Он слегка отошёл в сторону, позволяя богу сделать своё появление в вспышке света и шуршании его больших крыльев. — Теламон здесь, — объявил Теламон, нависая над Билдерменом с почти детским наклоном головы. — Что Билдермену требуется от Теламона? Билдермен лениво повернулся к богу, хотя блеск в его глазах был отнюдь не таким. Скорее, это была решимость, подпитываемая справедливостью и необходимостью наказать экспойтеров, лишивших жизни двух полицейских. — Мы идём на охоту, — объявил Билдермен, направляясь к телепортационной платформе. Он полностью проигнорировал искру, зажёгшуюся в глазах Теламона; бог начал испытывать головокружение от кровожадности, которая только усиливалась, пока Билдермен продолжал говорить: — Иди за своим мечом — Теламону интересно… — начал Теламон, его голос звучал почти радостно, когда он с глубоким интересом следил за мужчиной. — Что стало причиной этого внезапного объявления? — Хакеры, — ответил Билдермен, и это только усилило его радость от всей этой ситуации. Билдермен сжал кулаки, пытаясь направить свой гнев куда-нибудь, кроме своих слов. — К тому же идиоты, даже не пытающиеся скрыть своё присутствие Теламон прищурился под капюшоном своей мантии, подозрительно наблюдая за поведением Билдермена. — Но Билдермен обычно очень милосерден к эксплойтерам, — возразил он, раздражённо шевеля крыльями на голове, полагая, что заявление Билдермена было слишком хорошим, чтобы быть правдой. — Не ведёт ли Билдермен великого Теламона за нос? Невысокий мужчина не смог сдержать вздоха, смешанного с чистой, неподдельной яростью и смешком. — Нет, Теламон, я не веду тебя за нос. Ты прав, обычно я бы проявил милосердие, — Билдермен посмотрел на Теламона, который явно гордился своими «удивительными дедуктивными способностями». — Но я уже сыт по горло... — продолжил он, и его ворчание заставило Теламона из интереса наклониться ближе. Билдермен не обратил внимания на вторжение Теламона в его личное пространство, скорее даже наоборот, он приветствовал это, слегка наклонившись к нему в ответ. — Теламон, они не просто устроили какую-то... глупую шутку, — Он вздохнул, вспомнив родителей полицейского: то, как они рыдали, кричали, прося своего ребёнка вернуться к ним, когда Билдермен сообщил им новость. Эта мысль заставила его вздрогнуть от чувства вины. Он проглотил вину и гордость и продолжил: — Нет, они уничтожили имущество. И что ещё хуже... они пролили кровь Теламон широко улыбнулся, услышав это объяснение, обнажив острые клыки, наклоняясь достаточно близко, чтобы вонзить зубы в шею Билдермена. — Так что теперь мы прольем их кровь, — жестоко прошептал он, уже обдумывая, как заставить эксплойтеров заплатить за свои преступления. Билдермен, который обычно упрекал бы Теламона за его жестокость и жажду насилия, лишь улыбнулся, и улыбка эта была каким-то образом ещё более зловещей, чем маниакальная улыбка Теламона. — Да, Теламон, ты совершенно прав. И самое лучшее в этом… — Билдермен замолчал, слишком занятый поиском протоколов арестов в Роблоксии. Он произнёс тихое «Ага!», когда нашёл то, что искал, и это заставило Теламона жаждать чего-то другого, помимо крови. Блудуд XXXXX. Арестован XX/XX/XXXX за вандализм. Доставлен в 3-й полицейский участок Роблоксии. — У нас есть свидетель —————————————————— 007n7 и Ноли бежали по переулку, а за ними, как волна хаоса, следовали шёпотом рассказываемые анекдоты и приглушённый смех. После «инцидента в полицейском участке» они решили немного замедлить свою месть, стараясь не привлекать внимания вышестоящих. Конечно, это было всего лишь небольшим развлечением! В лучшем случае — небольшая безобидная неполадка в их Wi-Fi, в худшем — пара небольших пожаров для людей, радовавшихся пропаже Кулкида и 007n7. Это было скорее ностальгией: их учащённое сердцебиение, тяжёлое дыхание и сдерживаемый смех были удивительно похожи на то, что они делали все эти годы назад. Ноли в шутку прикрыл рукой рот 007n7, чтобы тот замолчал и не привлекал к себе ещё больше внимания кричащего владельца магазина, который яростно искал людей, из-за которых все чипсы в его магазине разлетелись по полу. Конечно, это только заставило 007n7 смеяться ещё сильнее, и он почти согнулся пополам от хохота. Впервые за долгое время слёзы в глазах 007n7 были не от горя или усталости, а от радости. Радости, которую можно испытать только при воссоединении с чем-то утраченным, при возрождении пламени, которое, как казалось, было навсегда погашено. Наконец-то можно было вставить последний кусочек пазла в рамку. Наконец-то можно было почувствовать любовь, а не постоянный игнор, неуважение и ненависть. Наконец можно было почувствовать себя любимым. И, что немаловажно, Ноли тоже улыбнулся. Более тихо, без громкого хохота и множества шуток, призванных привлечь внимание Севена. Нет, это была улыбка, не вызванная озорством, ночными перепалками и хаотичным кодом, а уверенностью и надеждой. Уверенностью, что 007n7 не уйдёт. Уверенностью, что его не используют. Уверенностью, что он и 007n7 смогут обрести счастливый конец после всего. Уверенностью, что на этот раз всё будет хорошо. . . . О, как пали великие.