Сердце Антилопы и Наследие Человечества

Спустя неделю после пробуждения Аэлиты

Во внешних районах за пределами Тундратауна группа зимних волков и несколько носорогов устанавливали новый генератор в одну из многочисленных ветряных турбин, возведённых в самой ветреной части снежного биома Зверополиса, чтобы максимально использовать возобновляемый источник энергии. После остановки гидроэлектростанции в районе Тропического Леса из-за неисправности турбины было крайне важно как можно скорее ввести эти установки в строй, чтобы смягчить энергетический кризис. — Эй, Джеффри, это Тод, объект №17! – сказал носорог в телефон. — Новый генератор установлен, сейчас будем запускать! [Давай, Тод, запускай! Второй и четвёртый сейчас на техобслуживании, нам нужна вся мощность, какую только можно от него получить!] — В смысле на техобслуживании!? Эти бараны вообще в курсе, что в Тундратауне сейчас так называемый «энергетический кризис»? Он имел полное право злиться: его собственный дом находился как раз в зоне отключения электричества. Пришлось перевезти всю семью к кузену, пока подачу энергии не восстановят. Две семьи носорогов, вынужденные ютиться под одной крышей удовольствие, мягко говоря, сомнительное. [Прости, Тод, мы ничего не можем сделать. Будем надеяться, что семнадцатому больше не потребуется ремонт или замена, как в прошлый раз.] Тод недовольно фыркнул, отключил телефон и жестом дал напарнику знак запускать ветряк. Спустя несколько мгновений лопасти начали медленно и уверенно вращаться, подхватывая ритм шестнадцатой и восемнадцатой турбин поблизости, а также остальных, едва различимых сквозь метель.  Он с удовлетворением кивнул: новый генератор, установленный взамен старого, встал идеально и пока работал без каких-либо проблем. Десять минут спустя, зайдя внутрь семнадцатого объекта, чтобы проверить сам генератор, он получил звонок из Центрального Энергоуправления. — Это Тод, объек №17. Что такое? [Тод, что, чёрт возьми, у вас там происходит на семнадцатом?] — В смысле? У нас здесь всё работает прекрасно! – растерянно ответил он, глядя на безупречно функционирующий генератор прямо перед ним. [По нашим показаниям выходная мощность семнадцатого почти в три раза превышает норму! Семнадцатый выдаёт столько же энергии, сколько шестнадцатый, восемнадцатый и девятнадцатый вместе взятые!] Расширив глаза, носорог выбежал наружу и посмотрел на лопасти высоко над головой, сравнивая скорость их вращения с двумя соседними турбинами, которые были отчётливо видны. На глаз они вращались одинаково. Всё ещё не веря, он вернулся внутрь и попросил одного из коллег вывести данные по скорости вращения. — Скорость стабильная — тринадцать миль в час, как и у всех остальных! – сообщил арктический волк. — И при этом она выдаёт втрое больше энергии… – пробормотал Тод, снова связываясь с Центральным Энергоуправлением. — У нас есть техническая схема этого генератора? [Отрицательно, Тод. Мы ещё не получали официального распоряжения о замене генераторов на новую модель. Кто у вас санкционировал эту установку?] — Никто. Мы решили, что это вы прислали нам новый генератор. – ответил он. — Кто вообще его разработал и отправил? — Та же компания, что обычно изготавливает для нас генераторы и запасные части для этих мельниц. – вмешался его коллега. — Секунду… у меня есть письмо от них со схемой. Там сказано, что заказ поступил из нашей компании от некой… «Аэлиты». Они даже написали, что заказчик предоставил им готовые чертежи генератора для производства… — Алиэта? Вы вообще знаете хоть одного зверя с таким именем? – спросил он у сотрудников энергоуправления, всё ещё остававшихся на линии. — Отрицательно. У нас никто с таким именем не работает. — Что ж, кем бы она ни была… она заказала нам чертовски мощный генератор. – ответил Тод, изучая схему. — Я только бегло её просмотрел и это просто нечто. Никогда не видел подобного инженерного решения. — Вот именно. Тот, кто это спроектировал, полностью переработал спецификации. Часть решений явно заимствована из конструкции генераторов гидроэлектростанции. Здесь даже используется та же система «усилителя», применяемая для увеличения выработки и накопления энергии. Эта турбина способна выдавать втрое больше энергии, чем любая из наших, при той же скорости вращения. – с изумлением сказал волк. — Здесь даже есть подробные примечания: как всё работает, как устранять неисправности, оптимальный график обслуживания… Шеф, тот кто это спроектировал вложил свою «душу». — Центральное, сколько времени потребуется, чтобы заменить все наши ветряки такими генераторами? – спросил Тод. [Около двух лет. Этот экземпляр был изготовлен в срочном порядке. Кто бы ни была эта Аэлита, она незаконно использовала средства компании и взломала систему, создав фиктивный профиль для оформления заказа. Руководство будет крайне недовольно — скорее всего, подключат своих юристов.] — А по-моему, этой Аэлите нужно выдать премию. – сказал Тод, снова вглядываясь в схему. — Потому что её генератор решит все энергетические проблемы Тундратауна!

***

— Эм, Газелле… ты уверена, что это сработает? — На все сто процентов! – бодро ответила антилопа. — Но… сейчас же вроде бы как… лето. А на мне огромный зимний шарф и здоровенные зимние перчатки… Я же буду очень сильно выделяться! – сказал Джереми, подняв руки и разглядывая надетые на них перчатки. На нём был тяжёлый и широкий зимний шарф, рассчитанный на тигра, а на руках — пара «тигриных» перчаток. Всё это должно было скрыть его человеческие черты при взгляде сбоку и со спины.  Чтобы замаскировать голову, Газелле надела на него одну из своих летних шляп, которую иногда носила сама, а также снабдила его парой фальшивых рогов — такими пользовались её танцоры-охранники на одном из прошлых концертов в качестве сценического образа.  Шляпа, по сути, нужна была для того, чтобы скрыть искусственные рога: если не присматриваться, можно было решить, что перед вами просто очень странно одетая антилопа. Для лучшей маскировки лица она ему ещё выдала массивные, «угловатые» солнцезащитные очки. Всё это было необходимо, чтобы спрятать его — ведь они собирались выйти в город. Газелле очень сильно хотела показать ему Зверополис: он уже почти неделю жил у неё дома, и это начинало сводить с ума не только его, но и Аэлиту.  Аэлита жаждала увидеть внешний мир. Несмотря на то что она могла спокойно узнать всё через Интерсеть, ей хотелось посмотреть на всё собственными глазами.  Джереми тоже хотел выбраться наружу, но в первую очередь ради неё. Он хотел, чтобы она увидела реальный мир. — Ты всё равно будешь выделяться, Джереми. Поверь, этого вполне хватит, чтобы всё прошло гладко! Рядом с ним Аэлита, находясь в своей стеклянной сфере, тихо хихикала. — Что? – спросил он, повернувшись к ней. Она расхохоталась ещё сильнее и, обхватив колени руками, указала на него пальцем. — Я выгляжу нелепо, да? Она кивнула, всё ещё смеясь. — Нужно ли напоминать тебе, Аэлита, что без этой твоей голографической сферы ты выглядишь как материнская плата с проводами и микросхемами? Тем временем Газелле надела солнечные очки и шляпу — в тон его маскировке. — Газелле, ты уверена, что этот маскарад сработает? А если вдруг кто-нибудь узнает меня после больницы? — Тебя не успели как следует рассмотреть. А если вдруг кто-то увидит тебя рядом со мной на публике — я просто придумаю какую-нибудь историю, чтобы папарацци было о чём посплетничать следующие пару недель! – ответила она с улыбкой. — Пойдём, будет весело, поверь! К тому же тебе нужна новая одежда. С этим он спорить не мог. Единственный комплект одежды всё ещё сидел на нём мешковато, да и нормальное бельё, подходящее по размеру, ему действительно было необходимо. Он в последний раз взглянул на свою руки в перчатках, тяжело вздохнул, затем поднял Аэлиту и осторожно взял её в руки. Теперь они наконец были готовы выходить. Покинув дом, Джереми поднял взгляд — на небе почти не было облаков. Светло-голубой простор и ярко-жёлтое солнце заставили его замереть в изумлении. В последний раз он по-настоящему смотрел на небо… ещё тогда, когда поднимался на поверхность — задолго до того, как был заморожен. С этой мыслью он повернулся к Аэлите. Она тоже с восхищением смотрела вверх. — Красиво, правда, Аэлита? Она взглянула на него, улыбнулась и кивнула. Затем она указала на Газелле, которая стояла у своего лимузина и ждала его рядом с одним из телохранителей-тигров. — Прости, я просто… — Не волнуйся, я всё понимаю… – мягко сказала она, ободряюще похлопав его по плечу. — Для тебя сейчас всё иначе. Даже такая вещь, как ясный солнечный день, которую мы принимаем как должное, для тебя тогда была редкостью. Пока она обходила лимузин, чтобы сесть с противоположной стороны, Джереми тихо пробормотал себе под нос: — Ты даже не представляешь, насколько… Аэлита, однако, услышала его. Она лишь мельком взглянула в его сторону, после чего отвела взгляд. Спустя несколько минут они уже ехали в сторону Саванна-Централ — делового центра Зверополиса, где собиралось большинство жителей города, занимаясь своими повседневными делами.  Когда машина въехала в центральный район, он вместе с Аэлитой поднял голову, разглядывая гигантские здания и стеклянные конструкции. Оба смотрели широко раскрытыми глазами на этот удивительный город — почти зеркальное отражение человеческих городов времён его расцвета, только всё куда более масштабнее.  Солнечные лучи, отражаясь от фасадов, временами слепили глаза, лишь сильнее подчёркивая, что перед ними — настоящий и живой город под открытым небом, а не тесные металлические коридоры и стальные помещения его подземной базы. — Это… потрясающе… Аэлита согласно кивнула, её глаза тоже сияли от восхищения. — Добро пожаловать в Зверополис. Он производит такое впечатление на каждого, кто видит его впервые. – тепло сказала Газелле. — Мы как раз въезжаем в Саванна-Централ. Наша первая остановка — магазин одежды. — Невероятно… а насколько большими бывают здесь здания? – спросил он, указывая на одно из строений, мимо которых они проезжали. — Самое большое — Зверополис Тауэр. – ответила она, указывая на самое высокое здание, увенчанное изогнутым шпилем. — Он насчитывает сто пять этажей. Некоторые из них рассчитаны на крупных зверей — жирафов, слонов, а другие, наоборот, для песчанок и прочих мелких грызунов. Газелле взглянула на него — он всё ещё не отрывал глаз от башни. — А до каких размеров доходили человеческие здания? — Ну, согласно историческим данным, самым большим сооружением был гигантский жилой комплекс, построенный союзом городов-государств Франции в 2174 году. Он предназначался для размещения более семисот тысяч человек, насчитывал примерно сто девяносто семь этажей и занимал площадь целого городского квартала. Причём каждый этаж имел одинаковую площадь. Глаза Газелле расширились от изумления. — Вы строили здания такими большими? — Это было необходимо, чтобы справиться с ростом населения… Когда численность твоего вида достигает сорока миллиардов, невозможно расселить всех по отдельным домам. – тихо ответил он. — Этот комплекс был самым простым и дешёвым решением для размещения семей с низким доходом. Он давал доступное жильё, но… миллионы людей оказывались скучены вместе, как… муравьи в муравейнике. Аэлита кивнула, затем засветилась и спроецировала изображение огромного квадратного здания. Окна на нём были настолько малы, что их почти не было видно. Для наглядности она сначала показала рядом одного человека, который помахал им. Затем она уменьшила фигуру до почти незаметной точки на фоне гигантского кубического сооружения, о котором он говорил. — Ох… понятно… – произнесла Газелле. В её голосе уже не было прежнего восторга: она осознала, что здание создавалось не ради красоты, а исключительно ради практичности. — Ну… по крайней мере, оно действительно было большим. — Да… – пробормотал он, глядя в окно на другие небоскрёбы и невольно отмечая, насколько изящнее и разнообразнее они выглядят. — Большим. Она наблюдала, как Джереми отвёл от неё взгляд и снова стал рассматривать здания — их формы, линии, внешний облик. От грусти, прозвучавшей в его словах, у неё слегка сжалось сердце.  Она пыталась говорить в ободряющем тоне, но всякий раз, когда он вспоминал что-то, связанное с людьми, разговор неизменно окрашивался в мрачные тона. Даже её восхищение высотой человеческих сооружений он сумел подать так, что в этом не было ничего радостного. Газелле нахмурилась, глядя на человека. Она надеялась, что эта первая вылазка станет для него чем-то светлым, но пока всё складывалось совсем наоборот. Когда Мо свернул на улицу, ведущую к торговому центру, она понадеялась, что хотя бы первая остановка сможет немного поднять ему настроение. Мысль об одежде натолкнула её на идею. — Какую одежду ты бы хотел? – спросила она. — Что-нибудь повседневное… или, может быть, что-то более официальное? Ну, знаешь, на случай, если тебе снова придётся разговаривать с мэром? При упоминании одежды Джереми заметно оживился — он признался, что раньше у него никогда не было ни «повседневной», ни «деловой» одежды. — Тогда это станет нашей первой задачей на сегодня! – жизнерадостно сказала она. — К счастью, я знакома с владельцем одного магазина и вчера попросила его об одной большой услуге. — О какой именно? – поинтересовался Джереми, когда они подъехали к магазину под названием «Магазин Сейбра: Деловая и Повседневная Одежда». Выйдя из лимузина, они подошли к главному входу, на двери которого висела табличка «Закрыто». Пока Мо отгонял машину, Газелле поспешно завела Джереми внутрь, стараясь сделать это как можно быстрее, прежде чем их кто-нибудь заметит.  К счастью, было уже далеко за полдень, и на улице в основном находились лишь те, у кого сегодня был выходной, или те, кто просто вышел перекусить, поэтому на них никто не обратил внимания. Оказавшись внутри, она быстро огляделась в поисках своего друга. — Сейбр, ты здесь? – позвала она, пока Джереми шёл следом, разглядывая выставленную одежду на многочисленных манекенах, рассчитанных на самых разных зверей. — А вот и ты, дорогуша! – раздался чей-то тёплый голос. Из-за ряда костюмов в дальнем конце магазина вышел чёрная пантера. Подойдя, он крепко её обнял. Она ответила тем же. Сейбр был одним из её главных поставщиков нарядов — именно он создавал многие платья и костюмы, в которых она и её танцоры выступали на концертах и снимались в клипах. В деле дизайна одежды он был настоящим маэстро, работая как с женскими, так и с мужскими моделями, создавая вещи для самых разных форм и размеров.  Более того, благодаря тому, что Газелле заказывала у него сценические костюмы, его бизнес буквально расцвёл на волне её популярности. Так что, можно сказать, он был обязан ей как минимум одной услугой за всё, что она сделала для его магазина. — О, дорогая, как же давно мы не виделись! Как продвигается твой новый клип? – весело прорычал он, ведя их вглубь магазина. — Сейбр, прошло всего две недели. – ответила она, снимая солнцезащитные очки и шляпу. — Кстати, тот костюм, который ты для меня сделал, выглядит потрясающе. Не могу дождаться, когда клип будет готов, чтобы ты увидел его на экране! — Прошло всего две недели, а мне уже хочется, чтобы его увидел весь Зверополис, дорогая! – с гордостью воскликнул он. Она тихо рассмеялась, когда они подошли к его измерительной зоне — всё уже было подготовлено для Джереми: рядом стояла ширма для переодевания, обеспечивавшая уединение. — Сейбр, ты получил моё сообщение вчера насчёт той услуги, о которой я просила? — Да, я, кажется, пробежался по нему глазами. Понял только, что ты хочешь, чтобы я закрыл магазин на день, дабы помочь твоему «другу» с приватными мерками и подбором для него одежды! – тепло ответил он. — Так кто же этот «очаровательный молодой зверь», ради которого я закрыл магазин на целый день, м? Неужто твой парень, дорогая? — Сейбр, он не мой парень, он… он просто мой друг… – запнулась она, слегка покраснев. — Ах, но ты не можешь отрицать, что твой друг — самец! – парировал он, а затем наконец заметил Джереми. — О, так это и есть тот самый молодой зверь? Хм, милые рожки, чуть меньше твоих… Эх, дорогуша, всегда знал, что ты питаешь слабость к молодняку и… Он умолк, заметив светящуюся сферу в руках Джереми. Лишь спустя мгновение до него дошло, что внутри находится кто-то живой — Алиэта с любопытством рассматривала одежду вокруг и самого пантеру, её взгляд был полон удивления и интереса. — Сейбр, это Джереми. – сказала всё ещё красная Газелле, указывая на всё ещё полностью замаскированного Джереми. — А это его подруга… Аэлита. Аэлита помахала в знак приветствия, затем слегка поклонилась. Джереми тоже поздоровался, протянув руку для рукопожатия, которое Сейбр принял, всё ещё немного ошеломлённый и сбитый с толку, разглядывая своих гостей. — Кто… это… – тихо пробормотал он, бросив на Газелле вопросительный взгляд. — Джереми… всё в порядке, можешь снять маскировку. Сейбр — мой друг. Я бы не привела тебя к нему, если бы не доверяла ему твою тайну. — Хорошо. – ответил он и передал ей Аэлиту, чтобы было удобнее снять маскировку. Медленно Джереми начал снимать элементы одежды, скрывавшие его человеческие черты. Сначала — шляпу, вместе с которой исчезли и искусственные рога, обнажив его тёмные волосы. Затем он стянул перчатки, открыв ладони. Затем он размотал шарф, скрывавший лицо и уши. И, наконец, снял солнцезащитные очки — теперь стали видны его глаза и почти плоское, непривычное для местных жителей лицо. Постепенно до Сейбра дошло осознание: этот так называемый «друг» Газелле был явно необычным зверем, ради которого она попросила об услуге. — Похоже, мне всё же стоило внимательнее прочитать твоё сообщение, Газелле. – пробормотал он. — Кто ты? — Я… человек. Реакция последовала мгновенно. В одно мгновение из озадаченного и любопытного собеседника пантера превратился в испуганного дикого зверя. Он резко отпрыгнул назад и вцепился когтями в стену. Его прежняя уверенность исчезла, уступив место настоящему первобытному страху. — Ч-ЧЕЛОВЕК?! Джереми опешил не меньше. Он осторожно сделал шаг назад, увеличивая дистанцию между собой и пантерой. Аэлита тоже не понимала, что происходит, и пыталась осмыслить, чего именно тот так испугался. — Сейбр… успокойся, он не опасен! – сказала Газелле, пытаясь успокоить его. — Он никому не причинит вреда. — Газелле, ты не понимаешь! Он же может в любой момент сменить облик, взлететь… и… и отрастить огромные острые когти и зубы! – почти выкрикнул Сейбр. — Он может убить нас своей магией! Что «человек» делает здесь, в Зверополисе?! — Магией? – недоверчиво переспросил Джереми. — Откуда ты вообще знаешь о людях? Он повернулся к Аэлите, которая подняла на него взгляд. — Аэлита, сколько времени прошло с тех пор как отец тебя отключил? – спросил он у неё. Аэлита сразу же подняла руки и показала число, загибая пальцы — каждая комбинация обозначала отдельную цифру. — Триста сорок семь тысяч пятьсот пятьдесят два года? – изумлённо переспросил он. Аэлита кивнула и добавила к счёту ещё три цифры. — И… четыре месяца и двадцать шесть дней? Не думаю, что мне требовалась настолько точная дата, Аэлита… Она пожала плечами с видом: «Сам попросил». Пока они переговаривались между собой, Газелле наконец смогла немного успокоить Сейбра и убедить его, что человек не представляет угрозы и вовсе не похож на тех существ из легенд, о которых, несомненно, рассказывали многим в детстве — о мифическом виде, существование которого большинство зверей считало возможным лишь в сказках. — Джереми действительно человек, Сейбр, но он совсем не такой, какими их описывают истории. – спокойно сказала она. — Представители его вида не умеют отращивать чешую, не могут летать, у них не вырастают клыки или когти, и уж точно они не способны менять своё тело по желанию или пользоваться магией. Она на мгновение замолчала, и в её голосе появилась грусть, когда она открыла последнюю деталь о своём друге. — И… он также — последний из своего вида. Услышав это, Сейбр перевёл взгляд с неё на Джереми, осмысливая услышанное. — Последний… из своего вида? Она печально кивнула. — Он совсем один, Сейбр. Его народ пытался сделать всё, чтобы спасти как можно больше своих… Но когда на прошлой неделе нашли то сооружение, живым оказался только он. Все остальные погибли. Она наклонилась ближе и прошептала: — Пожалуйста, Сейбр, просто дай ему шанс… Он только начал оправляться от потери всего, что знал, и всех, кто был ему дорог. Сейбр наконец кивнул, подошёл и снова протянул руку для рукопожатия. Джереми охотно ответил тем же. — Прости, просто… большинство хищников считает вас… ну, «высшими хищниками». – сказал он с неловкой улыбкой. — Для нас вы были идеальными охотниками: без слабостей и страхов… способные на всё. — О… у нас были слабости… и страхи тоже… но мы действительно могли добиться почти всего, если ставили перед собой цель. – тихо ответил Джереми. — А кто ты? – обратился Сейбр к Аэлите. — Это Аэлита. Она — искусственный интеллект, сокращённо ИИ. – объяснил Джереми, пока Аэлита кивала и приветственно махала рукой. — Она не может покинуть эту сферу, так что пожать руку не получится. И говорить она может только в форме пения, поэтому обычно общается жестами или меняет визуальный образ, чтобы передать смысл. Аэлита кивнула и тут же продемонстрировала сказанное: приняла облик самого Сейбра, воспроизвела его реакцию на Джереми и затем строго нахмурилась, словно отчитывая — как будто намекая, что он повёл себя очень невежливо. — Что ж, тогда позвольте мне загладить свою вину. – с лёгким смешком сказал пантера. — Вы ведь пришли сюда снять мерки и подобрать одежду, верно? Моя дорогая Газелле, почему бы тебе пока не посмотреть несколько моих новейших нарядов, только что доставленных прямиком с Сахара-Сквер, а я тем временем займусь твоим другом? — Хорошо, Сейбр, позаботься о нём. – сказала она. — Джереми, ты в надёжных лапах. Сейбр — мой друг и один из лучших портных в городе! С этими словами она направилась к новым платьям, о которых он ей сказал. По пути она начала также обдумывать одну мысль, не дававшую ей покоя. Скоро должен будет выйти крупный фильм, для которого она записала главный музыкальный клип. Именно благодаря этому она получила приглашение на закрытую вечеринку — премьерный показ фильма только для ограниченного круга VIP-гостей. Сначала она подумывала просто проигнорировать приглашение и остаться дома. Но теперь, поразмыслив, она вспомнила, что в приглашении говорилось о возможности прийти не одной, а с кем-нибудь. И, если честно, она была бы совсем не против взять с собой Джереми — это помогло бы ему освоиться в обществе и дало бы другим зверям шанс привыкнуть к нему. Улыбнувшись своей задумке, она решила подобрать идеальное платье из тех, что есть у Сейбра, посмотреть, какое из них, как ей казалось, «понравилось бы Джереми». Она тут же мысленно дала себе пощёчину, покачав головой. — Хватит мозг, он просто друг… очень необычный друг, который… нет, просто друг. – пробормотала она, перебирая наряды. Однако, хотя разум и согласился с этим утверждением, сердце отозвалось едва заметным, крошечным уколом от собственных слов.

***

— Джереми… могу я задать вопрос? – спросил Сейбр, держа в лапах измерительную ленту. — Эм, конечно? — Вытяни руки, пожалуйста. Да, прямо вот так. – сказал пантера, приподнимая ему руки и выравнивая их. — Так вот… я хотел спросить. О вас ходит несколько историй. Мы хищники называем вас «Древними Высшими Хищниками», и мне стало интересно, правда ли хоть что-нибудь из этого? — А о чём именно ты хочешь спросить? – ответил Джереми, чувствуя, как усы пантеры подозрительно близко касаются его, пока тот измерял размах рук. — Ваш вид мог… летать? — Эм, нет… Не совсем. – ответил Джереми. — Мы изобрели технику, чтобы подняться в воздух. Сами по себе люди летать не могли. — Значит вы могли летать? – оживился Сейбр. — Просто не от природы, верно? — Ну… да. — А как насчёт брони? Ваш вид мог создавать на своих телах что-то вроде чешуи или пластинчатой защиты? — Ну… мы могли делать «одежду» и носить металлические элементы, которые выполняли роль чешуи. — Поразительно… – пробормотал он себе под нос. — Моя мама всегда рассказывала мне и моим братьям и сёстрам истории о людях. Она говорила, что вы способны укрощать саму природу, заставлять землю склоняться перед вами и даже уничтожать угрозы одним взмахом когтей! — Ну… мы не могли этого… обычно… – тихо ответил Джереми, явно испытывая дискомфорт от этой темы. — Ох, прости… болезненная тема? – осторожно спросил Сейбр. — Просто… я не люблю об этом говорить. Аэлита, сидевшая на полу у его ног, согласно кивнула. Поняв, что разговор явно не по душе ни Джереми, ни Аэлите, пантера сменил тему и вернулся к работе, начиная измерять другие части тела. — Мне нужно, чтобы ты снял рубашку и брюки, Джереми. – деловито сказал он. — Я не смогу точно измерить талию и ширину ног, пока они на тебе. — Что!? — Что-то не так? — Нет, просто… у меня… нет… ну… «нижнего белья». – признался он, покраснев. — О, так это не такая уж проблема. – сказал Сейбр, но тут же осёкся и удивлённо моргнул. — Полагаю, у людей нет… эм… «чехлов» для… этого? Джереми молча кивнул. — Вот как… Так-с… ну ка, дай-ка мне подумать… Внезапно сфера Аэлиты вспыхнула и окутала область талии Джереми ослепительным голографическим сиянием. Она позаботилась о том, чтобы полностью закрыть его интимные места, и пока проекция действовала, её человеческий облик не мог сформироваться. Свет стал настолько плотным, насколько она могла его сделать, не позволяя никому «увидеть» то, что находилось под скрытой областью. — Спасибо, Аэлита! – сказал он, снимая рубашку, а затем брюки, которые легко соскользнули с него, так как были ему слишком велики. Держались они на нём только благодаря ремню, которым он их затягивал. — Мгновенная цензура — впечатляет. – пробормотал Сейбр, вновь принимаясь за измерения. Через несколько минут измерений пантера свернул ленту и кивнул Джереми, давая понять, что тот может одеваться обратно, чем он тут же и занялся. Находиться в помещении обнажённым было крайне неприятно — его пробирал несильный холод. Он боялся, что это может спровоцировать его криогенетический склероз. — Ещё раз спасибо, Аэлита. – сказал он, поднимая её на руки. ИИ показала ему поднятый большой палец, давая понять, что прикрыла его как следует. — Итак, у меня есть все твои мерки, и теперь я точно знаю твои размеры для всего необходимого. Остался только один вопрос: какой «стиль» тебя интересует?. – спросил Сейбр. — Что-нибудь «классическое»? Или, может, более «современное»? А может, хочешь что-то нарядное и изысканное? — Честно говоря, я даже не знаю… – ответил Джереми. — Прошло много времени с тех пор, как я вообще носил что-то кроме стандартной униформы на базе. — Тогда начнём! – с гордостью объявил Сейбр, задвигая вокруг него примерочную штору, скрывая его от посторонних взглядов. — Я принесу несколько комплектов на примерку, а пока можешь надеть нижнее бельё. Видит небо, оно тебе было действительно необходимо! — Мне не послышалось? Джереми наконец-то собирается примерять одежду? – донёсся вдалеке голос Газелле. — Э-э… да. — Тогда я ни за что этого не пропущу! Хочу увидеть, как ты выглядишь в одежде, которая тебе действительно подходит! – радостно воскликнула она. Она как раз закончила рассматривать несколько последних нарядов своего друга-дизайнера, но к сожалению не нашла того, что ей бы действительно понравилось или что, по её мнению, Джереми захотел бы увидеть на ней. Поэтому она решила позже попросить Сейбра придумать для неё что-нибудь особенное. Услышав, что Джереми собирается примерять новую одежду, она тут же загорелась желанием это увидеть — наконец-таки он будет ходить не в той больничной одежде, которая висела на нём мешком. — Тогда не будем терять времени — вот первый комплект, который я хочу, чтобы ты примерил! – сказал Сейбр, передавая ему одежду через занавеску. Через пару минут он, заглянул внутрь. — Ну что ж, посмотрим, как на тебе сидит это! Этот образ я называю «Обычная прогулка по Сахара-Сквер»! Он отдёрнул занавеску и перед ними появился Джереми в жёлтой рубашке с коротким рукавом и бежевых брюках в тон. Газелле тихо хихикнула, представив, как он в таком виде будет ходить по улицам Сахара-Сквер. — Очень даже ничего! – тепло сказала она. — Ну не знаю… я чувствую себя слишком открытым… – с сомнением сказал Джереми. — И какое-то оно всё… слишком тонкое. У тебя не найдётся чего-нибудь потеплее? Аэлита оценила наряд на «четыре из десяти», заявив, что ей он тоже не нравится. — Без проблем! Вот, попробуй этот! – с воодушевлением сказал пантера, нисколько не расстроившись, закрывая занавеску и передавая новый комплект. — Этот образ я называю «Радость района Тропического Леса»! Теперь Джереми был одет в плотные тёмно-синие плотные брюки и рубашку в тон. На ткани были очертания капель дождя, а рукава доходили до запястий. На этот раз Газелле вынуждена была признать — он и правда походил на настоящего жителя района Тропического Леса. — Чувствую себя так, будто забыл взять с собой зонт и попал под очень сильный дождь. – прокомментировал он, поворачиваясь, чтобы лучше себя рассмотреть. — Но мне нравится, как сидит и ощущается эта рубашка. — Да ты вылитый местный! – заметила Газелле. Аэлита, однако, поставила этому образу лишь «шесть из десяти». — Когда это ты успела стать экспертом по моде? – сухо заметил Джереми. Аэлита тихо хихикнула, пропуская его замечание мимо ушей, пока Сейбр снова задвинул занавеску и передал Джереми следующий комплект. — Не бойся, у меня есть то, что нужно. На этот раз посмотрим, как твои друзья оценят этот вариант… – сказал Сейбр, явно наслаждаясь задачей угодить всем. — Этот образ я называю «Житель Саванны, но с корнями Тундратауна». Занавеска открылась, и теперь перед ними предстал Джереми в бежевой рубашке и коричневых повседневных брюках, поверх которых был надет тёмно-серый тренч с манжетами из искусственного меха и подкладкой из мягкой кожи. Газель пришлось мысленно шлёпнуть себя по щеке — слишком уж она засмотрелась на него. В этом образе он выглядел… очень даже привлекательно. — Мне очень нравится! – быстро сказала она, одарив его тёплой улыбкой. — Мне тоже нравится этот плащ. – сказал Джереми, разглядывая себя. Аэлита внимательно осмотрела его с ног до головы, после чего сдалась и поставила наряду «девять из десяти». — Девять?! – в притворном отчаянии воскликнул Сейбр. — О нет-нет-нет, мне нужна десятка! Давайте перейдём к следующему! Газелле наблюдала, как Джереми подвергался череде бесконечных примерок — её друг-портной был одновременно и в восторге, и полон решимости выбить из Аэлиты идеальную десятку. Он одевал Джереми в самые разные комплекты — всевозможных цветов и стилей, от домашней повседневности до вечерней и профессиональной одежды. И каждый раз решающим голосом была Аэлита, которая не давала больше восьми ни одному из вариантов, кроме того, который понравился и Джереми, и Газелле, и ей самой. Со временем она заметила, как рядом с занавеской росла куча отвергнутой одежды — пока она не доросла почти до её груди. Спустя ещё какое-то время её друг уже почти смеялся от усталости — настолько он устал в попытках заслужить одобрение маленького ИИ. — Прости Аэлиту, она очень… привередливая. – пробормотал Джереми. ИИ печально кивнула, затем указала на него, после чего прижала руки к груди с нежным выражением лица, словно говоря: «хочу для него самого лучшего.» — Фух… ладно, не думал, что когда-нибудь скажу это, но я признаю поражение. Я не могу подобрать ничего, что принесло бы идеальные «десять из десяти». – усмехнулся он. — Аэлита, а что нужно, чтобы получить от тебя идеальную десятку? – спросила у неё Газелле. Аэлита посмотрела на неё, затем жестом попросила Джереми поднять её и передать Сейбру. Оказавшись в его лапах, она направляла его по магазину, показывая на разные элементы одежды, которые хотела рассмотреть. Пока они ходили между стеллажами, Газелле подошла к Джереми. — Как ты себя чувствуешь, Джереми? — Нормально… просто пытаюсь понять, что происходит с Аэлитой. – тихо сказал он. — В смысле? — Когда отец рассказывал о ней, она не была задумана такой… «разнообразной» в выражениях и мышлении. – негромко произнёс он. — Она должна была быть лишь морально-этическим ориентиром и хранителем истории человечества, чтобы мы не повторяли старых ошибок. Она не должна была быть «экспертом по моде»… — Может, она просто хочет помогать тебе больше, чем было заложено в её программе? – предположила она. — Или мой отец сделал больше, чем говорил… – продолжил он. — Или же… возможно за более чем триста тысяч лет одиночества… она развила новые подпрограммы, которые позволили ей «эволюционировать» дальше того, чем она была изначально. Это бы объяснило, почему она ведёт себя так, как сейчас — комментирует всё, что я делаю или говорю, смеётся, шутит… — Она… правда так может? – с любопытством спросила Газелле. Для неё Аэлита всё ещё оставалась такой же загадкой, как и всё, что было связано с людьми. — Она — настоящее чудо, Газелле. – тихо сказал он. — Её создали как нашего посланника к тем, кто придёт после нас, если мы все погибнем. Она должна была представить человечество в хорошем свете. Но она совсем не такая, какой я её представлял… Она могла бы сделать так много без того, чтобы я тянул её назад. И единственное, чего я не понимаю — почему она так ко мне привязана? Наступила тишина. Внезапно Джереми почувствовал, как Газелле взяла его за руку. Он повернулся и посмотрел на её тёплую улыбку. — Потому что ты — её семья. А кто не хочет быть рядом со своей семьёй? Слово «семья» тут же заставило её пожалеть о сказанном — она вспомнила, что Джереми теперь был последним из своего вида, и увидела, как его лицо на мгновение омрачилось. — Ой… прости, Джереми, я не хотела… я не подумала… – начала она извиняться, но он покачал головой. — Всё нормально… я уже смирился. – ответил он, несмотря на то, что его пальцы чуть сильнее сжали её ладонь. Она сжала её в ответ. Они сидели в тишине несколько минут, наслаждаясь обществом друг друга, пока Сэйбр и Аэлита были заняты своими делами. Когда же они, наконец, вернулись, Газелле отпустила его и вернулась на своё место. Сейбр отдёрнул занавеску и протянул Джереми новый комплект одежды. — Итак, вот новый набор, который мы выбрали. Этот образ я назову… «Объятие Аэлиты»! – с гордостью объявил пантера, после чего распахнул занавеску, показывая Джереми. Теперь он был одет в плотные чёрные брюки и такую же плотную белую рубашку. На руках у него были небольшие перчатки, доходившие чуть выше запястий, с подкладкой из искусственного меха и крошечными резиновыми вставками для лучшего сцепления и удержания предметов. — А перчатки зачем? — Если честно, сам до конца не знаю, но теперь, когда я смотрю на это, они явно добавляют образу какую-то «изюминку»! – ответил Сейбр. — В целом наряд выглядит довольно «простым», но перчатки придают ему немного «загадочности и шарма»! Аэлита же указала на руки, ноги и тело Джереми, а затем прямо на его сердце, уверенно кивнув. — Она говорит, что этот наряд поможет защитить моё тело от криогенетического склероза. ИИ гордо кивнула, затем жестом указала на его одежду, радостно закружилась и выставила ему «десять из десяти». — Конечно, ты поставишь высокую оценку наряду, который сама же выбрала, Аэлита. – усмехнулся Джереми. — Как бы то ни было, мне очень нравится этот образ! – с воодушевлением заявил Сейбр. — Я выставлю его на витрине и представлю новую линию одежды, которую только что придумал! Это вдохновило меня на новые идеи. Этот дизайн я назову «Тщеславие Аэлиты». От услышанного Аэлита недовольно посмотрела на него и покачала головой. — Может, стоит изменить название? – с надеждой предложила Газелле, когда дверь магазина внезапно открылась. — Эм, извините, а Сейбр Плитозуб здесь? – раздался чей-то женский голос. Все обернулись и увидели, как через парадную дверь вошли два офицера полиции Зверополиса — крольчиха и лис. Газелле сразу узнала их — это были Джуди Хоппс и Ник Уайлд, одни из самых известных офицеров в городе. Именно они раскрыли дело, связанное с Ночными Горлодёрами, из-за которых хищники сходили с ума, и сорвали планы мэра Барашкис взять под контроль город. — Приветствую, офицеры. – сказал Сейбр, подходя к ним. — Прошу прощения, что меня не было дома. Пришлось выйти, чтобы помочь одному хорошему другу. — Никаких проблем, мистер Сейбр. Мы просто хотели задать вам несколько вопросов и… О… э-э… мисс Газелле, как приятно вас здесь увидеть! — Здравствуйте. – ответила Газелле, уже замечая, как сквозь профессионализм этого маленького ушастого офицера проступает её восторженная фанатка. С ней такое случалось часто и это всегда немного забавляло её. — Морковка… — Ой… да… кхм, простите. – сказала Джуди, вновь принимая деловой вид. — Итак, как я уже говорила, не могли бы вы рассказать нам, что именно произошло две ночи назад? Понимая, что разговор явно личный, Газелле оставила своего друга-пантеру и вернулась к Джереми, который всё ещё раздумывал, стоит ли ему переодеваться или оставить новый наряд на себе. — Останься в нём, Джереми. И возьми ещё те, которые понравились Аэлите. – тепло сказала она. — Сейбр сказал, что это подарок, так что платить не нужно. Я попрошу его подготовить для тебя несколько таких комплектов для повседневной носки! — Газелле, но я не… сколько это стоит? — Не думай об этом! – рассмеялась она. — Главное, чтобы у тебя была одежда, которая тебе нравится и в которой тебе будет комфортно ходить!

С этими словами она помогла ему сложить одежду и усадила Аэлиту поудобнее прямо на аккуратно разложенную кучу вещей. Когда они уже направились к выходу, офицеры как раз заканчивали свой разговор с Сейбром. — Спасибо, мистер Сейбр. Мы сообщим вам, если что-нибудь из этого выясним. Вы нам очень помогли. – сказала крольчиха-офицер. — Конечно. Я просто надеюсь, что тот, кто вломился в мой гараж, больше этого не сделает. Не самая приятная мысль — осознавать, что в твой дом можно так легко проникнуть… — Подожди, Сейбр, ты не говорил, что к тебе кто-то вломился? – удивилась Газелле. Когда она заговорила, офицеры повернулись в их сторону, а затем их взгляды остановились на Джереми и Аэлите. — А-а, Джереми Уилхарт… если я правильно помню все те инструктажи, через которые нас прогнал «буйвол с камнями вместо мозгов». – тепло сказал лис. — Ну и как вам Зверополис, мистер Человек? — Ник! — Да я же просто спрашиваю, Морковка, ничего такого! – хохотнул он. — Э-э… у меня всё хорошо… Мисс Газелле очень помогла мне освоиться и… приютила у себя. – нервно ответил он. — Знаем, мэр уже передала нам все детали. У нас все знают о тебе и твоём подземном доме. – сказала крольчиха, подходя ближе и протягивая ему лапу. — Джуди Хоппс, полиция Зверополиса. Рада наконец познакомиться с вами как следует. В прошлый раз мы виделись в больнице, и тогда из-за всей этой суматохи нам не удалось нормально представиться. А это мой напарник — Ник Уайлд. — Серьёзно, Морковка? И это всё? Просто «напарник»? – лукаво протянул лис. — Ты забыла, что я теперь ещё и твой будущий жених? Эх, вот и думай после этого, что делать бедному лису. — Ник, ой… нет, я не это имела в виду, я просто… я… – Джуди начала оправдываться, заливаясь румянцем от смущения и извинений, прежде чем её напарник мягко похлопал её по голове. — Спокойно, Морковка, я просто шучу. Твои родители, кстати, тоже ещё ко мне привыкают. – спокойно сказал он. — Обожаю твоих родителей, между прочим. Отличные звери! И, между прочим, у них потрясающе вкусная голубика! Ладно, это уже не по теме. Знаю, это не совсем ваше дело, но не могли бы вы нам помочь? Мы вас надолго не задержим. — Конечно. Чем мы можем помочь? – спросила Газелле. — По всему городу прокатилась серия взломов. Ничего необычного, если не считать того, что владельцы домов сообщают об одном и том же: некий зверь проникает внутрь, обходя все установленные системы безопасности. – сказала Джуди, достав блокнот и глядя на записи. — Каждый раз, когда он оказывался внутри, вместо того чтобы что-то украсть, он… чинит сломанные вещи, а затем уходит, не оставляя никаких следов. — Ни один зверь ничего не видел и не заметил ничего подозрительного. Но несколько городских камер смогли заснять этого зверя — как раз в тех местах где были зарегистрированы инциденты. – добавил Ник, вытаскивая фотографию и показывая её им. — Вы не знаете, кто это может быть? Джереми и Газелле одновременно посмотрели на снимок. Увиденное заставило глаза Джереми широко раскрыться, а тело напрячься. Фотография была тёмной, а выбранный ракурс не давал чёткого понимания происходящего. Свет уличного фонаря едва освещал попавшего в кадр зверя и не позволял его чётко увидеть. Но Джереми увидел. Пара красных, светящихся глаз смотрела на что-то вне кадра. Смутный силуэт был небольшого роста, метр в высоту. И когтистую лапу, которая, если приглядеться внимательнее, отливала характерным металлическим блеском, отражая свет на снимке. — Нет, не могу сказать, что узнаю его. – тёплым тоном сказала Газелле. — И сомневаюсь, что Джереми мог бы что-то знать, он ведь даже не выходил из моего дома до сегодняшнего дня, верно Джереми? Соображая на ходу, он быстро кивнул и улыбнулся. — Д-да, не знаю кто это… точно не знаю! – сказал он. Газелле и Джуди, похоже, поверили. А вот лис смотрел на него уже по-другому. Но в итоге он всё же убрал фотографию. — Эм, слушай Сейбр… а у тебя тут есть туалет? – сказал Джереми, чутка согнувшись. — Я вдруг понял, что сегодня ещё не ходил… — В конце коридора, две двери — синяя и розовая. Синяя — мужская, смотри не перепутай! – дружелюбно ответил Сейбр, забирая у него одежду. — Я пока вам всё упакую! — Спасибо! – сказал Джереми, подхватывая Аэлиту и почти бегом направляясь к уборной в глубине помещения. Когда он оказался вне зоны слышимости, и закрыл за собой дверь, он поставил Аэлиту на пол и повернулся к ней. — Аэлита, мне нужно, чтобы ты вывела это изображение. Она кивнула и спроецировала голограмму фотографии на стену. — Так… можешь улучшить изображение? Хочу быть уверенным, что мне не померещилось! Через несколько секунд изображение стало ярче, контрастнее, некоторые зоны затемнились, другие — высветлились… и показали именно то, чего он так сильно боялся. — О нет… Силуэт оказался тем, чего он так опасался: роботизированный пёс, ростом около восьмидесяти сантиметров, внешне напоминающий хаски из его далёкого прошлого. В длину он был около двух метров и передвигался на четырёх тонких лапах, которые лишь на первый взгляд казались хрупкими — на самом же деле в них скрывалась огромная сила. Его глаза светились ярко-красным светом: он использовал режим ночного зрения, чтобы ориентироваться в тёмном переулке, где была сделана фотография. Тусклый свет, доходивший туда от фонаря, отражался от его титанового корпуса, который даже спустя столько времени всё ещё сиял безупречным металлическим блеском. Хвост был изогнут назад, образуя форму буквы «J», и служил задним сканером — для обнаружения угроз, которые не попадали в поле зрения передних сенсоров. — Аэлита… ты можешь подтвердить, активны ли у него какие-нибудь наступательные системы вооружения? – нервно спросил он. На изображении появилась большая красная «X», означающая «нет». — Ох, слава богу… Если оружие этого дрона всё ещё в рабочем состоянии… Он уничтожит половину Зверополиса, прежде чем они вообще успеют попытаться его остановить… – прошептал он. — Но что он здесь делает? Они же все должны были быть заперты в нижних уровнях базы вместе с остальным боевым дронами… Аэлита приняла свою обычную форму, на её лице читалось беспокойство. — Страж… О нет. Что он задумал? Внезапно до него дошло. — Это моя вина… Я не завершил передачу управления и не активировал статус «код зелёный» для базы. Похоже Страж решил, что до нашего пробуждения была похищена технология. И он отправил дрона, чтобы вернуть её и устранить любые потенциальные угрозы базе. Но что… что вообще могло быть украдено, чтобы активировать автоматическую программу «найти и уничтожение»? Аэлита на мгновение задумалась, а затем вывела новое изображение на стене — криогенную капсулу Джереми, всё ещё стоящую в больничной палате. — Капсула… она была извлечена без его разрешения… поэтому он отправил дрона. А так как капсула сейчас неактивна, и сигнал, который он пытается найти, отсутствует… вот почему дрон бродит по всему Зверополису. Он пытается её отыскать. Она снова приняла свою обычную форму и тревожно посмотрела на него. — У дрона, должно быть, не хватает энергии для постоянной работы. Поэтому он выходит на поиски ночью, когда его труднее заметить, а днём возвращается на базу для подзарядки и ждёт пока не наступит ночь. – рассуждал он вслух. — Так как ещё никто не пропал и не погиб, значит, он пока не воспринимает зверей как угрозу — скорее как нечто, чего стоит избегать. Внезапно его начало трясти. — Но, если вдруг кто-нибудь запаникует и решится напасть на него… он может признать это угрозой и… Аэлита, нам нужно срочно найти его и остановить, прежде чем он кого-нибудь убьёт! Он нервно сглотнул. — Если этот дрон убьёт хоть одного зверя, это уничтожит любую надежду на то, что люди когда-либо смогут быть прощены в их глазах… Аэлита, ты можешь сымитировать сигнал, который посылала моя капсула, если бы была активна? ИИ кивнула и создала перед ними голографические часы, показывающие время, когда им стоит начать поиски дрона. — Нет, мы не можем искать его сами. Нам нужно, чтобы он сам пришёл к нам. Как только он засечёт сигнал, он зафиксирует цель и направится прямо к ней, чтобы вернуть «объект». Мы выманим его в туда, где никто не пострадает… а потом… потом найдём способ его отключить… Он сглотнул. — Главное самому не помереть.

***

— О боже… Ник, тебе обязательно было выставлять меня полной фанаткой перед Газелле?! – закричала крольчиха, когда они тронулись на служебной машине. Он проигнорировал её и потянулся к рации. — Это 573. Шеф Бого всё ещё у себя в кабинете? [10-4, 573!] — Передайте ему, что у нас появилась зацепка. [Эм… 10-4, Ник.] — Эй, подожди. Ты о ком вообще? – с недоумением спросила Джуди, ведя машину. — Ты же не всерьёз подозреваешь Газелле? Она же даже не в курсе происходящего! — Я говорю о человеке, Морковка. Ты видела, как он дёрнулся, когда посмотрел на фотографию? — Эм, нет… он выглядел нормально. Он просто сказал, что ему нужно в туалет. В этом нет ничего подозрительного. — Он врёт. Он явно что-то знает. – уверенно сказал Ник. — Чутьё хищника не обмануть, Морковка. Я знаю, когда кто-то что-то пытается скрыть. Он точно что-то знает. — Ник, по-моему, ты слишком накручиваешь себя… – начала Джуди, но затем всё же сдалась. — Ладно. И как ты можешь быть в этом уверен? — Он сказал: «Да, не знаю кто это… точно не знаю! ». Он мог просто сказать «нет», но он удлинил ответ, будто специально пытался убедить нас сильнее поверить ему. – объяснил он. — И ещё: та маленькая сфера со светящейся девушкой — Аэлита. Ты же помнишь её по инструктажам. Он взял её с собой в туалет. Если ему просто нужно было отлучиться, зачем брать её с собой? Сомневаюсь, что ей интересно наблюдать за тем, как мужчина справляет нужду. — Хорошо, допустим, ты прав. И что дальше? Мы не можем просто так начать шпионить за Газелле, даже если её гость находится в нашем «списке подозреваемых». — Оставь это мне, Морковка. – сказал Ник, когда солнце начало медленно садиться за горизонт. — Просто оставь это мне.