Глава 13. Угроза не стучалась, она сидела за столом вместе с ними II.
3 марта 2026 г., 01:30
— Мисс Ульсен, — произнёс офицер уже медленнее, почти осторожно, будто ступал по тонкому льду, — возможно ли, что это было непредумышленное убийство?
Рэндалфр моргнула. Один раз. Второй.
Слова будто не зацепились за слух. Они прозвучали, и не остались. Только через несколько секунд смысл начал проступать, как чернила сквозь мокрую бумагу.
— Повтори… — выдохнула она. Голос прозвучал хрипло, глухо, будто его вытолкнули из пересохшего горла. — Что ты сейчас сказал?
Её пальцы медленно сжались. Костяшки побелели. Офицер смотрел прямо на неё. Спокойно. Почти безучастно. Его лицо было неподвижным, ни складки на лбу, ни поджатых губ. Только лёгкая тень усталости под глазами. Он выдержал паузу. Дал словам осесть.
— Ты могла по неосторожности добавить в чай не то, что планировала по рецепту.
Это было сказано ровно. Без нажима. Без сочувствия. Как сухая констатация. В груди у неё что-то неприятно провалилось.
— …Ты понимаешь, что говоришь? — тихо спросила Рэндалфр, но в этом тихом звучало напряжение натянутой струны.
— Я понимаю, что иногда ошибка может стоить жизни, — так же спокойно ответил он.
Тишина стала тяжёлой. Воздух будто сгустился.
— Я узнал, что ты часто добавляла ему в чай травы с успокаивающим эффектом… — продолжил офицер, делая шаг в сторону. Затем ещё один.
Половицы скрипнули. Звук показался оглушительным. Он двигался по кухне неторопливо, разглядывая полки, столешницу, чайник. Его пальцы скользнули по спинке стула, по краю буфета, словно он здесь хозяин.
Рэндалфр не сразу поняла, что именно её задело.
Сначала обвинение. Потом тон. И только затем движение. Сердце ударило сильнее. Голова гудела. Виски пульсировали, будто в них вбивали гвозди. Она почти не спала последние ночи, это все давило. Перед глазами иногда темнело. Новый скрип, ещё один шаг по половицам заставил ее выпрямиться.
В ногах ощущалась слабость, будто тело было налито свинцом. Дойдя до дверного проёма, она упёрлась ладонью в косяк, чтобы не покачнуться. Дерево под пальцами было прохладным, единственное, что казалось сейчас реальным.
— Наглости тебе не занимать, — произнесла Рэндалфр уже жестче. — Я вижу, тебе выдали ордер на обыск моего дома?
Он замер, но не обернулся.
— Покажи мне его.
Молчание. Секунда. Две. Три.
Офицер всё-таки повернулся. В его взгляде не было ни раздражения, ни смущения, только лёгкое недовольство тем, что его прервали.
— Гм… — он коротко хмыкнул. — Прошу прощения.
Это «прошу прощения» было формальностью. Звуком, лишенным содержания. Он прошёл мимо неё к выходу. Она ощутила лёгкое движение воздуха, когда он оказался рядом. Не отстранилась. Офицер молча обулся. Натянул перчатки. Уже у двери задержался, словно хотел что-то добавить, но передумал. Кивок. Сухой. И дверь закрылась.
Тишина накрыла дом. Не та уютная тишина, что бывает вечерами. Эта была другой, давящей, вязкой. Она словно наполнила лёгкие, не давая сделать полноценный вдох. Рэндалфр ещё несколько секунд стояла, глядя на дверь.
А затем ноги будто лишились опоры.
Она дошла до дивана и опустилась, не аккуратно, а почти упала. Рэндалфр устало провела рукой по волосам. Пряди и без того были растрепаны, выбивались, цеплялись за пальцы. Она не поправляла их просто сжала у корней и медленно выдохнула.
Голова гудела. Не боль, глухой, постоянный шум, будто где-то за стеной непрерывно работает механизм. Недосып тянул веки вниз. Обвинения, которые она не могла ни принять, ни окончательно отбросить, крутились в мыслях тяжелым кольцом. И поверх всего — смерть отца. Не как событие. Как пустота. Как отсутствие голоса в доме.
Она подвинулась, свернулась на диване. Подтянула ноги к груди, обняла их, словно пытаясь удержать себя в одном куске. Лоб лёг на согнутую руку. Диван был узким, неудобным, но сейчас это не имело значения.
Мысли сначала шли чётко, фразами, обрывками разговоров. Потом стали путаться. Веки наливались тяжестью. Она сопротивлялась ещё несколько секунд, бессмысленно, по привычке. А потом тело сдалось. Сон пришёл не мягко, а резко, как падение в темную воду.
***
Сквозь густую темноту пробилось ощущение чужого прикосновения. Лёгкий толчок в плечо. Пауза. Снова, осторожнее. Рэндалфр едва заметно поморщилась и отдернула плечо, не открывая глаз. Тело протестовало против возвращения в реальность. — Рэндалфр. Голос знакомый, тёплый. Он не требовал, не приказывал, звал. Она приоткрыла глаза, щурясь от рассеянного света. Мир сначала был размытым пятном, потом медленно обрел очертания. — Мм… — неразборчиво пробормотала Рэндалфр. Фокус вернулся. — Траин… Он сидел перед диваном на одном колене, чуть наклонившись к ней. Одна рука осторожно лежала на её предплечье, большой палец медленно проводил по коже будто проверяя, действительно ли она проснулась. — Смогла выспаться? — тихо спросил Траин. В голосе сквозила легкая попытка непринуждённости. — Хотя диван не лучшее место для сна. Он убрал руку, когда Рэндалфр с трудом приподнялась и села. В спине неприятно потянуло, шея затекла. — Я… — она моргнула, стараясь собрать мысли. — Я не заперла дверь? В груди что-то неприятно кольнуло. Траин кивнул. — Она была приоткрыта, когда я пришёл и я забеспокоился. — Он чуть склонил голову, разглядывая её лицо. — Но ты просто спала. На его губах появилась мягкая, почти облегченная улыбка. Рэндалфр смотрела на него сквозь полуопущенные веки. Сон ещё держал её, размывал края сознания. Но рядом с ним эта вязкая тревога внутри будто отступала на шаг. Она привстала и подалась вперёд, не для того чтобы встать, а чтобы опустить голову на его плечо. Рэндалфр тяжело вздохнула, так, словно держала этот воздух внутри весь день. Траин замер на долю секунды. Удивление скользнуло по его лицу, но он не отстранился. Его ладони осторожно легли ей на спину, сначала неуверенно, затем смелее. — Совсем плохо? — тихо спросил Траин. Его рука медленно провела вдоль её спины, успокаивающе. — Давай в следующий раз я провожу тебя до кровати, — добавил он с лёгкой усмешкой. — Диваны… немного для другого были придуманы. Неловкая шутка сказанная намеренно. Он понимал, как она держится последние дни, на одной силе воли. Рэндалфр тихо хмыкнула. Почти беззвучно. Край её губ едва заметно дрогнул. Траин почувствовал это раньше, чем увидел, а затем ощутил, как её руки сомкнулись у него за спиной. Сначала мягко, потом крепче. И прежде чем он успел что-то сказать, она вдруг навалилась на него всем весом. Не резко, но достаточно неожиданно. Траин потерял равновесие и они опрокинулись на пол. Траин лежал на спине, глядя в потолок несколько секунд, осознавая ситуацию. Затем осторожно перевёл взгляд на неё. — Тебе так удобнее? — тихо спросил Траин, не двигаясь. Рэндалфр кивнула, не поднимая головы с его плеча. — Да. — Ладно… — всё, что он ответил. И в этом коротком слове было больше согласия, чем в длинных фразах. Несколько минут они так и лежали на полу. Его ладонь медленно, почти машинально, двигалась по её спине, вверх и вниз, в ровном успокаивающем ритме. В комнате стояла тишина, нарушаемая лишь их дыханием. Её всё ещё неровным, его спокойное. Постепенно к Рэндалфр начала возвращаться ясность. Её руки, упирающиеся в его грудь. Его лицо слишком близко. Осознание пришло не резко, а волной и от неё стало жарко. Она медленно приподнялась, опираясь ладонями по обе стороны от его головы. Кудри рассыпались вперёд тяжёлой волной и упали ему на лицо, щекоча щёки и губы. Несколько прядей зацепились за его подбородок. Рэндалфр смотрела на него сверху, взгляд еще слегка расфокусирован после сна. — Уже вечер? — спросила она так, будто это была самая важная деталь происходящего. — Кхм… да, — ответил Траин с легкой запинкой. Одна из прядей настойчиво лезла ему в нос. Он едва заметно поморщился и осторожно поднял руку, убирая её волосы в сторону. Пальцы на секунду коснулись ее виска, тепло от прикосновения оказалось неожиданным. — Солнце давно село, — добавил он уже ровнее. Рэндалфр моргнула, затем словно очнулась окончательно. Быстро поднялась с него и отошла на шаг, будто между ними нужно было срочно восстановить дистанцию. — А ты чего пришел? — спросила она, избегая смотреть ему в глаза. Траин неспешно сел, затем поднялся на ноги, поправляя одежду. — Мы ведь договорились встретиться вечером, — напомнил он спокойно. — Забыла? Она замерла на мгновение. — Ах… точно… — Рэндалфр потерла шею. Легкая неловкость скользнула по её лицу. — Позабыла что-то… — пробормотала она, будто оправдываясь больше перед собой, чем перед ним. Развернувшись, она направилась в ванную. У стены стояла деревянная бочка с водой, прохладной. Рэн зачерпнула её ковшом, вода глухо плеснулась о стенки, и вылила в ладони. Холод ударил резко. Кожа покрылась мурашками, дыхание сбилось на секунду. Траин стоял в дверном проёме, опершись плечом о косяк. Он не вмешивался, просто наблюдал, как она приводит себя в порядок. — Можем отложить на другой день, — мягко сказал он. — Лучше отдохни. Ты сегодня и так… Траин не договорил, но смысл был ясен. Рэндалфр махнула рукой, не оборачиваясь, и потянулась к полотенцу. — Не бурчи. Сейчас приду в себя и… и… Она замерла, глядя в зеркало на собственное отражение, влажные пряди прилипли к щекам, глаза всё ещё чуть затуманены. — И пойдём ко мне, — спокойно продолжил Траин вместо неё. В зеркале она увидела его легкую улыбку. — Да… да, — тихо согласилась Рэндалфр. Ещё раз сполоснула лицо ледяной водой, глубоко вдохнула. Шум в голове стал слабее. Мысли ровнее. Сердце спокойнее. Рэндалфр выпрямилась, сжала полотенце в руках и, уже собраннее, произнесла: — Дай мне пару минут и идём. — Конечно, я в гостиной подожду, — сразу ответил Траин и, не задерживаясь, развернулся. Он прошёл обратно, аккуратно перешагнув край ковра, и сел на диван. Рэндалфр осталась в ванной одна. Она снова зачерпнула воду из бочки. Деревянный ковш глухо стукнулся о край, вода дрогнула, отражая тусклый свет. Рэн плеснула себе в лицо, на этот раз дольше, с нажимом, словно хотела смыть не только сон, но и весь сегодняшний день. Когда она провела ладонями по щекам, по пальцам потянулись красные разводы. — Вот же… — пробормотала Рэндалфр. Красная краска с век, о которой она совершенно забыла со вчерашнего дня, поплыла по коже, стекая тонкими полосами вниз. Капли падали на ворот рубашки, оставляя влажные пятна. — Стойкая… — бурчала Рэн себе под нос, с некоторым упрямством продолжая тереть глаза. — Конечно, стойкая... Она снова зачерпнула воды. И еще раз. Холод щипал кожу, заставляя щеки и кончик носа краснеть всё сильнее. Ресницы, белоснежные от природы, слегка окрасились в розоватый оттенок, следы теней упрямо не хотели исчезать полностью. Рэндалфр посмотрела на своё отражение. Мокрые пряди прилипли к вискам. Кожа порозовела от холода. Взгляд уже был более собранным, без той мутной сонливости. Но усталость всё равно читалась. — И так сойдёт… — тихо выдохнула Рэндалфр, отступая от зеркала. Сил доводить себя до идеала сейчас не было. Она вышла из ванной, вытирая лицо тыльной стороной ладони. Траин сидел на диване, опершись локтями о колени. Услышав шаги, он поднял голову. Их взгляды встретились. Он чуть задержался, рассматривая её, без макияжа, с покрасневшими щеками, всё ещё немного растрепанную. — Я переоденусь и можем идти, — сказала Рэндалфр, слегка жестикулируя руками, будто оправдываясь за внешний вид. Не дожидаясь ответа, она направилась в спальню. Траин проводил её взглядом, но ничего не сказал, только тихо выдохнул, давая ей это время. В спальне Рэндалфр остановилась перед шкафом и распахнула дверцы резче, чем собиралась. Ряды аккуратно сложенных рубашек, жилетов, тёмных брюк и плотных кофт. Она провела рукой по ткани. Она перебрала несколько вариантов, сбрасывая вещи на кровать. Ткань шуршала, пуговицы тихо звякали. В итоге выбор пал на простую рубашку приглушенного оттенка и темные брюки, удобные, не сковывающие движения. Быстро переодевшись, Рэн стянула резинку с запястья и собрала волосы в низкий хвост. Не было желания разбираться с ними. Когда Рэндалфр вышла в гостиную, шаги её звучали увереннее. — Всё… Траин поднял голову. Его взгляд ненадолго задержался на ней, отметил смену одежды, более собранный вид. В его глазах мелькнуло одобрение, но он ничего не сказал. Он просто кивнул. — Пойдём. Подойдя к двери, Траин открыл её. Вечерний воздух ворвался внутрь, прохладный, свежий. Занавеска у окна едва заметно колыхнулась. Траин отступил в сторону и жестом пригласил её выйти первой. Рэндалфр на мгновение задержалась на пороге, глубоко вдохнула и шагнула в вечер.***
Улицы постепенно пустели. Шаги редких прохожих звучали всё тише, двери домов закрывались одна за другой, а окна загорались мягким золотистым светом. Где-то вдалеке хлопнула ставня. Запах дыма от печей смешивался с сыростью вечернего воздуха. Температура ощутимо опускалась. Камень под ногами уже не хранил дневное тепло. Прохладный ветер изредка прорывался сквозь узкие переулки, касался щек, забирался под ворот рубашки, пробирал до мурашек. Рэндалфр засунула руки в карманы и слегка втянула голову в плечи, но шаг не замедлила. Некоторое время они шли молча. Только звук их шагов и шелест ветра. — Ты же после ночной, да? — вдруг спросила она, будто вопрос давно крутился на языке. Траин повернул голову в её сторону. — Угу. Да. Голос у него был спокойный, но взгляд выдал усталость. — И как ты? Смог отдохнуть? — Рэндалфр подняла на него глаза, внимательно, чуть прищурившись, словно проверяя, не солжет ли. Траин улыбнулся. Тепло, но не широко. — Со мной всё в порядке. Не беспокойся. Она чуть замедлила шаг. — А если буду? Вопрос прозвучал неожиданно твёрдо. Он на мгновение замолчал, явно не ожидая такой прямоты. Брови едва заметно приподнялись. — Ам… — Траин выдохнул, чуть смутившись. — Тогда постараюсь сделать так, чтобы не пришлось. Мне бы не хотелось, чтобы ты переживала понапрасну. Рэндалфр кивнула, но выражение лица не смягчилось. Несколько шагов они снова прошли в тишине. Ветер качнул вывеску на углу, металлический скрип отозвался глухим эхом. — Со мной правда всё нормально, — добавил он спустя время. — Я привык к таким сменам. Пауза. — Но вот ты… — Траин замедлил шаг окончательно, и через пару секунд остановился. Рэндалфр сделала ещё два шага по инерции и только потом заметила, что его нет рядом. Она обернулась. Фонарь позади неё мягко подсвечивал край её силуэта. Траин стоял, глядя прямо на неё, не строго, не укоряюще, а внимательно. Слишком внимательно. — Рэндалфр, — начал рыцарь тише, — ты с каждой нашей встречей становишься… тусклее. — Он искал слово. Видно было, что подбирает осторожно. — Будто гасишь себя по чуть-чуть. Она замерла. Плечи чуть напряглись. — Тебе тяжело справляться одной? — спросил Траин уже без обиняков. Ответ последовал сразу. — Нет. — Рэндалфр вздохнула, отвела взгляд к каменной стене ближайшего дома. — От утраты больно, да, — произнесла она уже тише. — Но из-за смерти отца мой путь не заканчивается. Я… Она запнулась. Слова вдруг стали вязкими. — Понимаешь, это как прилив. В один момент легче. Правда легче. Будто груз снимают с плеч, и ты можешь дышать нормально. А потом… — Рэн слабо усмехнулась без радости, — потом приходит волна. И тебя накрывает с головой. — Она сжала пальцы в карманах. — И ты снова под водой. Снова тяжело. И всё возвращается. Ветер снова коснулся её волос, и Рэндалфр машинально убрала прядь за ухо. — Думаю, мне просто нужно больше времени, — закончила она уже спокойнее. — Чтобы привыкнуть. Рэндалфр не сказала ни слова о расследовании, о подозрениях, что начинали медленно сгущаться вокруг неё. О том, как внутри всё сжималось от одного лишь воспоминания. Если начнет, не остановится. А ей хотелось сейчас просто расслабиться. Просто говорить о чём-то обычном. Траин не сводил с неё взгляда. — Меня не покидает ощущение, что ты что-то не договариваешь, — произнёс он наконец. Она резко скрестила руки на груди, жест защиты, почти инстинктивный. — То есть ты меня сейчас обвиняешь? — В голосе появилась сталь. Не громко, но жёстко. — Нет, — Траин нахмурился, шагнул к ней ближе. — Мы почти пришли, — сказала он. — Остался всего один переулок. Впереди темнел узкий проход между домами. Фонарь у его входа покачивался на ветру, отбрасывая неровные тени. Рэндалфр по-птичьи склонила голову,резко, с легким прищуром, будто пыталась разглядеть в его лице подвох после внезапной смены темы. Но именно эта неожиданность и помогла ей выдохнуть. Тугой узел в груди немного ослаб. Она была благодарна ему за то, что не стал копать глубже, не стал вытягивать из неё слова. Прохладный ветер проскользнул между узких домов, шевельнул пряди её волос, забрался под ворот. Где-то хлопнула ставня, дальше по улице гулко отозвались чьи-то шаги. — А почему ты раньше меня не приглашал к себе? — спросила Рэндалфр, будто между делом, но взгляд её скользнул к нему внимательнее, чем позволял тон. Траин хмыкнул, глядя вперёд. — Я только и видел тебя в мастерской. — Он пожал плечами. — Ты всегда либо с инструментами, либо с бумагами. Думал, дел у тебя по горло. Не хотел ещё и своими приглашениями нагружать. Траин положил ладонь ей на спину, осторожно, почти невесомо, но достаточно настойчиво, чтобы направить её вперёд. Жест был привычным, без намека на давление, скорее поддержка, чем толчок. — Не интересно, — буркнула Рэндалфр, шагая дальше, но уголки её губ едва заметно дрогнули. — Вот как значит, — протянул он. — Я тут, оказывается, стратегию продумывал, заботился, а тебе скучно. Она фыркнула, коротко, с явным вызовом. — Стратег, — передразнила его, вытянув слово с нарочитой важностью. Траин зыркнул на неё исподлобья, будто взвешивая, ответить словом или делом. И выбрал второе. В следующий миг его пальцы резко коснулись её рёбер, быстро, почти невинно, но достаточно неожиданно, чтобы проверить реакцию. Рэндалфр не взвизгнула и не подпрыгнула, как он, вероятно, рассчитывал. Она лишь резко втянула воздух, шагнула в сторону и покосилась на него так, будто Траин только что совершил преступление государственной важности. — Ага, значит, щекотки боишься, — довольно заключил он, улыбаясь. Она медленно выпрямилась. Лицо её осталось спокойным, даже холодным, но в глазах мелькнуло предупреждение. — Ты сейчас врага себе наживешь, — произнесла Рэндалфр тихо, почти буднично. Смотрела она при этом так, словно Траин не просто дотронулся до неё, а вскрыл тщательно охраняемую тайну. — Каюсь, — произнёс он и поднял руки вверх, демонстративно сдаваясь. Рэндалфр фыркнула и отвернула голову в сторону, скрестив руки на груди. Подбородок чуть приподнят упрямо, будто она и правда решила держать оборону до конца. — Ты что, обиделась? — Траин резко остановился, и ей пришлось сделать ещё шаг, прежде чем она заметила, что он не идёт. — Нет. Он ничего не сказал, просто шагнул к ней и, взяв за плечи, осторожно, но настойчиво развернул к себе. Рэндалфр прищурилась, хмуря брови. Взгляд у неё был такой, будто ещё секунда и она действительно плюнет ему в лицо из принципа. — Прости… — Траин неловко потёр шею, внезапно растеряв всю свою прежнюю браваду. — Не понимаю… За что ты извиняешься? — спокойно спросила она. И вот тут его будто что-то кольнуло. Слова застряли. В груди неприятно дёрнуло, не из-за неё, не совсем. Скорее из-за воспоминаний. — Траин? Он моргнул, возвращаясь в реальность. — Нет… Ничего. — Траин поднял на неё взгляд, внимательно всматриваясь в лицо. — Точно всё хорошо? — Нет. Я начинаю замерзать. — Рэндалфр потерла ладони друг о друга, выдохнула в них тёплый воздух и коротко зевнула. — Идём? Он замолчал. Просто смотрел на неё, на чуть побледневшую кожу, на тень усталости под глазами, на то, как она старается держаться ровно, будто холод и утомление пустяк. И в груди сдавило сильнее. Без слов Траин стянул с себя кофту и накинул ей на плечи. Ткань была ещё тёплой от его тела. — Всё же лучше было бы, если бы мы перенесли на следующий раз, — хмуро сказал он, застегивая на ней пуговицы. Рэндалфр подняла на него взгляд. — Почему? В её голосе не было раздражения, только тихое недоумение. И, может быть, едва заметное опасение, что он ищет повод отказаться. Траин нахмурился. — Потому что ты устала. Потому что мерзнешь. И потому что я не хочу, чтобы ты через час ненавидела меня за то, что я тебя вытащил. Рэндалфр молчала пару секунд, затем глубже укуталась в кофту, пряча подбородок в ворот. — Я бы сказала, если бы хотела уйти, — тихо произнесла она. — Не придумывай за меня. — Я беспокоюсь. Траин мягко коснулся её щеки, осторожно, почти невесомо, будто проверял, не отпрянет ли она. Но едва его пальцы ощутили холод её кожи, он тут же отдёрнул руку, словно испугался собственной смелости. — Рэндалфр… Пожалуйста, просто не ври мне. — Я не вру… — она отвела взгляд в сторону. Профиль стал резче, тени под глазами заметнее. — Просто не поспала сегодня нормально, вот и всё. Ветер снова прошёлся по переулку, заставив её сильнее запахнуться в его кофту. Траин смотрел на неё несколько секунд, молча, внимательно, будто пытался отделить правду от того, что она оставляет за скобками. — Раз тебя уже не отговорить… — наконец произнёс он, — сможешь ли у меня отдохнуть? Рэндалфр моргнула. — …Это будет выглядеть странно. Я ведь в гости иду. — Одно другому не мешает, не так ли? — Траин улыбнулся, уже без прежней насмешки, мягко. Она пожала плечами. — Думаю, пока мы дойдём, вся моя сонливость улетучится. — Гадать не будем. — Он сказал это спокойно, но в голосе сквозила упрямая забота. Несколько минут они шли молча. Камни под ногами тихо отзывались шагам, из редких окон лился теплый свет. Рэндалфр смотрела вперёд, будто обдумывая что-то, затем, без предупреждения, вместо слов просто взяла Траина за руку. Не крепко. Не демонстративно. Просто переплела пальцы с его, словно это было самым естественным решением. Он на мгновение замер, удивление мелькнуло в глазах, но потом его пальцы осторожно сжали её ладонь в ответ. — Вот это уже выглядит странно? — тихо спросил Траин, стараясь скрыть улыбку. — Помолчи, — коротко отрезала Рэндалфр, но руку не отпустила.***
Провернув ключ, Траин дёрнул ручку и толкнул дверь. Петли тихо скрипнули, звук разнесся по дому особенно отчетливо в непривычной тишине. Внутри было прохладно. Воздух стоял неподвижный, чуть затхлый, дом почти двое суток пустовал. — Моё скромное жилище, — произнес он, отступая в сторону и пропуская Рэндалфр первой. — Скромное? — переспросила она, переступая порог. Дом не казался ни тесным, ни чрезмерно просторным, скорее аккуратным, собранным. Темное дерево пола, строгие стены без излишнего убранства, несколько полок с книгами, аккуратно расставленные вещи. Всё выглядело так, будто хозяин не терпит беспорядка, но и не стремится к показной уютности. Рэндалфр сняла обувь и прошла дальше по коридору, медленно осматриваясь. Её взгляд скользил по деталям, по крючкам для плащей, по стене… — Дверь слева, — сказал Траин, разуваясь и направляясь за ней. Она толкнула указанную дверь и вошла в гостиную. Здесь действительно было просторнее, чем казалось из коридора. Пространство не давило, наоборот, будто спокойно принимало внутрь. Диван стоял почти посреди комнаты, обращенный к камину. Напротив него два кресла с высокими спинками, строгие, без лишнего декора. Между ними массивный стол, на котором покоилось несколько книг, раскрытых и закрытых вперемешку, будто хозяин оставил их не ради порядка, а потому что действительно читал. Вся эта композиция, диван, кресла, стол, располагалась ближе к камину, словно огонь был центром комнаты, её сердцем. Пол укрывал тяжёлый ковёр тёмного оттенка. Даже на вид он казался плотным, почти грубым, такой не ради красоты стелют, а чтобы тепло держал. Когда Рэндалфр шагнула вперёд, ткань едва заметно приглушила звук её шагов. Её взгляд медленно скользнул по стенам. Почти все шкафы в гостиной были заняты книгами. Полки от пола до самого потолка. Книги разных размеров, некоторые с потертыми корешками, другие аккуратно обтянутые кожей. Между ними редкие промежутки, где стояли сложенные бумаги или узкие деревянные коробки. Траин, не теряя времени, прошел к камину, присел на корточки и занялся растопкой. Дрова легли с глухим стуком, щепки хрустнули под его пальцами. Он склонился ближе, чиркнул огнивом, искра вспыхнула, потом ещё одна. Наконец пламя ухватилось за сухую древесину, медленно разрастаясь. Тепло пока было едва ощутимым, но живой огонь сразу изменил атмосферу, дом перестал казаться пустым. Рэндалфр тем временем села на диван. Пружины тихо скрипнули под её весом. Она подтянула ноги чуть ближе, укутываясь в его кофту, и наблюдала за ним. Огонь отражался в его лице, делал черты мягче, тени глубже. Он выглядел сосредоточенным, привычным в этих движениях. — Ты всегда первым делом к камину? — спросила Рэндалфр негромко. — Если не хочу окоченеть — да, — ответил он, не оборачиваясь. — Дом быстро остывает, когда в нём никого нет. Пламя разгорелось сильнее. Тёплый свет лёг на стены, на мебель, на её лицо. — Ты живешь один? Вопрос прозвучал спокойно, но Рэндалфр всё же обвела взглядом комнату еще раз, диван, кресла, книги, аккуратно сложенные вещи. Нигде ни намека на чужое присутствие. — Да. А казалось наоборот? — Траин поднялся от камина и повернулся к ней. Огонь за его спиной разгорелся сильнее, и тёплый свет очертил его силуэт мягким золотистым ореолом. — Не знаю… — она чуть пожала плечами. — Я не задумываюсь о таком. Он подошёл ближе. Не резко, не навязчиво, просто сократил расстояние, будто это было самым естественным продолжением разговора. Теперь от него исходило ощутимое тепло, не только от камина. — Тебе теплее уже? — спросил он тише, всматриваясь в её лицо. Рэндалфр кивнула. Пальцы медленно потянулись к пуговицам его кофты, которую она всё ещё носила. Ткань была тяжёлой, деревом и им самим. Но прежде чем она успела расстегнуть первую, его ладонь мягко легла поверх её руки. Тёплая. Уверенная. Он не сжал её, просто накрыл, останавливая. — Не спеши, — произнёс Траин негромко. — Посиди в ней ещё. Его голос стал ниже, спокойнее. В нём не было приказа, только тихая настойчивость. Рэндалфр подняла на него взгляд. Их разделяли считанные сантиметры. Огонь отражался в её глазах, делая их темнее и глубже. Она чувствовала, как его пальцы слегка касаются её костяшек, и это касание было куда ощутимее, чем сама кофта. — Подожди, пока дом прогреется, — продолжил Траин, всё ещё не убирая взгляда с её лица. Пламя в камине уже разгорелось уверенно, но тепло только начинало расползаться по комнате, медленно, лениво, вытесняя холод из углов. — А ты? — Рэндалфр слегка нахмурилась. — Я устойчив к холоду. И пока терпимо, — ответил он спокойно, будто речь шла о сущей мелочи. Она окинула его коротким оценивающим взглядом от плеч до рук, и едва заметно качнула головой, словно не до конца верила. Траин немного отступил, давая ей пространство, и кивнул в сторону кухни. — Чаю? — спросил он, уже с лёгкой улыбкой, будто предлагал нечто большее, чем просто горячий напиток. Рэндалфр прищурилась. — Смотря о каком чае речь. — О горячем, — невинно отозвался он усмехнувшись, и направился к кухонной зоне. — Травяной. С мятой и чем-то ещё, что должно помогать от усталости, — добавил Траин, ставя воду разогреваться на огне. — Или крепкий черный, если нужно взбодриться. Она задумалась всего на секунду и, так и не отвечая сразу, направилась за ним на кухню. — Покупной? — уточнила Рэн, наблюдая, как он достаёт с навесной полки две чашки. Траин кивнул, не оборачиваясь. — Оу. Я такой не пью, — спокойно ответила Рэндалфр и уже через мгновение зашуршала по карманам своей одежды. — Я ожидал такого ответа, но, к сожалению, другого предложить не могу, — признался он. — Вот. Она извлекла небольшой тканевый мешочек и протянула ему. От него едва уловимо пахло сушёными травами, терпко, свежо. Траин повернулся к ней, приподняв одну бровь, но мешочек всё же взял. — Я всегда ношу с собой чай. Не удивляйся, — она улыбнулась, лукаво, будто знала, как это звучит. — Хорошо, не буду… — он прочистил горло, скрывая усмешку. Рэндалфр тем временем нашла взглядом стул и сразу расположилась на нём, закинув ногу на ногу. Она наблюдала за его движениями, внимательно, почти критично, как он развязывает мешочек, вдыхает аромат, осторожно отмеряет щепоть. — Я не люблю чай торговцев… — начала Рэндалфр, склонив голову набок. — Понимаю, что у нас не так много возможностей для правильной сушки листьев, но они будто и теми пренебрегают. В итоге листья теряют вкус. Тот самый, который должен раскрываться при заварке. — Угу, — кивнул Траин, честно стараясь уловить смысл. В чае он разбирался примерно так же, как в вышивке. — По этой причине начала сама его делать? — Да… Можно считать и так, — Рэндалфр смягчилась. — Отец часто выезжал за границу и привозил сувениры. Однажды он привёз мне чай из Ли Юэ. После него я окончательно отказалась от нашего. Траин слушал, не перебивая. Аккуратно насыпал заварку в чашки, затем залил её закипевшей водой. Пар поднялся вверх, наполняя кухню новым ароматом, мягким, травянистым, с лёгкой горчинкой. — Рецепты он тоже тебе достал? — спросил он, ставя чашки на стол и поворачиваясь к ней. Рэндалфр кивнула. — Сначала я практиковалась на обычных растениях из нашего сада, я сейчас о сушке, если что. А потом уже перешла к более редким травам. — Она взяла чашку и обхватила её ладонями, грея пальцы. — Когда продвинулась в инженерном деле, сделала себе устройство, которое идеально заменяет солнце. Почти без погрешностей. Траин заинтересованно приподнял бровь. — Идеально? — Почти, — поправила она. — Немало времени ушло на настройку параметров. Стоило немного переборщить и листья становились ломкими, теряли аромат. В доме стало ощутимо теплее. Камин согревал гостиную, а кухня наполнялась паром и запахом трав. Траин сел напротив неё, подперев голову рукой, глядя с лёгкой улыбкой. — А что насчёт твоей работы? — М? Что с ней? — Рэндалфр подняла взгляд от чашки. — Как ты пришла к тому, что будешь заниматься именно этим? Рэндалфр задумалась, глядя в тёмную поверхность чая. — С детства нравилось собирать конструкции. Разбирать, смотреть, как устроено. С возрастом это никуда не делось. Просто возможностей стало больше. — Она поднесла чашку к губам и сделала небольшой глоток. — А что насчёт тебя? А то всё обо мне. Теперь её взгляд стал внимательнее. Уже не просто беседа интерес. Траин усмехнулся, отводя взгляд к столу. — У меня всё куда прозаичнее, — начал он. — Не было красивых сувениров из дальних земель. Было то, что нужно было делать. Траин взял чашку, но пить не спешил. Держал её в ладонях, будто собираясь с мыслями, наблюдая, как тонкие струйки пара растворяются в тёплом воздухе. — Могу сказать так… — медленно продолжил Траин . — За меня многое решили. Сначала бесконечная учёба. Репетиторы, наставники, требования. А потом меня отправили в рыцарскую академию. Он усмехнулся краем губ, но в этом не было ни горечи, ни особой радости, скорее принятие. — Первые месяцы были тяжелыми. Чужие лица, жёсткий распорядок, постоянное ощущение, что тебя проверяют. Но со временем я свыкся. Даже втянулся. Мне понравилось… начало. — Он задумался, хмуря брови. — Сколько уже прошло… Лет десять, наверное. — Десять? — Рэндалфр резко подняла на него взгляд, глаза её расширились. — Вроде бы… — Траин прищурился, пересчитывая. — Нет, одиннадцать. Мне было четырнадцать, когда меня отправили туда. — Четырнадцать? — она подалась вперёд, явно сбитая с толку. — Тебе двадцать пять сейчас? — Да… — он неловко улыбнулся, будто только сейчас осознал, как это звучит со стороны. — Я выгляжу старше? Или.. почему ты так удивляешься? Рэндалфр некоторое время просто смотрела на него, изучая черты лица, выражение глаз, манеру держаться. — Я думала, ты мой ровесник. Ну… или максимум на два года старше, — призналась она честно. Траин моргнул, затем тихо усмехнулся. — Это я сейчас должен радоваться или обижаться? — Радоваться, наверное, — сухо ответила она. Он покачал головой, всё ещё улыбаясь. — Прошу прощения за этот вопрос, Рэндалфр… тебе сколько лет? Она не отвела взгляда. — Девятнадцать. Траин затих. Пауза повисла ощутимая. Даже камин будто треснул громче в этот момент. Он медленно выдохнул. — Девятнадцать… — повторил он, словно проверяя число на вкус. — То есть, когда я уже маршировал по плацу и получал выговоры за неправильный шаг, ты… что делала? Разукрашивала расскраски? В его голосе скользнула насмешка, лёгкая, почти тёплая, без злости. Скорее попытка сгладить собственное удивление. Рэндалфр медленно приподняла подбородок. Взгляд стал холоднее, но уголок губ едва заметно дрогнул. — Ха. Ха. Ха. Очень смешно. — Ну это ведь почти правда, — Траин усмехнулся, делая глоток чая, словно только что произнёс нечто совершенно логичное. Она лишь закатила глаза. Он откинулся на спинку стула, глядя на неё иначе, внимательнее, будто внезапно увидел разницу не в цифрах, а в том, сколько всего между ними по времени. — Честно, — добавил Траин, — ты не производишь впечатление девятнадцатилетней. — А какого именно впечатления я не произвожу? — её бровь изогнулась. Он приоткрыл рот, но вовремя остановился. — Опасный вопрос, — признал он. — Скажу так: ты говоришь и держишься… иначе. Рэндалфр отпила чая, скрывая лёгкую тень смущения за спокойствием. — Возраст — это всего лишь цифра, — произнесла Рэндалфр спокойно, но в голосе прозвучала тяжёлая нотка. — У кого-то детство заканчивается раньше. Ты тому хороший пример. Траин поднял руку, словно отсекая продолжение. Жест получился почти умоляющим. — Не надо. Рэндалфр только пожала плечами, допивая чай. Губы коснулись края чашки чуть дольше, чем нужно, не из-за вкуса, а чтобы скрыть невысказанное. Когда они вернулись в гостиную, воздух там казался теплее, чем на кухне. — А что ты читаешь? — спросила она, останавливая взгляд на раскрытой книге. — Роман.. Мне его Гутфрит подкинул. От скуки начал, — Траин усмехнулся. — А вообще читаю всё подряд. Любимого жанра нет. Рэндалфр села на диван, взяла книгу, пролистнула несколько страниц. Взгляд быстро скользил по строкам, но задерживаться было не на чем. — Поняла, — протянула она и, не найдя ничего цепляющего, закрыла книгу. Траин улыбнулся и сел рядом, оставляя между ними небольшое расстояние. — Уже теплее? — Гораздо, — ответила Рэндалфр и, с заметной неохотой, стянула его кофту. Ткань на секунду задержалась в её пальцах. — Спасибо. Он улыбнулся шире и небрежно отложил кофту на подлокотник. Наклонил голову, пара длинных прядей скользнула вперёд, касаясь щеки. Рэндалфр невольно задержала взгляд. — Тебе удобно с такими длинными волосами сражаться? — А? — Траин моргнул, будто вынырнул из мысли. — Да… привык. Уже не замечаю. — Да ну. Я с рогами с рождения, но всё никак не привыкну. Вечно ими за что-то цепляюсь. Повисла пауза. — Рога?.. — переспросил Траин, и в голосе прозвучало что-то странное, не страх, не осуждение, а скорее резкий интерес. Взгляд медленно скользнул к её голове. Белые кудри. Ничего больше. Бровь приподнялась. Рэндалфр замерла на долю секунды. Затем тихо стукнула себя по лбу. Отшучиваться не стала. Пальцы осторожно нырнули в волосы. Она начала убирать пряди назад, раскрывая линию лба. Движения были неторопливыми, почти ритуальными. И вот там, где обычно скрывались в кудрях, показались основания, гладкие, изогнутые, словно светлая кость, уходящая вверх. Рэндалфр освободила их полностью, позволив кудрям рассыпаться по плечам. Траин наблюдал молча. Лёгкое удивление читалось в его лице, не бурное, не театральное. Скорее осознание. Будто фрагмент мозаики встал на место. — Так вот что это было… — протянул Траин, разглядывая рога. Свет огня скользил по их поверхности, и они мягко переливались, как живые. — Красивые… Он резко замолчал, будто не хотел, чтобы слова звучали слишком личными, а потом медленно вернул взгляд на неё, уже спокойнее. — Хочешь чем-то заняться? Вопрос прозвучал сдержанно, без намёка на что-то интимное. Но Траин сам не знал, что ещё сказать. Рэндалфр удивлённо моргнула, слегка приподняв бровь. — Это всё, что скажешь? Даже мой брат наглее был. — У тебя есть брат? — спокойно переспросил он, полностью игнорируя её подкол. — Не кровный. Мы росли вместе, вот и считаем друг друга семьей. — Это ты про того блондина, правильно? Она кивнула. — Хорошо, вернёмся к моему вопросу, — сказал Траин, и его голос прозвучал ровно, почти делово. — Уже ночь, мы один… — её глаза слегка прищурились, губы едва дрогнули, как будто она сама удивилась, что это произнесла. — Чем вообще можно заняться? Траин открыл рот, но она его опередила. — Вот и я не знаю. Пу пу пу… Такие вот дела. Она откинулась на спинку дивана, а кудри рассыпались по обивке мягкими волнами. Траин хмыкнул, стараясь сдержать улыбку. — Хочешь послушать, как однажды Гутфрит облажался? Имя сработало мгновенно. Рэндалфр оживилась, глаза слегка заискрились. — Уже интереснее, — сказала она, слегка наклонившись к нему. Траин улыбнулся и без лишних пауз начал рассказывать: смешные детали, нелепые ситуации, маленькие мимические «штрихи» Гутфрита. Его голос тек ровно и легко, создавая впечатление, что события оживают прямо перед глазами. Так за рассказами время незаметно ускользало. Тепло от камина мягко растекалось по комнате, заполняя каждый уголок, а уютная, спокойная атмосфера словно обволакивала их. Но усталость, не ушедшая после бессонной ночи, всё ещё держалась в теле Рэндалфр, делая движения медленными и легкими. Сначала она просто опустила голову на плечо Траина, продолжая слушать, как он рассказывает, и машинально накрутила прядь его волос на палец. Тепло кожи, слабый аромат дров, потрескивание огня — всё это сливалось в едва ощутимый фон, который убаюкивал. Постепенно веки стали тяжелеть, как будто налились свинцом. Рэндалфр закрыла глаза, дыхание стало размеренным, медленным. Траин ощутил внезапную тяжесть на своём плече и замер. Он не шевелился, прислушиваясь к ровному, глубокому дыханию девушки, понимая, что она уснула. Легкая улыбка пробежала по его лицу и комната, наполненная мягким светом огня, казалась еще тише и уютнее.
