Под печатью молчания

Расплата наступила мгновенно. Как только Гарри, ведомый невидимой пуповиной натяжения, попытался рывком вырваться из купе, мир опрокинулся. Пол ушел из-под ног, в висках застучало, а магия внутри него — теплая, живая сила, всегда бывшая чем-то само собой разумеющимся — дрогнула. Будто кто-то ткнул пальцем в открытую рану на душе. Он прислонился к косяку, хватая ртом воздух. «Попробуешь снова — станет только хуже», — сквозь зубы процедил Драко. Он стоял, сжав кулаки, и его показное спокойствие трещало по швам. Глаза Панси и Блейза сузились до щелочек. «Что вы сделали?» — спросила Паркинсон, и в ее голосе заплясали ядовитые нотки интереса. «Спрашивай у этого героя-недоумка»,— бросил Драко, кивая на Гарри. — «Полез в чужие вещи, как гоблин за золотом». «Это был артефакт Пожирателей!»— выпалил Гарри, все еще цепляясь за стену. Натяжение ослабло, лишь когда Драко сделал шаг к нему, сократив дистанцию. Теперь они снова были в шаге друг от друга. Слишком близко. «Я знал!» «О, знал, — ядовито передразнил его Малфой. — И что теперь с этим знанием? Будем ходить, держась за ручки, до конца года?» Блейз Забини, молча наблюдавший, внезапно покачал головой. «Это старая магия.Я читал о таком. Клятва-наручник». Его взгляд скользнул по их бледным лицам. «Ее не разорвать. И ей нужна… дистанция привязки. Иначе она начнет выжигать магию носителей». Гарри почувствовал, как кровь отливает от лица. Выжигать магию. «Как снять?»— спросил он, и голос прозвучал хрипло. Драко горько усмехнулся. «Вот в чем загвоздка,Поттер. Тот, кто создавал такие штуки, не особо задумывался о «снятии». Он хотел связать врагов навеки, чтобы они сгрызли друг друга или научились летать в одной упряжке». Он отвернулся к окну, но Гарри по сжатым плечам понял — это не просто злость. Это отчаяние. «Нам нужно к Снейпу. Сейчас же». Путь в купе профессоров стал для Гарри самым унизительным марш-броском в его жизни. Он не мог идти впереди — натяжение в груди тянуло его назад. Не мог отстать — тогда его начинало тошнить и кружилась голова. Они шли почти в ногу, как два солдата на цепях, под испепеляющими взглядами студентов, высовывающихся из купе. Шепот полз за ними по коридору, как огонь по бикфордову шнуру. Снейп открыл дверь еще до того, как они постучали. Его черные глаза медленно, как яд, переползли с одного на другого, остановившись на их лицах, на неестественной близости. «Мистер Малфой.Мистер Поттер, — его голос был тише шепота и оттого в десять раз страшнее. — Каким ветром вас двоих снесло в… такую интимную компанию?» Драко, казалось, на секунду забыл, как дышать. Гарри видел, как дрожит его сжатый кулак. «Профессор…Произошел несчастный случай. С вещью, которую мне поручили… перевезти». «Он вломился в мое купе и тронул Амулет Безмолвной Клятвы»,— выдохнул Драко одним духом. Лицо Снейпа стало абсолютно каменным. Но в глубине глаз что-то мелькнуло — вспышка чистой, неконтролируемой ярости. Не на Гарри. На ситуацию. На вещь. «Внутри»,— приказал он, отступая. Объяснения в тесном купе профессора звонили в ушах Гарри невнятным гулом. Он слышал отрывистые фразы Снейпа: «…древняя темная магия… принудительная связь… дистанция не более пятидесяти метров… информационное табу…». Последнее заставило его вздрогнуть. «Табу?»— переспросил он. Снейп повернулся к нему, и его взгляд мог бы испепелить. «Вы не можете прямо или косвенно сообщить никому о природе вашей связи. Ни слова, ни намека, ни записки. Любая попытка будет заблокирована магией, а наказание… будет ощутимым». Он презрительно скривил губы. «Поздравляю. Вы не только привязали себя к своему личному кошмару, Поттер. Вы запечатали себе рты». «Что нам делать?» — голос Драко звучал глухо. Он смотрел в пол. «Что делать?» — Снейп мягко повторил. — «Вы будете продолжать учиться. Вы будете жить. Вместе. Поскольку физически не можете находиться в разных помещениях, мистера Поттера придется… переселить. В спальню Слизерина. Временно», — он впился взглядом в Гарри, будто предвкушая его реакцию. Гарри почувствовал, как пол уходит из-под ног по-настоящему. Слизерин. Спать в одном помещении с Краббе, Гойлом, Забини… С Малфоем. «Нет,— протестующе вырвалось у него. — Профессор Дамблдор…» «Профессор Дамблдор будет проинформирован мной лично,— отрезал Снейп. — И, поверьте, у него не будет иного выбора. Эта магия старше нас всех. Ей плевать на ваши школьные распри». Он встал, глядя на них сверху вниз. «Вечером, после ужина, я провожу вас в подземелья. А сейчас… постарайтесь не убить друг друга до прибытия в Хогвартс. Увольняйтесь». Выйдя в коридор, они снова замолчали. Тишина между ними была густой, звенящей. Гарри впервые за долгие часы смог сконцентрироваться на этом странном новом чувству — эху в собственной крови. Он чувствовал холодный ком паники, сидящий где-то не в его, а в чужой груди. Это было отвратительно. «Я ненавижу тебя», — тихо, но отчетливо сказал Гарри, глядя прямо перед собой. Рядом с ним Драко фыркнул.В этом звуке не было ни капли обычного высокомерия. Только усталость. «Взаимно,Поттер. Но, похоже, теперь ты — проблема, от которой мне нельзя избавиться. Так что давай договоримся: ты не лезешь ко мне с дурацкими вопросами, а я… постараюсь не блевать от одного твоего вида. По крайней мере, при тебе». Это не было соглашением. Это было перемирие под дулом пистолета. И единственной мыслью, ясной и четкой в голове Гарри, пока они шли обратно — вынужденно синхронным, ненавидящим шагом — была одна: Что скажут Рон и Гермиона? А сказать они, как он предчувствовал, ничего не смогут. Ведь он не сможет им ничего объяснить. --- Вернуться в купе к друзьям было пыткой. Как только Гарри, с Драко на пятках, переступил порог, воцарилась мертвая тишина. Рон покраснел, как кирпич. «Гарри,что… почему он с тобой?» — он ткнул пальцем в Малфоя, который стоял у двери, скрестив руки, с видом человека, попавшего в зловонную лужу. Гермиона смотрела аналитически, ее глаза бегали от Гарри к Драко и обратно, сканируя, вычисляя. «Что случилось?Ты побледнел». Гарри открыл рот. Он вломился, тронул артефакт, теперь мы связаны магией, я не могу отойти от него… Слова не шли. Горло сжалось болезненным спазмом, язык словно онемел. Он только кашлянул и помотал головой. «Поттер наступил на мою любимую мантию и теперь по рыцарски вызвался ее починить, — со скучающим видом солгал Драко. — Волшебная нить, знаете ли. Кропотливая работа. На расстоянии не сделаешь». Его ложь была гладкой, как лед, и такой же скользкой. «Ты врешь!» — рявкнул Рон, вскакивая. «Проверь,Уизли. Попробуй увести своего друга погулять», — бросил Драко, и в его глазах вспыхнул вызов. Рон схватил Гарри за рукав. «Пошли, Гарри, проигнорируем этого…» Гарри позволил себе потянуться за Роном.На втором шаге знакомое удушье накрыло с головой, в глазах потемнело. Он замер, тяжело дыша. «Гарри?» — испуганно прошепела Гермиона. «Не могу»,— с трудом выдавил он, отстраняясь от Рона и невольно делая шаг к Драко. Натяжение ослабло. Предательское облегчение. Гермиона посмотрела на Драко, потом на их неестественную близость, на немоту Гарри. Ее глаза расширились от догадки, далекой от истины, но страшной в своей правоте. «О,Гарри… Это магия? Серьёзная?» Он мог только кивнуть, чувствуя, как комок стыда и бешенства застревает у него в горле. Рон смотрел на него, будто не узнавая. «Что он с тобой сделал?» «Пока ничего, — сказал Драко ледяным тоном. — Но если вы не перестанете орать, мне придется его увести. Ради его же собственного… самочувствия». Это прозвучало так грязно и двусмысленно, что у Гарри похолодело внутри. Но протестовать он не мог. Он был пойман. Вдвойне пойман: магией и обстоятельствами. Остаток пути они провели в тяжелейшем молчании. Гарри сидел, отвернувшись к окну, чувствуя на себе взгляд Гермионы — полный сочувствия и пазлов, которые она отчаянно пыталась сложить, — и раненый, непонимающий взгляд Рона. А сбоку, в полуметре, как его тень, сидел Драко Малфой. Источник всего этого кошмара. И единственный якорь, который теперь не давал ему задохнуться. Когда поезд замедлил ход у платформы Хогвартса, Драко встал. «Пошли,Поттер. Время спускаться в мое подземное царство. Добро пожаловать в ад». И Гарри, не глядя на друзей, поднялся и пошел за ним. Потому что выбора у него не было. Вообще.