Южное Кольцо «Изоляция»

Боль осталась отголоском происшествия. Её присутствие лёгким звоном раздавалось в ушах. Эррор очнулся и не мог поверить своим глазам. Вокруг не было ничего. Буквально ничего. Белое пространство, где нет земли и неба, потолка или пола. Твёрдое пространство под ногами позволяло ещё ощущать какую-то связь с миром, однако ничего подобного Эррор никогда не видел. Парень постарался встать, но будто бы кто-то иголкой ткнул в мозг. Глюк осел на пол и зажмурился, ожидая, когда эта боль прекратится. Что вообще происходит? Где он? — Вставай, — чей-то голос эхом пронёсся в воздухе и сразу же исчез. Эррор оглянулся, но снова ничего не увидел. Не почувствовал чужой энергии. Глюк посмотрел на свои руки и с ужасом осознал, что видит пальцы достаточно чётко. Всё ещё немного размыто, но он видит! — Кажется, проблемы со зрением у тебя были и до этого, — заметил голос. — Ты ЕщЁ кТо?! — потребовал представиться хотлендовщин, не желая общаться с тем, кто скрывается. — Ты и сам знаешь. Эррор раздражённо оскалился. Ну да, кажется, он знал. Дух-покровитель Хотленда, который бросил свою же планету на растерзание людям. Империя спустила на них целый ряд метеоритов. Да вся планета сильно пострадала, чего уж тут говорить. — МоЖеШь Не БлАгОдАрИтЬ зА сПаСеНиЕ тВоЕй ПлАнЕтЫ, — равнодушно бросил парень, поднимаясь на ноги и особенно подчёркивая последние слова. — А должен? — усмехнулся голос. Эррор не понимал пока, как тут оказался, но определённо он тут ненадолго, так что нужно переходить к сути, пока ещё есть время и терпение. — ЧтО тАкОе ЭрЦ? МоЖеТ лИ оНо ПрОпАсТь? — Эрц? Ха-ха-ха! — голос рассмеялся. — Как мелко ты мыслишь. Глаз Глюка начал дёргаться от возмущения. Если бы он видел с кем говорит, то, скорее всего, не сдержался бы. Спасала лишь одна мысль: он это всё делал ради семьи и Инки. Других причин терпеть это нет, ведь характер у него далеко не сахар. Прямо перед лицом из ниоткуда образовалось сердце. Небольшое, пухловатое и, должно быть, мягкое как нежный покров первого снега после ночного снегопада. От предмета исходило слабое свечение, и он просто висел в воздухе как на ниточке. — Всё идёт от души, — начал голос. — Эрц или тьма. Вы же говорите об одном и том же, но в его разных вариациях, — белое сердце стало сменяться на чёрное, синее, следующее наполовину рассыпалось, а после него имело вид яблока. Яблочные? При чём тут они? Или же голос показывает самые разные души со всего Южного Кольца? Эррор снова начал оглядываться. Вдруг этот таинственный незнакомец наконец появился? Глюк хотел бы заглянуть в его наглую рожу и как минимум пояснить за поступок духа. К большому сожалению, голос всё ещё не принадлежал конкретному лицу, а как будто являлся языком всего этого непонятного пустого пространства. — Магия берёт начало от нас — духов. Эрц или тьма — это способность преобразовывать энергию своей души в оружие. Это просто дар, который может получить любой от богов или полубогов, ну или передаться по наследству. Так почему же ты так сторонишься своего дара? Вопрос застал Эррора врасплох. Кто бы это ни был, но он видел хотлендовщина насквозь. Даже самый стойкий пошатнётся от ощущения прозрачности в такой ситуации. А он даже не уверен, с кем разговаривает! Контроль явно не на стороне Эррора. — Не ЗнАю... ТьМа ПиТаЕтСя НеГаТиВнЫмИ эМоЦиЯмИ. Её Во МнЕ вОсПиТаЛи В иМпЕрИи, ЧтОбЫ сДеЛаТь Из МеНя ИнСтРуМеНт, — Эррор, кажется, впервые это сказал с таким открытым презрением. Он был выше того, чтобы оказаться вещью. — Они могли бы сделать то же самое и с эрцом, — смело заявил голос. — Но страх — метод управления народом. А страх — это ненависть. Ненависть — самая сильная негативная эмоция для тьмы. И лишь поэтому они ищут детей с тьмой... Погодите... Но если душа — это и есть эрц... И тьма тоже душа... Значит, по сути, кто-то может в какой-то степени владеть и эрцом, и тьмой. Тогда Империя вполне могла отбирать детей с эрцом... И воспитывать в них только тьму. Эррор пошатнулся на месте. Он столько лет прислуживал Империи, но даже подумать не мог, что Киллер, Даст, Хоррор и, может быть, даже Найтмер могли изначально иметь зачатки эрца. Просто в них эту часть их души отравили и придушили с корнем. Империя убила их возможное будущее, часть их. А Эррор? Мог ли он стать тогда витязем? — Не ПоНиМаЮ... ТоГдА чТо ПрОиСхОдИт С ИнКи? — Правильный вопрос, — голос стал чуть тише. На фоне были слышны быстрые шаги, и Эррор ощущал, как теряет связь с этим сном, что ему так нужен был. — Монстры состоят из магии Тоби, от него идёт эрц. Но магия духа представляет собой нечто иное. Не каждый монстр может использовать свою душу как оружие. И не каждый монстр может справиться с магией. Слабая душа не рождается с даром. Духи таким его не дают, ведь тогда она быстро разрушится. Эррор совсем запутался. При чём тут вообще это было? — ГоВоРи По ДеЛу! — звон в ушах усилился, игнорировать его становилось всё сложнее. — Слушай внимательнее, — в ответ ощетинился голос, но всё же поспешил вальяжно продолжить рассказ. Душа перед Эррором, белая и чистая, начала обретать чёрную плесень, что медленно расползалась по поверхности и просачивалась внутрь. — Эмоции влияют на монстра. А негативные эмоции ещё быстро распространяются, и магия становится сильнее, как у принца негативных эмоций. Как я говорил ранее, очень мало монстров... — ДоГоВаРиВаЙ! — последние слова парень уже не слышал. Его силой засасывало назад, а голос перекрыли сильные звуковые удары волн. Эррор почти докопался до правды, ради которой это всё было, но так и не нашёл ответы. — АаА!! — Глюк попытался вырваться, но это было бесполезно. Нечто было куда сильнее. Эррор слабо слышал, как его зовут по имени. Нет. Только не сейчас. Пожалуйста! Он почти всё понял! Ему нужно знать, как вылечить Инки, пока всё не стало слишком плохо! — Оши! — голос не успел договорить, слова будто бы были проглочены новым ударом волн о берег. Кто-то его звал и тряс, но Эррор не мог встать. Инквизитор открыл глаза и тут же сощурился от яркого света. Его кто-то очень активно толкал в плечо. Эррору пришлось обо что-то облокотиться, чтобы не упасть. Просторное помещение, облепленное картинами, с небольшим широким рабочим столом, диванами и окном. Здесь было светло и как обычно, но что-то заставляло парня ощущать свою чужеродность. — Оши? Всё в порядке? — голос говорящего был обеспокоенным. — Д-да... Да... — Тогда подготовься. Не хочу, чтобы первая встреча с королём Лютен прошла плохо. Мы должны быть на высоте, — посоветовал мужчина. Только сейчас Глюк нашёл в себе силы изучить собеседника. Он был невысокого роста, с тёмным цветом кожи, золотыми глазами и короной на голове. Парадная одежда давно минувших дней с множеством заплаток и пуговиц уже вышла из моды. Но мужчина средних лет и вправду выглядел очень солидно. Эррор быстро поднялся и отряхнулся. Он сам оказался одет в парадную одежду. Более скромную, но всё же он бы такого никогда не надевал. Нет шарфа, только чёрный сюртук с множеством пуговиц на груди, брюки и сапоги. Ремень сильно стягивал живот, и только сейчас инквизитор начал это ощущать. А его руки... Нет, на них нет отметин. Закрытые двери медленно растворились. Внутрь важной, медленной походкой вошёл мужчина. Прямая противоположность королю... Хотленда? Лютен был с золотистыми волосами, яркими, как солнце, сияющими солнечными глазами и в белом парадном костюме. С такой тяжестью рукава тянули могучее тело вниз. В целом король не выглядел так, будто бы был из робкого десятка. Куда только Эррор попал? Слишком серьёзная деловая встреча. Эррор от непонимания, что делать, продолжил стоять рядом с королём Хотленда и убрал руки назад от греха подальше. Мужчины поклонились друг другу и сели за стол переговоров. Рядом с королём Лютен прямо напротив Эррора стояла молодая стройная девушка с длинными почти до пола белоснежными волосами и голубым оттенком на концах. По родовому пятну на щеке Эррор без труда узнал, к какой семье она принадлежит. Но что пугало гораздо больше, она выглядела в точности, как Инки. Только была очень спокойной, безэмоциональной. Пронзительный взгляд бездушно скользил по Эррору и без интереса пролетал мимо. Так они ещё не встречались. Или же, точнее будет сказать, что это не Инки. Глюк невольно отвёл глаза, а Черниль продолжила следить за ним, словно это была единственная её задача, к которой девушка относилась с особой серьёзностью. Парень не знал, куда себя деть. Одно было точно ясно — либо это воспоминания, либо он вправду попал в прошлое. Здесь был один из первых королей Хотленда и, скорее всего, первый правитель Сноудина. И они заключали мир между планетами. Инки представляла своего правителя, а Эррор почему-то своего. Избегать всё время Черниль всё равно не получится. Сколько бы Эррор ни пытался, но эти глаза его ловили на каждом шагу. И единственный вариант — это посмотреть в них. Именно это Глюк и сделал. Зелёный оттенок переливался, словно изумруды на свету. Белые хлопья, застрявшие в волосах, были настолько прекрасны, что холодный оскал вьюги прожигал кожу, пока никто не видел. В день их первого знакомства. Что же такого он увидел в простой девчонке? Её цвет волос тогда не был чем-то особенным, её глаза, нос, рот значительно проигрывали другим, но для Эррора их аккуратность и баланс создавали идеальную гармонию. Стоило только вспомнить удивлённое лицо и большие круглые глаза или же лучезарную улыбку, которую Инки иногда дарила ему. Эррору было достаточно знать, что она ему улыбнётся, чтобы ощутить внутреннее спокойствие. Но эти глаза не улыбались ему. Они ничего не выражали, кроме равнодушия. Простоял так парень сначала десять минут, за ними прошли и двадцать, а потом час. Долгое время ребята просто смотрели друг на друга, и пока Эррор думал о своём, Инки вдруг стушевалась и спрятала глаза, как будто признала своё поражение. Эррор опешил. Всё это время эта леди непоколебимо смотрела на него, но в гляделках проиграла? И что это такое? Эррор точно знал, как выглядит смущение, и это, кажется, было оно. Румянец окрасил уши зимней дамы. — Рад был встрече, — короли пожали друг другу руки и поднялись из-за стола. Эррор чуть наклонился, желая встретиться с девушкой взглядами, увидеть её лицо и понять, что же у этой Инки происходит на душе, но это было бесполезно. Черниль отгородила себя этим зимним покрывалом, словно уже сейчас считала Глюка врагом. — Оши, — парня позвал король Хотленда, а Инки в тот момент окликнул король Лютен. Эррор не сразу понял, что это зовут его. Он уже носил это имя, однако, как оказалось, именно так звали его предка. Это значило, что он действительно переместился в прошлое и прямо сейчас был им. Тем, с кого всё началось. Сон сменился. Здание пропало, спина важного короля Хотленда с тяжёлой короной растворилась в воздухе. Вместо города появилась пустыня. Зной молниеносно накрыл голову, Эррору пришлось морщиться, пытаясь укрыть лицо руками, но беспощадный Тоби тут же обжигал кожу. Вокруг на протяжении нескольких километров точно сплошь был один песок, что такими же километрами уходил под землю. Эррор попытался сделать несколько шагов, но жара будто бы припечатывала к земле, плавила внутренности и съедала монстра. — Учитель, — чей-то детский голос раздался у самых ног. Эррор приоткрыл один глаз, но не увидел детей. Посмотрел ещё ниже и ужаснулся. Это был целый ряд существ, на подобие чудовищ. Они все были детьми. — Вам нехорошо? — Что... — его голос не дрожал, ему не было больно говорить. Почему-то что-то такое простое и лёгкое оказалось таким невероятным чудом, что даже монстрики напротив перестали казаться страшными. Эти маленькие зверёныши на шести лапках, с несколькими парами глаз смотрели на Эррора так осознанно. Кажется, он и вправду попал в прошлое. Но почему они называют его учителем? По словам того чудовища, его учил дух-покровитель. И так же у духа были ещё ученики, коим мог являться и он. Осторожно Глюк опустился на песок, протянув малышу руку. Крупные насекомые, ящеры и черви были очень ласковыми и потянулись к ладони. Эррор нашёл это милым? Маленький скорпиончик, качнув своим жалом, довольно уркнул: — Большой брат! Укрой учителя от Тоби. Сколько же удивления было у инквизитора, когда земля затряслась, песок рассыпался в разные стороны, откуда вылез большой червь и, подобно зонту, создал тень прямо над Эррором. Лёгкое облегчение наконец позволило Глюку осмотреть всех. Здесь было не просто парочка чудовищ, а целая группа из тридцати или больше малышей. Кто-то явно был постарше, а кто-то ещё совсем маленький. И прямо перед его ногами сидел тот самый скорпиончик, у которого улыбка с морды не сползала. — Вода! — отдал команду малыш, после чего несколько ящеров принесли кувшин, наполненный прозрачным золотом. Эррор с удовольствием стал напиваться водой. Вот так повезло ему. Ещё немного — и хотлендовщин предпочтёт монстрам чудовищ. Неужто сознание тогда у коренных жителей планет было в норме вещей? — А вы?.. — Нам не нужно, — ответил малыш. — Учитель, что ещё мы будем изучать? Детёныши ждали от него ясного ответа, и Эррор, кажется, догадывался, что нужно сказать. Всё же этот скорпионыш ему кое-кого напоминал. — Изучайте камни. Обереги, амулеты, хрусталь из Сноудина. В конце концов, все мы живём на большом камне. — Как скажите, учитель, — хором ответили малыши, и Эррор им мягко улыбнулся. Какие послушные. И не устраивают истерик. Наверное, потому что они чудовища. Не монстры, и уж точно не люди. Совсем другие существа. Стрела пронзила тело большого червя, и чудовище заревело от боли. Кровь хлынула из колотой раны струёй. Малыши застонали от ужаса. Белая трубка плотно вошла внутрь, а от оперения шёл слабый холод. Эррор подскочил, быстро отдав команду: — Быстрее! Прячьтесь! Нападавшим была стройная фигура в свободной длинной одежде на пике песчаного холма. Парень коснулся щёк, но нитей не было. Чёрт! Он не в своём теле! Придётся по старинке. Эррор обнажил меч и напал. Белый лук исчез из рук незнакомца, вместо него в воздухе блеснуло лезвие. Хотлендовщин ещё на расстоянии ощущал его силу. Мало того, что лучник умело обращался с одним оружием, так он в ту же секунду обращал свою магию в другое и уже держал меч, словно тот весил ровным счетом ничего. Казалось, что не уследи за движениями — и тебе не только отрубит руку, но ещё и тело покроется инеем. Эррор подлетел в воздух, после чего нанёс несколько прямых ударов. Глюк не имел понимания, с кем сражается, но одно он знал точно. Теперь, он может использовать тьму. Она ему была подвластна, она давно нашёптывала своё присутствие и свою силу. Чёрный меч в руках парня прозвенел и с силой вошёл в песок. Золотое покрытие чуть поднялось в воздух, обхватив тело девушки. Чудовища вышли из под земли и пытались утащить её вниз. Белоснежные волосы ослепили Эррора, в них он узнал острые очертания уже знакомой Инки. Синие концы спрятались за плечами, а девушка прикладывала все усилия, чтобы освободиться из крепких тисков. Малыши завопили от боли и отпустили Черниль. Эррор воспользовался шансом и опрокинул девушку, испортив наряд мечом, попутно обездвижив её. Инки поморщилась, но попытки высвободиться или как-то защититься были напрасны. Глюк навис над девушкой, не сводя с неё взгляда. Зачем она напала? Чудовища ничего не сделали, а она так с ними поступает. — Ты... — Глюк... — с нескрываемой неприязнью прошептала Черниль. Откуда в ней такое к нему отношение? Что вообще происходило между ними столько поколений назад? Он проживал эти дни, проживал чужую жизнь своего предка, но всё ещё не понимал, что происходило на самом деле. Кем была его семья? Почему они стали шельмами? При чём тут Черниль в который раз? — Инки, что ты делаешь? — Какая Инки? Я Арти, — нахмурилась побеждённая, снова попытавшись выбраться. Эррор удивлённо взглянул на Черниль. Ах, да. Она не может быть Инки. Но почему они так похожи? Такие же глаза, рот, нос, нелепое пятно на щеке и цвет волос. Даже по ощущению такие же. — Эй, что ты делаешь?! — с трудом скрывала своё смущение Арти, когда Эррор приподнял прядь её белоснежных волос. Парень удивлённо заглянул в лицо Черниль. В отличие от Инки, Арти была хладнокровной и более серьёзной, но всё ещё оставалась до ужаса на неё похожа. Может ли быть такое, что Инки на самом деле перерождение Арти? Ведь, если верить Тоби и в целом древним верованиям, потомки — это наши предки. Значит ли... Что он сейчас проживает жизнь... Свою. — Учитель... — к Эррору подкрался малыш-скорпион. Кажется, он не был ранен, но очень напуган происходящим. — Монстры... — Чудовища!!! — издалека за песками показались очертания нескольких десятков монстров. Они бежали с вилами и копьями. Арти была не одна. Эта охота на чудовищ началась. Но что чудовища на самом деле сделали монстрам? За что они хотят истребить даже детёнышей? — Чёрт... — Эррор посмотрел на малыша. Бедняжка вжалась в землю и начала трястись. Почему до него только сейчас дошло, что этот малыш-скорпион — тот самый мастер? Сколько же лет он прожил бок о бок с жестокими монстрами, деля с ними его коренную территорию. Глюк подскочил и подобрал чудовище за пазуху: — Убирайтесь! Все! Быстрее! Они уже тут! Черниль осторожно поднялась, встряхивая руки. Человеческие недовольные крики, клацанье от вил быстро приближались. Если бы Эррор умел только телепортироваться, он бы точно этим воспользовался. Но бежать будто бы было некуда. Везде один песок и жара. На Арти она тоже действовала, но Эррор не мог определить, от чего её лицо так изменилось на самом деле. Это видение медленно начало размываться. Голоса и шум отдалялись. Эррор этого не хотел. Что будет с малышами, если он сейчас исчезнет?! Они ведь могут просто не выжить! Монстры убьют их! — Нет! — Эррор попытался ухватиться за момент, но вместо этого поймал только воздух. Он вновь стоял в том самом зале. Рядом с ним стоял король Хотленда. Мужчина удивлённо посмотрел на Глюка. За окном царил ясный палящий день, а представители планеты стояли всё в той же парадной тёмной одежде. — Оши, что случилось? Глюк осмотрел свои руки. Нет, что происходит? Что, чёрт возьми, происходит? Может ли быть такое, что он буквально увидел то, что произойдёт? Он вернулся каким-то образом назад? Что это всё такое? — У тебя испуганное лицо, — затревожился король. Эррор посмотрел на мужчину и, сам себя не контролируя, чуть не схватил правителя за воротник: — Вы должны прекратить нападения на чудовищ! Беспокойство короля сменилось на тихую грусть: — ...К моему сожалению, монстры боятся чудовищ. Они больше, сильнее. Я знаю, ты всё ещё переживаешь, что в тот день погибли все малыши чудовищ, но тебе лучше смириться, их уже не вернуть. Глюк не поверил в услышанное. Они мертвы? Он не смог их спасти... Нет, они не могли умереть... Нет... Если бы только это воспоминание не покинуло его, если бы он всё ещё был там, он бы точно сделал всё возможное. Король осторожно отцепил от себя его руки и, как застывшую куклу, поставил на место. Двери открылись, и внутрь вошёл король Лютен вместе с Арти. Девушка как и прежде встала напротив. Эррор был подавлен и разбит, поэтому он практически на Черниль не смотрел. Холоднокровие и бесчувствие Арти тоже куда-то исчезли, и вместо него она разделила его печаль. Час или два, Эррор не считал, сколько длилось это заседание. Ничего не происходило на совещании. Парень не видел нужды для себя слушать разговор королей, всё равно ничего не изменилось бы. Одно было ясно, Король Хотленда не хотел или правда не мог повлиять на истребление чудовищ. Они и до сих пор являются большой проблемой в Хотленде. Почему только тогда их решили так массово истреблять? В настоящее же время схватки монстров с чудовищами время от времени происходят, но они способны уживаться. Когда к этому пониманию придут? Но если так подумать, маленький мастер должен был выжить. Если бы он не выжил, Эррор бы тут не находился, ведь так? Значит, ему одному удалось как-то спастись. — Приятно было увидеть Вас, — король Хотленда пожал руку короля Лютена, и совещание вновь закончилось. Эррор поклонился, Арти поклонилась в ответ. Все разошлись. Чтобы не терять времени, Глюк быстрым шагом направился прочь из дворца. Пусть здешний старый вид выглядит так дорого и богато, но тут ему точно нет места. Пустые коридоры, украшенные картинами в золотых рамках и шёлковые ковры длиною в несколько сотен метров расстилались красной дорожкой. Пустые доспехи презентовали силу Хотленда, мечи витязей и инквизиторов то и дело мелькали символами на потолке. Это времена, когда тьма и эрц шли бок о бок. Когда люди ещё не успели заявить о себе. — Граф Глюк, — женский мягкий голос освещался в душном коридоре ярким солнечным светом. Эррор оглянулся и увидел Арти Черниль. Она была на несколько сантиметров ниже его, в отличие от коротышки Инки. О чём-то задумавшись, девушка подняла на парня глаза и продолжила: — Ваш детёныш чудовища выжил. Монстры использовали подземные звуковые волны, чтобы их выуживать, но Ваш... — Черниль достала небольшой рюкзак, оттуда показалась знакомая четырёхглазая морда. — Учитель! — воскликнул малыш, поднимая вверх тонкие лапки. — Что... — Эррор, с одной стороны, был рад встрече с маленьким мастером. Это означало, что хотя бы выжил один детёныш чудовища, и именно он спасёт и Инки, и его, и всю его семью. — Чудовища или снежные волки — порождение планеты и духа, не так ли? У нас снежных волков почитают, а у вас... Была удивлена узнать, что чудовища представляют опасность для местного населения, вот и решила помочь. Но тогда я увидела Вас. Впервые вижу, чтобы кто-то обладал такой связью с порождением планеты. Малыш прыгнул на руки учителя и крепко в него вцепился. Эррор чуть поморщился, ощущая лёгкий дискомфорт от физического контакта и с трудом отцепил его от себя. — Но что Вы хотите? — подозрительно сощурился Глюк, ожидая какой-нибудь подковырки от Черниль. — За это... — Арти вытащила также из рюкзака знакомый до боли аккуратный браслет и бросила прямо в руки Глюка. — Мне достаточно благодарности. И небольшого урока. Это воспоминание тоже начало растворяться. Эррор уже привык к этому и отнёсся даже спокойно. Тесное помещение сменилось на открытую улицу. Парень поморщился от прямых лучей и отвернулся. Вокруг пахла и цвела осень. Хотлендовщин ощутил руками мягкую шелковистую траву, среди которой жили лесные насекомые, а рядом стояли высокие берёзы и клёны. Красные большие листья изумительно сочетались с жёлтыми крапинками листьев чёрно-белой красавицы. Вокруг не было ни души, только он и белокурая сноудивинка. Шёл второй день как минимум проживания Эррора в этом странном прошлом, где он до сих пор не понимал смысла своего здесь назначения. Кажется, повлиять на ситуацию он никак не мог, плюсом его то забрасывало в какие-то промежутки, то выбрасывало из них в самые непредсказуемые дни. — Часто Вы задумчивы, — заметила Арти. Девушка сегодня выглядела более свободно: легкая рубашка, жакет, брюки, длинный конский хвост и такие же острые глаза. Эррор взглянул в лицо девушки и выдавил из себя усмешку. Он действительно часто думает, перебирая самые разные варианты ответа. — Так, о чём мы говорили? — В моей семье... Не было никогда чёрных витязей. Вы меня восхищаете. Искусно владеть чёрным эрцом — большое мастерство. Чёрных витязей? Эррор впервые слышал такое определение для таких, как он. Видимо, всё это правда. Что тьма, что эрц — всё это служило во благо Южного Кольца, всё это было нормой. Люди изменили правила игры, они назвали тьму — оружием Империи. И именно поэтому тьма в монстре клеймила его порождением демона. — Да... Вы же не смешиваете кровь. — С чего Вы это взяли? — прыснула от смеха девушка. — Ах, нет. Это только другие так думают, дабы не иметь желания стать частью семьи Черниль. Эррор был удивлён, услышав это. Инки ни один раз говорила об обратном. Ведь ранее их семья была очень большой. С другой стороны, подумав так, Черниль и вправду сильно отличались от других жителей Сноудина. — С кем же Вы меня сравниваете всё время? — внезапно спросила девушка. Эррор резко замешкался, сумев разве что пожать плечами. Да глупо, наверное, будет сказать, что с её далёким потомком. Но... Второй день идёт, как он тут. Инки часто его бесит, её поведение нелепое, она совершенно не знает, как себя вести и вечно его выводит из себя забавы ради. Но он... Скучает по ней? Скучает по её большим и обескураженным глазам, по оптимистичному настрою, по увлечённости своим делом, по открытой натуре, что из раза в раз стремилась достичь чего-то невероятного. Инки позволяла Эррору не останавливаться на одном месте и не впадать в самопогружение, вспоминая каждое своё совершённое действие. Ведь сейчас... Северное Кольцо... — Могу я... Вас попросить? — Можете, — кивнула девушка. — Доставьте на Пио сообщение... Что когда-нибудь лет через пятьсот, когда люди нападут на Южное Кольцо, они придут уничтожить Пио. Пусть хоть кто-то будет готов, чтобы выбраться. А не изменит ли он слишком сильно прошлое своими действиями? Или не он ли является тем, кто спас Рипера только что? Как предугадать, что именно он делает и как влияет на то, что уже произошло? Ах, зачем он только лезет в это? Надо было забить и не париться. Не его же проблема. — Странный Вы, — голос Арти раздался в глуши. — Эррор! — Инки позвала. Эррор вернулся в реальность, но и она изменилась. Где он был на сей раз? Ночь повисла над головой у самого хрустального дворца Сноудина. Холодный ветер обхватил шею парня и тянул внутрь бала. Танцы, музыка золотой свет ласкал внутри, просачиваясь через панорамные стекла. — Поздравляю! Оши! — к парню подошёл один из хотлендовщин в красивой праздничной одежде с фартуком и девушкой под руку. Мужчина похлопал Глюка по плечу, отчего Эррор отпрыгнул будто от огня. — Ах, ха-ха, — мужчина безобидно поднял ладони и миролюбиво улыбнулся. — Ваша жена просто красавица, мои поздравления. Аристократы во всём Хотленде уже обзавидовались, говорят, что у неё красота и ум богини, а волосы сравнивают с белым снегом. Такое описание могло подойти только одному монстру. Инки. Невольно Эррор наклонился вперёд, будто бы хотел её увидеть, и сам не верил тому, что слышал. Что это ещё значит? Здесь не было Инки, так неужели он в прошлой жизни обручился с Арти? Как так вышло? Они виделись какое-то время, и вот, вдруг всё превратилось в брачный документ? Но что тогда произошло? Нет, они оба защитники своих королей. Как их брак вообще допустили? Парень без прощаний быстрым шагом направился дальше. — Как понёсся, — спохватился мужчина и завидно вздохнул: — Любовь это. Бал был в самом разгаре. Чёрный выходной костюм, браслет, что блестел на кисти, если присмотреться, и убранная назад причёска представляли Глюка, ныне ещё графа, в самом представительном свете. Несколько аристократов поздоровались с ним, кто-то остался в стороне, но украдкой бросил на Глюка взгляд. Посередине несколько пар танцевали, отбивая ритм по паркету, пока живая музыка набирала обороты. Король Лютен сидел вместе с королевой наверху, а у самой лестницы стояла Арти с несколькими монстрами. Эррор поспешил туда. — Арти Черниль... Здравствуйте снова, — только приближаясь, Эррор вовремя замедлился и вежливо поклонился. Старые времена вот уже третий день напоминали ему о тех приличиях. Девушка протянула руку, и парень её поцеловал. Сейчас это уже было не этично, а раньше. Защитница Лютена была одета с ниточки: длинное белое платье, по локоть перчатки и убранные волосы со шпилькой. Только глаза всё также холодны. — Приятно познакомиться, — с Глюком так же поздоровались ещё несколько монстров из Сноудина. — Прошу познакомиться, — эмоционально сказала Арти и указала на молодого мужчину рядом с собой. — Краш Черниль. Мой муж. Только Эррор мог знать секрет Арти. Партнёр, что приходит в их семью, обретает их фамилию в любом случае, главное, чтобы он был из Сноудина. Так почему он вдруг подумал, что именно он является мужем этой девушки в какой-то там параллельной Вселенной или в прошлом? Эррору было до омерзения противно смотреть на то, как какой-то монстр держит Арти так свободно за руку, и страшно было представить, как они могут выглядеть во время романтических поездок вместе. Вновь вместо Арти он увидел Инки, да ещё в объятиях чужого монстра. — Граф Оши! Вот Вы где! — прозвучал сторонний голос, и парня схватили за руку и попытались осторожно оттащить от компании сноудивинов, где ему точно не было места. Широкий нос, большие губы, серые глаза и белокурые волосы напоминали отдалённо Фреша. Вот, видимо, откуда у них белоснежные монстры в роду. Выходит, он был женат на какой-то девушке из Сноудина или Вотерфола. Он о ней ничего не знал. Нет, ему ведь даже не показали воспоминаний с ней, он к ней ничего не чувствовал, кроме как крепких оков, что сцепляли их вместе. Как так произошло, что Арти взаправду вышла замуж за какого-то парня из Сноудина, а он об этом узнал только сейчас и совершенно случайно?! Ему казалось, что между ними что-то было. Что Инки из прошлой жизни вот она, прямо перед ним! Что они способны даже тут быть так же близки друг к другу, как в его времени. Но она вдруг вышла замуж! За какого-то прохвоста! Подумать только... Да если бы Инки вышла замуж за кого-то... Эррор бы стёр его с лица земли... — Оши... — Глюка позвала его жена, но оттащить дальше десяти шагов не смогла, они так и стояли посередине бала. Обеспокоенные гости разошлись по разные стороны. Вокруг Глюка возникла чёрная пугающая аура, которая подобно огню окутала контур его тела и с каждой минутой усиливалась, пуская странные глюки в разные стороны, что заставляли мир сотрясаться. — Оши! — со стороны к парню подошёл один из королей Южного Кольца, Король Хотленда, но в тот же момент его силовое поле отбросило назад. Его жену, к счастью, смогли подхватить за локти рыцари. Никто, ни один монстр в зале, не мог приблизиться к тому, во что Эррор превращался. Ужасное чудовище, у которого видны были только силуэт и глаза. Дворец вздрогнул, земля затрясся. Гости вскрикнули и упали на пол. — Оши! Прекрати сейчас же! — потребовали правители, но это было бесполезно. Арти — прошлая жизнь Инки. Эррор не будет смотреть на то, как она проводит с кем-то время, рожает детей и дальше живёт, будто бы они друг другу чужие монстры. Ситуация с каждой секундой становилась всё хуже. Хрусталь на запястье блеснул ярким белым цветом. Арти сощурилась, пытаясь укрыться от поднявшегося из ниоткуда сильного ветра, и постаралась подойти поближе. — Оши! Ты должен прекратить! Парень не слушал. Перед глазами поползли красные глюки, загораживая виденье. Он не переживёт ещё одно предательство со стороны Черниль. Почему он вообще должен с кем-то делиться её глазами, её вниманием и принимать всё это спокойно? Острое лезвие проткнуло Глюка насквозь. Ветер начал утихать, а чёрное — пламя тухнуть. Иней распространился по телу. Эррор осторожно коснулся конца лезвия, лишний раз убеждаясь, кому этот меч принадлежит. Арти с трудом подкралась к нему, воспользовавшись тем, что Эррор не мог ей навредить, и прекратила его безудержный гнев одним простым движением. Лезвие громко освободилось из тела и парень упал на колени. Кровь прыснула наружу, окрасив багровой водой чистый пол. Зрители ахнули в ужасе. — Быстрее! — позвал король Лютен и собрал небольшой круг из трёх королей вокруг Эррора. Инквизитор всё ещё был в шоке, чтобы полностью осознавать происходящее. Арти, или же Инки, просто проткнула его. Её испуганные глаза не сравнятся с той болью, что он в прямом и переносном плане ощущал на себе сейчас. Браслет засветился ярче. Он в один момент сжал кисть хотлендовщина. Глюк схватился за него, но снять не получалось. Бижутерия обжигала, снова была раскалена, и эта боль несравнима с дырой в груди. Эррор терял сознание, он таял на глазах, как снег летом, с отпечатанной тоской под тихое «прости» Черниль. Белая ослепляющая вспышка в один момент всё прекратила. Эррор вновь оказался в пустоте, где не было ничего. Только его тело, над которым он сидел, подобно призраку. От монстра осталось лишь название, он сам был подобен чудовищу, которое лежало в луже собственной крови. Медленными шагами с Эррором поравнялся он сам же, но без полос. Один глаз был красным, а другой — синим. От губ шли красные полоски, что напоминали кровь или же прямо были ими. В остальном они и вправду были просто одинаковыми. Незнакомец грустно смотрел на мёртвое тело, что точно принадлежало ему, ведь у него не было тех же знаков, что были у Эррора. — После этого меня заточили в браслет, где я прождал слишком долго. Глюки стали шельмами. Они не хотели моего возрождения, — парень повернулся к Эррору и еле видно улыбнулся. — Но появился ты. — Эррор! — женские руки с особым усердием трясли Эррора. Парня просто выкинуло из сна. Хотлендовщин всё ещё не понимал, что происходит и где он теперь находится. Голова раскалывалась, но прямо перед ним сидела Инки. Девушка была сильно обеспокоена, и это точно была его та самая Инки. Ни секунды не думая о том, что она позволяла себе его трогать, Эррор резко обнял подругу и прижал хрупкое маленькое тело к себе. Это была его Инки. Инки, которая всегда будет рядом и не оставит его. Черниль не ожидала такой внезапной тактильности со стороны лютого гаптофоба и пару секунд даже не понимала, как ей на это реагировать. Обнять или, может, дождаться, когда Эррор придёт в себя? Может быть, стоило бы напомнить, что происходит?.. На улице закончилась битва, в поперечину между песочными кирпичами пола просачивалась алая кровь. Тоби проникал внутрь и насыщал мёртвый воздух жизнью, которую унесла закончившаяся буря.