Касание душ

В дверь постучали и раздался голос Гиппократа: – Господин Орфей, часы посещения окончены, вы можете утомить больного. Орфей тут же отстранился и взглянул на Геркулеса. Тот печально опустил голову и с сокрушённым вздохом прижался к подушке. – Не расстраивайся, Гер. Я ещё приду, обязательно! – с улыбкой произнёс Орфей. – Завтра? – с надеждой шепнул полубог, подняв взгляд. – Да, завтра! Я надеюсь, тебе станет ещё лучше и тебя скоро выпишут. – Я тоже на это надеюсь… Орфей снял со своих плечей шарф и с заботой укутал им Герка. И вышел из палаты. На глазах Геркулеса проступили едва заметные слёзы. Такой маленький, но трогательный жест с шарфом ему умилил. – Поскорее бы на улицу, отсюда подальше. Он взглянул прямо перед собой. На противоположной стороне стены висело небольшое зеркало. Собрав силы, Герк приподнялся и приблизился к нему. Оттуда на него смотрел худой юноша с растрёпанными рыжими волосами, в бинтах и бесконечно печальных глазах, один из которых и вовсе был блеклым. Геркулес, хоть и чувствовал, что идёт на поправку, но от этого усталость никуда не ушла. – Я и раньше красивым не был, а сейчас и того вид хуже. Он прикрыл глаза. Миг или два – и Геркулес, распластавшись, лежит на полу. *** Орфей вышел из палаты и направился к врачу. Тот собирал и перечитывал бумаги, что-то подписывал и выглядел в целом занятым. Поэт покорно ждал его у поста. Когда тот обратил на него внимания, то Орфей обратился: – Господин Гиппократ, как скоро Геркулес может быть выписан? – Хм, – протяжно задумался врач. – Видите ли, господин Орфей, он в целом здоров и быстро пошёл на поправку. Меня волнует лишь его левый глаз. Он такой же мутный, не реагирует на свет. В общем, я всё никак не могу вылечить его. — Не можете? – вздохнул Орфей. – Нет возможности. Я готовил ему лекарство из доступных мною ингредиентов, но они толком не помогли. Нужно другое, более эффективное. — А что нужно? Я куплю, достану. Что угодно! Гиппократ добродушно ухмыльнулся. — Это так трогательно, господин Орфей, что вы заботитесь о нём. Кто-то же должен. Что ж, я выпишу вам рецепт того, что мне нужно для изготовления. Когда в руках Орфея оказалась бумага с рецептом, он тут же покинул больницу. Где-то в небесах, в облаках скучающе витал Пегас. Поэт тут же заприметил его и позвал. Конь, выписывая грустный пируэт, приземлился около юноши. – Здравствуй, Пегас, – ласково сказал Орфей, погладив гриву. – Скучаешь по Герку? Пегас кивнул, состроив грустные глазки. – Ну ничего! Мы ему поможем! – ободрительно произнёс поэт, показав рецепт. – Если мы вылечим его слепоту, то его выпишут. Ты поможешь? Пегас одобрительно фыркнул и на мгновение взлетел в воздух, радостно хлопая крыльями. Орфей аккуратно сел на коня и крепко прижался к гриве. – Вот только я ни разу не летал, – шепнул он. Пегас взлетел. Полёт был быстрый и такой аккуратный. Они почти в мгновение ока оказывались то в одной части Греции, то в другой. Ветер свободы играл с волосами Орфея, трепетал его одежды. Орфей впервые ощущал эту небесную высоту. Кружилась голова, немного дрожали руки, но глаза блестели от счастья. — Пегас, ты чудо! – воскликнул он, когда они вновь оказались перед больницей. Тот довольно фыркнул и легонько погладил крылом голову Орфея. Поэт рассмеялся. На душе было хорошо — ингредиенты были собраны, полёт был чудесный, осталось лишь отдать всё Гиппократу. А тот мигом вылечит Герка. Орфей зашёл в больницу и сразу же принялся искать врача. Гиппократ сидел в своём кабинете и устало заполнял какой-то журнал. — Господин Гиппократ. Я нашёл! – первое, что сказал поэт, появившись перед врачом. – А вы время не теряли, господин Орфей, – взглянув на солнечные часы, сказал Гиппократ. Его глаза загорелись. Если всё выйдет отлично, то он сможет с уверенностью заявить, что изобрёл лекарство от слепоты. Он и энтузиазмом принялся за изготовление. У него горели амбиции, хотелось быть действительно-чудо врачом. И возможно это… — Готово! Если это сработает, то я дам ему название Νέο όραμα*! Зайдя в палату Геркулеса, Орфей и Гиппократ ужаснулись. Герой лежал без сознания вдали от своей кровати с грустным и уставшим лицом. Поэт тут же подбежал к нему, попытавшись приподнять. Однако это не получилось. И лишь благодаря помощи врача, они смогли уложить его обратно в кровать. – Он вставал с кровати, когда вы посещали его? – серьёзно спросил Гиппократ. – Когда я только зашёл, он стоял у стены, я тут же подбежал к нему, чтобы удержать его. – Значит, его ноги ещё слабы. Хм, – задумчиво произнёс Гиппократ. – И что делать? – встревоженно спросил Орфей. — Я думаю, что кто-то должен будет ходить вместе с ним. Мазь, которую я ему выписал, помогла вернуть ноги в движение, но нужно, чтобы они совсем окрепли, ходить. Как я понимаю, сам он долго ходить не может. Нужна опора. Гиппократ задумчиво смотрел куда-то вдаль, размышляя: – Кого же мне поставить с ним? Эта занята с другим пациентом, тот в отпуске… – Я помогу! – Орфей выглядел уверенно. – Вы и так много сделали, господин Орфей. К тому же это не ваша обязанность. – Прошу…– Орфей взглянул грустными глазами. — Давайте решим этот вопрос чуть позже, хорошо? Я сейчас закапаю лекарство ему в глаза. А вы завтра приходите к нему, там и решим. Там он и придёт в себя я думаю. – Хорошо, вам виднее, – проговорил Орфей, покидая палату. Было грустно, но он надеялся на завтрашнее утро. Может быть, оно сулило что-то хорошее? После нескольких капель блеклый глаз Геркулеса вдруг начал меняться.