Разрывая облака \ Сквозь облака

— Я тоже не ожидал, что вы, полицейские, придёте так быстро. Ты мог бы и не умирать.

На стыке подоконника и на деревянной раме скопилась многолетняя копоть и жир. На чёрном налёте виднелись несколько едва различимых горизонтальных полосок. Следы обуви. Янь Се высунулся наружу, внимательно осмотрел и наконец обнаружил следы подъёма на пожарной лестнице, примыкающей к стене снаружи многоквартирного дома. Янь Се жестом велел Цзян Тину подождать, затем набрал номер: — Алло, Лао Цинь… — Ты где? — очевидно, Цинь Чуань был за рулём, так как вокруг было очень шумно. — Мы уже обыскали дом Фань Чжэнъюаня и возвращаемся в участок, там подробно отчитаюсь. Кстати, тот притон — это баня «Ихун» в северном районе. Я слышал от информатора, почему ты туда не поехал? — Я отправил Ма Сяна с людьми, а что случилось? — Эх, — рассмеялся Цинь Чуань. — Там сотни «Юи Хатано», а ты сам не поехал смотреть, так что не вини меня. — В таком месте может быть… — Янь Се боковым зрением заметил Цзян Тина и вдруг почувствовал необходимость сохранить свой имидж, поэтому резко сменил тему: — Кто такая Юи Хатано? Почему у тебя такие грязные мысли? Цинь Чуань: — …??? — Хватит болтать, я в съёмной квартире Ху Вэйшэна, здесь появились новые зацепки. Если вы недалеко, зайдите заодно, — Янь Се опередил ответ Цинь Чуаня и сказал: — Если ничего серьёзного, я повешу трубку, поторопитесь! Пока! Цзян Тин сфотографировал следы обуви, придерживаясь рукой за стену, и собрался лезть по пожарной лестнице за окно. Однако его неуклюжие движения были прерваны на полпути: Янь Се схватил его за плечо и оттащил назад, отругав: — Что ты делаешь? Иди назад. Янь Се оттолкнул Цзян Тина за спину, плотнее затянул перчатки, схватился за оконную раму и с глухим звуком ловко выпрыгнул наружу, повиснув на пожарной лестнице без всякой страховки. Он заглянул на крышу и воскликнул: — Ахуеть! — Что-то есть? — Этот Ху — настоящий талант, — громко сказал Янь Се, быстро вскарабкался на крышу и протянул руку, чтобы помочь Цзян Тину подняться. На крыше теплоизоляционный войлок был в ужасном состоянии, пространство было завалено мусором, строительными отходами и сломанными трубами. Железные двери лестничных пролётов по обеим сторонам крыши были покрыты ржавчиной и заперты. По краям возведены трехэтажные незаконные постройки из кирпича, черепицы и листового металла, откуда доносилось гудение генератора. — Самодельный пентхаус на крыше, весьма креативно. Жаль, что Ху Вэйшэн не стал каменщиком, — Янь Се подошёл к навесу и заглянул внутрь, спросив: — Как ты догадался открыть окно? Только не говори, что это интуиция! Вечером на крыше было ветрено. Цзян Тин одной рукой плотнее запахивал куртку Янь Се, другой прикрывал рот и нос, и глухо ответил: — Шестое чувство. — ... — Янь Се спросил: — Ты женщина? Цзян Тинь посмотрел на него без всякого выражения, его светлые веки слегка покраснели от холода. Янь Се несколько раз бросил на него взгляд: — Ладно, красавчик, стой снаружи, я зайду посмотрю. В ряд стояли три маленькие комнатушки. Янь Се вошёл в крайнюю левую. Дверь из фанеры поддалась от лёгкого толчка. Изнутри вырвалось облако пыли, заставившее Янь Се закашляться. Когда пыль немного рассеялась, он, освещая путь телефоном, согнулся и протиснулся внутрь. Пространство, всего четыре-пять квадратных метров, было завалено всяким хламом так плотно, что негде было повернуться. На покрытом паутиной шкафу громоздились пластиковые изделия и ржавый металлолом — всякие редко встречающиеся приспособления, некоторые завёрнутые в пластиковую плёнку, другие накрытые пожелтевшей белой тканью. Янь Се, разглядев формы этих приборов, понял, что к чему. Быстро сделав несколько десятков снимков, он, не обращая внимания на грязь, стряхнул пыль и откинул ткань. Капельницы, реакторы, нагреватели, центрифуги… Янь Се отступил на полшага. Среди всего этого паутинного царства скрывалась партия инструментов для изготовления наркотиков! — …Командир Янь. Снаружи сгущались сумерки, завывал ночной ветер. Взгляд Цзян Тина скользил по всей крыше, остановившись на железной будке неподалеку, откуда доносился звук работающего генератора. Немного помедлив, он повторил: — Командир Янь? Изнутри доносились какие-то шорохи, было непонятно, чем там занимается Янь Се. Цзян Тин прищурился, долго размышлял, а затем наконец направился туда. Окно в железной будке было затянуто пластиковой плёнкой. Замок висел неплотно, достаточно было лишь слегка потянуть за засов, чтобы открыть дверь. Эта комната отличалась от двух других: мрачная и тесная, она была относительно пуста. Генератор стоял в углу, несколько разноцветных проводов вели к войлочному полотну высотой примерно по пояс с другой стороны будки. Цзян Тин надавил на войлок, убедившись, что под ним находится прямоугольный электроприбор, и с усилием откинул тяжёлый войлок. С этим движением поднялась сухая плесневая пыль. Цзян Тин отвернулся и закашлялся. Под войлоком, как он и ожидал, оказался небольшой однокамерный холодильник. По какой-то причине пальцы Цзян Тина слегка дрогнули. Он открыл дверцу холодильника, и в морозильной камере обнаружилась куча бутылок и банок. Прозрачные стаканы и непрозрачные коричневые флаконы с лекарствами были беспорядочно свалены вместе, большинство из них уже были пустыми, а на дне стеклянной посуды оставались следы разного цвета. Лишь в нескольких стеклянных бутылках ещё оставался раствор, и из-за неплотно закрытых крышек исходил резкий химический запах. А во внутреннем углублении дверцы холодильника плотно набился сверток, плотно завернутый в слои газет. Сердце Цзян Тина бешено заколотилось, его лицо слегка изменилось, он осторожно развернул газету. Внутри оказался маленький пакетик с герметично упакованным бледно-голубым порошком. Цзян Тин опустился на одно колено, его зрачки быстро расширились и сузились, он протянул руку и поднял герметичный пакет размером с половину ладони. На правом нижнем углу виднелась пожелтевшая этикетка, на которой ручкой было написано несколько слов: «Группа С, девятая коробка, 7704», чернила уже начали выцветать. Цзян Тин пристально смотрел на этикетку, леденящий холод морозильной камеры окутывал это небольшое пространство, в полумраке его лицо стало мертвенно-бледным. Наличие порошка не вызвало у него удивления, но почему здесь эта надпись? Как эта надпись могла оказаться здесь?! В одно мгновение из глубин памяти всплыл какой-то фрагмент: это был более просторный, более тёмный заводской склад, бесчисленные пакеты с одинаковым порошком были свалены вместе, словно синие призрачные души, блуждающие в глубинах ада. Их грузили в коробки погрузчиками, запечатывали, партиями грузили в грузовики, вдалеке в ночи лил проливной дождь, уличные фонари покачивались, отбрасывая зелёные тени, похожие на призрачные огни. — Шестьсот миллионов, — сказал кто-то позади него с улыбкой, нежно, словно шёпот дьявола: — Видишь, земные радости стоят так дорого. На несколько секунд дыхание Цзян Тина почти остановилось, затем он закрыл глаза, глубоко вздохнул и снова открыл их. Это движение заставило его силой подавить все сомнения, заморозив их под толстым слоем льда, называемого спокойствием; затем он смял газету в комок и бросил её обратно в морозильную камеру, встал, закрыл дверцу холодильника, снова накрыл его войлоком и сунул маленький пакетик с порошком в карман брюк. В тот же миг его запястье схватили. Голос Янь Се холодно произнёс позади: — Вынь это. Тело Цзян Тина слегка напряглось, рука в кармане не ослабла, он медленно повернулся: — Капитан Янь... — Вынь это, — приказал Янь Се, его глаза были черны и глубоки. — Не заставляй меня применять силу. Несколько секунд казались вечностью, словно напряжённая схватка. Вскоре напряжённые мышцы предплечья Цзян Тина наконец расслабились. Янь Се выхватил у него из кармана пакетик с наркотиками, который тот держал в руке. — Почему? Цзян Тин опустил голову, затем слегка приподнял её, но не ответил. Янь Се достал телефон и набрал 1-1-0 прямо перед ним, его большой палец завис над кнопкой вызова. Он стоял спиной к последним отблескам света снаружи, и его выражения лица было не разобрать, но голос звучал так, словно замерз: — Последний раз, Цзян Тин. Если ты так и не дашь мне ответа, сегодня я отправлю тебя в Гунчжоу. — ... — После долгого молчания Цзян Тин произнёс: — Нет никакой причины. Может быть, потому что я наркоман? После застывшей тишины Цзян Тин вдруг бросился вперёд, но Янь Се схватил его за воротник и резко поднял, а затем силой потащил наружу. Такой способ, словно тащить цыпленка, не давал дышать и даже издавать звуки. В борьбе Цзян Тин, сам не зная сколько всего опрокинул, затем ударился ногой о дверной косяк, и куски цемента и песка посыпались вниз. Он попытался отцепить руку Янь Се, но не смог сдвинуть его стальную хватку. Только выйдя за дверь, его резко толкнули вперёд, и он, пошатнувшись, едва не упал. — Кхе-кхе!... Цзян Тин, прикрывая горло, едва мог дышать, перед глазами всё плыло. Через некоторое время он выпрямился и хрипло произнёс: — Ты... Янь Се схватил его за подбородок, его красивое лицо было искажено гневом. Он уже собирался что-то сказать, как вдруг поднял голову, и его лицо изменилось: — Осторожно! Цзян Тин не успел отреагировать, как Янь Се оттолкнул его за спину. В суматохе он почувствовал резкий порыв ветра, пронёсшийся мимо его уха. Резко обернувшись, он увидел, что на крышу каким-то образом поднялись другие люди! Всё произошло слишком быстро, а в сгущающихся сумерках видимость была очень плохой, поэтому невозможно было разглядеть, как выглядели пришедшие. Лишь мелькнул блестящий клинок. В этот момент реакция Янь Се была молниеносной: он поднял руку и точно схватил противника за руку, а затем резким ударом локтя всадил ему в плечо! Бум! Нападавший принял удар локтём и выронил нож. К удивлению, он даже не вскрикнул, а перед тем, как нож упал на землю, подставил ногу, ударил по нему и, схватив рукоять, замахнулся. В последний момент Янь Се откинулся назад, и лезвие пронеслось в миллиметре от его носа. В тот миг Янь Се понял, что противник — профессионал высочайшего класса, и, не оборачиваясь, крикнул Цзян Тину: — Уходи скорее! Цзян Тин замер. Нападавший схватил ногу Янь Се, которую тот выставил, и попытался ударить по колену, но Янь Се в прыжке оттолкнул его ногой в грудь. Однако противник обладал невероятной физической подготовкой, всего за пару шагов он восстановил равновесие, молниеносно увернулся от ответного удара и, схватив горсть песка с земли, бросил его. Янь Се инстинктивно попытался прикрыться, но пыль попала в глаза, и он не успел. Вместе с острой болью он почувствовал, как бедро сначала похолодело, а затем стало горячим — он понял, что его ранили ножом. Но в состоянии крайнего напряжения человек не чувствует боли. Янь Се, будучи человеком решительным, даже не подумал об опасности кровопотери из крупной артерии и, воспользовавшись моментом, со всей силы ударил ногой, выбив нож из руки противника. Раздался звон. Нож, вращаясь, ударился о перила крыши и упал вниз. Нападавший издал приглушённый стон, когда его запястье, державшее нож, было задето, но его голос звучал холодно и насмешливо, скорее выражая издёвку, чем боль. Этот звук выдал его возраст — это был молодой мужчина. Кто он такой? Какова цель нападения на полицейского? Пыль застилала глаза, и Янь Се не видел ничего. В мгновение ока его схватили за руку, и он почувствовал, как его скрутили и бросили через плечо. Этот человек определённо был мастером боевых искусств. Несмотря на рост Янь Се почти в два метра, противник смог поднять его в воздух, совершив полный оборот. Однако в момент падения многолетний боевой инстинкт Янь Се позволил ему нащупать затылок противника. Грохот! Два мощных удара, и оба упали на землю! Почти сразу они начали драться. Янь Се ничего не видел и, стиснув зубы, получил несколько ударов. Внезапно он почувствовал, как противник быстро шарит по его карманам и вытаскивает что-то из заднего кармана брюк. Этот пакет с наркотиками! Противник тихо рассмеялся, схватил Янь Се за шею и прижал к перилам крыши. Вес более восьмидесяти килограммов, помноженный на силу удара, заставил перила опасно заскрипеть! Сила профессионального убийцы, способного сломать горло, была не шуткой. Любой другой полицейский уже погиб бы. Янь Се схватил руки противника, сдавливающие его горло, и, стиснув зубы, терпя адскую боль в глазах, прохрипел: — Ты… это ты… убил Фань Чжэнъюаня… А-Цзе тоже не ожидал, что его узнают. Он удивлённо произнёс: — О? Я тоже не ожидал, что вы, полицейские, придёте так быстро. Ты мог бы и не умирать. Вены на руках Янь Се вздулись: — Я думаю, умирать будешь… блядь, ты! Всё произошло в одно мгновение. Янь Се резко ударил ногой, сильно подсекая противника под лодыжку, что нарушило их равное противостояние. А-Цзе пошатнулся, едва не упав, но, пользуясь тем, что Янь Се ничего не видел, увернулся от преследования и, вскочив, схватил Янь Се за плечо. — … — тихо выругался А-Цзе, упираясь плечом в Янь Се и с силой отбрасывая его на перила! Скрип! В момент деформации металла Янь Се уже успел зацепить противника за плечо и шею. Стоило ему приложить усилие, и он бы бросил этого профессионального убийцу в воздух. Но за доли секунды до этого ржавые от времени и непогоды перила не выдержали веса обоих и всей своей длиной накренились наружу крыши! Не успели они опомниться, как оба поскользнулись. Цзян Тин вскрикнул: — Янь… Но прежде чем он успел сделать шаг, холодный и твёрдый ствол пистолета бесшумно приставили к его затылку. Знакомый голос с улыбкой прошептал ему на ухо: — Не двигайся.