Реинкарнация Безработного × Класс Превосходства: Шедевр

Меня зовут Зенит Грейрат. Я не помню свой нынешний возраст. Последние остатки моих воспоминаний, до того как моё сознание окрасилось в ослепительно-белый цвет, говорят, что мне было 29 лет. Какое-то время я оставалась в сознании в тесном месте. Как долго это было? Я не могу вспомнить. Понятие времени ускользало от меня, и хватка за мой рассудок медленно ослабевала. Этот временной беспорядок разрушил мою связь с разумом, оставив меня дрейфовать на волнах угасающей ясности. Я хотела двигаться, схватиться за волосы и вырвать их. Я была вдали от своей семьи. Моих сыновей. Моих дочерей. Моего мужа. Лилии. В этом нескончаемом скоплении одиночества и отчаяния я чувствовала себя подвешенным маятником в часах, вынужденным двигаться в огромном порядке вещей — беспомощная и бессильная. Как я оказалась в такой ситуации? Что ж, позвольте мне сначала рассказать кое-что о себе. Как я уже упоминала, до того как я стала частью семьи любви всей моей жизни, меня звали Зенит Латерия. Я родилась в [Святой Стране Миллис], как вторая дочь графа Миллиса. Я выросла, следуя религии Церкви Миллис, никогда не нарушая правил, получая хорошие оценки в школе и заслужив себе прозвище [образец юной леди Миллиса]. Однако, когда я достигла 15-летнего возраста и больше не могла выносить удушающие и суровые учения, насаждаемые моей матерью, я сделала то, что сделал бы любой на моём месте. Я взбунтовалась против родителей и сбежала из дома, тем самым отвернувшись от дворянской [дороги] брака по договорённости с семьёй другого графа в Миллисе. Я бежала несколько дней и через месяцы путешествий добралась до другого континента. Добравшись до другого континента, я вступила в гильдию авантюристов и стала целительницей. Пытаясь найти работу целителя, я некоторое время продолжала быть авантюристом-одиночкой. Однако из-за моей наивной натуры меня часто обманывали на крупные суммы денег, так как я мало знала о том, насколько дороги целители, и меня обычно использовали как живой щит от монстров. То, что я скажу дальше, может прозвучать как ложь, но это была правда. Как в сказках, я почувствовала, что пришёл рыцарь в сияющих доспехах и спас меня. Хотя, присмотревшись, я поняла, что он не был рыцарем. Он был грубым человеком, с ещё более грубой манерой говорить и обращаться с людьми. Если уж на то пошло, он был скорее бандитом, чем рыцарем. Но это не меняло того факта, что он спас мне жизнь. Кем он был? Его звали Пол Грейрат — моя первая и единственная любовь. Произошло несколько событий, и я присоединилась к группе Пола, [Клыки Чёрного Волка], в качестве целительницы. Я провела долгое время в группе в качестве целительницы. Однако, несмотря на моё первоначальное отсутствие интереса и отвращение к тому самому рыцарю, который спас меня, я постепенно начала влюбляться в Пола. Это было мучительное чувство. Я была молода. Я не знала, как справляться с чем-то вроде любви. Моя мать научила меня всему, что должна знать леди — как говорить, смеяться, соблазнять и плакать в присутствии мужчин. И всё же она упустила самую важную деталь. Но поскольку моё согласие никогда не стоило и гроша, понятно, почему она не хотела меня этому учить. Нет… скорее, что она могла знать о любви? Моя грудь сжималась каждый раз, когда я смотрела на Пола. Я хотела быть его, и чтобы он был моим. Только моим. Он и я, в нашем собственном маленьком гнёздышке, куда никто другой не сможет вмешаться. Я хотела быть его женщиной. Но была одна небольшая проблема. Пол был тем, кого обычно называют «мразью» — бабником, который часто спал с несколькими женщинами. Я была последовательницей и практиком Веры Миллис. Несмотря на то, как сильно я его любила, я не могла стать его женой, если он будет таким. Я игнорировала его обычные лапанья или то, как часто он «случайно» касался моей задницы или груди, но я ясно дала понять, что не отдам ему самое главное. Когда он наконец признался, что хочет меня так же страстно, как и я его, я поставила ему ультиматум. Мне было 17 лет. Я всё это время берегла свою невинность, несмотря на то, что была довольно красивой женщиной. Я не собиралась терять её безвозмездно. Итак, я сказала ему, что если он пообещает быть мне верным и никогда не спать с другой женщиной, то я пересплю с ним, на что он немедленно, без колебаний, согласился. Та энергия, с которой он принял предложение и толкнул меня на кровать, дала мне понять… Он лгал. Мне не следовало соглашаться на это. Но несмотря на это, когда он снял с меня одежду и прижался ко мне своим широким, тёплым телом, я отбросила все эти мысли. Почему? Мне уже было всё равно. Я любила его больше всего на свете. Может быть, я тоже была наивна, и поскольку я влюбилась впервые, я всё же поддалась желанию, его и своему собственному. Перенесёмся на месяц вперёд: у меня пропали месячные. Насколько я помню, у меня был довольно регулярный менструальный цикл. Несмотря на явный признак, я решила его проигнорировать. Прошёл ещё один месяц, и я снова переспала с Полом. После бурной ночи я не могла уснуть и поползла в ванную комнату гостиницы, в которой мы остановились. Моя влажная одежда соскользнула с тела, когда я посмотрела на себя в зеркало. Точнее, на свою грудь. У меня была довольно большая пара. Я могла сказать, что на них было соблазнительно смотреть, судя по тому, как Пол зарывался в них лицом и лизал их часами. Однако сейчас они казались чрезвычайно надутыми. Тёмная область вокруг моих сосков потемнела и стала более заметной. Интересно, почему это происходит. Через несколько дней моя производительность упала, и я начала чувствовать крайнюю усталость. В тот момент я пришла к выводу. Однако он не был твёрдым. Поэтому я решила проверить сама. Я наблюдала в течение недели, и слегка повышенная температура тела оставалась прежней. Это означало одно. Всё это указывало в одном направлении. Я была беременна. Когда я рассказала об этом Полу, он поднял меня, поцеловал и запрыгал, как счастливый ребёнок. Я ожидала какой-то полоумной реакции, зная, какой он, но вместо этого всё оказалось полной противоположностью тому, что я себе представляла. В итоге он сделал мне предложение, и я согласилась, что и привело к нашему браку. Мне было жаль покидать группу по нашим эгоистичным причинам, но я всегда хотела жизнь с мужем и детьми, играющими на лужайке. И теперь, когда я собиралась родить ребёнка от любимого мужчины, мне было наплевать на всё остальное. Я слышала, что группа вскоре после этого распалась. Несмотря на сказанные ранее слова, я всё ещё чувствую себя виноватой.

(************)

Итак, думаю, потребуется небольшое исправление. Некоторое время назад я сказала, что ношу «ребёнка» от любимого мужчины. Что ж, я тоже ожидала только одного, после того как меня осмотрел врач. Но во время родов, когда я родила, врач сказал, что во мне есть ещё одна жизнь — слабая, но живая. Этих слов было достаточно, чтобы моя измученная сущность снова заставила себя работать на пределе. Может быть, это были просто основные материнские инстинкты. Я ещё даже не видела лица своего ребёнка, но всё равно тужилась из последних сил, даже если это убьёт меня. Через некоторое время стонов и криков, которые отдавались в моих собственных ушах, я почувствовала, как мой надутый живот сдулся и прилип к костям. Дети вышли. Но почему… Почему я не слышу ни звука? Только не говорите мне… Нет. Я не должна так думать. «Кто твой папочка, а? Кто твой папочка!? Это я, буахахцвиухгевх!» Пол говорил с чем-то в своих руках, укутанным во всё белое. Он высунул язык, расширил глаза и глупо улыбнулся. Врач повернулся ко мне с широкой улыбкой. «Поздравляю. Это здоровые мальчики». О, боже… я родила двух мальчиков! В тот день я была самой счастливой матерью во всём мире. Я обернулась и посмотрела на своих малышей. Один был точной копией своего отца, а другой — вылитая я. Старший, которого мы назвали Рудеус Грейрат, имел песочно-каштановые волосы и зелёные глаза своего отца. Он даже унаследовал родинку Пола. Младшего мы назвали Джулиан Грейрат. У него были блестящие золотистые волосы и тёмно-синие глаза. На мгновение они показались зелёными, но когда я посмотрела на него снова, они были синими. Думаю, я просто слишком устала.

(************)

Что ж, прошёл год с тех пор, как я стала матерью двух чрезвычайно непослушных детей. Старший — Рудеус — время от времени ведёт себя хорошо, но младший — Джулиан — очень любопытен. Он любит бросаться с края кровати, сдерживать свои какашки, пока те не приблизятся к детонации, и делать другие вещи, от которых у меня болит голова. Однако, когда бы я на него ни смотрела, он всегда смотрит прямо мне в глаза. Я это чувствую. В нём безграничное любопытство. Я вспоминаю, как на днях он слегка ударился пальцем ноги о край мебели. Я попыталась подбежать и позвать его по имени, но я слышала, что если родитель паникует, ребёнок повторит это действие. Поэтому я решила подкрасться к нему и быть как можно спокойнее. Однако то, что я увидела, было совсем не тем, чего я ожидала. Его правая нога была слегка опухшей, но не настолько, чтобы плакать или испытывать боль. Но что удивило меня больше, так это то, что он тыкал в неё пальцем. Само по себе это действие довольно болезненное, но он не проявлял особой реакции. А вскоре после этого его крошечные ручки ударили по тому месту, где образовался синяк. Этот ребёнок! Он начал кататься по полу, очевидно, от боли. Мне не следовало этого делать, но я всё равно рассмеялась. Он такой милый, что это уморительно. Я подошла к нему, взяла его на руки и применила на нём немного исцеляющей магии. Он посмотрел на меня глазами, полными любопытства. Когда мои руки парили над ним, колдуя, он немедленно протянул свои руки и схватил меня за пальцы. Его тёмно-синие глаза изучали их, как будто он хотел всё это препарировать. Я же говорила… он слишком милый! В любом случае, после этого инцидента я засыпала его поцелуями. В конце концов, я должна и боль унять. Не то чтобы я была обожающей матерью, которая просто любит, какой милый её сын. Определённо нет. Я определённо не балую своих детей. В конце концов, поцелуи — лучший способ лечить детские травмы. Да, да. Абсолютно.

(************)

Помните, я говорила, что хочу жить отдельно с любимым мужчиной и моими детьми, играющими на лужайке? Да, моя мечта наконец-то осуществилась, но что-то изменилось. Я имею в виду, что-то ненормальное. Мои дети ненормальные. Не поймите меня неправильно. Они самый милый дуэт, который я когда-либо видела. Один — маленький комок энергии, который раньше ползал по всем углам дома, а теперь бегает повсюду. Другой — милый пушистик с чрезвычайно шелковистыми и длинными волосами, который, несмотря на свою энергичность в младенчестве, теперь гораздо спокойнее. Ах да, я забыла упомянуть, почему всё стало ненормальным. Что ж, какой образ вы первым представляете, когда кто-то говорит вам о детях, играющих на лужайке? Игра в догонялки и другие весёлые занятия, верно? Так что мои дети тоже должны были бы делать это, верно? ВЕРНО? Нет. Мои малыши машут мечами и стреляют друг в друга водяными и огненными шарами. Джулиан очень заинтригован мечом, в то время как Руди постоянно колдовал водяные шары в кладовке. Было довольно очаровательно видеть, как они так быстро всё схватывают. Они оба были гениями! Но почему-то я чувствовала, что расстояние между братьями растёт. Они проводили всё меньше и меньше времени вместе и всё больше времени читали книги или бездельничали на лужайке с деревянным мечом. Пол, казалось, не замечал этих вещей. В конце концов, он был довольно простодушен. Но как мать, моим долгом было осознавать эти вещи и сближать их.

(*************)

Видимо, мои беспокойства были напрасны. Через несколько дней после этой мысли, Руди и Джулиан устроили для нас пикник на лужайке. Рокси — их учительница — тоже присутствовала. Оба показали, чему они научились. Руди показал несколько [Заклинаний Магии Воды], а Джулиан демонстрировал [Заклинания Магии Огня]. Этот контраст согревал душу. Их заклинания появлялись, поднимались вверх, как фейерверки, а затем сталкивались друг с другом, шипя и испаряясь. У Джулиана было сосредоточенное выражение лица каждый раз, когда он колдовал, в то время как Руди просто продолжал создавать их без остановки. «С Джулианом всё будет в порядке?» — спросила я Рокси, сидевшую рядом со мной; её стоическое выражение лица медленно исчезало, а в уголке губ плясала игривая улыбка. «О да, миссис Грейрат, абсолютно. У него просто меньший запас маны по сравнению с Руди. Он в полном порядке», — ответила она с улыбкой и тут же снова посмотрела на двух братьев, создающих паровой фейерверк, когда их магия работала в тандеме. Руди, казалось, очень наслаждался этим, но Джулиан выглядел таким же бесстрастным, как и всегда. Ну, не то чтобы он всегда был таким. Я видела, как он улыбался, когда ел сладости, которые я для него готовила, или когда он был ещё младенцем, он тонко улыбался, когда я кормила его грудью. Во сне на его лице была самая божественная улыбка. «Маленький запас? Это какая-то проблема?» — спросила я, искренне обеспокоенная. «О. Нет, нет. У него просто меньше маны, чем у Руди. По сравнению со средним человеком, он значительно их превосходит», — ответила она, щёлкнув пальцами. «Ох…» — вздохнула я с облегчением. «Честно говоря, это не имеет особого значения», — продолжила Рокси, на этот раз с удручённым тоном. — «Ему не очень нравится магия, несмотря на то, как он талантлив в ней. Всё, что его волнует — это меч», — пожаловалась Рокси, надув губы. «Я отругаю его, чтобы он серьёзнее относился к вашим урокам!» — заверила я её, не зная, как я собираюсь ругать это милое создание. «А вы сможете его отругать, миссис Грейрат?» — спросила Рокси, озорно подвигав бровями. Я устало вздохнула. «Думаю, не смогу». И всё же, глядя на то, как два брата так веселятся, я не могу не задаться вопросом… останутся ли они такими же и в будущем? Будут ли заботиться друг о друге? Я очень надеюсь, что да.

(**********)

«Думаю, мы больше не можем держать его здесь, дорогая. В конце концов, в нём течёт моя кровь», — сказал Пол, и кубок в моей руке чуть не выскользнул. «Что ты имеешь в виду?» — спросила я, пока он чесал затылок. «Ну. Ему едва 7, сейчас 6. Его уровень мастерства превзошёл мой. Недалеко то будущее, когда он постигнет высшую технику стиля бога меча, которая делает тебя святым меча. Когда это произойдёт, он уйдёт из дома. Я в этом уверен», — объяснил он, скрестив руки. «Почему ты так уверен?» — спросила я, не совсем принимая тот факт, что он собирается уйти в таком возрасте. «Ну, э-э…» Он замялся. «…ты же знаешь, какой он с детства. Ему всегда всё интересно. Он неоднократно ранил себя просто потому, что хотел почувствовать, каково это — получить удар техникой», — объяснил Пол, пожав плечами. «Понятно», — ответила я. Он не ошибался, и я не могла возразить тому, что он сказал. В конце концов, я видела, как он ранил свою собственную рану и чуть не сбросился со стола просто потому, что пришёл в восторг, увидев мою исцеляющую магию.

(**********)

Джулиан ушёл. Он полностью победил Пола и достиг ранга Святого Меча в возрасте всего 6 лет. Иногда я не могу поверить, что он мой сын. Но я его родила. Кормила. Заботилась о нём. Ничто не убедит меня в обратном. Он мой сын. И я буду любить его до последнего вздоха.

(*****)

Рудеус уехал, а Джулиан вернулся. В последнее время он много помогает по дому. Он весь день играет со своими младшими сёстрами, возит их на рынок на своих плечах и спине, а когда возвращается, помогает Лилии готовить ужин. Видимо, у нашего Джулиана появилось хобби — готовить. На днях он сказал, что хочет открыть ресторан и чтобы я пробовала каждое блюдо, которое он приготовит. Честно говоря, это заставило меня плакать, а он просто смотрел на меня с невинным любопытством, пытаясь понять, почему я плачу. Излишне говорить, что я засыпала его поцелуями. Хотя, поскольку он так вырос и стал очень сильным, я не могу делать всё, что хочу, но я всё ещё мать. Ребёнок не может победить силу материнских рук. Как только я заключаю его в медвежьи объятия, у него обычно нет выхода, и я всегда добиваюсь своего. В последнее время Пол тоже присоединяется, чтобы потереть щетиной своей бороды о его щёку. Хотя я чувствую, что ему больше нравится, когда его «тискаю» я, чем Пол. Но он хороший ребёнок. Он никогда не жалуется. Ну ладно, в тот день он очень сильно побил Пола в спарринге. Полагаю, он не такой уж и паинька. Но это всё равно ничего не меняет.

(*********)

Я поссорилась с Полом. Он отправил Джулиана в регион Милботс, регион, где, если бы кто-нибудь узнал, что там сын Пола, Нотос Грейраты схватили бы его. После того как Джулиан сказал, что знает кого-то среди Нотос Грейратов, я отпустила его, но как мать, я не могу не беспокоиться о нём. «Если уж на то пошло, тебе стоит беспокоиться о тех, кто ему противостоит», — заметил Пол и притворно вздрогнул. Может, он и говорил правду, но я больше никогда не поверю Полу. Хмпф--

(************)

Мы все — я, Пол, Аиша, Норн и Лилия — собрались на лужайке и ждали возвращения Джулиана. Новости пришли быстро: таинственная фигура со светлыми волосами в одиночку убила сотни монстров. Грубая оценка — орда из тысячи монстров, вплоть до А-ранга. Говорили, что светловолосый мальчик с лёгкостью убил Краснолистного Тигра А-ранга, спасая жителей деревни. Да, конечно! Ведь они говорят о моём малыше, хе-хе. На первый взгляд, это казалось зловещим слухом, но меня беспокоило не это. Убийство — будь то зверей или людей — сказывается на душе человека, на его эмоциях. Интересно, что сейчас переживает мой мальчик. Надеюсь, всё это не изменит того милого маленького мальчика, которого я вырастила.

(*************)

Всё остальное теперь кажется туманным. Последнее, что я помню — это Джулиан, одетый в белые одежды, и очень грустное, удивлённое выражение на его лице. Его руки тянулись ко мне. Я тоже попыталась дотянуться до него. Но мои руки отдалялись от него всё дальше и дальше. Впервые за много лет я увидела, как его глаза заблестели. Он выглядел… грустным. В отчаянии. Я никогда не видела его таким. Я почувствовала, как стрела пронзила моё сердце. Нет… мой малыш. Я не могу оставить его таким. Я не могу уйти, когда он выглядит таким грустным. Я хочу защитить его от всего, что его тяготит. Я не хочу оставлять своих детей… не так.

(************)

Я была подвешена в пустоте. Белой пустоте. Часы превращались в дни, дни в недели, недели в годы. Я сбилась со счёта через два года. Мысль о смерти приходила мне в голову. Но как я могу умереть, если не знаю, что с моими детьми? Руди, Джулиан, Норн. И Аиша тоже. Одна лишь мысль о том, чтобы снова увидеть своих детей, удерживала меня от полного безумия. И вот однажды, в очередной проходящий миг, когда я безучастно парила, в полном сознании, но обездвиженная — кружась в вихре безумия. Я почувствовала трещину вокруг себя. А потом ещё одну. Вскоре показалось, будто разбилась сотня стеклянных чашек, и впервые за много лет я почувствовала движение. Я плюхнулась на грубую поверхность. Поверхность… ПОВЕРХНОСТЬ! Я снова могу чувствовать. Я огляделась и увидела кого-то, кто смотрел на меня широко раскрытыми глазами. Теперь он был выше меня. Сколько же времени прошло? На его лице всё ещё была невинность, несмотря на огромное количество крови на лице и руках. Интересно, что случилось с его волосами. Он выглядит хорошо, но также устало. Нет, он не выглядит усталым. Похоже, он счастлив. Хм? Джулиан счастлив? Он смотрит на меня? Он рад меня видеть? Его волосы были чисто-белыми, а глаза — гораздо более бледного оттенка синего. Но я узнала его сразу. Я протянула к нему руки и позвала. Но голос так и не сорвался. Я пыталась снова и снова, но безуспешно. Я пыталась заплакать, но слёзы не текли. Я пыталась разозлиться на своё отсутствие выражений, но не могла. Счастье, которое я почувствовала на мгновение, начало ускользать, как песчинки сквозь пальцы. Всё, что я смогла выдавить, — это несколько букв его имени. Я даже не могла позвать его. Во второй раз за сегодня я увидела, как на его пассивном лице промелькнула эмоция — его черты потемнели, когда он понял, что я не могу говорить. Опустившись на одно колено, он подошёл ближе и крепко обнял меня. Его хватка становилась всё крепче и крепче, как будто он боялся, что я снова исчезну. Ускользну с кончиков его пальцев. Я медленно погладила его по голове, глядя на множество отрубленных голов драконов… нет, о боже… это не драконы. Это гидра из мифов… неужели он…? «Это ты, да, мам?» — его голос был нежным шёпотом, эхом отдававшимся в коридорах моих ушей. Как только он это сказал, до меня дошло. Какая разница, убил он гидру или нет? Он всё ещё был ребёнком. Разве я сама не говорила это Полу раньше? Неважно, насколько сильным он станет, в конце дня он всегда останется ребёнком. Моим ребёнком. Моим сыном. Я обняла его в ответ и погладила по голове. Его волосы всё ещё были такими же гладкими, как и раньше. Несмотря на то, что они были белыми, как снег, они всё ещё сохраняли свой прежний блеск и шелковистость. Часто я даже завидовала его волосам, хе-хе. Мои пальцы почти исчезли в его густой гриве, пока я продолжала гладить его по голове и перебирать волосы. Его подбородок лежал на моём плече, он сидел так и отказывался отпускать. Я не видела поблизости ни Пола, ни Руди. Но, зная Джулиана, он, вероятно, пытался найти меня в одиночку. В конце концов, он довольно застенчив. Он не любит, когда другие помогают ему. Наконец он отстранился. Подняв глаза, я увидела его, его обычное поведение вернулось. Он обхватил меня за талию и перекинул одну мою руку через свою шею, помогая мне встать. Мои ноги сначала задрожали, и он посмотрел на меня, как бы спрашивая, могу ли я идти. Конечно, я чувствовала слабость, но идти могла. Просто я провела слишком много времени в том, чем бы ни было это место, и действие ходьбы казалось неловким. И вот так я воссоединилась со своей семьёй. Ну, не со всей, но если это Джулиан, он довольно быстро найдёт нас всех. Надеюсь, у Руди тоже всё хорошо, и он не слишком себя изводит в поисках своей семьи.