Уйти молча или уползти.

Я сидел на диване, ощущая, как вокруг всё будто замерло. Владлен продолжал смотреть на меня, лёгкая полуулыбка не сходила с его лица, а рука всё ещё невесомо касалась моей шеи. Каждое его движение, каждый взгляд казались полными контроля — будто он управлял всем пространством вокруг. — Тебе уже стало попроще? — спросил он лениво, почти шепотом. Слова застряли у меня в горле. Губы пересохли, слюна была вязкой. Сердце колотилось так, будто я бежал несколько километров без остановки. Руки непроизвольно сжались в кулаки на коленях. Смесь эмоций не давала сосредоточиться ни на чём, что происходило здесь и сейчас. Владлен тихо усмехнулся, наблюдая за моим смятением. Я перевел взгляд на его силуэт, расплывшийся в полумраке, и шепотом сказал: — Пить хочется. Он лишь усмехнулся ещё шире: — И что же будешь пить? Покрепче или постарше? — Воды, — ответил я почти неслышно. В комнате раздался смешок, и все негромко заржали. Владлен повернулся ко мне и сказал с лёгкой насмешкой: — У нас такой роскоши тут нет. Держи вот это. Он протянул мне бокал с коктейлем необычного голубого цвета со льдом. Я взял его и жадно осушил до дна. Холод и сладость стекали по губам, по подбородку, спускались по шее. Я засосал кусочек льда, пытаясь хоть как-то утолить жажду и неприятную горечь. Владлен наблюдал за мной пристально. Я поднял взгляд и увидел его глаза — тёмные, как ночь. Он медленно облизнулся и тихо спросил: — Напился или ещё дать? — Нет, у меня лёд, — выдавил я и засмеялся. Вдруг перед лицом показалась рука Владлена с косяком. Я замер и покачал головой — нет. Он лениво улыбнулся, играя бровью, взгляд скользнул по мне сверху вниз, оценивающе: — Хочешь ещё раз? — произнёс тихо, но с той едва уловимой командной ноткой, которая заставила моё сердце сжаться. До меня не сразу дошло, что он имел в виду, но при взгяде на его губы меня как молнией пронзило. Я почувствовал, как кровь приливает к лицу, уши горят. Руки дрожали. Владлен наблюдал, как я колеблюсь, почти без движения, но уже под его контролем. Собрав последние остатки решимости, я осторожно взял косяк, прислонил губы к бумаге, сделал короткую затяжку и сразу выдохнул. Владлен хмыкнул, едва заметно покачав головой, лёгкая насмешка проскользнула в голосе: — А-ха! Смотри-ка, ты так только дурь переводишь, — сказал он лениво. — Давай ещё. Глубже. Медленнее. Я почувствовал, как напряжение в теле усиливается. Сердце колотилось в ритме его слов, дыхание стало прерывистым. На этот раз затянулся сильнее, задержал дым в лёгких и выдохнул медленно, подчёркивая каждое движение. Владлен вздохнул с лёгким притворным восхищением. — Смотри, Арсений, мне уже нравятся твои попытки — почти трогательно, как щенок, который учится сидеть. Но я его уже не слушал. Я ощущал, как тело будто стало легче, мышцы сами собой расслабились, и мне казалось, что я чуть-чуть плыву над диваном. Голова слегка кружилась, движения становились медленнее, руки временами дрожали, но это было почти приятно — странное ощущение свободы, будто всё вокруг стало мягче. Сердце билось ровно и быстро одновременно, как будто оно само решало, где ускоряться, а где замедлиться, и каждая волна отдавалась теплом по телу. Мысли вдруг перестали быть цепочкой логики. Они скользили и смешивались: образы комнаты, смех ребят, лицо Владлена — всё сливалось в калейдоскоп, и я едва мог сосредоточиться хотя бы на одном моменте. В то же время эмоции вспыхивали ярче обычного: смех Владлена, его полуулыбка, запах дыма, лёд во рту — всё казалось одновременно забавным, странным и захватывающим. Лёгкая эйфория, чувство расслабленности и необычайной безопасности накатывало волнами, и я позволял себе отдаться этим ощущениям, даже не осознавая, где кончаюсь я и начинается остальной мир. Всё вокруг будто ожило. Свет лампы стал теплее, музыка глубже, а каждый звук — шаг, смех, тихий шёпот — отзывался внутри. Внезапно пространство комнаты стало огромным, но в то же время замкнутым, интимным. Лёгкое покалывание пробегало по пальцам, по шее, словно всё тело дышало и реагировало на каждое прикосновение. Я даже не заметил, как большинство ребят вышли из комнаты. Оставались лишь Олег, Илья, — как долго он тут, неизвестно, — Владлен и я. Все остальные словно испарились, оставив нас вчетвером. Сколько времени прошло? Как долго я здесь? Внутри была смесь удовольствия и удивления собой, своей реакцией на происходящее. И, хотя порой накатывала тревога — от незнакомой обстановки, от взглядов вокруг, — она растворялась в потоке ощущений. Я знал одно: пока я здесь, всё остальное может подождать. От Владлена последовал неожиданный вопрос. Сначала я даже не понял, что он обращается ко мне. Он позвал несколько раз по имени, и только тогда я повернулся. — Ну так что? — сказал он спокойно, но с той легкой командной ноткой. — Что "что"? — переспросил я, не совсем понимая. — Ты меня вообще слышал? — уточнил он, поднимая бровь и едва улыбаясь. Я покачал головой: — Нет… Владлен рассмеялся, смех был тихий, хищный: — Да, сильно тебя размазало, — сказал он, будто констатировал факт. Он наклонился чуть ближе, взгляд пронзал меня, и спросил мягче, почти шёпотом, но всё равно с той уверенностью, что заставляла ощущать мою уязвимость: — С Виталиной… у вас что? Я глубоко вдохнул и, с трудом усмиряя растерянность, выдавил: — Да. Все в комнате засмеялись. — Владлен, — сказал Илья с ухмылкой, — мне кажется, он сейчас вообще ни о чём не думает. Залипает на всём подряд. Владлен едва заметно усмехнулся и спокойно сказал: — Ну тогда будем вот так. Он склонился ко мне, взгляд пронзительный: — Вы с Виталиной дружите? — Да, — выдавил я. — Вы с Виталиной встречаетесь? — Нет. — Ты с Виталиной…Ммм… Тебе нравится Виталина? — вопрос прозвучал резко для моих ушей, с напором. Я замер. В голове мгновенно завихрились мысли. Нравится ли она мне на самом деле? Вроде милая, красивая… Хотел бы я с ней встречаться? Может быть. Но хотела бы она, чтобы я стал её парнем? Скорее всего, нет. Владлен повторил вопрос, на этот раз ещё настойчивее, будто требуя правды: — Тебе нравится Виталина? — Да… — выдавил я, хотя в груди снова закрутился клубок сомнений. И поток рассуждающих мыслей. Глаза Владлена почернели, и я впервые заметил в его мимике что-то тревожное, жуткое. Как будто мой ответ его не устроил, как будто я провинился. — Ну что ж, — сказал он, медленно вставая с дивана, — пойдем прогуляемся. Он подошёл ко мне, легко, с уверенностью хищника, схватил меня за шкирку, словно кота, и выдернул из-за стола. Мои ноги едва слушались. Первые секунды я даже не понял, как идти, спотыкался, цепляясь за спинку дивана. Владлен дернул меня настойчивее, ведя в сторону двери. На выходе из комнаты меня ударил яркий свет, пришлось зажмуриться. Голова кружилась, мысли путались, я не понимал, куда мы идём и зачем. Я просто следовал за Владленом, позволяя ему вести себя. Он подходил к разным компаниям людей, что-то спрашивал, что-то комментировал. Громкая музыка гремела вокруг, смешиваясь со смехом и разговорами. Я терялся в происходящем. В один момент я заметил бокал с какой-то жидкостью. Взял, сделал небольшой глоток, скривился — горько, непривычно. Поставил обратно. «Пусть кто-то другой пьёт», — подумал я и тихо посмеялся. Владлен повернулся ко мне, заметив мою реакцию: — Сейчас будет ещё веселее, не переживай, — сказал он с лёгкой насмешкой, почти шепотом. И сразу же схватил меня за запястье, не давая шанса опомниться, и повёл куда-то вниз, на первый этаж. Я просто шёл, не подразумевая ничего. Просто следовал за ним, позволяя вести себя, не думая и не сопротивляясь.