Что за херня, Ники?

Прошло две недели с того дня, как «феномен Неа» перестал быть теорией и стал реальностью Лисьей норы. Жизнь команды, и без того напоминавшая палату в дурдоме, окончательно превратилась в нечто сюрреалистичное. Утро вторника началось с того, что Кевин Дэй обнаружил Неа на кухне. Девочка сидела на высоком барном стуле, перед ней стоял стакан воды и тарелка с идеально нарезанными яблоками. Но поразило Кевина не это, а то, что на коленях у шестилетнего ребенка лежал его собственный блокнот со стратегиями на следующий матч против «Троянцев». Кевин: Это… — Кевин запнулся, указывая на тетрадь — Это конфиденциально, Неа. Девочка подняла на него свои бордовые с светлым отливом вишни, не по-детски серьезные глаза. Она медленно перелистнула страницу. Неа: Твой левый фланг проседает в защите во второй четверти — произнесла она с легким немецким акцентом, который унаследовала от Ники — Ты ставишь Аарона слишком близко к центру, когда он устает. Он начинает злиться, а гнев делает его движения предсказуемыми. Ты должен использовать это как приманку, а не как проблему. Кевин застыл. Он медленно опустился на стул напротив. Кевин: Откуда ты… ты понимаешь в экси? Неа: Я смотрю на поле, Кевин. Люди это просто переменные. Дядя Стю говорит, что экси это война в миниатюре. В этот момент в кухню вошел Ники, застегивая на ходу олимпийку. Заметив лицо Кевина, он невольно рассмеялся. Ники: О нет, Кев. Только не говори мне, что она разнесла твою стратегию в пух и прах. Кевин: Она посоветовала использовать гнев Аарона как тактическое преимущество — прошептал Дэй, лихорадочно выхватывая ручку — Ники, она… она пугающая. Ники: Она Хеммик по духу — Ники ласково потрепал дочь по волосам, и Неа на секунду прикрыла глаза, позволяя себе это проявление нежности — Собирайся, Неа. Сегодня у нас визит к Эбби, а потом Стю обещал позвонить по видеосвязи. Звонки Стюарта Хэтфорда в жизни Ники стали регулярными. Сначала это пугало Нила видеть, как его суровый дядя, человек, распоряжающийся судьбами в британском криминальном мире, обсуждает с Ники Хеммиком список литературы уровень которых был слишком тяжелым для ребенка, но не для Неа она была слишком уж сообразительна и умна. Экран планшета в комнате Ники коснулся палец, и через секунду появилось лицо Стюарта. Он был в своем кабинете, и в безупречном костюме. Стюард: Ники, — кивнул он — Неа. Ники: Привет, Стю! — Ники улыбнулся, прижимая дочь к боку — Мы получили посылку. Телескоп это слишком, ты же понимаешь? Стюард: Глупости. Девочка должна видеть звезды, раз уж ей приходится жить в Южной Каролине — сухо ответил Стюарт, но его взгляд потеплел, когда Неа придвинулась ближе к камере. Неа: Спасибо, дядя Стю, вчера я видела Юпитер. Его спутники похожи на бусины, которые рассыпала Элисон. Стюарт хмыкнул. Стюард: Нил рядом? Нил, сидевший на кровати Эндрю и делавший вид, что не слушает, неохотно подошел. Нил: Я здесь. Стюард: Присматривай за ними, Нил. Если кто-то из ваших врагов решит, что ребенок это слабое место Ники, напомни им, чья она. И чье покровительство за ней стоит. Аарон: Эндрю уже это объяснил паре парней из футбольной команды, которые слишком громко смеялись в коридоре — подал голос Аарон, заходя в комнату за своим учебником — Теперь они обходят наш блок по другой лестнице. Стюарт удовлетворенно кивнул и отключился. В комнате повисла тишина.

***

Настоящее испытание случилось через три дня. На стадион приехали репортеры. Ваймак строго настрого запретил Неа выходить из раздевалки, пока репортеры не уедут, но Лисы не были бы Лисами, если бы всё шло по плану. Один из назойливых журналистов, пронюхавший о «тайном ребенке», умудрился проскользнуть в коридор, когда Неа направлялась к медицинскому кабинету Эбби. Ники в это время был на поле. ???: Эй, малышка! — Журналист присел перед ней, включая диктофон — Ты ведь дочка Ники Хеммика, верно? Расскажи, а где твоя мама? Почему папа скрывал тебя так долго? Может, он просто… Он не успел договорить. Тень легла на кафельный пол. Журналист поднял голову и наткнулся на пустой, ледяной взгляд Эндрю Миньярда. Эндрю стоял, засунув руки в карманы, но от него исходила такая аура угрозы, что воздух, казалось, похолодал. Эндрю: У тебя есть три секунды — произнес Эндрю тихим, вкрадчивым голосом — Первая: ты выключаешь это. Вторая: ты уходишь. ???: Я просто задаю вопросы, это моя работа… — начал было мужчина. Эндрю: Третья — закончил Эндрю. Он не ударил его. Он просто сделал шаг вперед, вторгаясь в личное пространство так резко, что журналист споткнулся и едва не упал. В этот момент из-за спины Эндрю вышла Неа. Она посмотрела на мужчину с блокнотом и спокойно произнесла: Неа: Ваша обувь стоит больше, чем ваш профессионализм. Вы пытаетесь извлечь выгоду из частной жизни ребенка, потому что не способны написать стоящую статью о спорте. Это когнитивный диссонанс между вашим эго и вашими способностями. Идите домой. Журналист моргнул, ошарашенный. Эндрю едва заметно приподнял бровь. Эндрю: Слышал леди? Проваливай. Когда мужчина скрылся, Эндрю посмотрел вниз на Неа. Эндрю: «Когнитивный диссонанс»? Неа: Я читала это в книге Аарона — Неа поправила свой черный бантик в волосах — И дядя Стюарт говорил, что слова иногда ранят больнее ножей. Эндрю: Иногда — согласился Эндрю — Но ножи надежнее. Пошли, твой отец там уже с ума сходит. Вечером того же дня команда устроила импровизированный ужин. На столе была пицца, в углу работал телевизор. Ники сидел на ковре, прислонившись спиной к креслу, а Неа сидела рядом, сосредоточенно раскрашивая что-то в своем альбоме. Дэн: Знаешь, Ники — Дэн облокотилась на стол — Мы сначала думали, что это всё… ну, сложно. Ребенок в Лисьей норе. Но честно? Она самое нормальное, что с нами случалось. Сет: Она не нормальная — буркнул Сет, хотя минуту назад сам подвинул девочке лучший кусок пепперони — Она жуткая. Она вчера сказала мне, что моё курение это «сублимация экзистенциального страха». Я полчаса в словаре сидел. Все рассмеялись. Ники посмотрел на своих друзей на изломанных, злых, преданных и странных людей, которые стали его настоящей семьей. Он посмотрел на Неа, которая теперь рисовала портрет кролика, очень похожего на того, которого ей подарил Стюарт. Ники: Она это лучшее что случалось в моей жизни — тихо сказал Ники — И я рад, что мне больше не нужно выбирать между Германией, Эриком и собой. Мой дом здесь. Эндрю, сидевший на подоконнике, поймал взгляд Ники. Он ничего не сказал, но едва заметно кивнул. Это было высшим признанием. Неа оторвалась от рисунка и протянула его Ники. На листе бумаги были изображены Лисы не в форме, а просто группа людей, связанных невидимыми нитями. И в самом центре был Ники, держащий её за руку. Неа: Папа — сказала Неа — Ты забыл выпить витамины, которые дала Эбби. И Кевин просил передать, что завтра тренировка в пять утра. Но я сказала ему, что ты будешь спать до шести, потому что твой уровень кортизола и так зашкаливает. Ники: А он что? — смеясь, спросил Ники. Неа: Он побледнел и ушел в душ. Ники прижал дочь к себе, чувствуя, как внутри наконец-то воцаряется покой. Понедельник в Пальметто начался с грохота, но закончился тишиной, в которой больше не было одиночества.