По уши в объятьях

      Одно лишь присутствие Аластора вызывало стресс. Вокс ждал, что тот сделает с ним что-нибудь, хоть что-нибудь в отместку за то, что Вокс сделал с ним. Но Аластор ничего не предпринимал… пока. Как только Аластор вернулся в отель, он сразу же направился в свою комнату и поставил Вокса на комод, лицом к стене. Вот и всё. Вокс не видел Аластора, но слышал, как тот ходит позади него.       В конце концов, Вокс услышал, как Аластор вышел из комнаты.       Вокс предположил, что Аластор собирается заняться своими «отельными обязанностями» или чем-то в этом роде. Это было тревожно. Что Аластор собирается с ним сделать? Он сказал ему «не волноваться», но Вокс нисколько не доверял его словам. Вокс не знал, сколько времени он пробыл один, но казалось, что вечность.       Тем временем Аластор шёл по коридору. Проходя мимо новых постояльцев, он с удивлением отметил, как много грешников желают заселиться. Возможно, он недооценил некоторых жителей Ада, и раз сэр Пентиус оказался искупленным и попал в Рай, то и другие наверняка смогут туда попасть. Но не он, он это знал, и уж точно не его новый сосед по комнате. Они оба обречены навечно остаться в этой огненной яме.       Аластор нашёл Вэгги, которая показывала новому постояльцу его комнату. Он подошёл к падшему ангелу и стал ждать, пока она его заметит.       Наконец, Вэгги устала от пристального взгляда Аластора. Она подняла глаза на Радиодемона.       — Чего тебе, Аластор? — спросила она, явно устав от него.       — Я просто хотел узнать, где Чарли, мне нужно кое-что с ней обсудить, — ответил Аластор.       — Всё, что тебе нужно обсудить с Чарли, можешь обсудить со мной. Я теперь управляющая отеля.       Глаза Аластора сузились.       — Это так…       — Так чего ты хочешь?       — Ага. Предполагаю, Чарли рассказала тебе о моём новом соседе?       Вэгги скрестила руки.       — Да, рассказала. Тебе лучше держать его под контролем.       — Конечно! Он пока ничего не пытался, почти не разговаривал, что для него настоящее достижение.       — Итак… что ты хотел спросить?       — Будет ли приемлемо привести нашего нежеланного гостя на групповые мероприятия и заставить его участвовать?       Вэгги подняла бровь.       — Зачем тебе это? Ты сам не ходишь на групповые мероприятия, не говоря уже об участии.       — Зачем я здесь что-то делаю, дорогая? Ради развлечения! — улыбка Аластора стала шире. — К тому же, мне пришлось против воли участвовать в не самых приятных делах, когда меня держали в плену, так что, думаю, справедливо отплатить той же монетой.       Лицо Вэгги немного смягчилось.       — Знаешь, если хочешь, можешь сходить на групповую терапию и поговорить о том, что случилось...       Аластор рассмеялся.       — Ни за что, дорогая, Радиодемон такими вещами не занимается.       Вэгги закатила глаза.       — Ладно, — скрестила руки. — Но я всё равно не думаю, что многие захотят участвовать в групповых занятиях с маньяком, который уничтожил половину города.       — О, когда же Оверлорд не разрушал почти половину города? Помню, когда я впервые появился здесь, немного перестарался.       — Так... ты серьёзно?       — О, да, дорогая, очень серьёзно! Я просто хочу угостить нашего нежеланного гостя нашим замечательным гостеприимством.       Вэгги молча смотрела на Аластора несколько мгновений. Почему этого маньяка так трудно понять? Она вздохнула.       — Я поговорю с Чарли... но сомневаюсь, что она согласится.       — Мне не нужно, чтобы она была «за», — сказал Аластор. — Мне просто нужно разрешение. Не хочешь же ты устроить сцену, если я приду на сессию с моим любимым безэмоциональным дураком, правда?       — Если Чарли согласится, ты знаешь, какое у неё будет условие.       Аластор положил руку на грудь, губы изогнулись в усмешке.       — Расскажи.       — Чтобы ты тоже участвовал в этих занятиях.       Глаза Аластора сузились. Он подозревал, что именно это, но услышать это всё равно было... нервирующе. Аластор, жестокий и кровожадный Радиодемон, говорящий о своих чувствах? Занимающийся рукоделием? Играющий в настольные игры? Нелепо.       — Я не стану этого делать, — просто заявил Аластор.       — Я просто предупреждаю, что именно этого, скорее всего, и захочет Чарли, — ответила Вэгги. — Если хочешь унизить своего приятеля, тебе придётся тоже немного поучаствовать. «Услуга за услугу», так сказать.       Услуга за услугу. Уши Аластора прижались к голове, улыбка стала ещё шире. Вэгги просто смотрела на него, скрестив руки, ожидая ответа.       — Я могу подумать над этим, — ответил он. — Просто скажи Чарли о моей просьбе.       — Ладно... — сказала Вэгги.       Аластор отвернулся и пошёл обратно по коридору, оставив Вэгги раздумывать, стоит ли вообще рассказывать Чарли о том, что он попросил.

***

      — Он попросил тебя, что!? — воскликнула Чарли.       — Я уже три раза тебе говорила, Чарли, — ответил Вэгги. — Ответ не изменится, если ты будешь повторять это снова и снова.       — Я знаю, я знаю... просто это так...       — Странно?       — Неожиданно.       — Тоже верно.       — Почему Аластор хочет, чтобы Вокс участвовал в групповых мероприятиях? — задумчиво спросила Чарли.       — Кто хочет, чтобы кто участвовал в чём? — Чарли и Вэгги повернули головы и увидели Хаска, стоящего у входа в комнату. — Все с ума сошли?       — Хаск, ты же хорошо знаешь Аластора, — сказала Чарли, не задавая вопроса.       Хаск всё равно ответил, как на вопрос:       — К сожалению.       — Он явно сейчас через что-то проходит, и мы не знаем, как ему помочь.       — Простой ответ: никак. Этот ублюдок раньше открывался только одному другому ублюдку, и теперь эти двое делят одну комнату?       — Подожди... Аластор и Вокс...?       — Они были вроде как друзьями, лет семьдесят назад или около того. Вот и всё, что я скажу, потому что мне нравится оставаться невредимым.       Чарли медленно повернулась обратно к Вэгги, широко улыбаясь и с сияющими глазами. — Вэгги, ты понимаешь, что это значит?       — Что значит? — спросила Вэгги.       — Что Аластор... — Чарли схватила Ваджи за плечи. — Хочет восстановить дружбу с Воксом!       Хаск расхохотался.       — Это самая нелепая вещь, которую я слышал в своей загробной жизни! Удачи с этим, я пас.       — Хаск прав, Чарли, — ответила Вэгги.       — Но зачем тогда Аластор взял голову Вокса и привёл его сюда? Держит его в своей комнате? Просит приводить его на групповые занятия? — спросила Чарли.       — Не знаю, дорогая, но я не думаю, что это ради этого. Казалось, Аластор хотел публично унизить Вокса в отместку за то, что тот сделал с ним, когда был в плену.       Чарли отпустила плечи Вэгги и отмахнулась рукой.       — Может, Аластор хочет, чтобы мы так думали, потому что ему неловко? Он не хочет, чтобы мы знали, что ему не всё равно на Вокса!       — Мне было бы неловко признаться, что я забочусь о маньяке, который был готов уничтожить половину города.       — Именно! Я пойду поговорю с Аластором и скажу ему, что он может приводить Вокса на...       — Подожди, подожди, дорогая, — Вэгги схватила Чарли за руку, чтобы остановить её. — Немногие из наших гостей захотят общаться с Воксом после всего, что он натворил. Нам, наверное, стоит подождать, пока всё немного уляжется, прежде чем объявлять: «Эй, у нас тут военный преступник».       Чарли кивнула.       — Думаю, ты права… но что мне сказать Аластору?       — Может, скажи ему пока не приводить Вокса, но… он может прийти, чтобы познакомиться с занятиями?       — О, хорошая идея, Вэгги! Я сейчас же пойду скажу ему.       Чарли радостно побежала прочь, оставив Вэгги одну. Это точно плохо кончится.