Часть 005 М.А.Л.
7 января 2026 г., 09:26
Планета Эзеон, континент Релия.
Королевство Грейкасл, провинция Моата.
17 год эры Вторжения, 4 апреля.
Лабиринты Тиакура.
«Магическая Анальная Ловушка».
Привычка, наследие от человеческого, вновь повелела ему тяжко вздохнуть — расслабленно выпустить воздух сквозь зубы, как после короткого стресса, — но человек, запертый в теле магического существа, не сумел этого сделать. Он снова забыл, что ему просто нечем дышать. У него не осталось ни носа, ни рта, нет лица или рук, чтобы ими лицо потереть. Нет самой головы и даже нет лёгких, равно как и самой потребности в воздухе. Тело «обрезало» по животу на сантиметр ниже пупка, и по бёдрам, почти у самых суставов. Осталась лишь «приклеенная» к каменной кладке привлекательная женская задница с умеренно толстыми ягодицами, которые то и дело умеренно покачивались нервными жестами. Отсутствие тела страшило и ужасало, но это прошло, несколько притупилось за поволокой безвыходности. Однако неуёмный разум больше бесчувственности в периферии исчезнувших членов страшился пустоты в мыслях, отыскал иное занятие. И спустя недолгое время — всего лишь по истечении пары часов, субъективно показавшихся пленнику лишь четвертью часа, — отсутствие пениса и тестикул возмутило некогда человека куда больше, чем он того ожидал. Не то место и время, понимал бедолага. Не та ситуация, чтобы сожалеть об утрате чего-то настолько малозначительного, говорила ему рациональная часть подсознательного, но пропажа части тела, настолько же важной для любого мужчины, насколько и бесполезной, вновь вывела пленника из себя. А то, что он прекрасно чувствовал новые гениталии и ощущал толстые складки влагалища, даже усугубило «трагизм» ситуации. Запертый в собственном теле, пленник безуспешно попытался напрячь пенис, вновь понадеявшись на удивительный Случай и ожидая «внезапно» снова почуять эрекцию. Но ощутил лишь едва уловимые, мягкие колебания довольно крупного клитора, когда тот напрягался и слегка натягивал складки своего «капюшона». «Так вот каково это?» — подумал совершенно растерянный парень, и мысленно усмехнулся. — «Бля, ну что за еблан… Как будто других проблем нет…». С трепетным сожалением созерцая рисованных девушек с пенисами, существование которых в принципе не возможно, он не раз и не два упрямо представлял себе, а каково же это, когда у тебя есть и пенис, и вагина? Или только вагина. Обладание ею приятно само по себе? Вульва ощущается как-то иначе, нежели пенис? Она нежнее, она более чуткая?.. Реальность оглушительно разочаровала — всё оказалось слишком, до обидого непримечательным и обычным. В паху не появилось никакой невероятной «генитальной» чувствительности, ничего сверхвыдающегося не теребило приятными чувствами междуножную интимную зону, и это даже не смотря на то, что обретение вульвы стало для бывшего в прошлом, но настоящего разумом парня, по сути, ещё одним шоком. Некая «пустота» промеж ног удивляла даже сильней, нежели наличие клитора и двух пар половых губ. «Писька и писька, что тут такого?» — с досадой недоумевал человек. — «И о чём только мечтал все эти годы…» Злость к своенравному божеству, одарившему не только «обрубком» от тела, но и насильно сменившим пленнику первичные половые признаки, даже не всколыхнулась, к удивлению Саши. Наама грозила наказать его особенным благословением — «это оно и есть, у меня между ног?» — но в такой ситуации парень с удивлением понял, что безумно рад этому. Утешал себя тем, что хотя бы человеком остался или на какую-то часть человеком. Безоговорочно предпочёл весьма непривычные, но всегда приятные взгляду женские гениталии, нежели выбор просто обратиться в комок бесформенного непотребства, дрожащей аморфной субстанции или и того хуже — вообще умереть. Он не хотел умирать — не после того, как вытерпел ужас первых мгновений. Не настолько отчаялся, чтобы испугаться всего лишь непривычного ощущения «пустоты» между ног. На все попытки рефлекторно вздохнуть откликался лишь его анус, расслабленно приоткрываясь или тесно сжимаясь. Разевался, представляя пленника тела в совершенно унизительной позе, и тут же по его воле смыкался. Сперва человеку стало досадно, затем — стыдно, а после — и вовсе захотелось смеяться над этой пошлой пародией на «дыхание». И тут же спонтанный весёлый порыв грянул в душе фанфарами небольшой, совершенно ничтожной, но всё-таки победой над страхом и обстоятельствами. «Если Наама всё же подсматривает и смакует мучения, то пусть в жопу заглянет. Пусть полюбуется тем, что сотворила», — Саша лелеял злорадные мысли. Стоило парню представить её милое личико, которое кривится от отвращения, как на душе у него становилось легче. Даже как будто спокойней — путь мелочная, но это всё-таки месть. Немного погодя, поразмыслив и приходя в себя после испытанного в зоне промежности, Саша твёрдо решил: член свой он любит, но в такой вызывающей позе женская писька и в самом деле лучше, чем пенис. «Глупость, конечно… Но так хотя б, выгляжу не настолько унизительно, если бы между «обрубленных» бёдер болтались хуй и мошонка», — с нарочной иронией в мыслях думал он о себе. — «Хотя бы этим утешусь». Нелепый фрагмент, «кусок» от полноценного женского тела, волшебная задница, в которой оказался заперт разум Саши, называлась «Магической Анальной Ловушкой». Подобные ей рукотворные создания давно уже вышли из магической «моды» и накрепко позабыты на Эзеоне — не всякие летописи о них помнят, — но в своё время странные существа пользовались громким успехом. Разнообразные и удивительные в необузданной фантазии форм, они родились в древнейшую эру, явленные миру тёмным гением могущественного мага, печально известного эксцентричностью и распутством. Обрели особую репутацию неусыпных и невероятно подлых ловушек «последнего шанса» спустя долгое время после исчезновения творца. Заполучили немалую популярность, как дешёвое и не требующее затрат последнее средство от воров. Никто так и не сумел повторить технологию и воссоздать с нуля подобное существо, а потому с течением времени канули в забвение и последние оставшиеся особи. Исчезли следом за своим создателем, затерявшись в самых укромных уголках на планете. Древний маг, имя которого также затерялось в веках и которого злопыхатели называли Магистром, в числе прочих создал «Магическую Анальную Ловушку» или тавматургического гомункула — артифициальную реплику псевдоуглеродной органики в формфакторе гинекоидного таза, не требующей нутриентов для эффективного функционирования и самокалибровки. Он конструировал своих странных, эпатажных химер из тканей определённых существ — истинных «Мимиков», происхождение и предназначение которых оставалось доподлинно неизвестно даже ему, знатоку многих чудес, не одну сотню лет отдавшему изучению всевозможных чудаческих вывертов вселенской Случайности. Но основные свойства магической плоти, в отличие от её происхождения, давно не казались Магистру тайною за семью печатями и очень интересовали распутного безумца. Ещё только в мыслях окидывая взглядом вызывающие образы своих идеальных «стражей», безобидных внешне и от того лишь ещё больше опасных, древний творец приходил в невероятный восторг, до конца не осознавая, а только предчувствуя возможные грандиозные горизонты работы с магической плотью. Её умение подпитывать себя за счёт энергии маны, питаться лишь «воздухом», позволяло создать самых терпеливых сторожей из возможных. Распутный гений Магистра настолько увлёкся работой, что отринул мирскую суету и с сотней самых верных наложниц надолго заперся в своём бастионе, окружив себя непрошибаемым заслоном из маны. Вокруг зловещей обители тотчас возникли страшные слухи о грядущих смертельных напастях. Современники эксцентричного безумца, не понаслышке знакомые с его дикими выходками, опасались чего-то совершенно кошмарного, что породит разум извращённого исчадия в образе человека. Но года пролетали один за другим, а маг-распутник так и не показывался из обители, и жуткие пересуды вскоре сами по себе унялись. Минуло десять лет, двадцать, полвека… Творец, добровольно запертый в бастионе, увлечённо корпел над плодами похотливых мыслей своих. Все его десять десятков до смерти преданных женщин и футанари — храбрых воительниц, нежных любовниц и послушных наложниц, — давно понесли от безумца и все до единой забылись магическим сном, словно навечно запертые в состоянии предродовых сладостных мук и перманентного состоянья оргазма. Они, как живые беременные устройства для фокусировки энергии, собирали и сгущали ману пространства своими утробами, чем помогали Магистру. А он, обстоятельно выверяя даже малейшие действия, вынашивал в собственном чреве и порождал, порождал, порождал… Используя все свои многовековые знания, своё семя, яйцеклетки последовательниц, свою утробу, преображённую на женский манер, и ткани истинных мимиков, что обитали в безднах глубочайших пещер и о существовании которых мир на поверхности даже не подозревал, эксцентричный творец «единоутробно» породил множество странных созданий всевозможных форм и размеров. Но даже ему, величайшему магу Эзеона своего времени, не удалось погасить врождённую ненасытность истинных мимиков. Однако похотливый безумец не спроста удостоился уничижительного прозвища «гений»: он решил, что голод его порождений — это не недостаток, а огромное преимущество. Хотя у них нет и тени сознания, но их тела совершенно не похожи на тошнотворные порождения некромантов, ведомые чужой волей, или на големов, способных выполнять строго очерченный перечень функций. Его развратные стражи живые. Пусть они и не умней насекомого, но даже крохотный жук размером с головку булавки ползёт по листку не от праздности, а с какой-то конечной целью, поэтому для порождений Магистра, для его «детей» их не просто голод, а безудержное, «материнское» чревоугодие истинных мимиков, тесно переплетённое с «отцовской» похотливой натурой, станет огромным подспорьем. Вынашивая очередное существо и предвкушая скорые сладкие муки деторождения — Магистр был на сносях «Магической Анальной Ловушкой», нынешним телом Саши, — распутный эксцентрик и сам не до конца понимал, каким именно образом его неразумные, не способные двигаться «дети» сумеют использовать преимущество развитого до предела, поистине сопоставимого с греховным Чревоугодия. Но один факт того, что его творениям такое под силу, приводил Магистра в безумный восторг. А затем он исчез… Много десятилетий спустя, когда нерушимый магический барьер распутного бастиона ослаб достаточно без подпитки хозяина и в обитель сумели попасть посторонние, им стало известно, что логово мага давно опустело. Даже запись в его дневнике осталась не законченной, обрываясь на полуфразе, словно маг сбежал в спешке. Магистр скурпулёзно вёл журнал наблюдений до последнего момента, но исследователи так и не смогли выяснить, почему он прервался на том, как у него начали отходить воды… С той самой поры, с момента проникновения во владенья Магистра, древнейшие из сохранившихся летописей этого мира ведут отсчёт появления первых устойчивых магических организаций, окончательно избавленных от тлетворного влияния могущественного распутника. Обрывочная же информация о его «magnum opus» — о волшебных пошлых ловушках, — разошлась по всему миру, хотя ни одной из них в то время в живую никто не видел. У Саши не находил ни единой идеи, которая смогла бы внятно объяснить, почему он жив до сих пор и остаётся в сознании, раз от него ничего не осталось, кроме самих ягодиц и влагалища. Известные ему законы объективной реальности твердили, да просто кричали с надрывом, что такое в принципе невозможно — части тела не обладают самосознанием! — поэтому на ум парню приходили совершенно не рациональные объяснения. Странные с точки зрения человека, для которого магия — сказочная метафизика, вымысел и фантазии, не имеющие никакой связи с реальностью. Но ведь именно о магии говорила Наама, вспоминала Саша. Да ещё и отняла у него некое «Ядро», сопровождая это ужасающей болью. Как любой интроверт, Саша любил отдаться фантазиям, жил ими порой. Но при всей своей напускной отрешённости от объективной действительности, он всё же оставался не настолько глуп и наивен, чтобы даже в угоду собственным прихотям закрывать глаза на реальность и верить в детские сказочки о волшебстве. «Бред же: какая, драть её в задницу, магия?» — думал он, но тут же разбивал собственно категоричное заключение. — «А, в таком случае, злоебучие своенравные богиньки — тоже сказки? Ага, как же. Одна из них, толстожопая курва «светонасыщенная», обрекла меня жить… существовать, бля, в виде этой самой «сказочной» задницы! Доигрался хрен на скрипке… Теперь даже если не захочу… Даже если как баран упрусь, то всё равно не получится отмахнуться «сказками» — хватит просто на самого себя посмотреть, чтобы все вопросы отпали. Я ж теперь сам, как блядская сказка, нелепый и невозможный!». Саша замер, хотя и так не мог шевелиться — мысленно замер, даже анусом вздрагивать перестал. «Созерцая» абсолютную тьму, попытался представить, как медленно закрывает глаза. Сосредоточился на внутренних ощущениях, сызнова пробуя без истерических визгов воспринять ту часть женского тела, которой его наказали. И это волнующе чувство быстро вызывало в нём мысленный отклик — возникали ощущения странные, необычные, но совсем не пугающие. Не страшнее ситуации в целом, уж точно. «Я, бля, ни за что, ни про что насильно в «кусок» жопы засунут, а ещё размышляю, нравится мне пизду носить промеж ног или нет?! Я настолько тупой получаюсь?» — ярился на себя Саша, гневно встряхивая ягодицами. — «Так глянешь со стороны на эти тупые претензии и начинаешь подозревать, что сучка Наама кое в чём права — поделом наказала такого полудурка, который дожил до седых висков, а приоритеты так и не научился расставлять». Он понял, что мыслить себя мужчиной с женскими гениталиями — каким бы странным это ни показалось — совершенно не повод для страха. Вспомнил, что многие даже открыто мечтают о чём-то таком, не стыдятся в этом признаться во всеуслышание. Те, кто богаче и психически нестабильней — дикие деньги платят за калечащие операции, а ему же всё задаром досталось!.. Утешение слабое, про «задаром», но уж точно стоит не биться в истерике, а наоборот — обрадоваться. Хотя бы тому, что он может полноценно чувствовать новое тело и испытать хоть малую долю привычных эмоций, воспринимая себя целостной личностью. Колебание упругого ануса, качания мягкого живота — той части, что от него оставалась, — равно как и смехотворная малость в шевелении бёдрами по-своему радовали Сашу. Мысли искали малейший из поводов и усердно подсказывали, что даже не смотря на обрубленный вид жуткого «полуфабриката», он не чувствует боли, не чувствует никаких неудобств или даже лёгкого недомогания. Наоборот, физически он ощущает себя поистине превосходно. А внезапные щекотки едва уловимого ветра на коже в промежности и вовсе повергли парня в радостный шок! Он вдруг явственно осознал, что не заперт навечно в каком-то божественном Нигде и Ничто по веленью своенравной богини, а вокруг него простирается самый настоящий, просто невидимый мир? Ветер ведь откуда-то дует. Ласковое шевеление воздуха словно украдкой поцеловало губы влагалища, доказывая существование хоть чего-нибудь за пределами слепо-глухо-немой темницы из плоти. И это мимолётное дуновение, на которое Саша в прежнее время даже внимания не обратил бы, мгновенно пробудило в нём страстное, безумное желанье насытиться! Но он захотел не просто очень плотно поесть и утолить аппетит, который не мучил да и выглядел бы абсолютно нелепо при отсутствии рта и желудка, а желание как будто «наполнится». Обыденно старые, но в то же самое время удивительно новые ощущения, вроде дуновения ветра по коже, новые знания за пределами темницы из женственной плоти, и даже новая пища, которую ему попросту нечем есть, но хотя бы можно ощутить касанием тела — всё это захотелось впитать. Саша не мог знать истины происхождения своего нового тела — подробностей об этом с поры рождения Магической Анальной Ловушки не сохранилось ни в писменном, ни тем более в устном виде. Также парень не мог даже представить, что у его жутковатого тела-обрубка была не только полноценная «мать», который произвёл его на свет, но и сотня беременных «отцов», которые даровали свои яйцеклетки. Саше хватало даже не достоверно подтверждённого знания, а обычной догадки о том, что он — магическое существо. То, что на самом деле он — искусственная плоть, рукотворно выращенная из образца дикого магического создания и способная просуществовать в режиме «ожидания» до полутысячи лет, не имело большого значения. Слепой случай вновь помог Саше, хотя он даже не подозревал об этом. Магическая Анальная Ловушка, в которой он воплотился, однажды уже попадалась на глаза людям и громогласно выполнила то, для чего создавалась — взорвала себя, когда мимо неё попытались силой пробиться. Взрыв колоссальных размеров разрушил добрую часть столичного города, анальная же ловушка воплотилась в прежнем образе, но в ином месте, охраняя уже иные сокровища, оставленные кем-то другим. К моменту самоподрыва она «доживала» последние месяцы и если б не нахрапистый нрав самоуверенных исследователей — сама распалась и вскоре исчезла. Но детонация запустила сложный магический контур, изначально задуманный Магистром, и воссоздала развратный объект заново, с полным запасом энергии. И теперь, спустя новые полтысячи лет, у Саши опять оставалось в запасе в лучшем случае половина десятилетия — Магическая Анальная Ловушка вновь почти истратила всю энергию. А теургическое Ядро человека, способное немног опродлить существование Магической Анальной Ловушки, , насильно вырвала небожительница Наама и новой энергии попросту неоткуда было взяться. Саша мог бы медленно угаснуть и исчезнуть, до самого конца даже не подозревая, что близится. Но эксцентричный маг древности не был бы собой, если бы ещё в самом начале исследований не вложил в своих «детей» способностью к «подзарядке» особого типа. Не ведая о том, Саша мог анально совокупляясь со своими распутными жертвами не только ради выполнения долга Магической Анальной Ловушки, но и ради маны в их семени, чтобы питать себя. Чем фертильнее сперма, тем внушительней прибавка к сроку службы ловушки. Это могло помочь, отсрочить кончину, если бы не одно но — в женских ягодицах оказался заперт мужчина, которому претила сама мысль об анальном сексе в пассивной роли. Пелена спасительного ужаса понемногу отступала, чему помогала физиология самого «обрубка», и человеческое сознание всё стремительней обживало свою новую обитель, жадно интегрировалось в квазиживые магические ягодицы. Псевдоорганика, практически неуязвимая к физическим и магическим повреждениям, имунная к любым болезням и многим ядам, оказалась полностью беззащитна к натиску «изнутри» и под напором ментального штурма, под ударами совершенно неодолимой для неё силы человеческой мысли делала то, что умела лучше всего и для чего была создана — послушно вбирала в себя, охотно открывалась сознанию, подчинялась ему. Человеческий же разум дрожал от ответной бомбардировки горячими фрагментами «машинных воспоминаний» о том, для чего же нужна Магическая Анальная Ловушка и как она пополняет запасы энергии. Образы всплывали спонтанно, вспыхивали не связанными друг с другом кусками и даже обрывками от неполных кусков — слишком мало, чтобы разом всё объяснить, чтобы достоверно понять и доподлинно выяснить, но более чем достаточно, чтобы вновь повергнуть Сашу в ужас. Этих фрагментов, которые чувствовались уже как свои, как часть своего собственного, неотделимого прошлого, хватило для Саши с лихвой, чтобы благостный и немного ироничный настрой как ветром сдуло. Его обуял неописуемый страх: почти вечность прожить в таком облике?!
