Последствия

На послеквалификационной пресс-конференции кто-то спрашивает его, каково это — не видеть машину с номером «один» на стартовой решетке. Джордж моргает, глядя на журналиста, целую вечность. В итоге он произносит: «Ну, конечно, это непривычно. Но он скоро вернётся—» «Нет, не вернётся», — говорит Ландо. Джордж обрывается. Моргает уже на него. Он же собирался добавить что-то про «надеюсь, он поправится, всего лучшего его семье». Ему казалось, это очевидно — так и есть, это же часть правил. Ландо-то уж точно должен это знать. Джордж не понимает, зачем Ландо перебил его. Что он хочет этим сказать. Ландо сидит на своём месте спокойно, сжав кулаки на коленях. Он не смотрит на Джорджа. Джордж не уверен, рассмеяться ему или огрызнуться. Он вспоминает Сингапур, перед гонкой: он тогда посмотрел на Ландо и ухмыльнулся, ещё даже не начав говорить, на все сто. Выражение лица Ландо тогда было невероятно забавным. Джордж думает, что сейчас, наверное, было бы не так забавно, если бы он пошутил в том же духе. Он ограничивается вопросом: «Прости, что?» «Я не буду использовать номер один, если выиграю», — говорит Ландо. Он поднимает глаза. Веки у него покраснели. «И Оск тоже не будет. Мы это обсудили». Оскар, сидящий рядом, не возражает. Джордж продолжает смотреть на него, моргая. Ландо последние дни стал увереннее в себе. В его осанке появилась стальная прямая, которую Джордж, кажется, раньше никогда не замечал, а они знакомы давно. Он стал меньше говорить лишнего. И меньше смеяться. Кажется, это перетекает и в его гонки. Сегодня он был блестящ, блестящ, как свет дальних фар встречной машины на ночной трассе. Не то чтобы это имело отношение к его нынешнему недоумению; он недоумевает, потому что вопрос, конечно же, был не про машину и не про наличие номера на решетке. Он был про человека, который должен был сидеть внутри. Неужели Ландо этого не понимает? «Так, ладно», — кто-то говорит после неловко затянувшейся паузы. «Давайте двигаться дальше». Прочищает горло. «Следующий вопрос?» Ландо снова опускает глаза на стол. Оскар рядом на мгновение, мягко касается его плеча. Вспышки камер. Джордж отводит взгляд. Чуть меньше шестидесяти кругов спустя Джордж на P2; пит-стопы у McLaren вышли долгими, и Оскар не отыгрался. Побеждает Ландо. Шарль — третий. Всю гонку Джордж то и дело бросал взгляд в зеркала, почти ожидая увидеть RB21 у себя на хвосте. Его там не было. В комнате для охлаждения Ландо выглядит больным; он даже не прикасается к бейсболке P1. Шарль плачет на подиуме, поднимая трофей над головой. Когда начинает играть музыка, он берет бутылку шампанского, а потом просто держит её, безучастно уставившись в пустоту. Ландо поднимает бутылку к небу, словно для тоста, а потом выливает всё через ограждение вниз, на толпу. Джордж не знает, что со всем этим делать, поэтому он беспомощно стоит со своей бутылкой и обменивается неловкими взглядами с механиком McLaren, поднявшимся на подиум за место конструктора. Когда Ландо подходит к Шарлю, берет бутылку из его рук и, положив руку ему на спину, уводит его за кулисы, Джордж следует за ними — в основном потому, что больше ему нечего делать. Оборачиваясь, он видит, как толпа подсвечена оранжевым дымом в лучах прожекторов. Кто-то что-то кричит, но Джордж не может разобрать слов.