Оябун

Время до вечера пролетело очень быстро, хотя гостей было и не так много. И действительно, в восьмом часу подъехала чёрная машина и припарковалась у входа в ресторан. Время шло, а автомобиль так и стоял. Видимо, там водитель, который правда ждёт меня. Я быстренько переоделся, собрал свою рабочую одежду и через задний вход направился к машине. Когда я подошёл ближе, окно у водителя опустилось, и послышался голос: — Эй, шеф, запрыгивай на заднее. Между пассажирскими и водительским седениями была чёрная полупрозрачная перегородка, все окна затонированы, а на зеркале заднего вида болтался какой-то брелок. В чистом, дорогом кожаном салоне пахло не деньгами, не бензином и даже не химозным запахом чистоты, а колой. Окошко в перегородке между мной и водителем приоткрылось. Мужчина кинул на меня взгляд через зеркало. Даже сквозь его чёрные очки я увидел, как блеснул его взгляд. Как он вообще хоть что-то видит сквозь тонны тонировки, так ещё и ночью? — Капитан полагается на тебя, — произнёс водитель, — смотри не облажайся! Вскоре мы подъехали к красивому высокому зданию. Оно всё светилось красно-желтыми огнями, а на небольшой территории вокруг росли мандариновые деревья. — Мы почти приехали, шеф, — сказал мужчина, чуть приоткрыв глаза от очков. — Знакомься, это казино-отель нашего босса, гордость клана – «Таузенд Санни»! — Он фыркнул, почесал нос и чуть тише добавил: — Я, к слову, принимал участие в его постройке, хе-хе. — Видимо, он был очень рад рассказать эту историю. Но, должен согласиться, отель действительно выглядит внушительно хорошо, особенно ночью. Водитель остановил машину у заднего входа и сказал, что там меня встретит другой человек – взглянув на которого я сразу пойму, что это за мной. Но он не сказал, как зовут этого парня, и себя не представил. Никто из клана не хочет называть мне свои имена. Хотя, наверное, проблема в том, что я сам забываю спросить. Как только я вошёл в помещение, передо мной тут же появился смуглый парень с вьющимися, я бы даже сказал, очень кучерявыми, волосами. Я хотел поздороваться, но парень меня перебил: — О-о? Санджи? Я уже заждался. — Он протянул мне руку. — Меня зовут Великий Непревзойденный Мастер Мугивар Усопп! — Я пожал ему руку в ответ и улыбнулся. Хоть кто-то представился мне первым. — Пошли, я проведу тебя до кухни. По пути Усопп провел мне небольшую экскурсию. Он рассказал, что этот отель имеет несколько ярусов казино – от самых дорогих столов до простых автоматов пачинко. Конечно же, для большинства обычных жителей заведение позиционирует себя как отель с рестораном и небольшим бонусом в виде автоматов. Но для клиентов уровнем выше и партнёров – это казино, предоставляющее ряд нелегальных услуг. Так же парень рассказал, что большинство всего, что здесь есть, придумал, купил и обустроил именно он. Мы долго ехали в служебном лифте, а он всё продолжал рассказывать о достижениях – в основном своих. И вот, когда мы доехали, передо мной открылся вид на огромную кухню. — Это всё в твоём распоряжении, шеф Санджи! — Воодушевленно воскликнул Усопп. — Меню с рецептами ты найдёшь на столе, форму в ящичках слева, а всё остальное ты и без меня знаешь. Развлекайся! — Прояснил он и скрылся в лифте. Вот так я и остался один наедине со своим кулинарным творчеством...

***

День выдался мучительно тяжелым, а ведь поздним вечером я должен идти на деловую встречу по делам мугивары. Он всегда приглашал меня расхлебывать такого рода ситуации, ведь деловые партнеры после разговора один на один с Луффи просто психовали и отказывались с ним сотрудничать. Я застал это своими глазами. Тогда перед ним сидели три важные шишки, а со стороны клана мугивар выступал сам Луффи, Нами и Усопп. Я пребывал в качестве… Свидетеля, слушателя, как угодно… Потому что оябун искренне не понимал, в чем причина их бурных отказов в подписи контрактов. Парень в шляпе сидел, закинув ноги на длинный деревянный стол, усеянный деловой макулатурой. После многих замечаний от Нами он все-таки сел нормально, но теперь ковырялся в носу и зевал, пока толстопузый владелец крупного казино из другой префектуры что-то уверенно рассказывал, игнорируя незаинтересованность Луффи. В конце концов, мугивара назвал всех троих жирными душнилами, и, хохоча, показал им в след язык. Справедливости ради, мне эти самовлюбленные старперы тоже не симпатизировали. Но, с тех пор, я веду дела совместно с кланом соломенных шляп. Мне немного нездоровилось. Глаз очень уставал за целый день функционирования, что мешало спокойно ходить на собрания. Чоппер, самый молодой из моих врачей, был единственным, кто находил для меня панацею в любых ситуациях. Он все еще учился в колледже, так что в клане в период экзаменов почти не появлялся. Благо сегодня я застал его в лазарете, когда хотел найти хоть какие-то таблетки, или, если повезет, капли для глаз. – Оябун-сама, здравствуйте, как ваше здоровье?! – от моего внезапного появления врач чуть ли не упал на колени при поклоне, меня это смущало, и я много раз говорил ему так не делать, ведь он совсем еще юнец, а я не то, чтобы тиран и диктатор. ¬¬На его лице и руках была россыпь веснушек, и, в целом, внешность Чоппера походила на олененка. Ни один пенсионер в клинике не догадался бы, что этот мальчишка умеет зашивать внутренние органы или ампутировать конечности после гангрены… – Привет, Чоппер, можешь оставить любезности, – я вздохнул, похлопывая Чоппера по плечу. – Здоровье ничего, а вот глазу совсем хреново. Голова раскалывается под конец дня, тяжело видеть. Паренек выпрямился, внимательно посмотрел на меня: О, Зоро-сама, садитесь, пожалуйста, на табуреточку, сейчас быстро проверим зрение, и я найду решение! – Чоппер указал на местечко для комплекса офтальмологических обследований, я послушно разместился около авторефрактометра. Врач что-то измерял разными методами и приборами мой глаз несколько минут, и вынес вердикт. – Та-ак-с, оябун-сама, у вас незначительное ухудшение зрения в сравнении с прошлыми тестами, а также после потери глаза развился спазм аккомодации, – с этими умными словами он сделал пару записей в медицинскую книгу за наблюдением моего состояния. – Нужно будет немного профилактического лечения. Придется какое-то время носить очки. Когда они не будут удобны, заменять на линзу, но часто ее носить нельзя. У меня в арсенале как раз есть оптика на такой случай, ну а линзу я сделаю за пару часиков. И действительно, Чоппер вскоре нашел самую подходящую для моего лица оправу, вручил мне и дал посмотреться в зеркало. Мда, менее угрожающе я выглядеть не стал, скорее, выглядел теперь как бывший зэк, который устроился работать в школу. Но главное, что зрение стабилизировалось. Стало лучше. – Спасибо большое, Чоппер. Ты молодец. Учись хорошо. Я загляну к тебе завтра, – с этими словами я забрал врученные врачом лекарства и покинул лазарет, через пару часов уже должна быть встреча. Дверь закрылась, я ушел к себе в комнату. – Ой, дура-ак, мне ни разу не приятно!! Вообще ни сколечки!! – хихикал Чоппер, как только дверь закрылась. За мной приехал, как всегда, Фрэнки на своей тонированной машине с номерами «SUPER-77-77». Ага, вся тачка так и кричала, что это собственность владельца нескольких крупных казино. Ну, по крайней мере, она пуленепробиваема. За это также спасибо Фрэнки. Мы болтали ни о чем по пути до отеля, я смотрел на ночной город, загрязненный светом. В месте, где я вырос, ночью было видно целые созвездия, кометы и даже северные сияния. Сейчас я едва ли различаю луну среди фонарных столбов и неоновых вывесок. – Мы приехали! Желаю тебе су-у-у-упэ-э-э-э-р-р-р-рских сделок! – широко улыбнулся Фрэнки, отправляя меня в путь добрый. Я поправил очки, закрыв за собой дверь машины. Но сегодня было что-то не так. Я чувствовал у отеля едва знакомый и одновременно чуждый запах. Не мог понять, что заставило меня сомневаться в успехе сегодняшней встречи. Такое притупленное чувство, заставляющее тошноту подступать к горлу из-за невозможности объяснить причину таких мыслей.

***

Сперва я пошёл переодеться. Вокруг было очень много шкафчиков, и только на одном красовался какой-то дурацкий кривой рисунок, похожий на... Мою голову? Он был не заперт, и внутри лежала не обычная поварская форма, а костюм винного цвета. Я взял с собой свой рабочий китель, но, видимо, придётся от него отказаться. Костюм идеально на мне сидел, подходил к фигуре и лицу. Затем я нашёл список блюд, которые мне нужно приготовить. Половина из них была сначала грубо дописана, а потом перечёркнута, и по всему листу проходила линия, начинавшаяся от какого-то очередного зачеркнутого блюда. Вероятно, это Луффи с Нами-сан постарались. В целом, ничего сложного в блюдах не было: парочка закусок, нарезки, вино и горячее. В углу листа была пометка, в какую комнату нести блюда. Пока ещё оставалось время, я решил посмотреть на комнату в которой будет проходить встреча. Когда я вышел из кухни, то увидел не зал ресторана, а скорее помещение для персонала. Всё было опрятно, но не было места для гостей. Из окон открывался вид на город – я был на самом высоком этаже здания. Выйдя из зала для официантов, я попал в просторный коридор. Он был длинным, но комнат оказалось немного, и каждая не имела цифер в названии, только какие-то иероглифы. Найдя похожее написание, я зашёл внутрь. Стол был засервирован, это самое главное. Одна из стен комнаты была полностью панорамным окном, из него открывался вид на неоновый город. Сама по себе комната была просторной, оснащённой удобствами и разными видами освещения. Раз стол уже подготовлен, то в первую очередь я должен разобраться с нарезкой, закусками и вином. Мугивары не дали мне чётких указаний по поводу напитков, поэтому я подобрал самые лучшие вина, из запасов Луффи, к каждой позиции блюд. Все вина я спрятал в мини-бар их «переговорной». С нарезкой я закончил как раз к началу ужина и накрыл стол за пару минут до прихода гостей. Я решил сделать так, чтобы они застали еду совсем свежей и сразу же могли приступить к трапезе. Вино к холодным закускам я оставил на сервировочном столе, а к горячему разолью уже сам. Очень жаль, что в меню не входят первые блюда и десерты. Я только вошёл во вкус, а уже – горячее и конец банкета. Но я все равно должен выложиться на полную.

***

Войдя внутрь гигантского комплекса, охрана встретила меня с поклоном, сопроводив до служебного лифта. Естественно, из лифта открывался вид на ночной город, залитый огнями ночной жизни. Переговоры на вершине внушали чувство божественности, господства над теми, кто сейчас выживал в трущобах. Там, где людям приходится вылавливать монетки из фонтана, лишь бы насобирать немного на мешок риса. И здесь, где монеты и бумажки, именуемые деньгами, а это – авторитет, слава, почет, сыпятся в невообразимом изобилии, и жадность людей превращает их в отбитых должников. Мне приходилось забирать последнее, что оставалось у униженных когда-то бизнесменов. Самолеты, машины, дома – это не покрывало даже половины долга, в котором они погрязли. У этих людей были семьи. Любящая жена, дети, пожилые родители. За спиной многие обращались монстрами, готовыми отрубить проститутке конечности, не обращающими внимания на возраст совсем юных личностей, которые оступились в жизни и скитались по улицам в поисках заработка на наркотики. Большие деньги срывали им крышу. Конский процент не пугал их – «Ха! Я отыграюсь, и верну тебе в три, нет, в десять раз больше, ты упадешь на колени и будешь вылизывать мне ботинки!». Затем я находил таких в маргинальных мотелях, худыми, похожими на трупов, и на руках не было живого места после игл. Они падали к моим ногам, умоляя не убивать их, пощадить, дать еще немного денег, чтобы точно отыграться. Но не было ни слова про близких людей, брошенных на произвол судьбы. Милый женский голос объявил о прибытии на 25 этаж. Я вышел, охрана осталась в лифте. Меня тут же встретил бодрый Луффи, подхватив меня за руку. – Класс, Зоро, щас как поедим! – мугивара уже предвкушающе облизывался. Да, на самом деле, самой интересной частью бизнес-встреч был банкет. Потому что так у недалеких партнеров хотя бы на секунду затыкался рот, пока они набивали свои животы, и разговор шел ни о чем, я в них даже не особо участвовал, предпочитая отмалчиваться. Нами колко вела диалоги вместо меня и Луффи, да так, что никто особо и не понимал ее тонких подколов. Я кивнул, следуя за ним в переговорную. – Какая сегодня тема на обсуждение? – поинтересовался я. – А, ну я особо не помню, это больше по части Нами, чет с финансами, – Луффи вдруг остановился и заглянул мне в лицо. – Чего эт ты в очках, Зоро? Выглядит забавно! Мугивара хихикнул, снял с меня очки, чтобы примерить. В них он внезапно выглядел умнее. – Чоппер диагностировал у меня ухудшение зрения и выдал очки. Ниче смешного! – я нахмурился и забрал их обратно. Луффи лишь рассмеялся. – Кла-а-с-с! Вы с Нами теперь один в один безжалостные коллекторы! Только ты с меня денег не требуешь! – на последней фразе он надулся. Мда, я, честно сказать, тоже бы не связывался с финансами Нами. Шаг вперед, шаг назад, и тебя уже ловят в подворотне, а потом ты просыпаешься спустя пару часов там же, но уже без полового органа. Жуть. Мы, наконец, расположились за столом, где уже стояли закуски и… вино? Я глянул на мугивар. Они вели себя как обычно. Но ведь Луффи всегда выбирал ром или сакэ в качестве выпивки. Это напомнило мне о злосчастном шеф-поваре, я нахмурился, пытаясь отогнать мысли. Один из мужчин уже что-то активно рассказывал, общался с Нами. Я сидел, напряженный от навязчивых мыслей, не слушал разговор. «Санджи» выдернуло меня из раздумий, я слишком резко обернулся на мугивару, выглядел, как психопат с ПТСР. Он сказал: да-да, знаменитый шеф Франции сегодня обслуживает наш банкет! Просьба не завидовать! Я был просто полнейшим дураком. Как я мог не догадаться до этого. Все складывалось в единую картинку: Луффи позвал Санджи сотрудничать, на столе стоит вино, и до этого нас обслуживали совершенно разные люди. Он просто не мог не позвать повара на банкет в этот вечер. И он вошел в зал. Винный костюм, сшитый как по его фигуре с иголочки, Дурацкая бровь, слегка вьющиеся уложенные волосы, прикрывающие один глаз, и четыре подноса в двух руках с полной элегантностью и уверенностью в себе. Мое сердце упало в ноги. Ужасно неловко. Это странное чувство поглотило меня с отвратительной уверенностью в том, что мне нужен этот шеф во что бы то ни стало. Санджи прошел, с нежностью подавая несколько блюд каждому за столом, но когда дошел до меня… Я увидел испуг. Он растерялся, ровно как и я, и впервые я за собой заметил, как каменная маска слетела с моего лица, разбилась вдребезги, ведь абсолютно точно шеф заметил мое смятение. Что это было? Стыд? Мне… Неловко за содеянное ранее? Задница Санджи рядом находилась где-то на уровне моей груди. Я просто отвернулся, не проронив ни слова, и внезапно включился в разговор. Мне было все равно, что несут эти старперы, все равно, что обычно я отмалчиваюсь во время банкета. Ни куска не лезло в горло.

***

Блюдо готово, осталось только красиво подать. Я не только в готовке мастер, но ещё и в плейтинге не промах. Но особенно нужно для Луффи сделать порцию побольше, а Нами-суан – поизысканнее и красивее. Я схватил подносы и побежал к переговорной. Я был воодушевлён как никогда. Сейчас от моих блюд может зависеть исход переговоров и репутация мугивар. Но перед дверью я остановился и сделал вид серьёзного человека. Ровно, тютелька в тютельку, к назначенному времени я вошел в помещение. Немного волнуюсь, но это ничего. Первый, кому я подал еду, был какой-то мужик в костюме, вероятно, партнёр. Следующим – Луффи, как всегда улыбчивый, и в его глазах читалось предвкушение и жгучее желание попробовать мясо на тарелке перед ним. Потом Нами-суан – всё самое лучшее и замечательное только для неё. Под тарелкой я оставил записку с комплиментами; увы, мне не позволено чрезмерное разглагольствование. А после Нами-суан... Зоро? Что этот ублюдок здесь?.. Я на мгновение застыл. Совсем забыл, что это он рассказал мугиварам о моём решении. Логично, что они общаются между собой. И, видимо, даже ведут совместные дела. Это я дурак, раз подумал, что мы больше не увидимся. Досадно вышло, но работа есть работа. Пришлось проглотить все свои чувства и продолжить действовать по плану. Я прошёл мимо Зоро – его кислая рожа совсем меня не радовала. Так он ещё и очки нацепил, похож на чьего-то раздосадованного отца. А с другой стороны, чего он-то такое лицо делает? Завидует Луффи? Ну и пусть завидует. Мне осталось лишь разлить другой сорт вина и вернуться на кухню. Я подошёл к мини-бару и нагнулся, чтобы достать вино. В такой позе не очень удобно, но зато рубашка не выбивается из под брюк, и для спины небольшая растяжечка. Да и вообще, всё бы ничего, если бы я не почувствовал на своей, надеюсь, спине чей-то жадный взгляд. Я выпрямился, обернулся и уловил ускользающий от меня взор зелёного мафиозника. Урод-извращенец, не можешь забыть мою задницу, да? Я с характерным звуком открыл бутылку вина. Все замолчали, как будто бы чего-то ждут. Я не упустил возможность и сказал пару слов о вине, о том, как правильно сочетать его с блюдом перед ними, и начал разливать по бокалам. Мужик поглядывал то на меня, то на вино, то в блюдо. Он спокойно восхищался, в отличие от Луффи, который издавал странные звуки, похожие на смешки, он широко улыбался и чуть ли не хлопал в ладоши. Хорошо, что он не начал есть до того, как я разлил напитки. Нами-суан прекрасно улыбнулась мне, благодаря взглядом. Ещё чуть-чуть – и я не выдержу, улечу на планету любви в город Страсти. Но счастье с Нами-суан было недолгим. Зоро, ублюдок, хрен тебе, а не вино. По твоему единственному глазу вижу – ничего хорошего у тебя на уме сейчас нет. Я взял бокал, который предназначался Зоро, налил в него вина, и уже хотел поставить перед ним, как в эту же секунду нарочно сжал пальцы сильнее и выронил бокал. Он полетел прямо на его штаны, между ног. Йес, точно в цель! Охлади траханье, ублюдок! — О ужас! Простите меня, господин! — Специально напыщенно воскликнул я. — Сейчас же всё уберу и заменю вам бокал, прошу прощения! — Я схватил бокал и рванул из помещения.

***

Санджи подошел ко мне с бутылкой, полный уверенности. Задирал нос так, будто это он здесь босс и рулит ситуацией. И тут земля будто перестала крутиться. Я увидел, как этот ублюдок с ухмылкой кидает наполненный вином бокал прямо на мою промежность. На штаны, которые стоили как двадцать зарплат обычных офисных работников. Холодная жидкость разлилась по мне, по моему стулу, и начала обжигать кожу. Санджи схватил бокал, чуть ли не ударяя между ног, и выскочил из зала со скоростью света. Замолчали все. Все, кроме Луффи, который рассмеялся, нарушая гробовую тишину. Я спокойно встал из-за стола, поправив очки. – Прошу прощения, коллеги, вынужден ненадолго вас покинуть, – и также спокойно покинул помещение. Мое лицо скривилось от злобы. Как хорошо, что я наизусть знал план здания. Сейчас этот урод на своей кухне получит от меня по самые гланды, сил я сдерживать не собирался. Вот только… имелись некоторые проблемы с ориентированием в местности. Наконец, найдя нужную дверь, я распахнул ее, почти выбивая с петель, и попал… в спортзал. Следующей дверью оказалась баня. Затем бассейн. А потом я каким-то образом забрел в женскую баню, в меня прилетели чьи-то трусы. На каком вообще этаже я сейчас находился? Уже вскипая, я шел по служебному коридору, штаны неприятно липли к ногам, промокло даже нижнее белье. И, конечно, немного натекло в ботинки. Я был весь в ебучем вине. На секунду мое внимание отвлеклось на телефон – Луффи написал с вопросом, где я там потерялся. В меня кто-то врезался, а я и не смотрел перед собой, куда вообще иду. – Excusez-moi! Я тут же схватил Санджи за запястье, так крепко, что бокал и тряпка из его руки вылетели, вдребезги разбилось стекло на полу. – Вот ты и попался, тварина. Что ты себе позволяешь? – рявкнул я, притягивая руку Санджи к своему паху. – Что, так сильно хочешь унижаться и вытирать чужие члены? Давно таким промышляешь? Чего сейчас колеблешься, а? Я чуть ли не кричал, резко дернул повара к себе, и его рука легла между моих ног. – Давай же, поднимай эту тряпку и вытирай все насухо. Или хочешь сделать это ртом, паршивый инострашка?

***

Я домчался до кухни, а этот придурок, видимо, не стал меня догонять. Ну и ладно, чёрт с ним. Раз уж сказал, что заменю стакан, так заменю. Там ещё и вокруг всё испачкалось. Да уж, наворотил я делов сгоряча – как бы сделка после этого не сорвалась. Я спешил вернуться в переговорную, но, как на зло, то не мог тряпку найти, то бокал подходящий подобрать. Этот урод любит выпить, поэтому я пытался найти какой побольше. И, так вышло, что очень задержался, поэтому летел в переговорную со всех ног. На повороте даже в кого-то врезался и, не задумываясь, извинился на французском. Я было уже стартанул с новыми силами, но тут меня схватили за запястье и жоско остановили на месте. От такой резкой остановки вещи полетели из рук, а сам я еле устоял на ногах. В ушах послышался звон от громкого, низкого мужского голоса. Он буквально оглушил меня, так ещё и выбил из равновесия. Я расслышал оскорбления в свой адрес – это не кто иной, как Зоро. Только я собрался действовать, как он снова грубо потащил меня. Ладонью я почувствовал влажную и холодную ткань брюк. Моя рука лежала прямо на его паху. Зелёный пидор, окончательно из ума выжил?! — Ты пробил дно, Ророноа, — Еле слышно прошипел я. Ублюдок, после всего того, что уже сделал: сначала облапал, затем обесценил, решил добить меня, да? Видишь во мне только «паршивого инострашку», которого можно в любой момент прижать к стенке и заставить подчиняться... — Что ты творишь, abruti (одуревший) якудза?! — Не выдержав, выкрикнул я. В эту же секунду со всей силы выдернул свою руку и заехал ему ногой прямо в челюсть.

***

Очки слетели с меня куда-то в сторону, в глазу на секунду потемнело, но руки на автомате потянулись к рукоятям катан. Как бы меня не пытались пристыдить за такой стиль боя в современном мире, я никогда не проигрывал огнестрелу. Но катан на поясе не оказалось. Гадство. Они остались в зале совещаний. Может, это и к лучшему – разомну кулаки. Я ухмыльнулся, глядя Санджи в лицо.  – О, ты занимаешься гимнастикой? Неплохо.  И кулак прилетел повару под дых. Парень заметно скривился, воздух выбило из лёгких. Однако, он устоял от моего удара. Держался на ногах, которыми сейчас активно старался задеть меня. Что это за пидорский стиль боя? Санджи виртуозно кружился вокруг меня, я успешно уклонялся. Как бы он ни старался, технику ему ещё оттачивать и оттачивать. Я с раннего детства воспитывался в бою. Иностранец мне не ровня.  Лакированный ботинок пролетел у моего лица, я схватил его за лодыжку, заметил, как Санджи напрягся, и свалил чужое тело на пол. Санджи упал на бок. Почувствовав превосходство над ситуацией, я подошёл ближе, и теперь уже меня сбили с ног подножкой. Да уж, икры у него точно крепкие – вешу я не мало. В повара прилетел ещё один удар, он попытался встать, и был повален обратно на пол – я потянул его за шиворот к себе. В крови кипел адреналин. Я заметил, как от злости, боя, или, может, стыда, покраснело обычно бледное лицо Санджи.   Я сел на него сверху, придавив ноги, и сжал тонкие руки своими, не давая шансов на равный бой. Завел кисти над головой, прижав к полу, и приблизился к лицу Санджи. – Не стоило даже замахиваться на оябуна, поварешка. Ты уже весь выдохся, а мы и пяти минут не дрались. К тому же, я не выкладывался на полную. Тебе крупно повезло, что твой главарь – Луффи. С ним я ругаться уж точно не хочу, – усмехнувшись, я провел рукой по лицу Санджи, убирая с его глаза челку. Под волосами была скрыта ещё одна дурацкая бровь, которая смотрела в ту же сторону, что и другая. Но больше всего меня поразили голубые глаза, в которых кипела чистая, ничем не прикрытая ярость. Я как-то даже растерялся.  – Лицо у тебя красивое. Портить его не буду. А то всех бизнес-партнеров распугаешь, – я ухмыльнулся, но все же отцедил смачную пощечину по нежной коже, отек и ссадина точно останутся. – Не волнуйся, пройдет за пару дней. Ты это заслужил.

***

Он в два счета свалил меня с ног, так ещё и придавил к полу – ну точно медведь. Внутри всё кипело. Не столько от ударов, в жизни я и не такое пережил, а сколько от собственной беспомощности. Его отвратительные прикосновения и слова, снисходительный тон и самодовольная ухмылка. Его поведение, когда убрал челку с моего лица – острый, доминирующий взгляд, сильнее сжимающиеся руки и грубые, горячие прикосновения – бесит. Адреналин, который только что растекался по всему телу, за секунду сфокусировался в одной точке. Не хотел показаться грубым, но этот его единственный глаз так бы и выдрал. Через мгновение, когда его рука отхлестала меня по лицу и жгучая боль пронеслась по нервам, я будто вернул себе ясность ума. Сейчас он держит мои руки, наклонён к моей голове, центр тяжести тоже смещен вперёд. Хоть он и сжимает мои бёдра, у меня всё ещё остались икры. Не недооценивай поваров, бандюган. Я перестал сопротивляться в руках. Расслабил мышцы плеч и предплечий, делая вид, что окончательно сдался. Даже если ты всё ещё не купился, одна секунда твоего промедления – и я уже чувствую свободу. В этот миг я согнул ноги в коленях насколько это было возможно, и, собрав всю силу, накопленною за эти унизительные секунды, ударил подошвами в пол. Прощайте, мои туфли, прощай и ты, Зоро. Резкий толчок телом вперёд, мои голова и плечи рванулись вверх, а руки, выкручиваясь из его остабевшей хватки, вниз. Раздалось приглушенное мычание Зоро – я со всей дури впечатался своим лбом в его переносицу. Его вес сместился назад, и я не смел упустить момент, чтобы окончательно скинуть его с себя. Костяшки моих пальцев со всей яростью врезались ему под нижнюю челюсть. Его голова запрокинулась, давящий вес ослаб, и я наконец-то смог выбраться. Ловко отскочив от него я машинально достал из кармана сигарету и закурил. Мои запястья и пальцы были красными и горели, все в ссадинах и синяках. Руки повара то же самое, что руки художника – они создают, а не разрушают, и не должны знать насилия. Я сунул руки в карманы, отступил на шаг и уже был в боевой готовности. Хоть я и дал себе слабину, это было просто прощупывание почвы. Теперь, когда я понял, что ты из себя представляешь, пощады можешь не ждать. В этот раз я не дам себе проиграть так быстро.

***

От удара зазвенело в ушах. Из носа хлынула кровь, саднило так, что голова шла кругом, а в переносице пульсировало. Я достал из кармана платок – как раз на такой случай, порвал его, и заткнул тканью ноздрю, утирая кровь с губ. Этот повар раззадорил меня. Давно я так не заводился. С оскалившейся ухмылкой на лице, я ударил Санджи в бок. Он, в свою очередь, зарядил мне в живот, и дымил прямо в глаза, не пользуясь руками. Поразительная техника, но отвратительно не отточенная. Мы били друг-друга еще несколько минут, я изучал каждый его взмах ногой, каждый уворот, блокирование. Мне уже изрядно досталось. Я банально поддавался, чтобы не калечить накаму мугивары. Даже лежа на полу я знал, что он предпримет попытку скинуть меня, но не ожидал, что повар окажется таким сильным, пользуясь одними только ногами. Когда Санджи докурил сигарету, мне уже надоело – он делал одно и то же. Одним резким ударом по челюсти я выбил окурок из его рта, прибил спиной к стене, и схватил за щеки, заглядывая в голубые глаза. – Хороший бой получился. Ты мне понравился, поварешка. Кто учил тебя драться? И как давно ты тренировался? – я заметил, как он выдохся. Больше не пытался сбежать, ударить меня. Но и в глаза мне не смотрел, будто не слышал, что я ему говорю. – Могу помочь тебе в тренировках. Соглашайся – и однажды сможешь переломать мне все кости. Заманчиво, не так ли? Я сжал его щеки, губы забавно надулись. Санджи ударил мою руку, и я отпустил его. Ему и так больно – морально и физически. Луффи убьет меня, если повар решит сбежать. Да, именно меня. Санджи он не сделает ничего, а вот я останусь либо инвалидом, либо в гробу.

***

Мы ещё некоторое время дрались, успешно наваляли друг-другу хорошеньких. Но вскоре я окончательно выдохся – всё таки этот бандит превосходил меня в выносливости. Только я сделал финальную затяжку, как Зоро треснул меня по челюсти. Зубы стукнулись, окурок вылетел на пол. Я был прижат к стене, но уже не стал сопротивляться. Зелёнка держал меня за лицо и пилил взглядом. Он задавал какие-то вопросы и продолжал смотреть в мои глаза. Задолбал. Не хочу я общаться с тобой, придурок, я сейчас взорвусь. Он предложил мне, типа, «индивидуальные тренировки», и сжал моё лицо ещё сильнее. Он против моей воли заставил меня смотреть на него. Вот ублюдок. Я стукнул его по руке, и он послушно отпустил меня. Я больше не смог сдерживаться и выпустил сигаретный дым прямо ему в физиономию. — Может нет, может да, а может va te faire foutre (пошел ты). — Ответил я на его замечательное предложение. Выругаться на японском я не смог, пусть сам думает, что значит мой ответ. Я отпихнул его от себя и пошел в сторону кухни. Нужно собраться и свалить поскорее.

***

Я не понял, что именно сказал мне Санджи, но почему-то был уверен, что это означало «иди нахер». – Если откинешь в сторону свою гордость, скажи о моем предложении мугиваре, и я приму тебя в ученики, – с этими словами я опустил взгляд на пол в поиске очков, обнаружив, однако, кое-что поинтереснее. Мне абсолютно точно не показалось, и злостная ухмылка расплылась на моем лице. Санджи возбудился. – Постой-ка. Я встал перед ним снова, но не для боя: Ты говоришь, что я грязный ублюдок и извращенец, а у самого встает от избиений и унижений? Повар окоченел. Мои слова ударили по нему сильнее, чем кулаки. Я продолжил: Твоя гордыня опускает тебя ниже плинтуса, повар. Стоит прислушаться, иначе весь адреналин в твоей крови так и будет приливать в одну уязвимую точку, вместо того чтобы растекаться по телу. Научись держать себя в… ногах. Сайонара. Я развернулся. Подобрал треснувшие очки, убрал их в карман. На прощание Санджи так и не ответил. Даже не обернулся. Мы разошлись также, как и встретились. По пути, в коридоре, меня окликнул один из бизнес-партнеров. Но, когда увидел мою физиономию, проглотил язык и побледнел, ни сказав не слова. А глаз снова начало саднить. Я вспомнил, как во вторую нашу встречу спохватил от Санджи удар, даже не успев осознать. Это немыслимо. Если упустить такой потенциал – а Луффи его упустит, ведь тренер из него разве что по прокрастинации, то повара завалят на первом же нападении. Якудза не щадят, не поддаются, и не повторяют дважды. И тут до меня дошло. Я остановился посреди коридора, коснулся закрытого шрамом глаза. Мне стало противно. Унижаюсь перед иностранцем. Поддаюсь. И повторяю дважды. Я не понимал, для чего. Зачем проявляю такое внимание? Бесчувственность Ророноа Зоро – вот, за что передо мной вставали на колени. Жалость – слабина. Уязвимое место. Будут вертеть тобой, как хотят, если прознают, что, надавив на слезы, ты сможешь прогнуться. В кабинете стояла гробовая тишина. Как только я зашел, трое мужчин быстро встали, поклонились и чуть ли не бежали. Нами присвистнула, а Луффи радостно захлопал. – Сделка удалась! Зоро, мы тут чуть жизни не оставили, еще немного и все бы пропало! – Нами вздохнула, утирая со лба холодный пот.

***

Меня снова поймали на ошибке. Он возник передо мной со своим дурацким, надменным лицом и начал стыдить и издеваться, как над мелким мальчишкой. Я не смог ни убежать, ни защититься. В чем этот урод был неправ? И зачем я только помедлил, чтобы дослушать, что он мне предложит?.. Я молча ушёл. Красный костюм, который достался мне от мугивар, был в пыли и крови после драки. Я снял его, закинул в шкафчик и переоделся в свой привычный чёрный пиджак. Рабочий китель я оставил там же – сейчас совсем не хотелось нести что-то в руках. Я умылся и направился к служебному лифту. За окном сверкали огни, а в отеле все ещё было оживленно, хотя время стремительно близилось к полуночи. Домой в таком состоянии идти бессмысленно, да и не хочется. Все медикаменты, что у меня были, я притащил в ресторан, потому что всё своё время я проводил там и большинство ран появляется именно на кухне. Как обработаю раны, так уже и время открытия придёт – очень удобно и не надо туда-сюда бегать. Как только я вышел на улицу, меня обдало свежим ночным воздухом. Я достал сигарету и закурил. В пачке уже совсем мало осталось, нужно докупить в ближайшем круглосуточном. Я достал телефон и включил навигатор: до ресторана пешком около полутора часа, по пути – в магазин, и к двум часам ночи должен дойти. Я шёл по ночному городу, а тело ломило. Ссадины на руках и лице щипали, в ногах ощущалась тяжесть, бок тянуло и член предательски ныл, прям как колени в плохую погоду. Этот предатель, какого черта он вообще решил среагировать? Я закурил следующую сигарету. Ну, это же не может быть, потому что меня избили? У кого вообще встанет, когда ему начищает рожу бандюган? Во Франции в свои годы я не раз подвергался насилию и, очевидно, мне это не нравилось, и никак не могло перерасти в фетиш. Я же верно рассуждаю? В ход пошла третья сигарета. Тогда, если посмотреть с другой стороны, то этот хлорофилловый даже не в моём вкусе. Начнём с того, что женщины лучше всех и никто не сможет их заменить. И парни, с которыми я встречался, совершенно не похожи на него... Мой телефон запиликал, предупреждая, что уже скоро будет поворот к круглосуточному. И правда, небольшой круглосуточный буквально через дорогу от меня. Когда я зашёл, парнишка-кассир пару секунд удивлённо смотрел на меня, а затем достал сигареты, которые я попросил. Осветлённые волосы, аккуратные проколы в ушах, на вид стройный и довольно молодой, вероятно, студент. Он попрощался со мной и пожелал спокойной ночи. Я вскрыл новую пачку и достал ещё сигарету. Вот с такими парнями я встречался, когда ещё жил во Франции. Добрые, стройные, ухоженные и милые. Полные противоположности замшелого громилы. Никто из них не лапал меня против воли и уж точно не избивал. Я вышел на небольшой пустынный перекрёсток. Не было ни души, только мотылёк, который бился о мигающий фонарь. Его попытки пробраться поближе к свету завораживали. Глупый, ты не сможешь до него достучаться, а если и получится, то сразу же сгоришь. — ... — Пепел с сигареты упал на тыльную сторону моей ладони, — Айщ! — Вспомнил! Мой первый был таким. Тогда я был ещё совсем юным и не до конца всё понимал. Думал, что эти отношения помогут мне разобраться в себе, но оказался неправ. Слава Богу, до анальных связей так и не дошло, как, в общем-то, и со всеми остальными моими партнёрами. Я выкурил ещё несколько сигарет, и вот уже дошёл до ресторана. Дорогой и любимый, даже в холодную ночь выглядит приветливо. Но врываться через главный вход будет зверством, поэтому я обошёл его к чёрному входу. Дверь, что странно, оказалась незаперта. Ресторан уже давно должен быть закрыт, так какого чёрта дверь не на замке. Я тихонько толкнул её и вошёл внутрь. Вокруг было темно и тихо. Я наизусть знал расположение всех предметов во всем ресторане, поэтому прошёл вперёд, не включая свет. Пройдя чуть внутрь, ближе к раздевалке персонала, я услышал странный скрип. Обернувшись в его сторону, увидел перед собой лицо. В эту же секунду снизу включился свет фонарика телефона, который жутко подсветил его. Я, честно, чуть не умер. С моего лица сошли все краски. — Хитоши-сан! — Выкрикнул я, когда пришел в себя. — Кто тебя этому научил? Я сейчас чуть не умер. — Я чуть помедлил и продолжил, — И вообще, что вы тут делаете? — Извини, шеф, — Начал он, включая свет. Вероятно, он не хотел меня пугать, а прост был в уборной и там сам испугался, когда услышал, как кто-то заходит. — Тебя ждал. — Он немного помолчал, а затем развернулся и продолжил — Я беспокоился, что с тобой может что-то случиться. Решил остаться и, видимо, не зря. Он молча пошёл к аптечке, только попросив меня сесть на ближайшую скамейку. Вот он сейчас ищет медикаменты, а что бы он делал, если бы я все-таки не пришёл? — Я рад, что ты, хоть и побитый, но всё же пришел. Если бы вернулся только утром, я бы, наверное, сошёл с ума. — Невероятно, он как будто бы прочитал мои мысли. Найдя всё необходимое, он сел напротив меня и снова начал говорить, подготавливая мази и антисептики — Пахнешь кровью, сигаретами и бандитом. — Он вылил антисептик на ватку и приложил к ране на моём подбородке. — Это он тебя так разукрасил? — Айщ! Каким ещё бандитом? И это я первый навалял ему. — Раны очень сильно болели. Щетина совсем не защищала меня от шанса получить ранение. — Когда ты ходил к тому «страшному гостю», то притаскивал за собой и запах его одеколона. — Он снова коснулся моего лица холодной ваткой. Теперь-то понял. Эти его духочки и правда довольно едкие, настолько, что стоило походить рядом с ним, как сразу же весть пропах. И этот запах не выветрился после нескольких часов на улице, и даже сигаретный дым его не взял. До этого не обратил особого внимания, но он и вправду каждую нашу встречу был окружен этим запахом. Хитоши закончил с подбородком и щеками. Осталась другая половина лица, прикрытая челкой. Он коснулся моих волос, но потом сразу же убрал руку, чтобы я сам по своему желанию открыл ему лицо. Я не стал ломаться и отодвинул челку – раз уж он начал обрабатывать мои ран, так пусть ему ничего не будет мешать, и он нормально выполнит свою работу. Он на секунду взглянул на моё лицо и тут же закрыл глаза. Оно правда было не в лучшем своём виде. Место удара отекло и слегка поменяло цвет. И сначала мне показалось, что останется просто синяк или отек, но потом я почувствовал странное жжение. Кожа на месте, где была пощёчина, лопнула и выглядела как шрам у Мугивары. Хитоши наконец взял себя в руки и продолжил обрабатывать. Это была самая жгучая ранка. Всё же, лечиться от побоев больнее, чем их получать. Он помазал всё заживляющей мазью, наклеил пластыри, где это было нужно, и перевёл взгляд на мои руки. Он сказал мне снимать пиджак. Я снял. На боку красовался синяк, на спине синяк, на кистях тоже синяк и только на кулаках – ссадины. Блядский организм, и надо было ему одарить меня такой тонкой кожей! Хитоши ничего не сказал, он только тяжело вздохнул и взял мою руку. Он продезинфицировал ссадины на костяшках и нанёс мазь на запястья. Он ещё немного подержал мои руки, перед тем как приступить к туловищу. У этого мужчины и правда большое сердце. Он старше меня и все ещё не женат. Всё время проводит на работе, от открытия до закрытия, отдавая всего себя ресторанному делу. Мне стоит назначить ему отпуск и нанять побольше барменов... Я отвлёкся на рабочие мысли, а он уже выдавил мазь на свои пальцы и провёл ими по моим рёбрам. Это вернуло меня из мыслей в реальность. Его большие и, казалось бы, грубые руки касались меня настолько нежно, что я почти не чувствовал боли. Он аккуратно, массирующими движениями втирал мазь в кожу, что приносило приятное расслабление. Но одних пальцев, видимо, было недостаточно, и он начал работать внутренней стороной ладони. Давление слегка возросло. Странное чувство: не сказать, что приятно, но и не больно. Я перестал следить за его действиями, поднял глаза и посмотрел прямо в темнеющее пространство ресторана. Очень странно. Большие горячие руки, которые я ощущал на своей талии, своим скольжением вызывали странные эмоции. У меня перехватило дыхание. Зоро. Я судорожно вдохнул воздух и схватил Хитоши за плечо. Он тут же отодвинулся от меня. Обеспокоенно посмотрев, он спросил: — Тебе больно? — Да, больно. — Ответил я. — Давайте закончим на этом. — Мужчина понимающе кивнул, вытер руки о салфетку и принялся собирать всё обратно в аптечку. Я в темпе оделся и продолжил говорить, — Хотите чего-нибудь поесть? Давайте я приготовлю, мы покушаем, вы поедите домой и возьмёте себе недельку оплачиваемых выходных. Я думаю, вы заслужили. — Ты?.. — Я? Я подготовлюсь к открытию и вызову сменщика на бар. Если не выйдет, то и сам постою, шеф же может и не только официантом быть? — Ты совсем себя не ценишь? — Спросил Хитоши. Он ещё никогда не говорил со мной в таком тоне. — Тебя отметелил якудза, а ты собираешься открыть ресторан и работать как ни в чем не бывало? — Ещё чуть-чуть, и он бы сорвался на крик. Я выставил перед собой полусогнутые в локтях руки, ладонями вверх. Слегка коснулся его предплечья, и уже хотел спросить, чем его разозлил, но он перебил меня. — Ты видел своё лицо? Если не заботишься о себе, то хотя бы о репутации ресторана побеспокойся. — Он снова тяжело выдохнул, схватил меня за плечи и одним движением усадил меня обратно на скамейку. — Я вызываю тебе такси, и ты едешь домой отдыхать, и это не обсуждается. — Я не успел задать вопрос, как он уже на него ответил — Ресторан открою я, не переживай. Буквально через пару мгновений я уже сидел в такси. Меня просто выгнали... Ну, может это и к лучшему. Я зашёл в свою маленькую, но уютную квартирку. Она находилась чуть ближе к ресторану чем клан Мугивар, и чуть в другую сторону. Было бы замечательно, если бы квартира с рестораном были в одном здании, но, увы. Меня всегда привлекал минимализм японских квартир, но со временем я понял, что это не так уж и удобно, лично для меня. Хоть я и оставил почти все свои вещи во Франции, в комнатке всё равно было мало места, троим людям здесь уже будет неудобно, о компании побольше я даже думать не стану. Но радует то, что есть европейская кровать и отдельная кухня. Не снимая костюм, я завалился на кровать. Решил, что помоюсь утром и как раз сделаю уборку, сменю постель, протру пыль и зря я так приземлился – аж бок заболел. Я свернулся калачиком и внезапно почувствовал от себя странный запах. Аромат хвои и мяты, смешанный с запахом моих сигарет. Я как будто бы курю в лесу, не могу перестать вдыхать этот аромат. Я так увлёкся и совсем забыл о том, что это духи Зоро так пахнут. Меня всего передёрнуло, от чего заныл бок и рана на лице. Ублюдок, сказал, что не хочешь «портить» такое красивое личико, а сам-то... Я аккуратно перевернулся на другую сторону, ложась раненым боком на свою руку. — Блять. — Прошипел я. Голос Зоро не выходил из моей головы. Ещё и этот запах. Синяк на туловище заныл ещё больше, я сжал его, и моё же действие напомнило мне о железной хватке зелёного якудза. Я закрыл глаза, в попытках думать о другом. Но образы в голове продолжали один за другим сменять друг друга. Как он шлепнул меня по заднице в нашу первую встречу, то, как легко он сровнял меня с полом, его запах, его низкий голос, широкие плечи тяжёлое дыхание, горячие руки, и этот спокойный взгляд, пронзающий насквозь. Я как будто бы снова ощутил твёрдую стену за своей спиной и пылающий жар перед лицом. Как разгоряченный, он держит мою голову и вертит мной, как ему вздумается. А я совсем не могу ему сопротивляться... Сердце застучало быстрее, и живот как будто бы свело, а по спине побежали мурашки. Я вскочил с кровати и, несмотря на ломоту в теле, побежал в ванную. Я скинул пиджак, плеснул в лицо холодной водой, опустил взгляд вниз и... Пиздец.