Последствия «героизма»

Нил замер на пороге, мысленно перебирая, кто ещё мог остаться. Но в раздевалке, кроме них двоих, никого не было. Миньярд спокойно сидел в кресле, закинув ноги к себе, и что-то внимательно рассматривал в книге, название которой Нил даже с такого расстояния разглядеть не мог. Собравшись с мыслями, Джостен направился к своему шкафчику. Собирать вещи было проблематично из-за боли в плече, которая лишь нарастала, затрудняя каждое движение. Он развернулся полубоком к Аарону, пытаясь одной здоровой рукой закинуть вещи в сумку, как вдруг в него прилетела маленькая подушка. Парень инстинктивно зажмурился, отводя голову. Удар пришёлся прямо по ушибу. Десять из десяти, Аарон. Очень метко. Миньярд поднял взгляд от книги. Его внимание привлекла слишком резкая реакция. — Что, Аарон? — спросил Нил, глубоко вздохнув, чтобы скрыть сдавленный от боли голос. Парень не сразу ответил. Он отложил книгу, не спеша, и лишь потом произнёс: — Мне нужно, чтобы ты забрал все свои вещи из комнаты. — Окей, — кивнул Джостен, стараясь, чтобы голос не дрогнул. И снова потянулся к сумке. Между ними повисло молчание. Теперь — напряженное . Нил чувствовал этот изучающий взгляд у себя на затылке — Что с рукой? — вдруг спросил Аарон, неожиданно, кажется, даже для самого себя. Его взгляд был слишком пристальным, и от этого Нилу стало не по себе. Не каждый день тебя удостаивает вниманием Аарон Миньярд. Вопрос повис в воздухе. Нил замер, застигнутый врасплох. Боль в плече, до этого фоновая, вспыхнула протестом. — Ничего, — буркнул он, резко отвернувшись к шкафчику и уткнувшись в беспорядок вещей, лишь бы не встречать этот пронзительный взгляд. — Всё в порядке. Сзади раздался короткий, тихий звук — не то вздох, не то усмешка. — Да ты всегда «в порядке», Джостен. — прозвучало с кресла. Голос Аарона был ровным, но в последних словах явственно звенела язвительная нота, от которой Нилу захотелось физически отстраниться. Книга на коленях у Миньярда была окончательно забыта. — Обычная ерунда, — выдавил Нил. — Да и не твоя забота Он попытался резко взмахнуть рукой для убедительности, но движение оборвалось на полпути, сменившись резкой, невольной гримасой боли. Губы искривились, челюсть напряглась. — «Ерунда» так не выглядит. Хотя ты прав и это не моя забота. Но когда кто-то из команды начинает играть в героя инвалида, это становится проблемой для всех. — произнёс Миньярд, медленно, со скучающим видом опуская ноги и поднимаясь. —Покажи. Нил наконец развернулся к нему лицом. Внутри всё кипело — смесь стыда, раздражения и этого проклятого дискомфорта. — Что на тебя нашло? Решил поиграть в милосердие?— выдохнул он, в голосе прорвалась настороженность . — Я представляю, как будет орать Дэй, — парировал Аарон, сделав ещё один неспешный шаг вперёд. Теперь между ними оставалось пару метров. — Особенно если узнает, что ты скрывал травму сознательно. Думаешь, твоя плохая игра незаметна? Как актёр ты никудышный. — Сам разберусь какой из меня актер, — огрызнулся Нил, но защита звучала слабо. — Само пройдёт. — Само пройдёт?— Аарон усмехнулся.— Только прямиком в больницу ,если ты не прекратишь этот цирк. — Его взгляд упёрся в неестественный рельеф под толстовкой. — Покажи. Прекрати тратить моё время на угадывания. Это не было заботой или беспокойством — лишь любопытство. — Ты не можешь нормально двигать рукой, — констатировал Аарон. — Если это растяжение или, что хуже, трещина, то «само» не пройдёт. Только усугубишь. И выпадешь из сезона не на день, а на месяц. Это в твоих планах? Сделать всем ещё хуже? Нил молчал, уставившись в трещинку на полу, и чувствуя, как гнев и бессилие душат его. Аргумент бил точно в цель.