Чувствовать или бояться.

– Мальчики, а что вы такие не весёлые? – изогнув бровь, с сарказмом спросила Анастасия. – Всегда такой живой разговор, энергичные споры, шуточки до такой степени, что чуть ли не лёгкие выхаркиваете, а теперь какая-то напряжённость и тишина. Всё хорошо? – притворно беспокоясь, добавила она. – Да, всё супер, просто... устали, наверное? – Женя кинул быстрый, но немного напряжённый взгляд на Мишу, чтобы посмотреть на его реакцию. Фадеев нахмурил густые брови, но не отвёл взгляда от компьютера, будто слишком занят и не хочет отвлекаться на бессмысленный разговор. Девушка нахмурила светлые брови, отзеркалив выражение Миши, хотя тот и не смотрел на неё. – Ну, теперь твоё предложение о психологе мне не кажется уж таким глупым, – с намёком сказала она и фыркнула. – Ладно, пойду запускать стрим. Кстати, а где Соня? Она снова потерялась в трёх соснах? Женя выдохнул. «Господи, спасибо, что ты сменила тему!» – подумал он. Не хотелось, конечно, так палиться, но как бы ни делал вид, что тебя ничего не тревожит, всё равно что-то будет выдавать. Хорошо, что она не стала копаться в этом дальше — за что он был очень благодарен такой необычной девушке, как Настя. – Через десять минут будет здесь, – подал признаки жизни Миша, отвечая мрачным голосом. – Опаздывать у неё в крови, но неудивительно — девчонка же, – криво улыбаясь, закончил он довольно сексистской фразой. «Неужели тот разговор в пекарне до сих пор даёт о себе знать?» – мысленно спросил себя Женя. Настя улыбнулась, но в этой улыбке не было и доли радости. Глаза горели инфернальной яростью. – Сдаётся мне, что кто-то часто опаздывал на свидания с тобой, но их понять можно, – мило ответила она, окинув его с ног до головы высокомерным взглядом, что кричал громче слов: мол, «скажи спасибо, что с тобой вообще хоть кто-то встречается». Котов наблюдал за этой сценой, не смея что-либо сказать, чтобы не дай бог не прервать «милое» общение между двумя язвами. И как милая и добродушная София вообще находится рядом с ней? Но тут же его подсознание выдало очевидную ассоциацию — где он и Миша — и всё стало ясно. Михаил стал закипать, но внешне казался отстранённым. Его пальцы предательски подрагивали, хоть он и старался принять вид напыщенного индюка, которому нет дела до всяких куриц, так нагло забывающих своё место в пищевой цепочке. Недовольное хмыканье отрезвило Женю, что так внимательно изучал Мишин вид, и он свернул взгляд с него на окно, за которым во всю лил дождь. Фадеев мог хорохориться сколько угодно — Женя видел его насквозь. Девушка же резко развернулась; длинные блондинистые локоны образовали своего рода хлыст. Демонстративно, с поднятым подбородком, она направилась в свою рабочую комнату. В проёме она обернулась, взглядом проверяя их, будто ища, к чему можно напоследок придраться, но Женя заинтересованно сверлил взглядом что-то за окном, а «дятел Вуди», как она мысленно назвала Мишу, что-то печатал. Дождавшись, пока Настя скроется за дверью, оба парня повернули головы друг к другу: – Стерва, – выплюнул Михаил, на что Котов закатил глаза. Дверь резко открылась, и в квартиру влетела вся красная и запыхавшаяся Соня. С её волос капала вода, а одежда промокла до нитки. – Ну и погодка-а... – протянула-пропыхтела она и улыбнулась чему-то своему, снимая кроссовки. – Зато освежилась перед потной каткой, – хохотнула она. – И тебе привет, – одновременно ответили парни. – Настёна уже тут, да? – они кивнули. – Боже! Бедная моя кошечка! Ну ладно, пожелайте мне удачной смены... И, кстати, вы сегодня оба прекрасно выглядите! – пропела она, убегая в комнату. – Сладкая она, да? – спросил Миша, провожая девушку взглядом до закрытой двери, а затем его глаза медленно перешли на Котова, прищуриваясь. – Да, пожалуй... – тихо ответил Женя, поправляя очки, которые неожиданно стали ощущаться слишком тяжёлыми. Ему действительно нравилась София своей лёгкостью, улыбчивостью и какой-то простотой, что ли. Некий лучик солнца, способный согреть — а может, даже и обжечь, если нужно, — но пока он не видел такой стороны её характера. Миша усмехнулся, но взгляд задержался на нём дольше, чем на Соне. Атмосфера в зале действительно стала теплее, будто кто-то открыл окно и в комнату ворвался кислород.

***

Потихоньку в просторной квартире стала набирать обороты какофония: в одной комнате слышен смех, в другой — стоны, в третьей — бурное обсуждение темы, которая с русского переходила на английский и обратно, а в остальных играла музыка разных жанров. Проще говоря, привычный образ жизни вебкам-студии. – Сейчас переписывался с владельцами другой студии. Они недавно приобрели камеру, которая снимает комнату на триста шестьдесят градусов. Она позволяет мемберам, у которых есть виртуальные очки, почувствовать, будто они находятся с моделью в одной комнате. Это в тренде, и с этого неплохо бабки рубят. Может, тоже приобретём? – неожиданно подал голос Фадеев. Женя поднял взгляд с тетради, где вёл подсчёты, на Мишу. – Хорошая мысль, – улыбнулся он. – Супер, тогда заказываю. Повисла пауза, в которой, судя по всему, некомфортно было только Евгению. После прогулки и посиделок в пекарне, которые, как надеялся Женя, помогут сблизиться, наоборот только расширили пропасть. – Не хочешь чаю? – попытался он. – Нет, – сухо ответил Фадеев. Тишина. Ну и пожалуйста, не больно-то и хотелось. – Но если сделаешь, то не забудь две ложки сахара и те шоколадные печенья, – пробубнил Миша. – Конечно, – расплылся в лучезарной улыбке Женя. Стул заскрежетал по полу неожиданно громко, но это никак не смутило парня — он торопливо подошёл к кухонному столу, ставя чайник греться и готовя стаканы с печеньем. Горячий чай всегда грел не только тело, но и душу. Ибо как ещё объяснить такой феномен, что даже эта холоднокровная змея улыбалась от него? Видимо, душа ещё там оставалась, хотя иногда Жене казалось, что тот давно её обменял на внешнюю красоту. Правильно мама говорила: не всё золото, что блестит. – Тебе когда-нибудь казалось, что даже если всё идёт не по плану, но интуитивно ты чувствуешь, что так и нужно? – начал Женя. – Господи, ты опять за своё? Пей молча! А лучше вообще возьми печенье и жуй, чтоб уж точно не было возможности начинать эти разговоры о великом. – Ну правда, я хочу поговорить... – надул губу Женя. Миша задумался, а затем коварно улыбнулся. – Я отвечу, если мы сыграем в одну игру. Скажи мне, как собачка делает? – В смысле? Какой звук издаёт или что? – Фадеев кивнул. – Ну... гав-гав... – не понимая, что происходит, ответил Женя. – Так. А как кошечка делает? – Мяу-мяу... Миш, у нас что, рубрика какая-то зоологическая? – Цыц! А как кит делает? – Э... я откуд... – на него полились брызги чая из рта Миши. – Вот так и делает, – самодовольно ответил он, сияя так ярко, что аж глаза заболели от его широкой улыбки. Воистину редкое явление в природе, но как не кстати оно появилось, чтобы насладиться без желания кого-нибудь убить. – Ах ты-ы!.. – не успел Женя просклонять наглого мерзавца по всем падежам, как раздался гневный крик Насти из комнаты, а потом быстрые шаги — и в зале показалась Соня. – Мальчики, у нас ЧП! – торопливо начала она. – Оу... Женя, ты что, в душе облился? Бля, извини... Это, видимо, я забыла его переключить... – виновато опустила взгляд девушка. Фадеев расхохотался. – Ну-ну, ещё не вечер, идиот, – пригрозил пальцем Котов Мише. – Что у вас случилось? – Всё как обычно: слетела связь во время привата. Вы можете как-нибудь это исправить? – с надеждой спросила она. Они вошли в комнату, где витал приятный аромат чьих-то вишнёвых духов. Огромное зеркало было украшено светодиодной лентой, переливающейся всеми цветами радуги. Свет кольцевых ламп бил агрессивно и точно в глаза. У Жени голова пошла кругом, что аж пришлось сделать пару глубоких вдохов и выдохов. Зато Миша был как рыба в воде, только раздражённый тем, что проблема с трансляцией отнимает его время и деньги, которые они могли бы заработать. Соня встала у кровати, неловко обнимая себя за плечи и аккуратно поглаживая их, будто успокаивая. А на кровати с недовольным лицом вальяжно лежала Настя — словно королева, для которой весь спектакль и был устроен, и всё это под песню Born to Die. Ну прям как из плохого анекдота, не иначе. Женя не обманывался её позой и слегка нахмуренным лицом: она будто взглядом пришибла их к стене, обещая все круги ада и расчленёнку, если они не исправят ситуацию. – Куда ты полез, господи?! Сейчас всё только хуже сделаешь! – плевался ядом Миша, наклоняясь к ноутбуку. Его локоть почти задел грудь Жени, отчего у того по телу прошёл электрический импульс. – Я вообще-то не первый год в этом варюсь, или у тебя память как у Дори? – тихо огрызнулся Женя, пытаясь протянуться к проводам под столом, неловко задевая ногу Миши, а тот полез за ним. Всё произошло снова сумбурно. Касания плечами. Тепло. Коротко. Но и этого хватило, чтобы снова испытать ощущения, которых невозможно описать словами. Оба сглотнули. – Мм... ты можешь осторожнее? – выдохнул Миша, а голос вдруг стал ниже и бархатнее. – Тут и так всё... чувствительное. У Софии глаза на лоб полезли, будто она увидела то, что не должна была видеть. Пришлось даже очки протереть вместе с глазами — вдруг почудилось? Неужели её в столь юном возрасте уже обманывает зрение? Настя, разумеется, тоже заметила эту сцену, но никак не отреагировала. Пока рано делать выводы — нужно наблюдать дальше. Мышка, что всё это время лежала слишком близко к Насте, нечаянно нажалась из-за её движения. Ноутбук загорелся, и трансляция запустилась, но помимо девочек в кадре теперь были двое парней. Каждой твари по паре, да? Камера включилась. Пик. – Ой... – сказала спокойно блондинка. – Кажись, я не в ту вену попала. Это провал. Самый настоящий провал. По правилам сайта посторонним людям нельзя оказываться в кадре — это может повлечь блокировку. А потом пиши пропало всем их стараниям, деньгам и долгое раскручивание аккаунта коту под хвост. Не зря дуо Сони и Насти ценили больше всего: Во-первых: у них был онлайн больше, чем у всех других моделей студии вместе взятых. Во-вторых: деньги. Девочки работали хоть и меньше, чем другие, из-за того, что Соня училась и еле умещала пары с работой, параллельно делая домашние задания. А что касается Анастасии — чёрт знает, что у неё творится в жизни. Как ни пытались ребята с ней пообщаться — в ответ летели сарказм, колкие фразы или: «Ой, потом поболтаем». Но всё это не мешало им приносить основную прибыль. «Золотые рыбки» — как назвал их Михаил. Со временем они перестали расспрашивать с целью наладить отношения и пришли к выводу: спасибо, что хоть приходит. Фадеев подозревал, что девочка балуется веществами — были признаки. Но он никак не мог осуждать, ведь сам недалеко ушёл. А чат в трансляции взорвался сообщениями: "Они вместе работают?!" "Девочки, кто это?! Это ваши операторы?" "Лживые потаскушки! А мне говорили, что не в отношениях!" "Ну вот тот в очках симпатичный, я бы его туда-сюда" "Покажите член! Член покажите!" – Вот теперь точно пиздец... – послышались голоса в унисон из коридора, где, видимо, всё это время стояли Лера с Машей и наблюдали за цирком уродов. Анастасия роняет фразу: – Знаете, мне иногда кажется, что мы ведём себя как семья. Только с очень неправильной семейной динамикой. Ты согласна со мной, курочка моя? – посмотрела она на Софию. – Да не говори... – кивнула та. Трансляцию всё же остановили, дабы вездесущая администрация сайта не успела заметить грубое нарушение. Проблема, что возникла у девочек во время привата, была решена успешно, и они спокойно вернулись к работе. Выходя из их комнаты, Котов почувствовал прикосновение Миши к плечу — лёгкое, будто во сне. Он выдохнул и обернулся. – Жень... Тот поднял взгляд и встретился с глазами, которые смотрели, словно в душу. – Помнишь, ты спросил меня, было ли у меня чувство, что всё идёт не по плану, но всё равно правильно? – Ну да... – Сейчас это оно и есть.