Зеркало, открой секрет...

«Зеркала не врут.

Они просто показывают то,

что мы боимся увидеть.»

Тэхён курил уже вторую сигарету подряд, хотя обещал себе ограничиться одной. Сизый дым тянулся тонкими нитями, едва заметно колыхаясь в воздухе. Юнги сидел напротив, развалившись на подоконнике и молча выслушивал эмоциональный пассаж друга с выражением человека, давно постигшего дзен. Как ни крути, выдержать за один разговор подробный пересказ пропущенной недели — это уже не шутки. Не выпуская сигарету изо рта, Тэхён фонтанировал презрением и возмущением так ярко, словно всё случилось только вчера. — И он, прикинь, — Тэхён резко выдохнул дым, — стоит такой, весь из себя, сука, умный, и говорит: «Ответ неправильный». Юнги кивнул, словно поставил мысленную пометку. — Я ему говорю: «В смысле — неправильный?» — Тэхён махнул рукой, едва не сбив пепел на кроссовки. — А он: «Их всё равно семь». Семь, блядь. Семь! Юнги приподнял бровь и медленно выдохнул, будто решая, стоит ли это объяснять. — Формулировка была: «Сколько гномов остаётся», — задумчиво произнёс он. — Не сколько присутствует, не сколько активно взаимодействует. Тэхён замер. Пепел таки украсил белоснежные кроссовки серой пылью. — Ты сейчас серьёзно? — Абсолютно, — Юнги пожал плечами; уголок рта при этом дрогнул. — Отпуск, ссора и ложь не отменяют факт существования. — Да ты издеваешься! — Тэхён прищурился, сверля предателя злобным взглядом. — Ты что, за него? Вместе это придумали? — Я за точные формулировки, — спокойно ответил Юнги. — Ты сам рассказывал. Слово в слово. Тэхён скрипнул зубами и отвернулся к окну. — Ненавижу тебя. — Знаю, — Юнги поморщился, словно задели неприятное воспоминание. — Только не начинай вспоминать про горшок. — Ты и без моей помощи сам прекрасно справляешься. Повисла пауза. Тэхён затянулся, потом резко смял сигарету о край жестяной банки. Курилка была тесной и облезлой, с облупившейся табличкой «Курение запрещено» и вечным запахом старого дыма. Местом, которого на территории университета официально не существовало. — Он это специально сделал, — глухо сказал Тэхён, не поворачивая головы. — Не загадку. Ловушку. — Это очевидно. — Очевидно?! — он обернулся, выставив указательный палец как оружие. — Для тебя, может, и очевидно. А я там стоял как идиот. Юнги прищурился, внимательно разглядывая друга. — Ты злишься не потому, что проиграл, — внезапно выдал он. — А почему же? — Потому что он был прав, — сказал Юнги без тени издёвки. — И потому что ему понравилось. Тэхён хотел огрызнуться, но слова застряли в горле, вместе с табачной горечью. Он снова закурил, тихо выдохнув: — ... ещё и улыбается так… Как будто… — Как будто уже всё разложил от «а» до «я», — закончил Юнги. — А тебе осталось только идти по намеченному маршруту. Тэхён бросил на него подозрительный взгляд. — Ты точно не телепат? — Нет. У меня просто хорошая память. — Бесишь. — Взаимно. Юнги спрыгнул с подоконника и подошёл ближе, забирая у друга сигарету, чтобы затянуться самому. Тэхён возмущённо открыл рот, но промолчал. — Слушай, — сказал Юнги, выдыхая дым вверх. — Когда будет третья загадка… — Будет, — мрачно ответил Тэхён. — Задом чую. — Тогда не считай и не решай. Просто слушай. — Что? — Он не проверяет твои знания. Он смотрит, заметишь ли ты, где именно он врёт. Тэхён нахмурился. — То есть… — Он всегда оставляет лазейку, — Юнги пожал плечами. — И рассчитывает, что ты туда не посмотришь. Тэхён усмехнулся — криво, зло. — В следующий раз я его уделаю. — Угу. — Эй! Ты мне не веришь? Юнги посмотрел на него внимательно, почти устало. — Я верю, что ты упрямый. Иногда этого достаточно. Тэхён громко фыркнул. — Спасибо, блядь! Очень поддержал! — Обращайся. В тот самый момент, когда дружеская поддержка выходила на новый уровень, у Тэхёна настойчиво завибрировал телефон, отвлекая от дальнейшего обмена любезностями. Он глянул на экран и застыл. — Кто там? Неужели сам Чонгук? — спросил Юнги, пытаясь рассмотреть имя контакта. — Ещё чего! Профессор Хан, — медленно произнёс Тэхён. — Просит зайти. Меня. И… — он скривился. — Его. Юнги хмыкнул, без стыда и совести утаскивая сигарету из открытой пачки. — Ну вот и повод для новой загадки. — Ты знал? — Нет, — честно ответил Юнги. — Но я не удивлён. Вы как дети: вместе невыносимо и порознь — никак. Так и тянет столкнуться лбами. Тэхён сунул телефон в карман и глубоко вдохнул, проигнорировав шпильку. — Если он снова начнёт... — Тогда слушай внимательнее, — напомнил Юнги, уже без усмешки. — Он всегда прячет главное в вопросе. Тэхён кивнул, уже отходя. — И ещё, — добавил Юнги ему вслед. — Чего? — Ты опять куришь ментол. — И что? Юнги усмехнулся краешком губ. — Значит, он тебя очень сильно зацепил. Тэхён, не оборачиваясь, продемонстрировал средний палец и вышел, чувствуя, как где-то внутри снова неприятно и азартно щёлкает.

***

Кабинет профессора Хана пах старыми книгами, пылью и неизменным кофе — крепким, до горечи. Всю стену слева занимали прочные металлические стеллажи, от пола до потолка, педантично заполненные учебными материалами, методичками, справочниками и книгами — наверняка редкими и давно вышедшими из обращения. У некоторых корешки не выдержали испытания временем и рассыпались, но, тем не менее, были аккуратно заклеены бумагой, подобранной в тон. Профессор Хан явно любил книги больше, чем людей, и, судя по идеальной чистоте в кабинете, проводил с ними куда больше времени. Тэхён стоял у стены, скрестив руки, и смотрел в окно, делая вид, что ему всё равно. Получалось плохо. Глаз периодически нервно дёргался. Чонгук, напротив, чувствовал себя слишком свободно. Он устроился на стуле, закинув ногу на ногу, и лениво разглядывал полки, будто выбирая, что можно стащить на память. — Итак, — профессор Хан поправил очки и посмотрел поверх них сначала на одного, потом на другого. — У меня два студента с поразительно схожими темами курсовых. Тэхён сжал челюсть. — Я согласовывал свою тему неделю назад, — сказал он ровно. — У вас. — Помню, — кивнул профессор. — Вы действительно подходили. Чонгук ехидно прищурился, отбивая пальцами по подлокотнику кресла незамысловатый ритм. — Но тема была свободна, — произнёс он. — На момент, когда я подал заявку. — Формально — да, — Хан вздохнул и потер переносицу. — И вот мы здесь. Повисла пауза. — Я не собираюсь вести два одинаковых исследования, — продолжил профессор. — Поэтому решать вам. — Каким образом? — спросил Тэхён, упрямо игнорируя Чонгука. Хан задумался. — Один из вас должен доказать, что способен подойти к теме глубже. Логичнее. Внимательнее. — Отлично, — быстро произнёс Чонгук и по его губам скользнула усмешка. — У нас уже был подобный спор. Профессор приподнял брови. — Был? — Да, — он бросил короткий взгляд на Тэхёна. — Мы пришли к рабочему формату. — К какому ещё формату? — процедил Тэхён, пытаясь незаметно для профессора, на пальцах, продемонстрировать скручивание чужой головы. — К проверке мышления, — невозмутимо ответил Чонгук. — Через вопросы. Хан заинтересованно подался вперёд. — Вопросы, значит, — протянул он. — Любопытно. Тэхён резко повернулся. Жар предательски залил скулы. — Профессор, с уважением, но это несерьёзно. — Наоборот, — Хан кивнул. — Это ровно то, что мне нужно. Мне важен не ответ, а ход мысли. Тэхён почувствовал, как внутри всё медленно закипает. — Хорошо, — сказал он сквозь зубы, стреляя взглядом прямо в придурка. Жаль не на смерть. — Тогда можем начать прямо сейчас. Чонгук улыбнулся. Едва заметно. — Не сейчас. — Почему это? — Тэхён издевательски выгнул бровь. — Потому что, — Чонгук встал, выпрямляясь, — такие вещи лучше обсуждать вдвоём. Тэхён поймал его насмешливый взгляд. — Согласен, — сказал он резко. Действительно, придушить придурка лучше без свидетелей. Профессор Хан перевёл взгляд с одного на другого и устало вздохнул. — Ладно. Разберитесь сами. Но без цирка. И с результатом — ко мне. — Конечно, — прозвучало в ответ почти хором. В коридоре было непривычно тихо. Пара недавно началась, и студенты разошлись по аудиториям, пихать ценные знания в многострадальные головы. Лишь гулкое эхо шагов отражалось от стен. Воздух был пропитан застоявшимся запахом пыли и мела, а лампы под потолком гудели ровно и слишком назойливо. Чонгук шёл впереди, расправив плечи и не оглядываясь — словно был уверен, что за ним последуют без вопросов. Это выбесило окончательно. Тэхён ускорился и схватил его за запястье на повороте, словно шпион из засады и резко дёрнул в сторону — к приоткрытой двери справа. Только через секунду накрыло осознание, какую херню он выкинул. Хорошо ещё, что туалет оказался мужским. — Эй, — успел возмутиться Чонгук, прежде чем Тэхён, действуя на автомате, втолкнул его внутрь свободной кабинки и захлопнул дверь. Что-что, а планирование никогда не было его сильной стороной. Всем рулили блядские эмоции. Разборки в туалете — под однозначный шумок кем-то справляемой нужды и резкий запах освежителя... Ниже он ещё не падал. Но раз уж начал творить дичь — не останавливайся. Твори дальше, пока не накроет с головой. Прекрасный девиз! Похоже, Тэхён живёт под его эгидой с самого рождения. — Да ты, блядь, издеваешься? — Тэхён замер, сжимая кулаки. Внутри всё пылало, а глаза, словно зеркало, отражали этот огонь — смесь удивления, раздражения и едва ощутимого любопытства. Он чувствовал себя котом Томом из одноимённого мультика — тем самым, у которого частенько из ушей валил пар от бешенства на одного мелкого, изворотливого Джерри. Того, кто сейчас занял всё пространство узкой кабинки своими плечами, грудью почти касаясь его груди, сложно было назвать мелким. Но задетому самолюбию было плевать на такие несостыковки. — Я? — невинно уточнил Чонгук, взмахнув ресницами и чуть наклонив голову. Тёмный, хитрый взгляд прожигал насквозь. Дыхание ощущалось слишком близко и чересчур отчётливо. Тэхён застыл, прислушиваясь — и к себе, и к звукам за хлипкой перегородкой. Внезапный телефонный звонок где-то совсем рядом заставил его вздрогнуть. Сердце на мгновение сбилось с ритма, жар плеснул на скулы, вызывая злость — на себя, на него и на эту дурацкую ситуацию в целом. — Играем? — негромко бросил Чонгук, приподняв бровь и коварно усмехнувшись. — Правила те же. Цену выигрыша знаешь. — Валяй, — тихо выдохнул Тэхён, на секунду прикрывая глаза. — Цена — курсовая и волосы. — Поднимаешь ставки? — хищно усмехнулся Чонгук, закусив нижнюю губу. Пальцы вскользь коснулись запястья Тэхёна — будто случайно. — Тогда в случае проигрыша выполнишь то, что я скажу. По рукам? Он не протянул ладонь. Просто ждал. Тэхён ощутил, как внутри шевельнулось что-то противоречивое: азарт и странная, предательская дрожь, закручивающаяся где-то под рёбрами. Их близость была слишком ощутимой — будто пространство сузилось до одного неровного вдоха. Каждый взгляд, каждое микродвижение лишь подливали масла в огонь. — Не проиграю, — выдавил он сквозь зубы, стараясь сохранить холодный тон. — Не тяни. И тут же понял, что собственные ощущения окончательно выходят из-под контроля. Чонгук едва заметно улыбнулся, словно прочитав это по лицу. Во взгляде мелькнул вызов. И Тэхён ясно осознал: вопрос был уже не в победе, а в том, хватит ли сил остановиться — или же позволить игре продолжаться, шаг за шагом погружаясь в это дерзкое, электризующее напряжение. — Тогда вопрос следующий… — начал Чонгук и резко замолчал. Тишина сомкнулась вокруг них почти осязаемо. За перегородкой кто-то закончил разговор, следом зашумела вода, а затем хлопнула дверь. Шаги быстро стихли в коридоре, оставляя их наедине. — Опять вопросы про гномов? — скептически выгнув бровь, уточнил Тэхён. — Оставим гномов в покое, — ответил Чонгук и наклонился ближе, почти касаясь губами его уха. Голос опустился до шёпота, и по шее Тэхёна побежали предательские мурашки. — На этот раз вопрос совсем детский. Что тяжелее: килограмм пуха или килограмм железа? Тэхён громко фыркнул. — Серьёзно? — он закатил глаза. — Одинаково. Килограмм есть килограмм. — М-м, — протянул Чонгук. Блядское дежавю! Это «м-м» на километр воняло подставой. И всё же, Тэхён ещё никогда не был так уверен в своём ответе. — Поздравляю, — не отрывая пристального взгляда, с ленивой усмешкой продолжил Чонгук. — Ты ответил правильно. Это «правильно» почему-то не принесло радости или облегчения. Напротив — внутри что-то неприятно сжалось. — И? — настороженно спросил Тэхён. — И... ты ответил как взрослый, — спокойно добавил Чонгук. Вот и он. Подвох, мать его. — Что это значит? — нахмурился Тэхён, лелея надежду, что ему показалось. — А вопрос был детский, — Чонгук пожал плечами, словно объяснял очевидное. — Дети отвечают «железо». Значит, ты ошибся. Тэхён замер, отказываясь верить в услышанное. — Ты сейчас серьёзно? — медленно выдохнул он. — Мы так не договаривались. — Мы вообще много о чём не договаривались, — так же спокойно заметил Чонгук. — Например, о критериях. — Да пошёл ты, — процедил Тэхён, пытаясь его оттолкнуть. — Это не игра. Это херня. Чонгук не отступил. Напротив — шагнул ближе, поворачиваясь так, что Тэхён оказался прижат к стене. Расстояние исчезло окончательно. Воздуха вдруг стало катастрофически мало. Спина упёрлась в холодную плитку, а чужое дыхание лёгкой щекоткой скользнуло по скуле, опускаясь к шее. Сердце глухо ударило в рёбра. — Я сказал — пошёл ты, — повторил Тэхён, но голос предательски сорвался. — Говоришь, а сам не отстраняешься, — почти беззвучно заметил Чонгук. Их взгляды сцепились. Слишком близко, чтобы сделать вид, что ничего не происходит. Слишком долго, чтобы это всё ещё было просто игрой. Чонгук наклонил голову — не касаясь, не целуя, оставляя между их губами расстояние в один вдох, в котором смешались его дыхание и запах — тёплый, с оттенком табака. Ещё шаг — и пути назад не будет. Это стало последней каплей. — Заткнись, — выдохнул Тэхён и дёрнулся вперёд раньше, чем успел подумать. Он не собирался целовать — правда. Хотел оттолкнуть, врезаться плечом, разрушить эту удушающую близость. Но в тесном пространстве движение вышло смазанным, неловким, и вместо удара его губы задели чужие — резко, почти грубо. На секунду. Ровно на одну. Этого оказалось достаточно. Чонгук замер, будто его ударили током. Тэхён тоже — с широко распахнутыми глазами, всё ещё ощущая чужое дыхание у самых губ. Пальцы судорожно сжались в складках толстовки, будто он сам не понял, когда успел в неё вцепиться. — Чёрт… — сорвалось хрипло. Он отпрянул первым, будто обжёгся, затылком ударившись о стену. На губах остался вкус — яркий, чужой, слишком отчётливый, чтобы списать на ошибку. Несколько секунд Чонгук молчал. Потом медленно усмехнулся. Не ядовито и раздражающе, а неожиданно мягко. — Это уже часть твоей игры? — тихо спросил он. — Заткнись, — повторил Тэхён, но голос прозвучал глухо, без прежней уверенности. — Тогда в следующий раз, — негромко сказал Чонгук, наклонившись совсем чуть-чуть, — постарайся целиться лучше. Он не продолжил. Не коснулся. Просто задержался слишком близко — и отстранился, оставляя после себя пустоту и бешеное напряжение, от которого хотелось выругаться вслух. И с пугающей ясностью до Тэхёна дошло: черта уже пройдена. И списать это на случайность не выйдет. Он прикрыл глаза и резко выдохнул — будто собирался что-то сказать. Или уйти. Не получилось ни то, ни другое. — Ты… — начал он и осёкся, сжав челюсть. В узкой кабинке не было пространства для манёвра. Лопатки упирались в стену и чужое тело было всё ещё слишком близко. Тэхён всем своим существом ощущал исходящий от него жар. Чонгук смотрел не провоцируя и не усмехаясь. Просто ждал. Это раздражало сильнее любых слов. — Не смотри так, — зло бросил Тэхён. — Как? — спокойно спросил он, не отводя взгляда. Ответа не последовало. Вместо этого Тэхён сделал шаг вперёд — короткий, резкий, лишённый колебаний. Ладонь легла на чужую грудь, не отталкивая, а фиксируя. Он наклонился первым. Этот поцелуй не был случайным. Жёсткий, уверенный, без предупреждения — он прижался губами так, будто доказывал что-то: себе, ему, этой проклятой тесноте. В нём не было нежности — только упрямство и напряжение, которое больше некуда было девать. Чонгук замер на мгновение, поддавшись внезапному напору, приоткрыв рот и ощущая чужой вкус на языке. А потом, уложив горячую ладонь на шею, ответил. Так же жёстко. Так же осознанно. Чонгук другой рукой перехватил его за запястье, прижимая к стене уже по-настоящему, и поцелуй стал глубже, требовательнее. Без спешки. Без игры. С ясным, почти пугающим пониманием того, что происходит. Губы сминали друг друга, по сантиметру завоёвывая новую территорию и тут же отступали — подаваясь чужому напору. С еле слышным стоном, Чонгук перехватил инициативу и проник языком в рот, до крови поцарапав пирсингом нижнюю губу. Тэхён зашипел от неожиданности и отстранился первым, тяжело выдыхая. Язык прошёлся по ранке, а во рту появился слабый металлический привкус. — Это… — он сглотнул. — Это не было частью игры. — Я знаю, — так же тихо ответил Чонгук. Между ними снова повисла тишина — натянутая до предела. Отступать было некуда. Притворяться — незачем. И теперь это понимали оба. Тэхён не успел отстраниться окончательно, когда за тонкой дверцей раздались шаги. Сначала глухо, в отдалении. Потом ближе. И сразу же последовал резкий стук. — Эй, — донеслось снаружи. — Там занято? Оба вздрогнули одновременно. Чонгук моментально отстранился. Ладонь исчезла с запястья, но расстояние между ними всё ещё оставалось опасно малым. Тэхён резко втянул воздух — адреналин ударил в голову, сменяясь злостью на самого себя. — Да! — отозвался он, не сразу узнав собственный голос. — Занято. Снаружи недовольно выдохнули. Шаги сместились, но не ушли далеко. Кабинка наполнилась звенящей тишиной, тяжёлой от недосказанности. Чужой взгляд не отпускал ни на секунду, отзываясь тягучим и пульсирующим напряжением внизу живота. — Блядь, — отвернувшись прошипел Тэхён и пристально уставился в разрисованную дверь. Словно в этот момент не было ничего интереснее, чем изучить каждый кривой штрих чужого маркера. — Я тебя сюда не тащил, — тихо заметил Чонгук за спиной. Это взбесило окончательно. — Мы закончили, — бросил Тэхён, не оборачиваясь. — Пока, — спокойно согласился Чонгук. Щёлкнул замок. Тэхён вылетел из кабинки, словно за ним гнались демоны, плечом задевая косяк — как если бы тот был в чём-то виноват. Даже не оглядываясь, он кожей чувствовал на себе пронзительный взгляд чёрных, как оникс, глаз. Тэхён 15:43: Чисто гипотетически. Если два человека… ну… допустим… поцеловались. Это автоматически считается чем-то? Юнги 15:44: Гипотетически ты сейчас выглядишь как идиот. Тэхён 15:44: Я серьёзно. Юнги 15:45: Тогда гипотетически: да, считается. Практически: ты втрескался. Тэхён 15:47: Закройся. Юнги 15:48: Нет. Но рад за тебя. Тэхён уставился в экран и поймал себя на том, что задержал дыхание. Только через пару секунд резко выдохнул. Чёрт. Сегодня их игра вышла на новый уровень.