Скромное обаяние чертополоха

Утро началось с почты. Запыхавшийся Лурди притащил утреннюю корреспонденцию, газету «Ежедневный Пророк», еженедельное послание от дяди и письмо от Амбридж, которое я сразу открыла. Очень ждала новостей от нее. Долорес многословно благодарила и хвасталась, что получила новое назначение. Я судорожно выдохнула, понимая, что не дышала, пока не открыла конверт. Амбридж писала, что новый Министр Магии, Амелия Боунс, назначила ее своим первым помощником. От волнения у меня затряслись руки. Так, спокойно. Все же хорошо? Только непонятно, что дальше. После успешного излечения прыщавой Эджкомб моя единственная просьба вызвала у Амбридж горячее одобрение. Я попросила подумать об усиленной защите для Главы Отдела Магического Правопорядка. Мотивировала тем, что вернувшийся Волдеморт постарается максимально ослабить Министерство, Фадж - уже отработанный материал, слишком много косяков, точно лишится места, а выбирать будут между Боунс и Скримджером. Если вовремя поддержать правильного кандидата, можно будет неплохо устроиться при новом руководстве. Так что Боунс была под реальной угрозой. Долорес всегда держала нос по ветру, интриги в Министерстве цвели пышным цветом, так что к моей просьбе прислушалась и охраной озаботилась. Между прочим, мотивировала бойцов своими кровными средствами. Не прогадала моя старушка, молодец! Судя по письму, это сработало. Живая и здоровая Амелия стала новым Министром, Амбридж снова в обойме. Интересно, будет ли Боунс более эффективным Министром, чем оригинальный Скримджер? Теперь увидим. В газете увидела подтверждение, большое интервью Скитер с новым Министром. Прочитала внимательно, мне очень понравилось. Говорила Боунс по делу, мало обещала, зато сообщала позитивные факты. Удалось вернуть на место стражей Азкабана, поймали несколько сбежавших из тюрьмы Пожирателей, предотвращено два теракта. Скупо поделилась подробностями неудавшегося покушения на свою жизнь, Авроры дали бой, уничтожены рецидивисты Рабастан Лестрейндж и Амикус Кэрроу, останки идентифицированы. Круто взялась, молодец. Хорошо сказала о Гарри Поттере: спасибо, что не побоялся и предупредил, когда все не верили, но теперь пусть спокойно учится. Дело взрослых - защищать детей, а не наоборот. О роли директора высказалась скупо, пусть учит школьников, он на своем месте. Она позаботится о гражданах. Я тоже старалась немножко помочь, мне было чем гордиться. Эммелину Вэнс тоже удалось спасти, отправив ее на профильное обучение в Рим на четыре недели. Тут вообще все случайно получилось: подсобил дядюшка, он иногда забегал ко мне, делился новостями и вот в очередной раз рассказал о том, что пропадает приглашение на интереснейшие профессиональные курсы. Я совершенно ненавязчиво поинтересовалась подробностями, дядя поделился, что раздумывает, кому передать приглашение. Оно не именное, а деньги уже отданы в полном объеме, жаль, если пропадет. Он-то хотел отправить старшего сына, но тот только обживается в Париже и наотрез отказался. Спросила о возможных кандидатах, промелькнула имя Эммелины Вэнс, ну я и попросила отправить именно ее. Объяснила тем, что это единственное женское имя среди пяти названных молодых юристов. Дядюшка добродушно посмеялся, потом согласился, и через два дня написал мне, что счастливая мисс Вэнс умчалась на континент. Минус одна смерть, это очень хорошо. Неизвестно, как дальше сложится, но пока пронесло. Я же продолжала возиться с любимым проектом по гербологии да общалась с Гарри. Гибель еще одного мучителя родителей отозвалась в моей душе одобрением, остался еще всего один. Хотя после смерти Бэллы меры безопасности на всякий случай усилила. Коттедж закрыла наглухо, совы меня найти не могли, камин заблокировала, вся корреспонденция скапливалась у дяди, Лурди тайком забирал. Подозрительные конверты отсеивались бдительным домовиком. Поттер все еще торчал «на самоизоляции», даже с Роном не переписывался. Газеты ему таскал Добби. Мы с Гарри болтали по сквозным зеркалам каждый день, иногда виделись. Дорогой директор не оставлял попыток выкурить Избранного из норки, вот же неугомонный! Даже меня пытался вовлечь! Мне писали письма странные малознакомые люди, я никому не отвечала. Даже Луна прислала записку, но честно написала, что пишет по просьбе Падмы, которую попросила Лаванда, которую попросил Рон. Рона, я понимаю, попросила мама, которую попросил Дамблдор. Может, и без Молли обошлось. Вопрос был простой: общаюсь ли я с Гарри и могу ли на него повлиять, чтобы он встретился с директором? Мол, хватит дуться, выходи-ка Билли, чтоб тебя убили. В нашем случае заморочили голову, вынудили отдать дом на Гриммо и отправили к тетке на галеры. Дальше Луна мило приписала от себя, что она бы не согласилась, нарисовала сердечко и проинформировала, что уехала с папкой в тропики на все лето искать какое-то невиданное фантазийное чудище. Поттеру я письмо прочитала по нашей теле связи, он долго ругался и потрясал кулаками. Кулаки, кстати, у Гарри вполне уже не детские. Кричер и Добби дорогого хозяина стараются холить и лелеять, пылинки сдувают, кормят и следят за расписанием. Избранный, в свою очередь, взялся за ум, самостоятельно занимается артефакторикой, домовики оборудовали ему мастерскую, где он торчит с утра до ночи. Там он препарирует метлы всех известных производителей. Вроде вывел какие-то закономерности, обещает позже поделиться выводами. По друзьям, с его слов, вообще не соскучился, жить ему интересно, он счастлив и бодр. Вот же характер прорезался у Избранного! Можно сказать: нордический, стойкий. Зато благодаря стойкости Гарри у меня состоялась почти романтическая встреча. Мне написал любимый учитель! Просьба о встрече в людном месте, написанная знакомым летящим почерком, повергла меня в шок. Мы встретились в аптеке Мелпеперра на Косой аллее. Мне ужасно хотелось произвести неотразимое впечатление на зельевара, но я себя резко осадила. До того ли двойному агенту с крысой на хвосте? Разумеется, ему плевать на мои прелести. Поэтому оделась скромно, помня, что я чистокровная девочка из приличной семьи. Две косички, дорогая классическая мантия и скромные туфельки на низком каблуке. Только капельку духов себе позволила, нежный легкий аромат. Для собственного удовольствия, честно-честно. Профессор был весь в черном, как всегда. Хоть я и не опоздала, Снейп уже рассматривал товары в лавке. Мы вежливо раскланялись. Он не стал разводить политесы и сразу обозначил тему беседы: — Мисс Лонгботтом, директор Дамблдор уполномочил меня обсудить с вами возможность продолжения очного обучения в школе. Долорес Амбридж успела издать официальный приказ о вашем зачислении на шестой курс. Дамблдор не считает нужным его отменять, при условии, что вы вернетесь в Гриффиндор. Распределение проходят лишь раз, мисс Лонгботтом. Он слегка скривился, демонстрируя легкое презрение к Госпоже Главному Инспектору. Ну и зря, мне еще его реабилитировать, возможно, придется. Дай Мерлин, не посмертно. Я слушала его прекрасный голос и машинально кивала. Соскучилась. Все я понимаю, любимый учитель. Иногда думаю, что слишком много понимаю. Он, тем временем, продолжил. — Также директор хотел бы видеть Гарри Поттера в числе учеников. Вы понимаете? Да уж, кристально ясно. Приведи Поттера и получи место в школе назад. Миленько. Я хлопала глазами, засмотревшись на тонкие губы профессора. Надо бы что-то ответить, собеседник ждет. Черт меня дернул поинтересоваться: — Да, все понятно. Профессор, а почему у директора рука стала черная? Все болтают… Снейп дернулся, и я поняла, что Дамблдор уже вляпался в проклятье. Быстро он. Еще даже июль не кончился, а он уже успел побывать в фамильной конуре Гонтов. Оперативно. Ну что поделаешь, судьба. Профессор метнул на меня ледяной взгляд и прошипел: — Мисс Лонгботтом, потрудитесь отправить сову директору до 15 августа. Не позже. Он вылетел из лавки, я полюбовалась размашистым шагом и развевающейся мантией, а потом тоже отправилась домой. Кстати, народу в торговом квартале бродило множество, никакого запустения не чувствовалось, только красных казенных мантий стало заметно больше. Маги выглядели как обычно, шумные, бестолковые. Атмосфера вечного праздника никуда не делась, люди приценялись, торговались, все как обычно. Как только вернулась, сразу напросилась к Гарри, все в лицах пересказала. Нашла его в мастерской, он разбирал по прутику очередную метлу. Гарри все еще был где-то в своих мыслях и кивал невпопад, но я знала, как его отвлечь: ведро мороженого от Фортескью. От этого лакомства Гарри никогда не отказывался. Я ему рассказала, что родители маги поощряют таким образом своих малышей за какие-то достижения. Действительно, «призовые» ведра были красиво украшены, меняли цвет и кричали что-то хвалебное после полного опустошения. Раз нас некому поощрять, мы хвалили себя сами и уже слопали на двоих пару ведер. А что, мы заслужили! Василиск, Белла - мы смогли, имеем право. Нынешнее призовое ведро я посвятила победе Гарри на первом курсе. Он оценил, сноровисто лопал свой приз, пока я рассказывала о встрече с зельеваром. Поттер взял паузу на обдумывание, согласилась, все неоднозначно. Галопом умчался в свою мастерскую, буркнул типа «на созвоне» и только мантия мелькнула. Не так зрелищно, как дорогой преподаватель, но почти, почти. Вообще общение между нашими двумя домами протекало живенько. Кричер не забыл случайно высказанную мной возможность возродить род Блэк и активно составлял список потенциальных невест для хозяина. В этом ему активно помогал Добби, три года проработавший в Хогвартсе, потому знающий всех приемлемых кандидаток. Кричер безжалостно отсек всех девиц с неподходящим статусом крови, даже Джинни вылетела, несмотря на чистокровность. Кричеру семейство Уизли активно не нравилось, и была причина. Они пытались распоряжаться в чужом доме, для домовика это было неприемлемо. При составлении правильного списка он часто советовался со мной, поэтому повадился вечерами приходить на чай. Его общество меня не тяготило, Кричеру тоже шло на пользу общение с живыми людьми, а не с сумасшедшими портретами, поэтому мы отлично проводили время вместе, обсуждая чистокровных учениц Хогвартса. Вывод домовик сделал самый неожиданный: нам, ну то есть Гарри, нужна Падма Патил. Свое решение Кричер объявил нам с Поттером на торжественном ужине в честь шестнадцатилетия хозяина. От своего праздника Гарри ждал каких-нибудь пакостей, поэтому за неделю перебрался ко мне. Должна признать, из него вышел идеальный гость. Он умеренно возился со мной в саду, много сидел в беседке с книгой, ел что дают и не требовал повышенного внимания. Благодаря магии мошки и комары нас не беспокоили, днем Поттер иногда дремал в теньке на гамаке, вечерами мы смотрели на звезды и болтали, почти каждый вечер я играла для гостя. Двадцать девятого июля мы выбрались в город, предварительно загримировавшись. Поттер надел рыжий парик, я тоже, так мы и пошли в парк аттракционов. Парики я купила заблаговременно в магазине, где продавались карнавальные костюмы, актерский грим и прочие аксессуары. Подозреваю, что нас никто особо не искал, но мы с удовольствием игрались в «шпионов». Линзы голубого цвета для Гарри, очки с простыми стеклами для меня, рыжие парики, футболки с одинаковым принтом «Всегда Кока-кола», голубые джинсы, и вот уже брат с сестрой маглы маглами. Знаменитый шрам мы тоже замазали. Накатались до головокружения, наелись фаст фуда до тошноты, отлично погуляли. Вернулись до темноты, но так устали, что тридцатого июля отсыпались и лениво болтались по саду. Единственное интересное событие - Малфой прислал подарок. Красиво подписал открытку и подарок пришелся мне по душе. Он откуда-то пронюхал, что я увлеклась гербологией и прислал красивый дорогой атлас лекарственных растений на французском языке. Видимо, хреново ему бедному совсем, если он заморочился мне подарок искать. Я ведь его не поздравляла, да и отношения у нас испортились. Что, папаня в тюрьме заставил пересмотреть приоритеты? Эх, поболтать бы, как раньше, хотя бы в шахматы сыграть, но нельзя. Опасно нам сейчас видеться. Пока подожду. Там, как говорится, либо эмир, либо ишак. Или Дамблдор, или Волдеморт. А лучше бы оба! Ну, не стоит о грустном. Праздничное застолье организовалось тридцать первого, присутствовали мы вдвоем, все три домовика и две совы. Отличная получилась компания, мы шикарно поужинали, а когда перешли к десерту, слово взял Кричер. Тут он нас и огорошил. Подготовился он серьезно, нарисовал фамильное дерево семейства Патил, оба родителя двойняшек оказались также из близнецов, у них это культивировалось поколениями. Таким образом, существовала большая вероятность, что Падма также родит близнецов, а если постараться, то через несколько лет еще разок подарит супругу снова двойню. Кричер уверенно заявил, что всех легко вырастит, разумеется, с любимыми родителями и Добби. Лично мне логика домовика понравилась, Гарри же заявил, что пока не готов начать ухаживать за Падмой. В принципе, он положительно относится к идее договорного брака, великая любовь его родителей счастья им не принесла. Но твердо заявил, пока рано что-то говорить. Он-де только чуть успокоился и отошел от влюбленности в Чжоу. Кричер мгновенно гневно Чанг отверг, мотивируя тем, что дед у нее простецкий магл, она для Поттера не пара. Для Диггори вполне подойдет, тот чистокровный, а Гарри пока разбавлять кровь нежелательно. Тут мне опять захотелось прояснить кое-что, я и спросила, а вот к примеру, могу ли я теоретически выйти за полукровку, где мать слабая ведьма, а отец магл? Поттер смотрел на меня круглыми глазами, морщил лоб, а потом попросту спросил, когда это Малфой резко стал полукровным? Я его гордо проигнорировала, а вот Кричер нежно мне улыбнулся, слегка меня этим испугал, потому что зубы у домовиков крупные и острые, и сказал, что подумает и ответит. На том разошлись. Забудем на минутку, что полукровка ни сном, ни духом, и вообще шпионит из последних сил, но помечтать-то можно? Да даже не обязательно замуж, лишь бы жив остался, он такой классный. Пусть живет, пусть язвит, пусть шипит, пусть. Я очень постараюсь, пока не знаю как. Буду думать. Странное какое-то лето, все много думают. Зато никакого обрушения моста, никакого тумана, никаких черепов в небесах. Волдеморт, казалось, тоже взял паузу «на подумать».