Как разочароваться в магии: практическое руководство для бездельников и не только

      

      Homo homini lupus est.

      По камню заскрежетал металл: один из щитов, прислонённых к стене, — с лучистым солнцем на помятом умбоне, — отодвинулся.       Чхве Хан, проводивший Кейла настороженным взглядом, развернулся к щиту — точнее, к тому, кто за ним спрятался.       В заброшенной оружейной повисла тишина. Розалин удивлённо оглянулась, Мэри замерла рядом со встроенным в стену горном, а Кейл, отступивший за Чхве Хана, скрестил на груди руки.       — Ты, — Альбер первый нарушил тишину, — целительница?       Кейл в ответ медленно кивнул — и кронпринцу, и элементалям.       Свободная хлопковая рубашка, заправленная в широкие штаны с вывернутым поясом. Всё — в цвета заброшенной оружейной: разбитого щита, растрескавшейся каменной стены, деревянной стойки для брони и даже кучки угля на краю штанины…       Ротары из целительского факультета, из башни Turris Sanations умели растворяться в том, что их окружало, — и даже в тех, кто их окружал. Кейл заметил это ещё тогда, когда они выходили из дверей Белой залы.       Только вот…       — И дальше что?       Только вот ротарка, с вызовом посмотревшая сначала на наследного принца, а потом — в глаза Кейла Барроу, меньше всего походила на целительницу. Разве что внешне. Но даже её волосы, длинные и золотистые, были рассыпаны по плечам, а не собраны… хотя бы в низкий хвост, как у большинства целителей.       — Мы не будем драться. — Кейл положил на плечо Чхве Хана ладонь, заметив, как тот потянулся к рукояти меча.       Хотя рано или поздно — придётся. И если не нападать, то защищаться.       Блондинка усмехнулась.       — Договариваться тоже не будем, — с ленцой в голосе протянула она.       Розалин тоже скрестила на груди руки.       Целительница их не боялась. Хотя Кейл, не выпускавший из рук золотой кнут, уже знал, что в заброшенной оружейной больше никого, кроме них шестерых, не было: блондинка либо ещё не нашла ротар из своей связки, либо… не искала вовсе.       Потому-то она всех и опередила.       Но почему сунулась в Turris Bellica, а не в свою башню?       «Человек. — Кейл скорее почувствовал, чем услышал, как дрогнул голос Раона Миру. Чёрный дракон, конечно же, не упустил ни слова из того, что рассказали им с Кейлом элементали. — Ты хочешь ей помочь?»       «Я? — Кейл переменился в лице. — С чего бы?»       В конце концов, они были с ней в разных связках: пусть о благополучии целительницы думают те, кто почувствует её боль как свою собственную!       «Ты мог уже уйти, — недовольно засопел Раон. — Но ещё не ушёл».       Кейл вместо ответа досадливо поморщился. Возразить малышу было нечего.       — Что? — заломила бровь блондинка. Она не сводила с Кейла насмешливого взгляда, и потому все эмоции, отразившиеся на его лице, поняла по-своему. — Ну, если хочешь, можем и подраться!              Блондинка задрала рукав, показав чёрные стебли, обвившиеся вокруг её запястья. Намёк поняли все: Розалин тут же поудобнее перехватила посох, а ладонь Чхве Хана легла на рукоять меча.       Кейл, покрепче сжав пальцы на его плече, спокойно посмотрел на блондинку.       — Ханна. — Улыбка тут же сползла с её лица. — Ты же нашла артефакт?       — Ханна? — Альбер, который, не вмешиваясь, наблюдал за всеми, посмотрел на Кейла так же, как на него самого недавно смотрела Розалин. — Откуда ты?..       Но Кейл покачал головой. Времени у них и так оставалось всё меньше и меньше, а ему ещё нужно было уговорить Ханну хотя бы достать артефакт из поясного кармана. Альбер умолк, с подозрением глядя на менталиста, но тот уже смотрел не на него, а на целительницу.       — Ты, — как можно спокойнее повторил он, — нашла артефакт?       — Нет. — Поморщившись, Ханна всё же одёрнула рукав. — Пока нет, — с нажимом добавила она.       И упрямо вздёрнула подбородок, показывая, что выйдет из заброшенной оружейной только после них — причём с тем самым артефактом в руках.       Но Кейл и бровью не повёл.       — Нашла. — Он опустил взгляд на её поясной карман. — Покажи нам его.       Все невольно посмотрели туда же. Рука Ханны дёрнулась, чтобы прикрыть карман, но сразу же — сжалась в кулак.       Хотя… никто больше ничего не сказал. Нечего было говорить. Не отбирать же артефакт силой…       — Да откуда ты всё знаешь?! — Ханна, справившись с собой, всё-таки выхватила из кармана… медальон в форме такого же лучистого солнца, что умбон щита.       Всё-таки она не пряталась за ним. Хотя это уже было и неважно: пряталась или нет.       Важно было другое.       Кейл краем глаза заметил, как вздрогнула Мэри — и мысленно согласился с элементалью, которая назвала её «способной девочкой».       — Он — мой! — Ханна скривила губы в усмешке. Медальон на цепочке качнулся из стороны в сторону — и Кейл знал, нет, чувствовал, что Мэри сейчас вглядывается в медальон со всё возрастающим напряжением в теле. — Я первая его нашла!       «Человек. — Виски Кейла тоже сдавило от напряжения, вот только прозвучало оно в голосе Раона. — Будь осторожен».       Кейл поморщился. Кто бы говорил! Да если бы не чёрный дракон, он за гобелен даже и не сунулся бы. В конце концов, всё, чего хотел Кейл, это — чтобы никто из их связки не пострадал…       Потому что не пострадают они — не пострадает и он.       — На твоём месте, — Кейл спокойно посмотрел на Ханну, — я бы его не трогал.       — Да ладно тебе заливать! — вырвался у неё смешок. — Так бы и не потрогал?       Перехватив медальон за цепочку, Ханна опустила руку, показывая, что говорить им больше не о чем. Кейл хмыкнул: он смог бы её понять, если бы сам хотел во что бы то ни стало сдать экзамен.       Розалин же, которой всё больше и больше не нравился их разговор, сделала было решительный шаг к Кейлу, чтобы остановить хотя бы его, но её саму поймала за локоть…       Мэри.       Ханна, от которой ничего не укрылось, хмыкнула.       Розалин перевела взгляд с Мэри на Кейла, а потом уже — на саму Ханну. Холодок, пробежавший по спине, когда блондинка выхватила медальон, сразу насторожил Розалин — вот только она и не подумала, что он был… не её.       — С медальоном, — задала она вопрос, который повис в воздухе, — что-то не так?..       Альбер с Чхве Ханом молча оглянулись на неё — они ведь чувствовали то же, что и она.       «Умная Розалин!» — одобрительно протянул Раон Миру. Как будто почти на двадцать лет был старше ротарки из алхимического факультета, а не наоборот.       Кейл бы хмыкнул ещё раз, если бы вдруг не поймал себя на мысли, что чёрный дракон называл по имени всех, кроме… него.       Но возмутиться, хотя бы мысленно, Кейл не успел.       — «Не так?» — Ханне явно надоело играть с ними, ещё и не по своим правилам. — Тогда возьми и проверь. — Она показала нахмурившейся Розалин медальон и, нехорошо усмехнувшись, добавила: — Если, конечно, сможешь!       Задрав рукав, Ханна выставив в их сторону раскрытую ладонь. Чёрные стебли, оплетавшие её запястье, угрожающе зашевелились.       Чхве Хан успел выдернуть из ножен меч. Первый удар пришёлся на лезвие: разрастающийся на глазах чёрный шар срикошетил в бердыши, и те с грохотом обрушились на пол.       Ханна зло вскрикнула: под её ногами развернулся защитный глиф. Альбер, уже выхвативший из-за спины белое сияющее копьё, одобрительно кивнул Розалин, и та ответила кронпринцу довольной улыбкой.       Но не тут-то было.       Ханна сорвала с запястья чёрные стебли — и с размаху швырнула их Кейлу в лицо. Чхве Хан, замахнувшийся мечом второй раз, не смог их разрубить: они прошили лезвие насквозь. Зато Кейл, на плечи которого надавил чёрный дракон, успел пригнуться, и извивающийся «браслет» пролетел у него над головой.       Чёрные стебли упали точно под дверь — и там же появилась Ханна, мгновение назад исчезнувшая из защитного глифа.       Розалин даже и глазом моргнуть не успела.       — Кровяной цветок! — Мэри, понимая, что не успевает, протянула к ней руку — и споткнулась о то самое точило, через которое не так давно переступила Розалин.       Правда, не упала: Кейл, шагнувший к Мэри, чтобы остановить ротарку хотя бы за плечо, успел подхватить её за пояс.       Ханна, уже распахнувшая дверь, оглянулась и с торжествующей усмешкой показала им лучистый медальон — прежде чем скрылась за гобеленом.       В заброшенной оружейной стало тихо.       Чхве Хан, помедлив, всё же вложил меч в ножны, а Розалин опустила руку с посохом. Альбер Кроссман перевёл взгляд с Мэри, которой не мог не доверять, на Кейла Барроу — с ним дела обстояли с точностью до наоборот.       — Может, — скрестил он на груди руки, — объяснитесь?       Кейл поморщился: тратить время на подбор слов ему не хотелось. Да и сейчас его больше занимала боль в ноге — причём не собственная, а чужая.       Споткнулась-то о точило Мэри, но вот боль почувствовали все пятеро.       — Кровяной цветок, — пробормотала ротарка из Turris Umbrae. Она, казалось, особо и не задумывалась, болело у неё что-то там или нет.       Кейл же, убедившись, что она не упадёт — и больше ни обо что не споткнётся! — отпустил её.       — Ловушкой была не нажимная плита, — продолжила Мэри, благодарно дотронувшись до плеча менталиста, — а медальон, который взяла в руки… Ханна.       Взгляды остальных ротар тут же скрестились на Кейле Барроу.       — А сказать прямо, — тоном, не обещавшим менталисту ничего хорошего, спросил Альбер Кроссман, — нельзя было?       — Нельзя, — поморщился Кейл. — Я ни в чём не был уверен.       «Всё-то ты врёшь», — проворчал Раон Миру, но Кейл проигнорировал малыша.       «Своим-то» он ещё мог рассказать о золотом кнуте и элементалях, но — не при Ханне. А вот чёрного дракона Кейл не мог выдать ни «чужим», ни «своим», ни…       Вообще никому.       — А теперь? — Альбер смотрел на менталиста так, как будто у него с ним были личные счёты.       — А теперь, — криво усмехнулся Кейл, — уже поздно.       Мэри опустила капюшон пониже, а Розалин прикусила губу. Они могли помочь Ханне, пусть та и была из другой связки, но не помогли. Даже не поняли, что ей нужна помощь!       А Кейл…       — Ты… — начал было Альбер, крепче сжав древко копья.       Кейл опасливо покосился на него, как будто кронпринц мог размахнуться — и ка-ак дать ему по затылку…       У Альбера вырвался смешок. Такая мысль даже и не приходила ему в голову: что бы кронпринц не чувствовал к Кейлу Барроу и как бы его чувства не перекликались с чувствами других, драться с менталистом он бы не стал. Если Альбер чего-то и хотел, то одного: высказать Кейлу всё, что думает о его привычке решать проблемы в одиночку, ничего не объясняя другим.       Но менталист уже отвернулся от кронпринца, всем своим видом показывая, что разговор окончен. Оставаться в заброшенной оружейной больше не было смысла: так они только потеряют время.       Альбер, понявший менталиста с пол-оборота… не смог с ним не согласиться.       — Мне… — Чхве Хан выжидательно посмотрел на кронпринца, как бы спрашивая, стоит ли ему догнать Ханну и привести её к ним — или же не стоит?       Но Альбер в ответ покачал головой. Как ни крути, они все сдавали экзамен, и вряд ли Шеритт, белый дракон, о чём-то не знала. Так что если Ханна не поможет себе сама — ей помогут преподаватели. И они уж точно не опоздают.       А что до артефактов: не этот, так — другой.       У них в запасе было ещё тридцать пять часов.              

◌ ◌ ◌ ◌ ◌

                    Крылья Turris Bellica, как и крылья Turris Sanations (да и всех остальных башен — тоже), делали полный оборот вокруг башни за двенадцать часов. Ханна, конечно же, знала об этом. Просто не могла не знать.       Но сейчас перевес был не на её стороне, а потому она, засунув гордость куда подальше, думала больше о том, как оторваться от соперников, а не о том, сколько времени прошло с начала экзамена…       Так что Ханна со всех ног бросилась назад — из Turris Bellica в Turris Axis. Но там, где обрывался коридор, её уже ждала…       Сплошная стена.       Коридор расплывался перед глазами: может, потому, что она не рассчитала сил, когда защищала себя и артефакт, а может, потому, что глиф, который развернула под ней алхимичка, не был таким уж безобидным…       Хотя уже неважно. Важно другое: Ханна поняла, что уткнулась в тупик, только когда между ней и стеной осталось шагов пять, не больше.       — Mane! — Она с силой ударила по стене кулаком: почему, почему, почему именно здесь и сейчас?!       …А где-то в Turris Naturae пепельноволосый ротар, чьё лицо рассекал давно заживший, но от того не менее пугающий шрам, с удивлением посмотрел на свою руку. Тот алхимик, который пару раз поздоровался с его кулаком, уже уполз в неизвестном направлении: без артефакта, зато — сам.       Но вот кулак заболел только сейчас! Ещё и в голове помутнело…       Этот loquax что, всё-таки успел его проклясть?!       Кровь ударила в голову и Ханне. Но её собственные чувства быстро заглушили чужие — или наоборот, она не стала разбираться. Ханна круто развернулась, задрав рукав и положив ладонь на чёрные стебли, но…       Никого не увидела.       Коридор, если она всё ещё могла доверять своим же глазам, был пуст.       Так за ней никто не бросился в погоню? Или бросился, но безнадёжно отстал?       Как бы то ни было, Ханна в сердцах пнула стену — вот только боль из ноги, кажется, отдалась в руку: пальцы после удара почему-то заныли ещё сильнее.       Ханна, не выдержав, стащила с руки перчатку — и…       И замерла.       Указательный и средний пальцы уже почернели полностью, большой и безымянный — наполовину, а кожа на них растрескалась вместе с ногтями. Ханна, уже не веря своим глазам, повернула руку — и её ладонь, испещрённая чёрными шрамами, почему-то поплыла перед глазами…       «Да, и ещё, — эхом пронеслось у неё в голове. — Некоторые из артефактов, которые вам предстоит найти, могут представлять для вас опасность — то есть вам придётся не только найти их, но и обезвредить…»       Медальон!       Ханна приложила пока что целую руку к поясному карману, но достать артефакт ещё раз, чтобы рассмотреть его получше, уже не решилась.       Потому что…       «На твоём месте, — вспомнила она взгляд красновато-карих глаз, — я бы его не трогал».