Как разочароваться в магии: практическое руководство для бездельников и не только

      

Ne te ipsum amittas.

      Коридор сужался, а потолок опускался все ниже и ниже: даже Розалин пришлось пригнуться, чтобы продолжать идти вперед.       У Кейла тоже начала затекать шея, а вместе с ней и плечи, хотя он и предпочел бы, чтобы на них вернулся черный дракон. Но малыш продолжал упрямо думать, что сверху ему виднее: и сам Кейл, и все, что могло представлять для него — для них всех! — опасность. Хотя слово «сверху» в их полусогнутом положении звучало неубедительно. Успокаивало только одно: Кейл пристроился позади своей связки, и потому Раон не отлетал от своего человека ни на pes.       Хотя Кейл тоже бы взлетел, если бы мог. Пол был гладким, неестественно ровным — кажется, из какого-то полированного камня. Каблуки Розалин, которая шла перед Кейлом, держа в приподнятой руке посох, обманчиво коротко и глухо стучали по нему. Кейл, впрочем, старался не думать о том, что под ними уже ничего не было — кроме, разве что, учебного крыла третьего этажа. Но до него падать не очень высоко...       Или все же высоко?        — Коридор ведет к башне, — внезапно подал голос Альбер Кроссман: он шел рядом с Мэри, держа на готове светящееся копье. — Не стоило и надеяться, в каждой — или хотя бы под каждой — оружейной будет спрятан свой артефакт...       — Но если в каждой учебной оружейной, — медленно кивнула Розалин, — есть свой сундук или, скажем... нажимная плита, открывающая тайный ход, то артефакт спрятан где-то на пересечении всех коридоров.       Кейл тоже так думал. От холода, который расползался по поднимающемуся полу, уже начали бы неметь ноги, если бы он, этот холод, был внешним, а не...       Внутренним.       Кейл не сомневался, что ни Розалин, ни Чхве Хан, ни Альберу Кроссман ничего не почувствуют, даже если кто-то из них возьмет в руки артефакт. Мэри — другое дело: она из Turris Umbrae, а потому за нее можно было не беспокоиться. Но все же потоки чужих мыслей, волнами накатывающиеся на его ментальный щит, ослабевали.       Так ослабевает тело посреди замерзшего озера. Так охладевают чувства, еще недавно кипевшие в душе и заставлявшие молотить воду руками и ногами...       Теперь Кейл понял, почему воздушные элементали не рисковали даже приближаться к раскрытому сундуку: они замерзли бы здесь. Вместе с его ментальным щитом!       Кейл незаметно подул на руки, чтобы их согреть, но не то чтобы помогло.       «Человек, ты что, замерз?» — Голос Раона Мира тут же разлился теплом в его голове, и Кейл невольно прикрыл глаза, постаравшись продлить это приятное ощущение.       — Нет, — забывшись, ответил он вслух.       — Что — нет? — настороженно оглянулся на него Альбер Кроссман — и Кейл внезапно понял, что холод и правда проник в него куда глубже, чем он ожидал.       Потому что голова совсем перестала работать!       — То есть да, — кисло поморщился он.       — Что — да? — Альбер приподнял копье повыше, чтобы в его свете разглядеть выражение лица Кейла.       Розалин даже не заметила, что опустила руку. Прикусив губу, она тоже подняла посох повыше и, с трудом сосредоточившись на красновато-прозрачном кристалле, заставила его — «Fiat lux!» — разгореться снова.       — Я тоже думаю, — теперь Кейл поморщился от яркого света, — что артефакт спрятан где-то на пересечении коридоров.       — И ты думал об этом последние полчаса? — хмыкнул Альбер, не поверивший ни единому слову менталиста. — Чтобы сказать «нет, то есть да»?       — Почему полчаса? — неслаженным дуэтом переспросили Кейл с Розалин: первый настороженно, а вторая удивленно.       — Полчаса назад мы… — начала было уже соло Розалин, но почему-то запнулась. — Подождите, полчаса назад мы уже должны были дойти до Turris Bellica...       Альбер остановился и даже опустил копье.       — Мы идем минут пять, не больше. — Кейл перевел ничего не выражающий взгляд с Розалин на кронприца.       Альбер нахмурился. Если Кейл Барроу еще мог задуматься на целых полчаса, а потом как ни в чем не бывало продолжить разговор с того же места, то Розалин — не могла.       — Минут пять, — приглушенным эхом подтвердила Мэри, — не больше.       Альбер, посмотрев на нее из-под руки, повернулся к Чхве Хану, но тот сразу покачал головой:       — Не меньше четверти часа.       «Человек, может, вам пора отдохнуть? — Кейл почти не почувствовал, как Раон поддел когтем прядь его волос. — В смысле им нужно отдохнуть, а тебе — согреться!»              — У меня такое чувство, что с нами играют, — поделился со связкой Альбер, невольно оглянувшись туда, докуда уже не доставал свет от флакона с орхаликом, который встряхивал Чхве Хан. — Я думал, что мы обнаружили артефакт, но на самом деле это артефакт обнаружил нас...       — Поворачивать назад поздно, — покачала головой Розалин, а Кейл молча потер затекшую шею: даже ему возразить было нечего.       — Поздно... Да и я не забыл твое наставление: если что-то пойдет не так — оно уже пошло, — кивнул ротарке Альбер, и та приподняла уголки губ в улыбке. — А потому мы тоже пой… — Взгляд Альбера остановился на Кейле. — Ты что, замерз? — недоверчиво протянул он.       Кейл, уже растиравший не шею, а руки, настороженно посмотрел на кронпринца.       — А вы, ваше высочество, что, замерзли? — ответил он вопросом на вопрос, пряча руки в карманы. — Если что, я не смогу вас согреть, обратитесь лучше к кому-нибудь другому…       «Человек, ты опять за свое?..»       Альбер Кроссман возвел глаза к низкому потолку, как бы прося у него, а то и у всей Academia Rotaria, сил, чтобы выдержать несносный характер менталиста.       Розалин же прищурилась: что-то в поведении менталиста насторожило и ее, а потому она, перехватив посох другой рукой, протянула менталисту раскрытую ладонь, как бы прося дать ей свою.       — Мы уже знакомы, — сдержанно напомнил ротарке Кейл, но ту так просто было не смутить — непросто, впрочем, тоже:       — Дай, пожалуйста, руку.       — Свою?       — А у тебя есть еще и чужая? — вскинула брови Розалин. — Можешь поверить мне на слово: опыты я на ней ставить не буду, — заверила она его. — Пока что не буду.       Поморщившись, Кейл все же вытащил из кармана руку и протянул ее ротарке.       — Ничего себе, — растерянно пробормотала Розалин, сжав его пальцы. Выпустив посох — тот так и повис в воздухе между ними, — она взяла ладонь Кейла в свои. — Но здесь же не холодно…       — Это артефакт так на тебя действует? — вмешался Альбер.       — Да, — так просто ответил Кейл, словно речь шла и правда о чем-то неважном.       — Почему сразу не сказал? — Кронпринц, не выдержав, подошел ближе: хотя он держал в руках копье, а кристалл на посохе Розалин все так же светился, почему-то показалось, что вокруг стало темнее.       — А что бы это изменило? — Кейл решительно забрал у Розалин руку — все равно он уже не ощущал тепло ее ладоней — и сунул обратно в карман. — Вы не чувствуете и не почувствуете холода, потому что он распространяется на ментальном уровне, а не на физическом.       Розалин устало переглянулась с Мэри, которая нерешительно подошла к ним, не зная, что ей делать — и нужно ли вообще было что-то делать.       — Чхве Хан, можешь?.. — Альбер, не став спорить с менталистом, повернулся к мечнику, и…       Холодок все же пробежал по его спине — и не только по его спине.       — Чхве Хан? — позвал он, наконец поняв, почему ему показалось, что вокруг как-то неуловимо потемнело.       — Чхве Хан! — Розалин схватилась за посох, а Мэри, отступив к Кейлу, сцепила перед собой руки в замок.       «Человек, — Кейл с облегчением почувствовал, как черный дракон обвил хвостом его шею. — Не бойся, я рядом с тобой, человек!»       Рядом не было только Чхве Хана.       Кейл прикрыл глаза, чтобы проверить ментальный щит.