Avalanche

      Он стоял глядя на закрывающуюся за Наруто дверь и чувствовал как внутри поднимается лавина. Всё, что он ощущал — это чужое, влажное дыхание на губах, будто к ним прикоснулись раскалённым железом. Вдули в них что-то ядреное, пьянящее, унизительно-сладкое, но не поцеловали.       Дождался, когда звук шагов за дверью стихнет. А потом влетел в дом, скидывая ботинки на ходу и совершенно не думая о том, чтобы поставить их ровно. Пулей пронёсся по коридору и вверх по лестнице. Потому что если бы сейчас встретил блондина — разорвал бы его. Он захлопнул дверь с такой силой, что по балкам пробежала дрожь.       Его трясло от злости и он ходил кругами по комнате. Как же это было, блять, унизительно. Он его уделал, да. Одним простым жестом. Но самое позорное, что он ощущал в этот момент — предательский, позорный и такой твёрдый стояк, что им можно было забивать гвозди. Член горел так, будто там не просто пожар. А, нахуй, самое пекло сатаны.       «У-у-у-у су-у-ука-а-а-а…»       Он сел. Встал. Снова сел. Уперевшись лбом в колени, сжал виски с трудом сдерживая вой. Он хотел разъебать блондина в клочья. Поставить на колени. Унизить. Удерживать за волосы и вбивать в его глотку свою победу. Хотел.       Но как только перед глазами всплыло лицо, насмешливые глаза, эта хватка за шею, этот шёпот «вдохни» — его затрясло ещё сильнее. Только не от злости. А от того, как сильно он, вдруг, захотел под него лечь.       Блять.       Он резко встал и подошёл к окну. В бешенстве сорвал с себя и худи, и штаны. Стоял в одном белье. Взгляд упёрся в склон, но только видел он так не гору, а сегодняшнюю сцену на кухне, когда вернулся вечером. И с совсем другими актёрами. В порно-пьесе, где на месте Обито был Наруто. А на месте Какаши… он сам.              И видел… видел… видел и не хотел переставать это видеть: как держат и лапают его задницу, как целуют его шею, как разворачивают спиной к себе и как его берут прям там… на этой чёртовой кухне. Дико. По-настоящему.              А он стоял бы и дрожал. Выгибался, тёрся и просился. Видел, как его вжимают и трахают прямо стоя. Жёстко. С рыком. С укусами. Со шлепками. С грязными словами. А он лишь задыхается и стонет.       Он резко зажмурился от того, как его скрутило. Хотел удавить в себе все эти мысли, но, чтобы они стали реальностью — хотел ещё больше. Он осознал что делает, только когда рука уже легла на член. Только вот… сейчас, это было наказанием. Он ненавидел себя за то, как сильно возбуждён. За то, что не может остановить поток образов.              «Я должен был быть сильнее…»              Он больше не мог стоять. Колени подгибались. Упал на кровать, на живот, и вцепился в подушку зубами. Он весь задыхался и вспотел. Горел — как в огне и хотел… Хотел его запах, его вес на себе, его жар. Хотел вцепиться в эти мощные ляжки и толкать на себя, чтобы было глубже… слаще…              Он сжал подушку и всё-таки кончил. Он этого не хотел. Но уже не мог остановиться. Закрыл глаза и дышал как после марафона в тысячу кругов. Сердце стучало и выпрыгивало из глотки. Потом вскочил и в ужасе от осознания, что только что произошло, со всей дури ударил себя по щеке:       «Сука, сука, сука… Нет, блять… Нет же бляяяяяять… Я… я только что… реально кончил на этого долбоёба?! Это просто, блять, позор»              Но что было, то было, Саске. Ты ничего не можешь с этим сделать.       Он тяжело выдохнул.       Этот раунд, может и был за блондином.       Но это только начало.       1:1       Он не отпустит эту суку. Будет издеваться и изводить. Сделает так, чтобы тот молил, скулил, сам лез и хотел — больше, чем он. Потому что иначе… Иначе — ему самому придётся признать, что сдался первым.

***

      А вот у Наруто дела шли чуть веселее. Он вернулся в онсен как ни в чём не бывало. Как будто у него только что не тряслись ноги от напряжения и не подгибались колени от одного воспоминания. Как будто только что он не держал Саске за горло, не выдыхал дым ему в рот и не видел, как у того дрожат веки, когда в лёгкие пошёл его воздух. Как будто ничего этого не было.       А оно было.       И было охуенно.       В воду заходил медленно, мысленно пребывая в каком-то ступоре, но с горящим, победоносным безумием в глазах.       Тут всё было по-прежнему: Киба ржал над поплывшим Канкуро; Обито что-то, в очередной раз, доказывал Какаши, жестикулируя рукой с о-тёко, а тот склонился к нему вполоборота, лениво поддакивая; Гаара просто сидел откинувшись на камень, с закрытыми глазами, какой-то странной улыбкой и молчал.       И стоило ему ступить в воду, как она тут же качнулась, побеспокоив всех остальных. Обито и Какаши переглянулись.       Блондин же, просто погрузился с головой и вынырнул. Но в глазах, вокруг костра, прыгали черти. Он потёр лоб, едва сдерживая улыбку. Потому что он победил. Он уделал его. Да так, что тот остался стоять с его дымом в лёгких и… возможно стояком в штанах.       В последнем Наруто уверен не был. Скорее, догадывался. Но если бы знал, что там сейчас происходит на втором этаже, может быть и не сидел бы здесь.       — Всё в порядке? — спросил, вдруг, Гаара тихим голосом.       — О-о-о да-а-а… — блондин вытянул ноги так, что напряглись все мышцы и откинул голову на горячий камень. — Всё просто… охуенно.       Гаара просто с прищуром осмотрел его лицо, но больше ничего не спросил. Зато Какаши склонился к Обито:              — Ты видишь его лицо?       — Да хер ли на него смотреть, от него прёт похотью за километр.       — Думаешь… что-то произошло за десять минут?       — Явно не секс, — усмехнулся Обито. — Иначе его бы тут не было.       Наруто открыл глаза и смотрел в звёздное небо, но ничего, кроме лица Саске, там не видел. Он перебирал в голове каждую секунду и вспомнил голос… блять… этот низкий, ледяной… и такой дрожащий внутри.       «…а ведь… я хочу его…» — вдруг пришло в голову.       Если раньше он больше склонялся к обоюдной ненависти и соревнованию, то сейчас, он резко осознал, что помимо всего этого, есть ещё и необузданное желание. И оно работало в оба конца. И это было самым главным откровением.       И теперь, он не знал что с этим делать. Потому что было как с тем плодом, о котором всегда слышал, но никогда не видел. Сладкий. Ядовитый. Сок стекает по подбородку, пальцы липкие, хочется вылизать каждую каплю. Он попробовал — и теперь чувствовал каково это. Попробовал — и теперь будет хотеть всегда.       Он потянулся за сакэ, сделал глоток — и понял, что оно даже близко не сравнится по силе с тем, что только что почти выпил в темноте. Прямо с чужих губ.       Теперь он знал, каково это — держать его за шею. И знал, что теперь, Саске сделает всё, чтобы его уничтожить. И он будет к этому готов. Потому что теперь, он тоже вступил в игру и собирался выйти из неё победителем.

***

      Обито проснулся самым первым. Голым, замёрзшим и с раскалывающейся головой. Веки поднимались как автоматические жалюзи — долго, с хрустом и без особого желания.       Повернув голову, увидел Какаши, укутанного в одеяло, как гусеница. Только волосы торчали из-под края. На секунду что-то дрогнуло внутри.       «Нежно…» — проскользнуло в голове.       Он нахмурился и не очень помнил, что значит это слово «нежно». Но отогнал его от себя тут же:       — Фу, — пробормотал он, но тут же положил ладонь Какаши на бок. Проверить. Дышит ли. Дышал.       — Ну и славно, — буркнул он. — Значит, можно идти доёбывать остальных.       Натянул штаны, футболку с надписью «Do Not Fuck With Snow God», и отправился на охоту. И прежде всего, заглянул в правое крыло. Обе двери были наглухо закрыты. Он ухмыльнулся и подумал, что этих пока трогать не будет — они итак сегодня будут страдать.       Глянул с антресоли вниз. Там, на диване, спали Киба и Канкуро, завернувшись в плед. Причём, Киба спал прямо на нём, свесив ногу на пол. Рука болталась там же.       Обито усмехнулся.       «В смысле, блять, все до сих пор спят?» — подумал он, ухмыльнувшись — «Через два часа сражение века… Пора вставать!»       Он тихо прошёл на кухню и стал водить глазами в поисках подходящих атрибутов. Открыл шкаф.       Кастрюля.       «Это мне подходит…» — подумал, доставая её из ящика.       Порылся ещё, гадая что лучше всего подходит к кастрюле.       Половник.       Идеально.       Потом подошёл к дивану, встал прямо над ними и…       — ДОБРОЕ УТРО, БЛЯЯЯЯЯЯТЬ! — заорал он и принялся лупить им по дну кастрюли.       Оба на диване подскочили, как будто их захерачили шокером.              — БЛЯТЬ! — заорал Канкуро, хватаясь за голову.       — Убери! Убери эту херню! — зажимал уши руками, свалившийся с дивана Киба.              — Доброе, адское утро, мальчики, — прищурившись сказал Обито. — Где сакэ стоит дороже вашей печени.       На антресоль выбежал Какаши:       — Ты что, совсем ебанулся? — прошипел он. — Идиот! Блять, просто идиот!       — О, чёрт… я не планировал тебя будить… — закрыл один глаз Обито и глянул вверх. — Казнь предназначалась всем остальным.       Зевающий Наруто, в одном белье показался следом:       — Вы неадекватные что ли? — зевнул он, ёжась от холода.       — Всё, хватит пиздеть! — рявкнул на них Обито. — Время — половина десятого! Через полтора часа нам выходить.       — Куда тебе всё нужно выходить-то? — потянулся Какаши.       В ту же секунду настроение поменялось на супер тревожное и он окинул Наруто взглядом. Тот явно над чем-то размышлял. Какаши присмотрелся внимательнее и тихо сказал:              — Только не говори мне, что…       — Я ничего не говорил, — сразу ответил Наруто и уже было развернулся.       — Куда ты поведёшь его? — спросил Какаши снова.       Блондин обернулся, глянул на него и самодовольно ухмыльнулся уголком рта.       — Не на утёс Тэнгу же? — прищурился Какаши.       — О нет… — Наруто остановился возле двери крыла и закрыл плотнее. — Я подготовил кое-что поинтереснее…              — Куда ты собираешься идти, Наруто? — угрожающие приближался Какаши.       Блондин глянул на него и беззаботно ответил:       — Всё по-настоящему, сенсей. Скоро узнаешь.

***

      

      Саске открыл глаза от ужасного металлического скрежета, разносящегося по всему дому. Он подскочил. Но, поняв, что находится в своей комнате, а снизу всего лишь орёт Обито, снова откинулся на подушку и повернулся к стене, накрыв голову одеялом.       Попытался подремать ещё хоть немного, но сон уже не пошёл. Он сел на край кровати и свесил ноги. Глянул в окно… Пасмурно и ветрено.       «Не хорошо…» — подумал он.       Посмотрел на часы и отправился в ванную. Но прежде, чем выйти — стоял и прислушивался. Блондина не было. Нет, он не боялся с ним встретиться. Просто… ну… было немного не по себе. Всё его вчерашнее бешенство подутихло и, сейчас, он смотрел на всё это немного под другим углом. Но только самую малость.       Нет, разумеется он не передумал изводить блондинистого ушлёпка. Об этом даже речи быть не могло. Просто… он ему зашёл. Он был не прост и в этом был сок.       В ванной пробыл буквально десять минут, не больше. Привёл себя в порядок, растрепал волосы. Глянул на пасту, как обычно лежащую с открытой крышкой. Потом снова посмотрел в зеркало. И снова покосился на пасту. Затем гадко ухмыльнулся. Закрутил крышку и переложил на другую сторону. Поменял уток местами и развернул в разные стороны. И напоследок скинул с крючка жёлтое полотенце. Серое, наоборот, поправил.       Он надел термобелье, предварительно выбрав из нескольких комплектов. Да, вот это. Чёрное. Самое обтягивающее. Казалось бы…ну какая нахер разница какое термобельё. Ну штаны и штаны, лонгслив и лонгслив… но разница была. Сегодня, Саске выбирал не по погоде (по крайней мере пока что). Он выбирал по тому, как сядет. Чтобы ублюдок видел каждый мускул. Чтобы у него встал прямо на месте.              Он спустился в комнату для хранения примерно в половине одиннадцатого. Слышал ржач из гостиной. Слышал восторженные возгласы блондина. Они завтракали. Бросив на всё это ледяной взгляд из-за стены, закрыл за собой дверь. Там, принялся регулировать углы креплений. Вчера, с ними что-то было не так. Он это чувствовал. Комнату заполняло лишь его дыхание и щелчки отвёртки.       Он стоял у стола, согнувшись над ним и выставив ногу чуть в бок. Поясница была немного прогнута. Мышцы напряжены так, что на ягодицах проступали характерные ямки. И выглядело это не просто сексуально. Это было вызывающе-сексуально. Да-а, Саске определённо знал что делает… а главное, для чего.       Когда дверь открылась и на пороге появился блондин, то тот застыл в дверях и не знал, что ему делать.       Первое, что бросилось в глаза —  задница. Второе — задница. Третье — ямки на ней. Четвёртое — снова задница. И пятое — охуенная задница. Кадр мелькали перед глазами, как в фильме с большими буквами на экране.       У него началась аритмия. Уши моментально покраснели. Из горла вырвался непонятный хрип, который он поспешил скрыть за кашлем. Саске не реагировал на него. Вообще. Просто продолжал заниматься своим делом. Как будто блондин не просто не существовал — а был пустым местом.       Наруто подошёл к нему почти вплотную. Настолько, что практически касался пахом этой самой охуенной задницы. И смотрел прямо на талию и всё, что было ниже.       — Ну что, выспался? — хрипло спросил он, не отрывая глаз.       Саске срочно понадобилось проверить угол. Он наклонился ещё ниже и чуть подался назад (он же совершенно случайно «не знал», что блондин стоит настолько близко). И сразу же вернулся в исходную позу, медленно переместив вес с одной ноги на другую.       Наруто же был застигнут врасплох.       — А ты как думаешь? — переспросил Саске с той интонацией, от которой волна жара прошлась у блондина по внутренней стороне бёдер.       Фокус Наруто, после этого, был направлен уже не на остроумные ответы, а чтобы хотя бы как-то сохранить поплывшее лицо. Он едва владел с собой. Он даже подумать не мог насколько это всё… могло ОХУЕННО ВЫГЛЯДЕТЬ.       Проклятые ямки. Проклятые лосины. Проклятая задница, созданная явно, чтоб её трахали.       Наруто застыл, не зная, куда смотреть, куда деть руки, и что делать с этим ужасным полу-стояком, который начал наливаться где-то под ложечкой и шёл до самого затылка. Он вообще-то пришёл просто за доской. Но теперь он не был уверен, ни в том как его зовут, ни в том, есть ли у него мозг. Он даже потерял нить, что вообще тот только что ответил.       Саске, тем временем, закончил с креплениями, подхватил доску, развернулся, едва не сбив блондина с ног, и направился к двери.       Наруто остался стоять, как идиот. Он проводил его взглядом с приоткрытым ртом, бешеными глазами, горящими щеками и ебашушим дробью сердцем. И всё ещё помнил, как стоял впритык, как дышал, как пах и как... ёбаный в рот, как эта задница двигалась, когда тот менял вес с ноги на ногу.       Он шагнул к столу, ударив в поверхность кулаком и тихо зашипел:       «Сука… сука… сука…»       Когда Саске вышел в коридор, то просто прислонил доску к стене и пошёл на второй этаж одеть термобельё потеплее и посвободнее. И, окинув дверь взглядом, ухмыльнулся и подумал:       «3:1, сучёнок. Отсоси».       Да-а, про уток тоже не забыл.

***

      Стрелки часов неумолимо подбирались к одиннадцати. Ветер со склона гонял снежную пыль по территории возле шале, где в полной выкладке уже стояли все — кроме одного.       Обито и Какаши стояли в стороне, над Lib Tech Dynamo Обито и он рьяно уговаривал Какаши обкатать лежащую рядом GNU Hyper. Канкуро сидел на корточках перед GNU и наяривал пальцами по термокружке, в которой явно был не чай и не кофе.       — От тебя не убудет. Давай же! Где твой запал!? — уже начинал злиться Обито.       — С определённого момента, — Какаши прошёлся глазами по его лицу, — я люблю поспокойнее.       Обито наклонился к его уху, но вышло всё равно громко:       — Не пизди. Ты любишь трахаться со мной, а это уже не спокойно и не безопасно.       На этом месте у Канкуро случился нервный смешок и он чуть не расплескал «не чай» из кружки. Киба, осматривал свою доску и услышав это — подавился и закашлялся.       А Наруто стоял с рюкзаком на плече и нервно тискал свою доску, глядя в одну точку. И думал о том, как бы он сейчас хотел уебать кантом Саске прямо по шее.       Сбоку дома послышались чьи-то шаги и буквально через несколько минут появился довольный Гаара. На подходе, он набрал полную грудь воздуха, но сразу же выдохнул, почуяв чем пахнет. А пахло бедой.       Саске появился следом. Он вынёс доску и минимум у двоих случился клин. Канкуро на мгновение выронил кружку, но ловко подхватил её ногой. Киба застыл с чуть открытым ртом. Оба переглянулись с блондином и тот лишь едва кивнул в знак подтверждения. Суть стала чуть яснее… теперь они знали, чего ожидать от Саске — оба видели его, тогда,  на склоне, когда он дропнул с креселки.       Обито, наконец, добился от Какаши согласия (но по факту, просто заебал его и тот сказал «да» только чтобы от него отвалили) и поспешил к «штурвалу», хлопнув в ладоши:       — Так! Час X настал!!!       Саске встал прямо напротив Наруто и ухмыльнулся уголком рта. Обито подошёл ближе, встал между ними и посмотрел на Наруто:       — По вчерашнему договору — выбор был за тобой.       Наруто поднял глаза на ухмыляющуюся, самодовольную морду напротив и закипел. Взбесился. Но вида не подал. Он знал, что мяч на его стороне. Он знал эти места, как свои пять, в отличии от Саске.              «… щас ты отсосёшь по полной…»       Он развернулся к выходу с территории. Пламя внутри разрасталось с дикой яростью. Он медленно расправил плечи, вытянул шею и ухмыльнулся, как гадёныш, у которого за пазухой целая корзина ловушек.       — Это… сюрприз.       — Что ещё за сюрприз? — прищурился Какаши.       — О-о-о, ну имей же ты терпение! Тебе понравится, — бросил блондин через плечо с таким видом, как будто собирался скинуть их всех со скалы.       Саске шёл сзади и наблюдал весь этот спектакль через полузакрытые глаза, презрительно фыркая. Внутри сидела гадкая уверенность, что он запомнил тот вчерашний утёс. Только вот буквально через семь минут, от этого ощущения не осталось и следа.       Потому что через семь минут, блондин свернул в противоположную сторону. И тогда Саске напрягся по-настоящему. А ещё через десять, он уже и вовсе не знал чего ждать, потому что строй «гуськом» на тропе был нарушен распихивающими всех Обито и Какаши. Только один был радостно возбуждён, а второй мрачно обеспокоен.       — Наруто… — пытался остановить его Какаши.       — ЕБАТЬ! ДА ЭТО ЖЕ ПРОСТО ОТВАЛ БАШКИ! — прервал его Обито.       Наруто обернулся на ходу, сверкнув глазами:       — Добро пожаловать в ад, господа.

***

      По факту, это был не очень глубокий кратер. Полый, как вывернутая чаша, внутри которой тишина звенела как в гробу. Но в народе его называли иначе — Пасть О-Ямацуки. Потому что с высоты он и вправду напоминал пасть какого-то древнего божества, готовую захлопнуться в любую секунду. Место, где законы гравитации шли нахуй, а жизнь зависела от миллиметра кантовки.       Крутые, обледеневшие, коварно вогнутые внутрь стены, создавали иллюзию свободы. Но стоило ошибиться — и ты уже летишь вниз. Не в трюке, а в реальном падении. Без возможности торможения.       Главной фишка места были два вылета. Левый — мягкий, широкий, вроде бы даже дружелюбный, заманивающий на большой эйртайм. Карниз здесь был с рыхлым, подлым, предательским снегом. Он держался на честном слове. А ещё, с него сходили лавинки.       Правый же… сплошная дрожь в коленях. Резкий, срывной, выстреливающий тебя в кратер, как из чёртовой пушки. Один шаг не туда — и ты уже не приземляешься, а врезаешься и куда именно… хм… как повезёт — склон, лёд, судьба… вариантов много.       Эти вылеты ещё называли «Клыками». И между ними располагалась точка столкновения, где заканчиваются понты и начинается правда.       И самое главное: здесь не было ни связи, ни GPS. Только ты и хруст под доской. Ни эха, ни помощи. Если накроет — ищи выход сам. Или надейся, что найдут останки. Это была даже не трасса. А самая настоящая ловушка. И те, кто выбирал это место — либо знали, что делают, либо были безбашенными идиотами. А иногда — всё сразу.       И вот — они стояли на краю пасти. Снег под ногами хрустел так, будто кто-то ломал кости. Внизу — белая бездна, сверху — низкое, тяжёлое небо, готовое в любой момент обрушиться. Тишину нарушал только завывающий ветер.       У Какаши стоял ком в горле. И он не находил вариантов, как остановить это безумие.       Молчали все. Даже Обито, который поржал бы над собственной смертью, просто стоял и смотрел вниз, оценивая глубину.       Наруто медленно повернулся к ним с Какаши и сказал:       — Вы двое остаётесь здесь. Сверху видно всё. Ну и если что-то пойдёт не так — увидите первыми.       Какаши злился. Он сверлил его в упор:       — Ты вообще-то понимаешь, что творишь?       Наруто усмехнулся:       — Разумеется.       — «Разумеется» — слово для тех у кого есть чем разуметь. Наруто… остановитесь и выясните все свои претензии где-то в другом месте.       — Нет, — влетел в разговор Саске, — выяснять будем здесь.       Наруто довольно хмыкнул и посмотрел на Кибу, стаскивая со спины рюкзак. Тот перехватил его мгновенно и понял без слов, стоило только запахнуть адреналином. Закинув его за спину, он впрыгнул в крепления одним движением, будто родился с доской вместо ног. Оттолкнулся и быстро ушёл вниз. Снег взорвался за ним белой волной.       В рюкзаке лежал лавиной щуп, которым ему нужно было померить глубину пухляка. Опасная хуйня, на самом деле. Потому что ты никогда не знаешь сколько там внизу. Два метра? Три? Тридцать три? Падение в пухляк — это как падение в пропасть из который уже можно не выбраться. И если ты не готов и не знаешь что делать — пиздец придёт, в этом можно было быть уверенным.       Они молча наблюдали за Кибой.       Какаши взял Обито за руку и увёл на достаточное расстояние.       — И что? Ты то есть не собираешься никого останавливать, я правильно понял?       — Нет конечно! — выпалил Обито, глядя ему в глаза.       Какаши отпустил его, сдвинул брови и уже собрался уйти, но Обито схватил его за руку сам, что прожгло Какаши насквозь. Он никогда не делал так… просто — так точно.       — И ты не будешь. Это их вызов. Не лезь в него. И вспомни, блять, себя.       Киба, тем временем, был уже внизу. Он достал из рюкзака небольшую алюминиевую палочку и нажал на кнопочный фиксатор. Натяжение ослабло и он принялся разъединять секции и погружать в снег.       — Восемьдесят пять… нормально… — пробормотал он себе под нос.       Затем, посмотрел в их сторону и, подняв в воздух кулаки издал безумный клич, который между ними значил «заебись».       Наруто кивнул и повернулся к Саске, лениво бросая:       — Выбирай вылет.              — Мне всё равно, — процедил Саске сквозь зубы, по-прежнему глядя вниз.       На самом деле, ему, конечно же, было ни хера не всё равно. Он представлял что это за рельеф и пиздецом пахло с любой стороны. И единственное, на что он мог надеяться — это на свои чуйку, опыт и технику. Всё.       Наруто шагнул ближе к нему и зарычал:       — Выбирай, блять. Или я выберу за тебя. И поверь, тебе — не понравится.       Саске прищурился и ядовито усмехнулся:       — Я уже сказал — мне поебать. Я прыгну с любого. Видимо, в отличии от тебя.       Наруто сжал кулаки, рванулся к нему с дикими глазами и безумной улыбкой. Но, к счастью, Гаара встал между ними, удерживая обоих на вытянутых руках. И сказал тихим голосом, от которого у обоих пробежал холодок по спине:       — Блондин — на левый, Саске — на правый.       — Прекрасно, — Наруто одёрнул куртку и тут же рванул в левую сторону.              Гаара посмотрел на брата и мотнул головой, чтобы тот проводил его и, по возможности, привёл в чувство. На такой ярости катить было опасно. Но кого это когда ебало, вообще. Сам же он, медленно двинулся за Саске.       Последнее, что они услышали, прежде чем скрыться за поворотами — резкий свист Обито и громовой раскат его голоса:       — Эй! Если кто-то из вас сдохнет  — останетесь здесь! Это последний шанс остановиться.       Ответа не последовало, они продолжили шагать каждый в своём направлении.       Саске бросил взгляд через плечо и тихо, но отчётливо сказал:       — Мне не нужен провожатый.       Гаара лишь усмехнулся в ответ:       — Я тебе не провожатый. Просто постою рядом. На всякий случай. Чтобы, если что, столкнуть тебя.       Саске замер и коротко хмыкнул:       — Ну пошли.       Он шёл и почти всю дорогу косился в сторону мелькающего между деревьями оранжевого пятна, идущего по противоположной стороне.       И ведь блондин-то делал тоже самое. Только за его спиной не было всевидящего Гаары. Там был Канкуро, убаюкивающе напоминающий ему про безопасность. Наруто ощущал в груди какое-то беспокойство. Но делать с этим не собирался ровным счётом ни хера.

***

      Они стояли на разных краях Пасти. Наруто — у широкого, пологого вылета, который давал длинную траекторию и огромный запас эйртайма. Саске же замер у резкого, почти вертикального дропа с коротким радиусом: здесь требовался взрывной щелчок и мгновенная реакция. Оба знали, что будут делать. Но если блондин продумал свой трюк еще на подъеме, то Саске пришлось переобуваться на ходу.       Его вчерашний план не стоил и выеденного яйца. Для чистого трипл-корка нужно было то самое время в воздухе, которое теперь принадлежало блондину. И сейчас, Саске жалел о том, что решил повыёбываться, а не выбрал сам.       Тем не менее, каждый уже решил. Каждый считал, что он неебически крут и вообще. Только вот ни один из этих дурачков не учёл маааааленькую деталь… А Какаши и Обито, в этот момент, рядом не было.       Наруто толкнул доску и глубоко вдохнул. Мысленно прочертив траекторию в пустом пространстве, он пустил её в скольжение. Разгон, резкий переход в свич, мощный олли с вылета — и тело закрутилось в бэксайд. На первом обороте он подтянул хвост доски, намертво вцепившись правой рукой в задний кант. Но на втором витке баланс затрещал по швам. Доску качнуло, центр тяжести ушел вперед, сбивая ось вращения. Он не паниковал, но лихорадочно вытягивал траекторию, чтобы не просрать посадку.       Одновременно с ним, с противоположной стороны, на бешеном ходу, вылетел Саске. Он сгруппировался, впечатывая корпус в колени и захватывая передний кант. Он полностью контролировал доску, чувствуя каждое движение…       Их траектории пересеклись в высшей точке амплитуды, прямо в центре Пасти.       Удар был страшным — доска в доску. Хайбэки крепления Саске на полной скорости протаранили бакли креплений Наруто. Металл не выдержал: замки лопнули, и по доске прошла жесткая вибрация, вырывающая болты. Одновременно с этим, у Саске, от точечной нагрузки лопнули гребенки — фиксаторы просто разлетелся в пыль.       На долю секунды время застыло.       А затем обоих выбросило из креплений. Доски, ставшие бесполезными кусками пластика, со свистом улетели вниз. Тела, лишенные опоры, летели по инерции.       Саске рефлекторно дёргался, пытаясь ухватиться хоть за что-то, но пальцы ловили лишь холодный воздух. Наруто среагировал быстрее. Прямо в полете, встретившись взглядом с другими глазами за маской, он, на чистом инстинкте перехватил руку Саске в последнюю секунду. Сплетясь в беспорядочный клубок, они рухнули в самый центр Пасти — туда, где их принял и мгновенно поглотил глубокий океан пухляка.