Mondhexe

      Первым желанием Тосаки Рин при детальном осмотре окружения было закрыть глаза и пойти назад в грязный, но знакомый и логичный Лондон. А вторым желанием было устроить разнос каждому встречному с нецензурной бранью в духе гяру, что учились с ней в школе в Фуюки, но её аристократическое воспитание сдерживало этот порыв.       Собрав волю в кулак, она заставила лицо вернуть выражение ледяного спокойствия, несмотря на совершенно иное ментальное состояние.       Назвать его культурным шоком, было бы ошибочно. В этом переулке столкнулся здравый смысл мага, тщательно культивируемый в течение восемнадцати лет её жизни, с абсолютным абсурдом.       Через улицу шли сотни людей, каждый из которых был одет в длинные, неудобные, волочащиеся по земле мантии ядовитых цветов и остроконечные шляпы.       «Эта одежда не просто бесполезна и убога, она вредна. В бою в таком театральном тряпье маг запутается через секунду. Никакой мобильности, никакой эргономики» - мгновенно оценила Рин.       Но одежда здесь была далеко не единственной проблемой.       Картина напоминала абсолютное безумие: в воздухе летали десятки сов, сбрасывая в руки некоторых прохожих письма. Там же, не соблюдая законы аэродинамики, летали самолеты из пергамента, рекламные баннеры и даже заказы из каких-то кафе на подносах. Непонятные пушистые клубки шерсти катались под ногами, заставляя людей спотыкаться и ругаться, но без удивления.        Это не напоминало рынок ни в каком виде. Натуральный ведьмин шабаш из средневековья.       «Какое чудовищное, преступное расточительство», - мысленно выругалась она, глядя, как продавец в одной из лавок использовал левитацию, чтобы поправить вывеску над входом.       Стоявшая неподалеку женщина использовала заклинание, чтобы завязать шнурки ребенку.        «Что за чёрт?» - она увидела, как обыкновенная метла самостоятельно подметала крыльцо магазина.       Эти люди бесконтрольно тратили магическую энергию на пустяковые задачи, которые можно было сделать руками за секунды. Они расходовали ману так, словно сама магия была для них мусором, ничего не стоящим.       В её мира магия была стратегически важным ресурсом. Мана, Од - всё имело цену, и высокую. Маги копили энергию десятилетиями, собирали её в накопители, экономили каждую каплю маны, что провести нужный эксперимент, ритуал, или применить эти накопления в бою. Широкое использование магии в бытовых нуждах говорило либо об огромном могуществе мага, либо об отсутствии мозгов.       У местных жителей проблем с маной явно не было, учитывая её концентрацию на кубометр воздуха.       Но не только это выбивалось из общей картины адекватного мира. Здесь были проблемы с временем. Точнее, с его прогрессом, который стремился к нулю.       Здешние лавки сплошь и рядом напоминали музейную выставку. Никто из обитателей не пользовался современными технологиями.       Электрических ламп не было - здешние жители освещали свой быт свечами, факелами и магией. Кассовых аппаратов и электронных весов не было - только механика, гири и наличный расчет. Ни радио, ни телевизоров, ни телефонов.       «На пороге миллениума, в центре Лондона, они используют гусиные перья, чтобы писать на пергаменте!» - Рин яростно топнула ногой, борясь с желанием здесь что-нибудь взорвать.       Вывод был очевиден - это общество застряло в семнадцатом веке, осознано отказалось от прогресса, запершись в уютном праздном анклаве.       По дороге попался магазин с названием «Всё для квиддича». У лавки собралась огромная толпа подростков, которые были готовы создать давку, чтобы увидеть предмет, выставленный на постаменте витрины.       «Что там? Мощный мистический код? Древний гримуар?» - Рин заинтересовалась происходящим и остановилась, глядя поверх голов мелких подростков.       На бархатной подставке с магической подсветкой лежала полированная метла с изящно изогнутой рукоятью и аккуратно остриженными прутьями. Инструмент, предназначавшийся для дворников, удостоился просто огромного пафоса.       Она увидела надпись на табличке: «Нимбус-2000. Скорость, маневренность, совершенство».       - Летать на венике? Серьезно? - прошипела она, чувствуя, как её бровь начала подергиваться.       Мозг Рин на мгновение погрузился в режим сохранения энергии и рассудка, словно пытаясь уберечь себя от критической ошибки.       Полёт всегда был мечтой человечества. Маги использовали антигравитационные мистерии, использовали летающих фамильяров, применяли заклинания и мистические коды с элементом ветра. Венцом творения здешних «экспертов» была летающая палка с веником.       «Смещенный центр тяжести, аэродинамика нулевая, как и комфорт. Это пыточный инструмент», - оценила она конструкцию.       Этот артефакт выглядел смешно и жалко, прямо как местное магическое сообщество.        «Наверняка какой-то ленивый маг заставил эту палку летать 700 лет назад, а местные умельцы не придумали ничего лучше, как копировать за ним, совершенно не заботясь о развитии инженерного мышления», - обдумывала Рин.       Она шла дальше по переулку, и первичный шок постепенно уступал место холодному рассудку. Рин начала оценивать прохожих как потенциальных противников, и выводы для них были неутешительными. Эти люди были неприлично слабы в физическом плане. Казалось, никто из них в жизни не поднимал ничего тяжелее деревянной палки.       В её мире поддержание физической формы обязательно для мага, чтобы выдерживать перегрузки. Маг должен быть способен уворачиваться от ударов и мистерий, держать отдачу собственного заклинания, и даже бежать на длинные дистанции, если это требуется.       Вместо этого здесь культивировались сутулые спины и дряблые мышцы. Они были абсолютными нулями без своих деревянных палок. Начнись бой - Рин даже не придется расходовать драгоценные камни, достаточно будет подобраться поближе и нанести пару ударов техниками кэмпо, чтобы вырубить этих горе-колдунов.       Казалось бы, список проблем уже должен быть исчерпан, но нет.       Рин жила в мире, где каждый маг являлся хищником, скрывавшимся в тени. Он прятал свою прану, экранировал свои цепи. Он делал все, чтобы выглядеть обычным человеком, пока не настанет время раскрыть карты.       Здесь же каждый горе-колдун переливался в магическом спектре как рождественская гирлянда. Они фонили магией, бесконтрольно выпуская её наружу как своим телом, так и артефактами. По этой улице невозможно было идти с включенным магическим зрением, без дополнительной подстройки это было равносильно тому, чтобы смотреть на солнце напрямую, без защиты.       «Никакой дисциплины. Никакого контроля. Они как дырявые ведра, из которых вытекает вода», - с презрением констатировала Рин.       Рин могла чувствовать примерную силу каждого из этих магов, просто проходя мимо них. Это был бы настоящий подарок для теоретического охотника на магов, который уничтожил бы их с завязанными глазами, ориентируясь по энергетическим сигнатурам.       «Вон тот старик в зеленом - сильный, но его каналы забиты, он давно не практиковал ничего сложного. Женщина с огромной шляпой - слабая, её резерв ничтожен, она полагается на артефакты. Парень с ящиком жаб - потенциал есть, но контроль отсутствует напрочь, его магия хаотична и нестабильна» - сканировала она прохожих взглядом.       От процесса отвлекла долбежка какого-то зачарованного проигрывателя, чья громкость достигала чего-то около восьмидесяти децибел, судя по отрицательному уровню комфорта в ушах.       «Секретность? Она тут держится на честном слове и барьере на входе» - раздраженно подумала Рин.       Она чувствовала себя пришельцем, представителем другого биологического вида. Ветки эволюции, которая была более совершенной и адаптивной, но по какой-то причине забредшая в вольер с шимпанзе.       Впрочем, здесь были и свои плюсы.       В этом хаосе никто не обращал внимания на иностранку в странной, по их меркам, одежде. Её аура наверняка заставляла окружающих принимать её за профана, если они вообще умели её сканировать.       Дорогу преградила проезжающая телега, нагруженная дымящимися котлами. Рин с раздражением остановилась, пропуская её вперед.       ***       Алхимическая лавка, или, как здесь гордо называл её владелец «Аптека Малпеппера», выглядела скорее как подпольное заведение, торгующее сушеными частями и различной гадостью. На витрине были выставлены пыльные банки с внутренними органами каких-то животных. Входная дверь была довольно узкой, с трудом позволяя войти одному человеку.       Организм Рин, несмотря на аномально быстрое восстановление в насыщенной маной среде, все еще работал в режиме энергосбережения. Магические цепи хоть и могли работать сравнительно свободно, все же тонко намекали избыточными болевыми ощущениями, что перенапрягать их не стоит. Стимулятор, влияющий на метаболизм мага напрямую, был бы весьма кстати. Она изготавливала подобные снадобья раньше, но сейчас под рукой не было ни мастерской, ни ингредиентов.       «Может, тут продают что-нибудь полезное?» - скептически спросила она себя.       На худой конец, сошло бы и просто какое-нибудь варево для снятия физической усталости, которая со временем только росла, несмотря на отдых.       Она вошла в магазин, звякнув дверью о колокольчик, шум которого был погашен плотным помещением.       Запах в зале был сомнительным - сомнительный и резкий аромат серы, тухлых яиц, перемешанный с сушеными травами и формалином.       Рин скривилась от наступившего смрада, но не покинула помещения. Для мага, практикующего алхимию, неприятные запахи - неизбежная часть работы. Проблема была в том, что здешнюю лабораторию не проветривали уже пару месяцев, а то и три.       Большая часть темного помещения без нормального освещения была заставлена стеллажами по всей вертикали. Рин изучила содержимое полок.       Хозяин явно ценил натуралистичный подход. Никаких упаковок, таблеток или ампул. Исключительно ингредиенты «с завода». Или скорее, «до завода». Заспиртованные части тел, кости и мешки с порошком, бутылки с грязью и ядами, сушеные растения.       «А это у нас… Гадость», - брезгливо прищурилась Рин на банки с глазами жуков, отсортированные по размерам.       - Отвратительно, - сказала она, увидев банку с биркой «Селезенка летучей мыши».       В современном подходе старались использовать выделенную чистую эссенцию, а не сырые органы. Использование необработанных компонентов добавляло в формулу слишком много лишних «грязных» переменных, которые ухудшали конечный результат. Но местным магам, судя по всему, было все равно - они варили суп из летучей мыши.       Однако здесь должны были продавать и готовую продукцию. Она прошла вдоль стеллажей.       В глубине темной лавки, за прилавком, что-то взвешивал торговец с сальными волосами в запятнанной мантии. Он что-то говорил себе под нос, убирая неизвестный черный порошок с весов.       Внимание Рин привлекла полка с готовыми зельями - множество флаконов разных форм и размеров, заткнутые пробками-затычками. Фабричных этикеток с инструкциями на них не было, были ярлыки с названиями кустарного производства, написанные от руки. Но эти названия лишь увеличивали энтропию, а не уменьшали её, порождая больше вопросов, чем ответов.       «Бодроперцовое зелье».       «Умиротворяющий бальзам».       «Кровевосстанавливающее».       Рин взяла бутыль, где было содержимое с оттенком красного «Зелье пробуждения». Она взболтала его, посмотрела на консистенцию - сама жидкость была мутной, с осадком. Запах от бутылки шел довольно резкий, смесь имбиря с другими ароматами растительного происхождения. Определенно, это был грубый, но безопасный нейростимулятор, который позволит организму игнорировать накопившуюся усталость какое-то время.       «Подойдет», - решила она.       Она взяла бутыль и направилась к прилавку торговца.       Апотекарий наконец поднял взгляд и заметил её, оценивая. Судя по пренебрежительному выражению его лица, ему не понравилась одежда, которую носила Рин. Для него она была слишком современной и «маггловской».       Рин подошла и поставила бутыль на прилавок.       - Пять сиклей, - потребовал он, даже не приветствуя клиента.       - Сколько в фунтах? - спросила она ровным тоном, достав из кармана купюру номиналом двадцать фунтов стерлингов.       Рин посмотрел на купюру в её руке так, словно она достала из кармана что-то радиоактивное. На его лице зависли раздражение, брезгливость и презрение, он даже слегка попятился назад, словно боялся заражения.       - Здесь не Соединенное Королевство, мисс, это Косой переулок. Здесь не платят маггловскими бумажками, - отказал аптекарь, сделав пренебрежительное ударение на последние два слова.       Он со стуком начал выкладывать монеты на прилавок, фиксируя их грязными ногтями.       - Бронзовые кнаты, серебряные сикли, золотые галеоны. Вот деньги. Настоящие, ценные. А эту бумагу оставь себе.       Рин разозлилась.       - Вы хотите сказать, что ваша экономика использует только драгоценные металлы? Без фиатных денег? - задала вопрос Рин, борясь с желанием устроить взбучку торговцу,       Торговец явно не понял даже половины сказанного, и зачитал заученное стихотворение.       - Семнадцать сиклей в галеоне, двадцать девять кнатов в сикле. Если у тебя нет монет - иди в Гринготтс. Гоблины меняют твою маггловскую бумагу. Здесь - только магический металл.       «Семнадцать. Двадцать девять» - глаз Рин задергался       Эти люди использовали разные простые числа для разных монет, вместо вменяемых систем счисления.       - Это… арифметическое варварство. Как вы вообще ведете подсчеты? Как вы вычисляете проценты? - с трудом подобрала Рин слова, не переходя на бранную лексику.       - В уме. Или ты думаешь, мы тут совсем тупые? Если хочешь зелье - неси сикли. Нет сиклей - проваливай. У меня очередь, - отшил её аптекарь.       Кроме старой ведьмы, которая засматривалась на банки с пиявками, в помещении больше никого не было. Но было очевидно, что торговец не хотел с ней иметь никаких дел без местных монет, как и устраивать диспуты.       - Гринготтс… Белое здание в конце улицы? - спросила она, убирая купюру в карман.       - Да, иди туда. Если гоблины тебя не съедят, поменяешь свои фантики. - злорадно усмехнулся торговец       «Откуда у него вообще выручка?» - скривилась Рин в ледяном презрении.       Она направилась к выходу.       - Проветрите помещение, у вас здесь воняет, как в скотомогильнике, - крикнула она торговцу и слегка хлопнула входной дверью.       Относительно свежий воздух Косого переулка казался довольно стерильным после ароматов «аптеки». Рин глубоко вдохнула, пытаясь снять раздражение.       «Семнадцать и двадцать девять, что за садист придумал эту систему?» - задавала она себе вопрос, идя дальше по улице.       Этот подхода заметно усложнял торговлю, поскольку любая транзакция требовала конвертации в неудобные величины, что неизбежно влекло за собой увеличение времени транзакций и ведения бухгалтерии.       «Если ты можешь быстро выполнить деление 493 кната на 29, ты, наверное, чувствуешь себя умным человеком. Хотя на самом деле ты просто занимаешься бесполезной ерундой», - вспомнила она злорадный оскал аптекаря.       Брусчатка вела её сквозь искривленные здания, построенные заносчивыми волшебниками таким образом, чтобы максимально насмехаться над здравым смыслом и гравитацией. В конце улицы, где виднелась небольшая площадь, возвышалось здание из белоснежного мрамора, сияющее намного ярче любой местной лавки. Оно словно насмехалось над местной архитектурой, демонстрируя нормальность во всех смыслах: идеальные пропорции, строгую симметрию и длинные колонны в местах, где они имели строительный смысл. В этом переулке оно выглядело как корабль пришельцев, который по какой-то причине решил приземлиться здесь. Храм порядка и капитала.        «Гринготтс», - без труда догадалась Рин, даже не читая вывеску.       Постройка здания с таким количеством мрамора и золота, стоила целое состояние. Ни один здешний «аптекарь» никогда не построит что-то подобное.       «Мы здесь власть и закон. Пока вы играете в колдунов, мы контролируем экономику мира», - говорил вид этого здания.       Рин невольно прониклась уважением и подошла ближе. У массивных дверей, отполированных до идеального блеска, стояли смуглокожие стражники-гоблины низкого роста с длинными пальцами. Она видела одного гоблина в пабе, но теперь могла рассмотреть таких существ вблизи.       В её мире встреча с представителем фантазмического вида означала два варианта - либо маг сорвал джекпот и получил чудовищно редкий ингредиент своих исследований или мистерий, либо же это заканчивалось неизбежной смертью. Магические существа покинули человеческую сторону мира сотни лет назад. Шансы встретить их в центре Лондона её мира, были равносильны вероятности падения метеорита в случайно названную точку.       Здешние гоблины не были карикатурными монстрами из легенд. Это была высокоинтеллектуальная раса - стражники с алебардами были одеты в красно-золотую форму с идеально подогнанными мундирами и держали прямую осанку. Аура их магического фона заметно отличалась от человеческой, она была куда плотнее, и, что более важно - они умели её контролировать. От них не фонило магией, как от местных магов.       Рин подошла ко входу, окинув взглядом швейцара, который повернул голову. Их взгляды пересеклись.       Она ожидала проверки безопасности, но гоблин застал её врасплох.       Он поклонился. Уважительно, но сохраняя собственное достоинство. Этот поклон символизировал приветствие клиента.       Рин на рефлексе последовала этикету, который был вбит в неё с детства, и сделала легкий поклон. Не отвечать было грубостью, а грубить единственному банку в округе было бы явно плохой идеей.       Она прошла мимо охранников, чувствуя их взгляды за спиной.       За крупными бронзовыми дверями находилось транзитное помещение, ведущее ко вторым, серебряным дверям. Каждая ступенька лестницы из белого мрамора была идеальной формы и блестела от чистоты.       На серебряной двери была гравировка. Рин прочитала крупную надпись.       Входи, чужак, но берегись,       Коль в сердце алчность и корысть.       Кто брать привык, но не трудиться,       Сполна обязан расплатиться.       Раз ищешь в недрах под полом       Ты клад, добытый не трудом,       Вор, помни наш завет простой:       Здесь ждет не только клад златой.       «Поэзия, как банально», - оценила Рин.       Но в данном случае это было не просто стихотворение. Это были условия местного граничного барьера. Такие условия всегда имели вес. Входя через такую точку входа, маг соглашался с правилами. Если их нарушить, последует агрессия со стороны мистерии барьера, которая может закончиться для нарушителя плачевно.       Рин перечитала текст с точки зрения установок граничного барьера.       «Сполна обязан расплатиться» - принцип эквивалентного обмена. Если его нарушить, плата может оказаться быть весьма непредсказуемой и дорогой для нарушителя, причем не только в материальном плане.       «Здесь ждет не только клад златой » - наказание для нарушителя.       Это была куда более серьезная система безопасности, чем в «Дырявом Котле». Здесь не прятали здание от профанов, а позволяли войти всем и каждому, но наказывали любого, кто посмеет нарушить установленные правила барьера.       «Наконец-то, место, где к магии относятся серьезно, а не используют для мытья посуды» - уважительно оценила Рин эту неприступную крепость.       Она толкнула серебряные двери, которые были настолько идеально смазаны, что не издали ни звука при открытии.       Она прошла в атриум.       Внутри пространство было расширено, потолок уходил далеко вверх, теряясь из видимости. На нем были подвешены огромные хрустальные люстры, которые освещали белую облицовку стен. Это был огромный зал, куда поместился бы футбольный стадион. Вдоль стен были расположены высокие рабочие места, за которыми клиентов обслуживали десятки гоблинов. Лишних хаотичных звуков с улицы здесь не было, только организованный рабочий шум - звон монет, шелест страниц и удары штампов.       Рин неспешно двинулась по центру помещения, стараясь не создавать лишнего шума. Гоблины были явно занятыми работниками, они не обращали внимания ни на что, пока сами посетители не подходили к ним.       Один из гоблинов взвешивал активы. На одной из чаш лежали те самые галеоны, которые показывал торговец из «аптеки». На другой чаше лежал огромный, красный, необработанный рубин.       «О-хо!» - взгляд Рин, пользователя магии драгоценных камней, мгновенно оценил его.       Это был отличный накопитель средневысокой емкости, который в её мире обошелся бы в миллионы иен. А для мага, его практическая стоимость была еще выше.       Гоблин не только взвесил его, но и взял пинцетом и поднес магическому моноклю, в который была встроена сложная система линз, что-то вроде магической ювелирной лупы. Это не была не только проверка дефектов, но и его магической структуры.        «Гоблины понимают в магии куда больше местных магов, и знают цену вещам…» - задумалась Рин.       Она двинулась дальше, ища свободного гоблина.       За одной из стоек гоблин пересчитывал натуральную гору из драгоценных камней. Там было всё - топазы, изумруды, сапфиры, он высыпал их мешков, создавая приятный звон для ушей Тосаки Рин.       На весах были сотни, тысячи аккумуляторов энергии.       Экономическая модель семьи Тосака строилась на скупке подобных камней. Они годами покупали такие камни, наполняли их праной, а затем использовали их как расходники, высвобождая огромный потенциал. Это был дорогой, долгий и тяжелый процесс.       Рин с трудом отогнала навязчивое желание дотронуться, глубоко вздохнув с разочарованием.       Концентрация маны в воздухе здесь была выше, чем снаружи, но здесь не было присущего Косому переулку хаоса. Потоки маны были четко структурированы. Они напоминали мастерскую нормального, здорового мага.       Зал был архитектурно выстроен так, чтобы работать в качестве огромного магического круга. Колонны были расположены по четкой схеме для направления потоков маны, а мраморный пол гасил вибрации.       «Идеально», - оценила местную «мастерскую» Рин.       Клиенты здесь были не столь вальяжны и беспечны, как на улице. Вместо привычной им клоунады, они вели себя тише - подходили к стойкам и уважительно ожидали, пока гоблины их примут. Гоблины имели в глазах местных магов некий авторитет, поскольку их финансовые активы находились под их контролем.       «Вот оно, единственное место в этом нелепом мире, которое работает правильно», - заключила Рин.       Рин остановилась в центре зала и задумалась, наслаждаясь структурированным течением здешних магических потоков.       «Финансовое положение у меня плачевное…» - размышляла она.       Пара тысяч фунтов были смешной суммой на фоне набитых золотом и драгоценностями гоблинских тележек, которые увозили куда-то в хранилище.       Но она не считала это унизительным. Напротив, это было некой мотивацией стремиться к стандарту, который она видела перед своими глазами. Нужно было стать частью этой финансовой системы и научиться эксплуатировать её на свое благо.       Рин заметила свободную стойку и пошла к ней.       Рабочее место гоблина располагалось заметно выше просящего клиента. Это было сделано намеренно, психологический прием. Будь клиент хоть богатейшим аристократом, он будет вынужден требовать услуги снизу вверх. Сам гоблин, сидевший за стойкой, был стар, с лицом, покрытым пятнами и морщинами. Сквозь свои очки-половинки он читал документ на столе и записывал что-то в учетной книге. Казалось, ему не было никакого дела до клиентов, словно он испытывал терпение просителя.       Рин подождала несколько секунд, чтобы соблюсти формальную вежливость, и начала говорить.       - Добрый день, мне нужно обменять валюту, - потребовала она твердым, четким голосом, желая исключить даже малейшее недопонимание.       Гоблин прекратил работу и неторопливо поднял голову, со скукой оглядывая одну из тысяч клиентов, которые сюда ежедневно приходили тысячами.       - Валюту, какого рода? - деловито спросил гоблин       - Британские фунты стерлингов, - ответила Рин, выкладывая на стойку заготовленную пачку банкнот на пятьсот фунтов.       Она не хотела менять все, ограничившись четвертью «трофейного» капитала. Нужно было уточнить курс валюты, но не вызвать лишних подозрений.       Гоблин взглянул на купюры так, словно Рин вывалила перед ним мусорный пакет. Но в отличие от заносчивого аптекаря, он не испытывал отвращения. Он видел чужеродные активы, которые можно пустить в дело. Он протянул руку и схватил одну из купюр длинными, когтистыми пальцами и сделал подозрительное движение, зажав бумагу между большим и указательными пальцами.       Рин переключила зрение в магический спектр. С пальцев гоблина шли импульсы магической энергии, проходя бумагу насквозь. Это было некое подобие структурного анализа - он проверял подлинность материала и водяные знаки.       - Подлинные, - буркнул он, кладя купюру обратно в стопку.       Он сгреб деньги в кучу и небрежно закинул их в ящик под стойкой. Затем он с металлическим звоном открыл соседнюю секцию. Гоблин зачерпнул монеты каким-то приспособлением и высыпал их на весы, стоявшие рядом.       Золотые монеты были довольно крупными, они сияли насыщенным желтым светом. По краям монет были выгравированы незнакомые руны, которая Рин не могла прочесть.       «Галеоны», - припомнила она название монеты и ухмылку аптекаря.       Гоблин повернулся к таблице позади него и внимательно посмотрел на нее.       - Курс на сегодня составляет 4,97 фунта за один галеон. Округлим до пяти для удобства счета, учитывая комиссию за малый объем, - объявил он.       Рин прокрутила разговор в голове еще раз, пытаясь уточнить, не забыла ли она что-то. «Пять фунтов за галеон», - пронеслось в голове.       Монета на весах весилы не меньше унции, а то полторы. Если это было чистое золото, то в 1993 году такую монету можно было бы продать за 350-400 долларов.       Пять фунтов не стоили и десятка долларов.       - Вы шутите? - спросила она.       Гоблин взглянул на неё с интересом поверх очков.       - Гринготтс не шутит с курсами. Это официальный курс обмена, установленный договором с Министерством Магии в 1754 году и скорректированный с учетом инфляции маггловской валюты, - ответил он сухо.       - Но… золото стоит дороже. Намного дороже. - поколебавшись, ответила она, решив, что уж о такой очевидной вещи гоблины должны знать.       - Магическое золото стоит столько, сколько за него дают. Оно имеет иной состав. В вашем мире оно не будет иметь цены. В нашем - имеет. Мы не торгуем металлом как сырьем. Мы торгуем валютой. Галеон - это платежное средство, защищенное гоблинской магией от переплавки, копирования и трансмутации. Вы не сможете продать его магглам как лом. Вы можете использовать его только здесь, - дал полный расклад гоблин.       «Арбитраж», - слово вспыхнуло в сознании Рин огненными буквами.       «Если я сниму с них магическую защиту, отфильтрую примеси и переплавлю в слитки... Прибыль с продажи в обычном Лондоне составит тысячи процентов. Это будет величайшая финансовая афера века!» - размечталась Рин, и не заметила, что на секунду потеряла контроль над выражением лица.       Гоблин, словно прочитав её мысли, оскалился.       - Не советую даже думать об этом, мисс. Заклятия Гринготтса не ломаются. Попытка повредить монету приведет к тому, что она испарится. Вместе с пальцами того, кто пытается это сделать, - с шипением предупредил гоблин.       Рин, слегка замешкавшись, кивнула.        «Конечно. Гоблины не идиоты. Они контролируют финансовую систему столетиями. У них должны быть меры защиты от инфляции и спекуляций» - размышляла она.       - Пять фунтов за галеон. Пятьсот фунтов. Значит, сто галеонов, - сказала она, вспоминая обрывки цен на товары, что видела на витринах в переулке.       Гоблин согласно кивнул и начал выкладывать монеты.       Его пальцы двигались с огромной скоростью, перенося монеты с чаши весов на стойку, рефлекторно выстраивая аккуратные столбики по десять монет.       Дзынь. Дзынь. Дзынь.       Этот гипнотический звук вызывал дофаминовый всплеск у любого здешнего обывателя, и здесь Рин не была исключением.       Вскоре были выложены все сто монет, десять столбиков.       - Ваше золото, - гоблин сдвинул монеты в её сторону одним ловким движением, не повредив структуру столбиков.       Рин протянула руку и взяла одну монету. Она оказалась неожиданно тяжелой из-за плотности золота.       - Благодарю, - бодро ответила она.       В порыве радости она забыла об одной важной детали. У неё не было тары, куда можно было бы сложить монеты, обычный маггловский кошелек не подходил для таких габаритов. И банк явно не собирался её предоставлять, ограничиваясь только финансовыми операциями. Пришлось сгребать всё в карманы плаща.       Она чувствовала, как одежда становилась тяжелее на глазах, плащ начал оттягивать плечи вниз.       Любое движение вызывало гулкий звон монет в карманах.       «Звеню, как копилка», - подумала она с раздражением.       Несмотря на то, что ощутимый вес вызывал дискомфорт и раздражал, он так же приносил и чувство удовлетворения. Это был вес её будущих активов, возможностей.       Она бросила взгляд на гоблина. Он вернулся к прежней работе, более не обращая на нее внимания, как и на любого другого клиента, который завершил транзакцию.       - Спасибо за услуги, - поблагодарила Рин с искренней вежливостью.        В отличие от гнусной аптеки, банк выполнил свою функцию идеально.        Гоблин не стал отвечать, лишь повел ухом.       Рин развернулась и пошла к выходу.       «Нужен все же кошелек, или рюкзак, на худой конец» - подумала Рин, раздраженная звенящим шумом при ходьбе.       Рин покинула банк и вышла на улицу, щурясь от яркого света солнца, или того, что его заменяло в Косом переулке.       Она постояла на крыльце банка, оглядывая улицу с высоты человека, у которого есть деньги, и спустилась вниз по ступеням, готовясь потратить их.       ***       Рин искала ранее замеченный магазин, где продавали магические кошельки, пропуская лавки со сладостями и подержанными товарами. Нужная витрина, заваленная разноцветными сундуками и сумками, нашлась довольно быстро. Лавка называлась «Саквояжи и кошели».       Она вошла. Внутри пахло кожей и воском. Не самый приятный букет, но все же это было значительно лучше, чем в злополучной «аптеке». За прилавком находился низкорослый волшебник, который при виде новой клиентки начал дежурно улыбаться.        - Добрый день, леди! Ищете что-то? У нас есть отличные сундуки из дуба, или, может быть, новая коллекция рюкзаков с облегчением веса? - начал продвигать товар он.       - Мне нужен кошелек, прочный и компактный. С максимальным пространством внутри, - перебила его Рин, игнорируя дешевые попытки манипуляции.       Торговец задумался, оценив серьезный тон, и начал разглядывать её карманы, которые тянули плащ вниз.       - О, понимаю. У вас... тяжелая ноша? Тогда позвольте предложить вам вот это, - предложил он, понимающе подмигнув.        Он достал небольшой мешочек из темной кожи. Судя по габаритам, туда не вошло бы и двух десятков монет.       - Кожа как у дракона, венгерской хвостороги... - начал он       Рин скептически посмотрела него.       - Ну, скажем так, рептилии, близкой к ней по свойствам. Наложены чары Незримого расширения высшего класса. Вмещает много, но внешне остается плоским. Плюс чары снижения веса, - продолжил нахваливать товар торговец.       Рин взяла кошелек в руки.       «Strukturanalyse», - мысленно скомандовала она, пропуская через предмет слабый импульс праны.       Мистический код был интересным. Само заклинание расширения вплели в структуру кожи, обращая внутри стабильное свернутое пространство. Это не была работа мастера, но выглядела достаточно надежно.       - Какова цена? - спросила она.       - Десять галеонов, - ответил торговец.       В какой-то степени это было дорого, для её финансов. Но в её мире ценник на такой артефакт, был бы на несколько нулей больше, особенно учитывая редкие материалы. Здесь такие артефакты, по-видимому, были стандартом для широкого потребления.       - Беру, - согласилась Рин.       Она засунула руку в один из карманов и вытащила оттуда горсть монет, отсчитывая десяток для торговца. Последний явно остался доволен.       Затем она начала убирать золото из карманов плаща в кошелек. Прятаться не было нужды, 90 галеонов - не слишком большая сумма. К тому же, можно было высказать претензии продавцу на месте, если кошелек покажет нестабильность в работе. Монеты одна за другой ссыпались в горловину мешка, словно пропадая из реальности - мешок не увеличивался в размерах и не становился тяжелее. Всё работало отлично.       «Избавившись» от последнего галеона, Рин почувствовала облегчение.       - Потрясающая вместимость, не правда ли? Лучшая работа в Лондоне! Вы не пожалеете, мисс. Этот кошелек прослужит вам долго, - гордо заявил торговец.        Рин затянула мешок шнурком и взвесила еще раз.       - Приемлемо. Благодарю за сделку, - сухо поблагодарила она.        Убрав кошелек во внутренний карман плаща, она вышла на улицу.       В косом переулке движение не прекращалось вовсе. Наоборот, людей только прибавилось. Местные маги перемещались между магазинами, громко обсуждая товары и новости.       Она замедлилась, анализируя окружение. После решения финансовых проблем, она могла сосредоточиться на местных магах, и том, какие товары они покупают чаще всего.       Первое, что бросалось в глаза, - это деревянные палочки. Они были абсолютно у каждого прохожего, словно это был обязательный предмет для каждого из них. Универсальный мистический код, принятый как стандарт для мага в этом мире.       В её мире редко кто использовал одинаковые мистические коды. Они почти всегда изготавливались либо для себя, либо по индивидуальным заказам. Инструмент всегда делался с учетом особенностей мага и его мистерий.       Местные маги использовали этот мистический код для любого чиха, полезного и бесполезного.       Неподалеку дворник убирал мусор, но он не использовал метлу. Он махал палочкой по фантикам, и он сами летели в мусорную урну.       В её мире открытие цепей, конверсия энергии, формирование мистерий, работа с мистическим кодом, и прочие манипуляции требовали затрат праны. Было немыслимо постоянно использовать их для бытовых задач. Использовать магию, чтобы подбирать фантики, было все равно, что вместо использования лестницы постоянно прыгать на крышу - глупо, опасно и расточительно.       «Откуда у них столько энергии? У них что, бесконечные резервы Од? Или у них у всех магические цепи ранга EX?» - задала Рин себе вопрос с интересом вивисектора, глядя, как местный маг прикуривает трубку с помощью палочки.       - Scrutari, - активировала Рин магическое зрение на минимальной мощности.       Потоки маны стали видимыми.       Когда очередной маг взмахнул палочкой, его аура практически не изменилась. Палочка закрутила окружающую ману, концентрация которой здесь походила на времена Эпохи Богов, сформировала мистерию самостоятельно и выпустила её в окружающую среду.       «Вот оно что. Они не сильные. Они просто живут в теплице», - поняла Рин в усмешке, в которой смешались презрение и восхищение       Окружающая среда амортизировала 90% нагрузки. Маг всего лишь задавал концепцию и вектор воздействия. Ему не нужно было крепкое физическое тело или экономия маны.       «Это не их личная сила. Это сила мира, в котором они живут, помноженная на мистерию деревянной палки» - рассуждала Рин.       Она чувствовала окружающую ману и вдыхала её. Её магические цепи, привыкшие к дефициту маны в окружающей среде, здесь давали ей ощущения птицы, которую выпустили из клетки в небо.       «Если бы я тоже могла использовать эти ресурсы…» - задумалась Рин       Она взглянула на Кинжал Азота. Это был хороший инструмент для накопления маны, но не подходящий под здешние задачи. Её собственные техники здесь были бы неэффективны с энергетической точки зрения. Нужен был местный мистический код. К тому же, он бы помог улучшить маскировку. Девушка, которая использует магию с помощью ритуального кинжала и драгоценных камней, будет привлекать внимание. А вот девушка с палочкой - норма в этом обществе.       - Палочка, - произнесла она.       Рин быстро оглядела улицу.       «Где они берут эти палки? Это не тот товар, который продается в ширпотребных лавках. Это должно быть специализированное место. Мастерская», - рассуждала она.       Рин прошла вдоль ряда магазинов. Неподалеку от лавки с мантиями «Мадам Малкин» и книжного магазина «Флориш и Блоттс», обнаружилось искомое ветхое здание с старой облупившейся вывеской с золотыми буквами.       «Олливандер: Производители волшебных палочек с 382 года до н.э.»       «382 год до нашей эры» - Рин встала колом, приподняв бровь.       Если написанное было правдой, то производитель работал еще до основания Римской империи. Семейный бизнес в самом чистейшем, абсурдном понимании. Семья, которая занималась одним и тем же производством несколько тысяч лет, должна была обладать поистине огромными ресурсами.       Витрина магазина была покрыта слоем пыли. За стеклом на фиолетовой подушке лежала всего одна палочка. Эти люди совершенно не заботились о маркетинге.       «Мне нравится этот уверенный минимализм» - подметила Рин.       Это был стиль, который Рин могла оценить. Минимализм уверенности.       Она хотела войти, но рациональность заставила её остановиться.       «Магазин никуда не денется, возможно, стоит поискать других производителей, сравнить цены? Ресурсы ограничены» - размышляла она.       Она посмотрела на соседний магазин.       Там продавали магический инструментарий. Не палочки, а всякую мелочевку. Котлы, телескопу, весы и странные приборы с вращающимися сферами.       Рин подошла поближе к стеклу.       Кучка ножей из разных металлов и несколько хрустальных флаконов имели под собой бирку «Набор юного зельевара: Экстра-класс». Чуть дальше лежал какой-то астрономический артефакт, который показывал движение планет и неизвестные символы.       - Любопытно, - сказала она.       Она почувствовала, как в ней проснулась жадность и интерес к исследованию новых возможностей. Этот странный мир был отсталым и нелепым, но он был чудовищно богат ресурсами, о которых в своем родном мире она не могла и мечтать.