Mondhexe

      Разведка, которую Рин провела в Косом переулке, не дала особых результатов. Тосака прочесала весь переулок и темные закоулки поблизости в поисках альтернативного поставщика волшебных палочек.       Вывод оказался однозначным: производство волшебных палочек, по крайне мене в Лондоне, было монополизировано. Вероятно, веками.       Рин вновь стояла перед магазином Олливандера.       Здание видело и лучшие годы - штукатурка осыпалась, оконные рамы требовали замены. Но это не было похоже на небрежное отношение. Скорее, косметику здесь считали ненужной. Внутренняя структура магазина излучала всплески маны наружу, явно давая понять, что покупатель пришел куда следует.       «Ну что ж. Если нет выбора, значит, придется работать с лучшим из того, что есть», - саркастически подумала она, поправляя воротник плаща.       Она подошла к двери и открыла её.       В глубине магазина послышался звон колокольчика. Это не был приветственный звук, скорее, уведомление для продавца о появлении покупателя.       Рин зашла внутрь и аристократической аккуратностью закрыла за собой дверь, отсекая ей шум, шедший из переулка.       В помещении было тихо и темновато. Воздух был заполнен пылью веков, пропитанной древней магией, он отдавал запахом старого дерева и лака.       Магазин выглядел достаточно лиминально.       Доступная посетителю часть здания была небольшой, узкое пространство, которое ограничили деревянным прилавком. Перед ним стоял старый стул, установленный, по-видимости, для удобства клиента.       Стен в помещении в привычном понимании не было. Их заменяли огромные стеллажи с рядами бесконечных полок, уходивших вверх, в темноту. На каждой из полок были аккуратно сложены тысячи, а может и десятки тысяч коробочек.       Внутренняя структура здания не имело к его уличному виду обычного двухэтажного здания никакого отношения. Потолок здесь уходил настольно высоко, что его не было видно.       «Качественная работа по интеграции пространственного расширения в архитектуру. Неплохо», - оценила Рин мастерскую.       Она пробежалась взглядом по коробочкам на ближайших полках.       В каждой из них хранился мистический код, потенциальное хорошее оружие. Но местные волшебники использовали его вообще для всего, абсолютно. Это место было для них хранилищем судеб.       Тысячи мистических кодов ждали здесь своих хозяев, излучая легкое потрескивание во внутренний магический фон помещения.       Она встала перед прилавком, но не стала звонить в колокольчик или звать хозяина. Он должен был знать о её приходе с того момента, как она пересекла его граничный барьер на входе. Она просто держала аристократическую осанку в вежливом ожидании.       Мужчина, вернее, бледнокожий старик с седыми волосами, появился без какого-либо звука и даже движения воздуха. Он возник из темноты между стеллажами, словно сам давно стал частью помещения. Его глаза, бледные и серебристые, светились в полумраке магазина внутренним светом. Казалось, он даже не моргал, внимательно рассматривая новую покупательницу с аналитическим интересом.       Рин не вздрогнула, несмотря на эффектное появление торговца, но слегка напряглась и подняла ментальные щиты. Старик был опасен - не как противник, его тело было хрупким, а как магический аналитик, который видел магов насквозь.       - Добрый день, - произнес он мягким, тихим голосом, заполняя им все пространство магазина.       Рин немного наклонила голову, демонстрируя приветствие, без излишней почтительности.       - Добрый день, - ответила она.       Олливандер бесшумно, словно скользя по воздуху, занял позицию у прилавка. Он изучал взглядом её лицо, руки, одежду.       - Редкий гость. Обычно ко мне приходят одиннадцатилетние дети, полные страха и надежд. Или же старые клиенты, сломавшие свой инструмент по неосторожности. Вы не относитесь ни к тем, ни к другим, - оценил он.       - Верно. Я не школьница, которой нужно купить первый набор для учебы. И я ничего не ломала, - сухо согласилась Рин.       Она взяла паузу, посмотрев в его заинтересованные глаза.       - Что вам угодно, мисс? - спросил он, слегка наклонив голову набок.       - Мне нужен инструмент, этот ваш... мистический код. Палочка, - сказала она твердо.       Олливандера терминология не удивила. У этого человека за спиной был огромный опыт, включая наследие своих предков. Его сложно было чем-то удивить.       - Палочка... Да, разумеется, - ответил он, смотря куда-то в пустоту.       Он подошел прямо к прилавку, взглянув в её глаза. Рин ощутила его мощную, обволакивающую ауру векового артефактора всем своим телом. Она не давила, но подминала под себя все окружающее пространство, словно привыкла заставлять реальность работать по его правилам. Его серебристые глаза не пытались гипнотизировать собеседника, но неизбежно привлекали к себе внимание, позволяя ей видеть в них свое отражение.       - Вы ищете не замену. Вы ищете первый инструмент, который сможет выдержать... вашу специфику, - утверждал он, без тени вопросительной интонации в голосе.       Он взглядом просканировал её ауру. Он не видел всей картины из-за внутренних ограничителей, но определенно мог засечь следы праны, остаточный фон её собственной магии, которую здесь никто не применял.        - Интересно, очень интересно, - сказал он, поднимая руку, словно прощупывая магическое излучение.       Прошло легкое колебание маны в воздухе.       - Вы не здешняя, это очевидно. Ваша аура... она другая. Структурированная иначе. Жестче, - заключил он.       Рин внутренне напряглась - анализ оказался слишком быстрым и точным для здешнего мага.       - А, Японские корни? - задал он вопрос неожиданно конкретно, блеснув глазами.       Рин кивнула, сохраняя холодное лицо.       - Верно. Но я здесь не для того, чтобы обсуждать мою генеалогию или географию моего происхождения, - ответила она, отрезая дальнейшие расспросы.       Для этого человек она должна была быть иностранкой, волшебницей с Востока, которая по каким-то причинам оказалась в Лондоне и нуждается в местном снаряжении.       - Разумеется. Японская магическая традиция... У вас другая философия потока, - Олливандер с интересом улыбнулся.       - Именно поэтому мне нужен местный инструмент. Мои методы здесь... неэффективны, - сказала Рин, решив, что немного технической правды не повредит.       Олливандер согласно кивнул, словно ответа ему не требовалось.       - Разумный подход. Очень прагматичный. Редко встретишь волшебника, который понимает механику процесса, а не просто машет палкой, ожидая чуда, - похвалил он, поведя головой в сторону.       Он повернулся к стеллажам.       - Японские корни... Жесткость. Дисциплина. Но и скрытая ярость. Огонь, запертый в лед, - раскладывал он, словно ведя беседу с бесчисленными коробочками.       Он двинулся в вдоль полок, сканируя коробки с мистическими кодами длинными пальцами. Он не читал надписи - их там и не было.       - Обычно я начинаю с измерений, какая рука рабочая, длина предплечья... Но в вашем случае, госпожа, это лишнее. Стандартные мерки здесь не подойдут. Ваша магия уже сформирована. Палочка должна не учить вас, а подчиниться вам. Или выдержать вас, - рассказывал он, продолжая перебирать коробки.       У одной из секций он замедлился.       - Вишня? Нет, слишком капризна. Драконья жила... возможно, но слишком грубо для вашей техники. Вам нужна точность. Вам нужна емкость, - продолжал рассуждать Олливандер.       Старик пусть и был пугающим, но он был профессионалом. Он говорил терминами, с которыми Рин была знакома - свойства и совместимость.       Он подошел к старомодной подвижной лестнице на рельсах у одного из стеллажей и с неожиданной для своего возраста прытью забрался на неё.       - Я думаю, я знаю, что мы ищем, но это будет непросто. У меня есть несколько... специфических экземпляров. Эксперименты моего деда, которые так и не нашли хозяина. Слишком своенравные для британских волшебников. Слишком требовательные, - его голос доносился сверху.       Лестница резко сделала рывок вдоль стеллажа, увозя хозяина глубоко внутрь темной мастерской.       Рин осталась в одиночестве у прилавка, смотря в темноту, куда исчез старик.       Она заняла выжидающую позу, прислушиваясь к дальнему шуму - Олливандер перебирал коробки, что-то говоря себе под нос о их свойствах.       Мастер вернулся так же быстро, как исчез - со скрипом лестницы. Гаррик Олливандер спустился с лестницы, удерживая в руках несколько узких и длинных футляров, покрытых вековой пылью.       Он осторожно выложил коробочки на прилавок, одну за другой.       - Ну что ж, начнем с классики, но с нюансом. Бук и сердечная жила дракона. Двенадцать с половиной дюймов. Жесткая, неуступчивая, но обладающая великолепной проводимостью для боевой магии, - произнес он с профессиональным азартом, словно делал ставку в казино.       Олливандер открыл крышку футляра и передал палочку Рин. Она оказалась довольно легкой и сухой.       - Взмахните палочкой, - попросил он.       Рин оценила артефакт скептическим взглядом. Он выглядел как простая отполированная деревяшка без рун, инкрустаций и укреплений.       «Взмахните. Он говорит так, словно простое движение рукой сможет активировать магическую цепь. Это как пытаться зажечь лампочку, тряся её в руке, вместо того, чтобы подключить к сети. Хотя для местных магов, инструкция, наверное сгодится», - иронично припомнила она фонящие ауры волшебников.       Рин приняла базовую стойку и направила палочку в условно безопасное пространство - в сторону прохода между стеллажами. Затем открыла одну из своих магических цепей и подала на палочку минимальный импульс Од, который мог бы зажечь небольшую свечу.       Результат обернулся полным фиаско.       Палочка начала вирировать, издавая треск. Дерево нагрелось до обжигающих температур. Мистический код из бука не смок конвертировать энергию в заклинание, он оказался перегружен.       Сырая энергия преобразовалась в тепло и сорвалась с кончика пальцами, порождая неуправляемое пламя, термический выброс из-за перегрева проводника. Ближайший стеллаж мгновенно вспыхнул огнем.       Рин отступила на шаг и отбросила дымящуюся палочку, сохраняя хладнокровие.       - Мерлинова борода! Aguamenti! - воскликнул он раздраженно, в спешке выхватив собственную палочку и начав делать рубящий жест.       С кончика мистического кода сорвался мощный поток воды, который затушил огонь. Затем Олливандер круговым движением собрал дым в кучу и отправил его в сторону вентиляции.       - Tergeo, - добавил он, очищая пол и стеллаж.       Он справился за несколько секунд, так и не позволив огню причинить какой-либо ущерб.       «Быстро. Рефлексы отработаны. Очевидно, я не первый клиент, который устраивает здесь поджог. Хотя метод тушения примитивен. Вакуумная сфера была бы эффективнее и не оставила бы воды», - проанализировала она.       Серебристые глаза Олливандера посмотрели на неё суженным взором.       - Вы подали слишком много магической энергии, палочка - это инструмент тонкой настройки, а не кузнечный молот. Вы не должны давить на неё. Вы должны позволить ей самой направлять магию, - нейтрально отчитал он.        - Инструмент, который ломается от штатной нагрузки, - это плохой инструмент. Я использовала крохи энергии. Если она не выдерживает даже этого, как она поведет себя в реальных сценариях использования? Взорвется у меня в руке, оторвав пальцы? - парировала Рин.       Олливандер не стал спорить, он с грустью посмотрел на остывшую обугленную палочку, поднял её и положил на прилавок.       - Хорошо. Значит, бук слишком мягок для вас. Вам нужно что-то более... инертное, - сказал он.       Он открыл вторю коробку.       - Черное дерево и волос единорога. Девять дюймов. Очень жесткая. Обычно выбирает магов с высокой дисциплиной и склонностью к боевой магии, - сказал он, протягивая инструмент.       Рин взяла новую палочку. Она была заметно тяжелее прошлой, из черного, гладкого дерева. Этот мистический выглядел более надежным.       - Попробуем еще раз, - сказала она, готовясь подавать энергию самым малым потоком из возможных.       Она направила палочку в сторону стеклянной вазы с давно высохшими цветами, которая стояла на подоконнике.       - Verstarkung, - скомандовала она, пытаясь слегка укрепить вазу на расстоянии. Одно из самых простых упражнений на контроль потока.       Прана пошла тонкой струйкой, дозированным потоком.       Палочка из черного дерева отозвалась сопротивлением, словно энергия шла через бутылочное горлышко. Сердцевина из волоса единорога резонировала с задержкой.       Произошел импеданс. Различие сопротивлений источника и нагрузки.       Энергия скопилась на краю палочки, создала избыточное давление и вырвалась наружу неконтролируемым потоком, вызвавшим ударную волну.       Бах!       Ваза, вместо ожидаемого укрепления, резко взорвалась, разбрасывая стекло в разные стороны. Ударная волна заставила стекла в окне дребезжать. Отдача ушла в плечо Рин, вызывая ноющую боль. Палочка в её руке вибрировала так, словно кто-то ударил молотком по железу.       - Нестабильная фокусировка. Слишком высокое внутреннее сопротивление. Она «захлебывается» потоком, создавая обратную волну, - прокомментировала она, кладя инструмент на стол.       Олливандер взглянул на остатки вазы и настороженно, с тенью уважения во взгляде, посмотрел на Рин.        - У вас... специфический выход энергии, вы не черпаете магию извне, как это делают местные волшебники. Вы вливаете свою собственную. И плотность вашей подачи... она аномально высока. - произнес он медленно, анализируя ситуацию.       Олливандер покосился на соседние полки.       - Попробуем еще.       Последующие десять минут превратились в фестиваль неудач.       Третья палочка из тиса и пера феникса, выдала огромный сноп искр, от которых пол почернел. Рин заметила, что тис обладает неплохой емкостью, но перо феникса оказалось излишне автономным, навязывая в поток огненный элемент без её команды.       Затем последовали четвертая, пятая, шестая палочки...       Магазин пропах жженым деревом, весь пол оказался завален осколками и пеплом от неудачных проверок.       Олливандер стал заметно мрачнее. Точнее, куда более серьезным. Дежурная улыбка исчезла, уступив огромной скорости перебора палочек. Но каждая попытка проверки заканчивалась неудачей с разрушениями и неконтролируемыми выбросами энергии.       Рин стояла в ожидании очередной палочки, скрестив руки. Её терпение заканчивалось.       - Это неэффективно. Вы мастер или лотерейный автомат? Должна быть система подбора, - пожаловалась она, когда очередная палочка из ивы провалила тест.        - Система есть! Но вы не вписываетесь в систему! Палочка выбирает волшебника, но эти... они вас боятся. Или не могут вас «понять». Ваша магия не течет, она... бьет, - огрызнулся Олливандер, впервые потеряв свое хладнокровие.       Олливандер посмотрел на кучу неподходящих палочек, затем на Рин.       - Сложный случай. Очень сложный. Необычный. Давно я не видел такого... диссонанса - сказал он, потерев подбородок.       Его задумчивый взор устремился к самым дальним, самым темным углам магазина.       - Возможно, я подхожу к этому не с той стороны. Я пытаюсь подобрать вам инструмент, который будет направлять вашу магию. А вам нужен инструмент, который будет просто служить каналом. Проводником, достаточно прочным и емким, чтобы не сгореть, - предположил он.       Он целеустремленно направился в глубину здания, двигаясь в темноту.       - Подождите здесь. И, ради Мерлина, ничего не трогайте. Я не хочу восстанавливать магазин из руин, - крикнул он через плечо.        Рин осталась в одиночестве.       «Палочка - это партнер местного мага, симбионт. Она помогает, исправляет ошибки, облегчает контроль. Но за это приходится платить потерей самой сути контроля. Я пытаюсь навязать свою волю грубой силой. Неудивительно, что эти палки сбоят» - анализировала Рин.       Через несколько минут мастер вернулся, неся с собой одну древнюю коробочку из темного лакированного дерева. Слой пыли на ней выглядел так, словно с начала века её никто не вскрывал.       Олливандер положил футляр на прилавок с театральной торжественностью, словно сделав ставку на лошадь, которая гарантированно придет к финишу первой.       - Я почти забыл о ней. Это не моя работа. Это работа моего отца. Экспериментальная серия, созданная в двадцатых годах, когда он увлекался восточными техниками, - начал рассказывать он, открывая крышку футляра.       Внутри была палочка, лежавшая на подложке из красного шелка.       Мистический код из плотной древесины был красновато-розового оттенка с гладкой поверхностью.       - Сакура, - довольно произнес Олливандер.       «Сакура. В магических практиках используется для работы с духами и накопления энергии. Это... интересно» - молча кивнула Рин.       - А сердцевина? - спросила она.       Олливандер поднял взгляд, полный опасения и предвкушения.       - Шерсть кицунэ, - ответил он.       Кицунэ, лиса-оборотень, относилась к фантазмическим духам Востока.       В Британии волшебники делали ставку на стандартный набор родной мифологии - части драконов, единорогов, фениксов.       Рин засмотрелась на палочку.       - Импортные компоненты. Отец получил их по обмену от мастера из Киото. Он пытался создать палочку, которая объединила бы европейскую жесткость структуры и восточную гибкость потока. Но ни один британский волшебник не смог с ней совладать. Она... отвергала их. Она жгла руки. Она искажала заклинания, - пояснил Олливандер, видя её реакцию.       Он ловким движением достал палочку из коробочки и протянул её рукоятью вперед.       - Сакура и шерсть кицунэ. Одиннадцать дюймов. Упругая. Своенравная, - описал он в своей привычной манере.       Это палочка отличалась от тех, что мастер предлагал раньше. От неё шел жар, агрессивное магическое излучение, но при этом подозрительно знакомое.       «Кицунэ... Лиса. Хитрость. Огонь. Это... подходит», - подумала Рин.       Несмотря на потенциальную опасность, исходящую от мистического кода и в красках описанную Олливандером, она протянула руку и взяла палочку. Любопытство исследователя перебило осторожность.       Момент контакта с мистическим кодом был похож на статический разряд, несмотря на то, что он был сделан из сакуры.       - О... - выдохнула Рин, показав больше удивления, чем планировала.       Обычно, когда маг использовал чужой мистический код, он чувствовал сопротивление, конфликт, вызванный иной структурой течения праны внутри магических цепей пользователя. Но здесь сопротивления не было, словно инструмент был сделан специально для нее. Она почувствовала мягкое тепло, которое шло от сердцевины палочки волной магической энергии к её руке, вливаясь в поток энергии магических цепей.       «Резонанс», - сразу определила она.       Огонь, один из пяти элементов, которыми владела Рин, отозвался в природе кицунэ. Её жесткий контроль компенсировался гибкостью сакуры. Этот инструмент не навязывал свою волю и не ограничивал поток, он предлагал партнерство. Свободное, но опасное.       Рин закрыла глаза, сосредотачиваясь на фоновом потоке маны.       «Хорошо. Давай проверим твою пропускную способность. Но на этот раз - аккуратно», - подумала она, вскинув палочку.       Она не стала пробовать заклинания или укрепление, выпустив микроскопическое количество Од. Меньше, чем потребовалось бы для поджога спички.       Другие палочки уже на этом этапе вызвали бы ударную волну, но сакура без проблем впитала энергию.Рин открыла глаза и сделала плавный взмах палочкой по дуге.       Воздух вокруг инструмента окрасился в мягкий, переливающийся розовый цвет. Это была иллюзия, побочный эффект работы ядра кицунэ. Свет был похож на лепестки сакуры, кружащиеся на ветру, но никаких физических объектов создано не было.       Рин чувствовала поток маны, и отсутствие сопротивления палочки. Она работала как трансформатор, преобразуя её энергию в более мягкую форму.       - Контроль стабилен, сопротивления и отдачи нет - заключила Рин, наблюдая за тем, как розовое свечение следует за движениями палочки.       Она прекратила вливать Од и свечение плавно угасло, уступив место темному освещению магазина. Палочка в руке стала слегка теплой, словно живое существо, отреагировавшее на ласку.       В магазине на мгновение наступила гробовая тишина.       Гаррик Олливандер громко выдохнул с присвистом. Его напряженные плечи расслабились.       - Вот. Вот эта подойдет, - подтвердил он довольным голосом, полным облегчения.        Его взгляд стал таким, словно он увидел чудо, успешное завершение эксперимента, который его предок начал век назад.       - Я думал, она никогда не найдет хозяина, слишком экзотичная. Слишком... чужая для нашей традиции. Но вы... вы с ней говорите на одном языке, - признался старый мастер, вытирая лоб платком.       - Она не спорит, это главное, - ответила Рин, рассматривая палочку.       Олливандер слегка улыбнулся.       - Сакура и шерсть кицунэ, могущественное сочетание. Но будьте осторожны, мисс. Кицунэ коварны. Эта палочка может быть лояльной, но она не потерпит слабости. И она может... интерпретировать ваши намерения по-своему, если ваш контроль ослабнет, - предупредил Олливандер.       - Мой контроль не ослабнет, - уверенно ответила Рин.       Она была довольна приобретением, это действительно был мистический код высокого класса, который позволит её использовать разлитую в воздухе ману, не затрачивая свои резервы.       Оставался лишь один вопрос.       - Сколько она стоит? - спросила она, опуская палочку.       Мистическое амплуа мастера палочек тут же утихло, уступив место предприимчивому торговцу.       - Ну... - задумался он, оглядывая разрушения в виде обугленных стеллажей и осколков ваз.       Ущерб был небольшим, но присутствовал. Рин мысленно прикинула свои финансы. У неё было девяносто галеонов в кошельке.        «Хватит ли этого, чтобы покрыть убытки торговца?» - спросила она себя.       - Экземпляр уникальный. Экспериментальный образец. Импортные материалы, доставка из Японии в двадцатые годы стоила прилично. Плюс работа мастера... Сорок галеонов, - подсчитал он и озвучил сумму.       «Сорок галеонов. Двести фунтов стерлингов по текущему курсу» - прикинула Рин.       Обычная палочка, судя по тому, что она слышала, стоила около семи галеонов. Эта была дороже почти в шесть раз.       «Грабёж? Возможно. Но в моем мире за индивидуальный мистический код такой проводимости с меня содрали бы в десятки раз больше, да еще и потребовали бы услугу в будущем», - размышляла она, разглядывая палочку.       - А разрушения? - уточнила она, указав на остатки следов поджога на полу.       Олливандер отмахнулся.       - За счет заведения. Считайте это платой за... расширение моего кругозора. Я давно не видел ничего подобного, - беззаботно ответил он.        - Отлично, сорок галеонов. Договорились, - сказала она.       Она сунула руку во внутренний карман плаща, доставая новый кошелек из кожи «как у дракона». Ей было всегда приятно платить с аристократической уверенностью, не торгуясь.       Рин открыла мешочек и начала извлекать монеты.       «Один, два, три...» - начала считать она, выкладывая золотые диски на прилавок.       Монеты выстраивались в аккуратные столбики, словно в банке, только у Рин процесс выкладки занимал гораздо больше времени, чем у гоблина.       Олливандер наблюдал с вежливостью, не спеша пересчитывать монеты.        - Готово, - Рин положила сороковую монету.       Она завязала кошелек и убрала его обратно во внутренний карман. Оставалось еще 50 монет, неплохая финансовая подушка на случай важных покупок.       Олливандер отправил золото в ящик одним ловким движением палочки.       - Футляр? - спросил он.       - Не нужен. Я не собираюсь хранить её на полке, - ответила Рин.       «Нужно будет сделать для неё крепление», - подумала она, крутя новую палочку, вновь оценивая вес и баланс.       - Теперь мы закончили? - спросила она, взглянув на мастера.       - Да, госпожа, - Олливандер сделал уважительный поклон.       Она уверенно направилась к выходу, крутя палочкой в руке. Теперь у нее был мистический код, который позволял взаимодействовать с миром по здешним методикам, мимикрировать под местных жителей.       С хлопком закрывшейся двери магазина Косой переулок вновь заполнил аудиальные сенсоры Рин уличным шумом и свежим воздухом, наполненным маной, чей график полезности для Рин улетел далеко вверх за последние несколько минут.       Она шла по дороге, стараясь вылавливать полезную информацию из огромного океана шума. Рин уже имела примерное представление об уровне развития технологий и культуры местного магического сообщества, теперь ей была интересная социальная структура и возможности заработка.       Неподалеку от зловонной «аптеки» с гнусным торговцем, Рин заметила скопление людей.       Они собрались около деревянного щита, приклеенного магией к стене здания, что стояло между антикварной и каллиграфической лавкой.        Доска объявлений - деревянный холст с прибитыми к нему кусками пергамента.       Древний, но не самый плохой способ размещения предложений в обществе, где нет цифровых сетей и организованных бирж        Рин двинулась к ней, аккуратно, отодвигая зевак локтями. Волшебники расступались, чувствуя холодную аристократическую грацию в её движениях.       Она нашла хорошую точку обзора и приглянулась к заголовкам.       «Продается котел, б/у, самопомешивающийся».       «Потерялась жаба, отзывается на имя Тревор. Нашедшему - плата».       «Срочно куплю...»       Раздел «Вакансии».       «То, что нужно» - заметила Рин.       Деньги, которые она изъяла у бандита в переулке, были хорошим стартовым капиталом, но они не были бесконечны. Каждый прожитый день истощал бюджет - аренда, еда и прочее.       Рин начала изучать объявления.       «Требуется работник в лавку "Волшебный зверинец". Обязанности: чистка клеток, кормление животных и флоббер-червей. Оплата: 7 галеонов в неделю».       «Чистка клеток. Для наследницы Тосака. Это даже не смешно», - мысленно прокомментировала она.        «Нужен уборщик в "Дырявый Котел". Требования: умение управлять шваброй, не беспокоя посетителей, выводить магические пятна».       Рин неодобрительно фыркнула, переведя взгляд дальше.       «Сортировщик драконьего помета».       «Вы серьезно?! Неужели у вас нет големов для такой работы? Или вы считаете, что копаться в экскрементах - это достойное занятие для человека, владеющего магией?» - она закипела от гнева.       Рынок труда оказался значительно хуже, чем она считала до этого. Экономика была ориентирована на ручной труд и услуги низкой квалификации. Исследователи, теоретики - никому не были нужны, только рабочий класс.       Она хотела уйти, решив, что раздобыть маггловские документы для игры на бирже будет проще, но её порыв прервало еще одно объявление в верхних рядах. Оно было написано излишне официально, красивым почерком и было заверено печатью.       ТРЕБУЕТСЯ       Преподаватель дисциплины «Защита от темных искусств»       «Защита от темных искусств», - Рин остановилась на заголовке.       Термин был весьма расплывчатым.        «Что именно здешние маги считают «темными искусствами»? Демонологию? Проклятия? Некромантию?»        В родном мире Рин магию не делили на «светлую» или «темную», она подразделялась на разрешенную и запрещенную. В целом суть объявления была понятна - здесь искали специалиста по нейтрализации магических угроз.       Она продолжила чтение.       Место работы: Школа Чародейства и Волшебства Хогвартс.       «Хогвартс. Та школа, о которой я слышала в пабе. Фабрика, производящая этих горе-колдунов» - вспомнила Рин.       Условия:       Бесплатное проживание и питание в замке.       Высокая заработная плата.       Неограниченный доступ к библиотеке.       Неограниченное использование оборудования школы в научных целях.       Взгляд Рин сменился на заинтересованность.       Утечка денег была главной, злободневной проблемой. Здесь она решалась практически на корню, так еще и открывала доступ к площадке для исследований и библиотеке. Многие книги здесь стоили неприлично дорого, ей уже довелось видеть цены. В Хогвартсе их предлагали бесплатно, в качестве бонуса к зарплате.       Рин начала изучать требования.       Требования к кандидату:       Возраст от 18 лет и выше (наличие магического образования).       Глубокие теоретические знания о магии, в области противодействия темным и магическим существам.       Практический опыт противодействия темным искусствам (обязательно).       Устойчивая психика (желательно).       «Практический опыт… Я пережила Войну Святого Грааля. Я выжила в бою с Кастер, волшебницей из эпохи богов. Думаю, мой опыт перевесит опыт любого местного колдуна», - размышляла она.       Внизу объявления было написано:       «Для подачи заявки отправьте сову с резюме на имя Директора: Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор»       Рин перечитала эту строку еще раз.       «Альбус... Персиваль... Вульфрик... Брайан... Дамблдор. Ничего себе имечко», - оценила она в саркастической усмешке.       Она знала о некоторых магах, которые тоже любили звучные титулы, но даже они не использовать пять имен в переписке. Это было излишне пафосно и медленно.       Тем не менее, Дамблдор, очевидно, был одной из ключевых фигур в этом обществе. Директор всеобщей магической школы должен был быть одним из сильнейших магов региона, да и регалии на это намекали.       Рин отошла от доски, уступая место другим желающим изучить объявления. В голове она уже просчитывала варианты.       «Работа в школе - это отлично.Во-первых, статус. Преподаватель - это уважаемый член общества. Во-вторых, убежище. Школа, судя по всему, находится в защищенном месте вроде Часовой Башни - практиковать мистерии и вести исследования вдали от любопытных глаз всегда лучше.В-третьих, ресурсы. Лаборатория. Ингредиенты. Возможно, там есть запасы драгоценных камней для учебных целей? Если и нет, то можно будет покупать их на зарплату» - погрузилась в рассуждения Рин.       Минусов в текущей ситуации она не нашла, это был идеальный вариант. Она собиралась подать заявку немедленно - хорошая вакансия висела публично, на улице, её могли опередить конкуренты.       «Отправьте сову», - скривилась она, вспомнив строку про Альбуса Дамблдора.       В её мире связь с другими магами производилась по телефону, или, в крайнем случае, с использованием фамильяра-вестника, если собеседник был закоренелым консерватором и параноиком.       Здесь почему-то использовали животных.       «Примитив», - вздохнула Рин.       Совы у нее не было.       «Создать фамильяра?» - промелькнуло в голове.       Она могла бы это сделать с использованием драгоценного камня, путем трансформации его энергии в эфирную конструкцию и задать алгоритм поиска, но это было затратно как в материальном плане, так и в плане расхода праны. У неё не было образца магической ауры Дамблдора и даже примерного расположения адресата. Фальяр не сможет найти человека, если не знает, кто он и где обитает.       Местная почта, учитывая массовую доставку газет читателям посреди улицы, очевидно, работала на иных принципах, ей не ведомых.       «Покупать птицу... Это дополнительные расходы на содержание. Клетка, корм, уборка помета. Неэффективно» - Рин поморщилась, представляя, как возится с животным.       С другой стороны, преподавателю местной школы был необходим местный канал связи.       «Необходимое зло. Инвестиция в коммуникации», - оправдала мысль она.       Рин огляделась.        «Где в этом домене безумия продают птиц?» - спросила она себя.       Она вспомнила, как проходила мимо магазина с клетками.       «Торговый центр сов» - промелькнуло в голове название лавки.       Рин развернулась и быстро пошла в предполагаемом направлении.       - Эй, смотри, куда прешь! - буркнул какой-то волшебник, которого она задела плечом.       Рин даже не обратила внимание. Её внутренние мысли были погружены составлением резюме для письма, оставив поиск дороги в магазин на внешний контур разума.       «Как описать свой опыт, не вызвав ненужных подозрений?» - спрашивала она себя.       Ей следовало написать письмо так, чтобы заинтересовать директора школы. Нужно было показать, что она - профессионал, а не просто человек с палочкой, зашедший не в ту дверь. Требовался, уважительный, академический стиль.       На горизонте показалось нужное здание, отвлекая её от размышлений.       ***       Баннер «Торговый центр сов Илопа» приветствовал покупателей, громко развеваясь по ветру, но это звук глушился уханьем десятков сов, доносившихся изнутри. Это было темное и грязное здание, где вся витрина была измазана сомнительными субстанциями и завалена клетками.       «Биологическая опасность», - скривилась Рин.       Она вошла внутрь.       Проблемы этого магазина были очевидны, они были на удивление схожи с пресловутой «аптекой» - о проветривании в последний год здесь никто не думал. Усугубляло ситуацию то, что вместо заспиртованных летучих мышей в банках, здесь проживали и активно оставляли следы жизнедеятельности десятки птиц. Их глаза мелькали в темноте, словно это были светодиоды.       Появление Рин вызвало резонансное эхо шороха крыльев и уханья, совы учуяли нового покупателя. Она прошла между клеток, осматривая птиц.       - Вам помочь, мисс? - из темноты вышел продавец.        Это был мужчина возрастом примерно в сорок пять лет, в кожаном фартуке и старых перчатках со следами когтей сов.       - Мне нужна сова. Критерии: выносливость, высокая грузоподъемность, устойчивость к погодным условиям. Внешний вид значения не имеет, - озвучила Рин требования.       Продавец замялся, собираясь с мыслями.       - Э-э... ну, у нас есть отличные полярные совы, очень популярные в этом сезоне... - начал он.       - Мне нужная незаметная рабочая птица, а не сенсация для маггловских репортеров. Покажите мне вон ту, - указала пальцем Рин на клетку в углу, в которой сидела крупная неясыть коричневой окраски.       Птица отличалась от остальных разумной неподвижностью, бросая злобные взгляды на своих «соседей» по магазину, которые махали крыльями без продыху.       - Это матерый самец. Характер скверный, кусается, - продавец с сомнением посмотрел на птицу.       - Идеально, значит, сможет постоять за себя, если на пути встретится хищник. Сколько? - спросила Рин.       - Десять галеонов. Вместе с клеткой и пакетом совиных вафель, - ответил торговец.       Это была приемлемая цена, без переплат за модную «полярность», которую изначально мужчина хотел навязать.       Она выложила монеты, стараясь не касаться руками грязного прилавка. Продавец тотчас изменился в лице, улыбнувшись.       - Как назовете, мисс?       - «Курьер», - ответила Рин, забирая клетку.       - Просто... Курьер?       - Это его работа. Не вижу смысла в хитрых кличках.       Пока продавец, доставал корм, Рин решила выведать интересующую её информацию. Сова была бесполезна без знаний о том, как её использовать.       - Дайте мне инструктаж. Как именно осуществляется навигация для доставки письма? Мне нужно задавать координаты? Использовать карту? Или нужен образец ауры адресата? - потребовала Рин.       Продавец взглянул на неё с изумлением, словно она спросила у него, каким приспособлением нужно закрываться от дождя.       - Эм... вы просто говорите сове имя, мисс. И место, если знаете. Если не знаете - просто имя. Совы сами находят. Это же... ну, почтовая магия, - сказал торговец так, словно это было истиной с начала времен.       Рин нахмурилась.       - «Сами находят». Это ненаучно. Каков принцип действия? Они отслеживают резонанс имени в ноосфере? Используют лей-линии как направляющие? - продолжила допрос она.       - Они просто... знают. Они умные, - развел руками мужчина, который явно таковым не был.       Рин устало вдохнула воздух, поморщившись от здешней атмосферы. По какой-то причине местные маги очень любили использовать инструменты, об устройстве и принципах работы которых знали примерно ничего.       - Ладно, - сказала она.        «Пока буду считать, у них есть встроенный GPS-навигатор на биологической основе» - решила она и покинула магазин, неся с собой клетку с «Курьером».       Птица особо не возражала, словно была рада покинуть тот гадюшник.       Рин сразу же отправилась за канцелярскими товарами в лавку «Письменные принадлежности Скриббуллуса» неподалеку.       Этот магазин успокаивал нервы - он был значительно тише и без шума животных и пах чернилами вместо птичьего помета. Рин купила упаковку местного аналога бумаги, пергаментов, банку черных чернил и перо, столь любимых местными магами. На руках тащить не пришлось, благо, у торговца в кои-то веки нашлись в продаже крупные картонные пакеты.       - У вас есть нормальные ручки? - спросила она скорее из вредности, чем требуя очевидный ответ.       - Мы торгуем только традиционными принадлежностями, - строго, но устало ответил продавец.       «Традиционными принадлежностями для создания клякс и потери времени», - мысленно прокомментировала Рин, расплачиваясь за покупки.       Следующей проблемой стало место, где можно ровно написать письмо. Идти назад в маггловский отель было бы долго. Приобретя немного мелких товаров в паре лавок, она отправилась в знакомый «Дырявый Котел» и заняла непопулярный столик, разложив там письменные принадлежности. Бармен не возражал, либо же просто не обратил внимания.       Местная традиция написания текстов пером оказалась той еще пыткой. Писать ровные буквы было скорее раздражительно, чем сложно - Рин обучали каллиграфии в детстве, но не для таких низменных потребностей.       Она написала резюме и взялась за проверочное чтение.       «Уважаемый директор Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор,       Пишу Вам в ответ на объявление о вакансии преподавателя Защиты от Темных Искусств.       Меня зовут Рин Тосака. Я являюсь главой одной из старейших магических семей восточной Азии, магом в шестом поколении. Я специализируюсь на конверсии энергии, магических сражениях и работе с проклятиями.       Я не обучалась в Европе, так как получила образование в рамках семейного обучения и частных занятий с инструкторами, дает мне уникальный взгляд на магическую теорию и практику, отлично дополняющую стандарты британской системы образования. На мой взгляд, разнообразие подходов является ключом к качественному обучению.       В наличии глубокие знания в области минералогии и структурного анализа. Мой обширный практический опыт включает в себя успешное противостояние враждебным, темным сущностям высокого ранга и участие в локальных магических конфликтах.       Я проживаю в Лондоне и готова приступить к работе немедленно, а так же показать демонстрацию своих навыков на формальном собеседовании.       С уважением, Рин Тосака».       Она перечитала письмо. Выглядело достаточно солидно.       Рин свернула пергамент в трубочку, запечатала его и вышла на улицу.       - Курьер, работа, - сказала она, открывая клетку.       Сова издала короткий звук недовольства, но покинула свой «портативный дом». Она прикрепила свиток к одной из лап птицы, использовав немного укрепленной бечевки, приобретенной ранее у одного из торговцев.       - Доставить Альбусу Дамблдору. Хогвартс, - дала задание Рин.       Птица взглянула на неё желтым глазом так, словно ей сказали очевидное направление, и, взмахнув крыльями, улетела в небо, провожаемая взглядом Рин.       Оставалось лишь томительное ожидание, которое требовало постоянной траты ресурсов.       Рин вернулась в отель в обычном Лондоне.       Последующие три дня она следовала новому распорядку. Днем она отсыпалась и посещала лондонские библиотеки, изучая различия в истории и географии со своим миром. Вечером она становилась виджиланте, отправляясь в неблагополучные криминальные районы с темными парками и аллеями, вроде Сохо.       Её тактика всегда была простой - небольшой косплей одинокой девушки в дорогой одежде. Грабители, бандиты и прочие хищники, уверенные в своей безнаказанности и сорванном «джек-поте», привлекались с удивительной быстротой. После серии нелепых флиртов, угроз и попыток взять её силой, она начинала воспитательный процесс, который она окрестила «сбором налогов».       Это были довольно короткие уличные бои с использованием укрепления. Бандиты, пусть иногда и были вооружены, двигались слишком медленно, чтобы оказать хоть какое-то сопротивление. Несколько «легких» ударов в уязвимые точки, и бандиты теряли сознание, открывая доступы к своим кошелькам, набитым фунтами. Оставалось лишь собрать наличность, часы и украшения из дорогих металлов, которые можно было пустить на лом, а затем стереть им память.       Она собирала дань и исчезала без следа, оставляя после себя лишь воспоминания на «пьяных драках». К концу третьего дня таких вылазок у нее скопилась лишняя тысяча фунтов. Финансовый вопрос был решен методом грубой силы, пусть и ценой потраченного времени.       По ночам, закрывшись в номере отеля, Рин практиковалась в применении волшебной палочки. Несмотря на хорошую совместимость, пользоваться этим инструментом было непривычно, «интерфейс» не всегда правильно понимал отданную команду.       Её подушка, которую она пыталась слегка поднять магией ветра, резко улетала вверх и билась о потолок.       «Контроль вектора нарушен. Избыточный импульс. Коэффициент усиления палочки нестабилен. Или, скорее, он слишком высок для моих привычных дозировок», - рассуждала она.       Результаты были избыточно мощными и не всегда консистентными. Она чувствовала себя велосипедистской, которую посадили управлять истребителем, где любое привычное движение приводило к краху.       Сегодня она вновь сидела на кровати, с раздражением крутя палочку.       Нужно было переучиться на пользование местной магической системой.       Она взмахнула палочкой над подушкой, и та устремилась вверх, игнорируя команду не подниматься слишком сильно.       «Ладно. Завтра попробуем снова. Меньше давления. Больше... плавности» - закончила она после очередного фиаско, поймав подушку, что свалилась с потолка.       Уставшая, она легла спать, замечая шум уличного дождя на периферии разума, но не придавая ему значения.       Она ждала ответа от «работодателя». И надеялась, что он окажется умнее местных лавочников.