Противофаза

      Команда, собранная для спасения Мелло, кропотливо выуживала информацию о двух сплетенных в преступном танце группировках. Ниа обещал Мелло держаться в стороне, да и сам не горел желанием перехватывать его дело, но обстоятельства вопили о вмешательстве. Всего за двое суток они выявили целую сеть нарушений: нелегальная торговля, что опутала собой не только оружейные склады, но и притоны с наркотиками, а также подпольные лаборатории дьявольского препарата. Слухи о вражде между группировками давно просочились в криминальный мир, но доказать этот факт не представлялось возможным. Тогда Ниа обратился к своим немецким связям, чтобы выйти на тех, кто когда-то нанимал его самого, до того как дело уплыло к Мелло. Оказалось, местные следователи, движимые недоверием к официальному куратору расследования картеля, продолжали копать в обход N. Ведь Ниа не терпел дилетантства. И не работа неофициально. Сейчас его вынудили обстоятельства.              Всплыло до боли знакомое имя — Хавьер. Ниа без единого укола совести припомнил, как лично раскрыл его мексиканцам. Весть о том, что Хавьеру удалось бежать, прозвучала как манна небесная, значительно упрощая и без того сложную задачу.              Ниа вытребовал всю информацию, которой владел Хавьер, будучи внутри картеля. Оттуда просочились важные детали: во-первых, кто-то из мексиканцев всё-таки сливал информацию триаде, ускользнув от бдительного взгляда Мелло; во-вторых, картель готовил удар по Гонконгу сразу после Рождества. Но триада, осведомленная о готовящемся нападении, нанесет свой удар в двадцатых числах декабря, до наступления праздника. И пусть конец декабря уже дышал в спину, Ниа должен был подготовиться к неминуемому участию в операции по предотвращению кровавой войны.              Предатель, поставляющий информацию в Гонконг, очевидно, был человеком Матиаса. Ниа сделал вывод, что Матиас желал таким образом следить за каждым шагом Мелло. Знай Ниа больше о криминальной жизни Мелло, возможно, он бы разгадал истинные мотивы Матиаса, помимо банальной мести за чувства к Мэтту. Всё это казалось настолько по-детски, что трудно было поверить в серьёзность происходящего.              В целях безопасности участники расследования перебазировались в штаб-квартиру L. Со дня похищения Мелло миновало почти двое суток. Все затаили дыхание, ожидая заветного сигнала к спасению. Без него никто, даже L, не мог действовать. Они плели паутину расследования в тени, не желая привлекать ненужное внимание. Рюдзаки давно усвоил: никому, даже облеченным властью, нельзя доверять.              Глухой ночью звуки клацающих клавиш и размешиваемого в кофе сахара потревожили чуткий сон Ягами Лайта. Он испытывал странное чувство, находясь в комнате, где когда-то Рюдзаки, подозревая его, держал в наручниках. Лайт не мог понять, ностальгия это или что-то другое… Он лишь знал наверняка, что больше никогда не желает снова ощутить сталь наручников на своих запястьях.              Ворочаясь в постели, Лайт заметил спину детектива, который, уловив движение, взглянул на него через плечо.              — Прости, я разбудил тебя, — констатировал L, хотя Лайт давно свыкся с его ночными бдениями. Он лишь мягко улыбнулся в ответ и покачал головой. Эл вздохнул, разминая затекшие плечи, сидя на рабочем стуле в своей излюбленной позе с поджатыми ногами. — Я хотел, чтобы Ниа поспал…              — Я знаю, — тихо ответил Лайт, устраиваясь поудобнее на подушке. Сон постепенно отступал. — Он действительно пошел спать?              Эл невесело усмехнулся.              — Нет.              — Всё ждет сигнала?              Рюдзаки кивнул в подтверждение и слегка отодвинулся на стуле, позволяя Лайту увидеть экран ноутбука. Когда Ягами приподнялся на локтях, всматриваясь в монитор, Эл произнес:              — Уже двое суток тишины. Если Мелло в море, то они направляются к острову. Мелло выждет момент, пока они не причалят к берегу, а потом отправит сигнал.              Лайт и сам думал о таком развитии событий, поэтому слова Эла не стали откровением. Казалось, даже Ниа предвидел это и ждал лишь потому, что Мелло мог подать весть о себе в любой момент, как только ступит на твердую землю.              — И ты… уже вычислил примерное местоположение? — спросил Лайт, хотя не нуждался в ответе, уверенный, что Эл давно определил, где будут держать его преемника.              — Конечно, — легко ответил Эл. — Где-то в окрестностях Окинавы. Осталось в этом убедиться. Действовать нужно с осторожностью, ведь Матиас прекрасно осведомлен о моих способностях. Боюсь, он знает о работе Ниа и Мелло, поэтому подстрахуется.              — Что ж, — Ягами откинулся на подушку, глядя на причудливые узоры на потолке. — Мелло и Ниа крупно повезло с тобой.              Воцарилась тишина. Рюдзаки пристально наблюдал за Лайтом, пытаясь понять, что тот имел в виду. Возможно, Эл просто чувствовал ответственность за этих детей. Это было его долгом. Но были ли какие-то другие чувства? Эл не мог выразить их словами. Лайта он спас, потому что любил, но любил ли он Мелло или Ниа? Он не пытался дать определение своим чувствам к ним.              — Знаешь, Лайт, — монотонно произнес Рюдзаки, отпивая кофе. — Я считаю, что им повезло с тобой. По крайней мере… Ниа уважает тебя и видит, как даже злодей может встать на путь исправления. Мелло убивал людей, балансировал на грани, хотя другие правоохранительные органы давно бы упрятали его за решетку. Ниа верит, что Мелло примет его справедливость, как Кира принял справедливость L. Забавная параллель, не правда ли?              Слова детектива заставили Лайта задуматься. Перед Ниа он мог не скрывать свою истинную сущность Киры, отвечая на все вопросы этого юного гения, что значительно облегчило общение. И он не покривит душой, сказав, что ночные кошмары мальчика его беспокоили. Лайт помнил, как Рюдзаки просыпался в холодном поту, стоило ему попытаться уснуть хотя бы на полчаса. Тогда Эл видел, как Лайт совершает убийства. И самым страшным воспоминанием был эпизод с Мисорой Наоми. Ягами не мог себе этого простить.              — Эл, я тут подумал, — привлекая внимание детектива, Лайт сел в кровати, — мог ли Матиас мстить из-за обиды?              — Что ты имеешь в виду? — задумчиво пробормотал Рюдзаки.              — Ты отверг его, не взяв в преемники. Я не удивлюсь, если его действия и связь с делами, которые вели твои наследники, — это способ привлечь к себе внимание L. Даже Мелло и Ниа соперничали между собой. Мелло явно был недоволен тем, что ты выбрал не только его, но и Ниа. Что же должен чувствовать ребенок, мечтавший о лаврах великого детектива, но чьи надежды ты разрушил, отказав из-за болезни? Не думал ли ты, что твои действия могли подтолкнуть Матиаса к попытке доказать свою уникальность, превосходство над Ниа и Мелло?              Эл молчал, не находя слов. Он помнил день, когда сказал Матиасу, что тот ему не подходит, но не думал, что его решение обернется подобным образом.              Конечно, сейчас уже поздно что-то менять. Единственное, что им оставалось — предотвратить назревающую катастрофу.              Бессонница выгнала Ягами из постели. Он принял душ, сменил одежду и направился на кухню в поисках бодрящего кофе. Там его ждал Ниа. Лайт попытался ободрить его улыбкой, но Нэйт был далёк от радушия. Его измученный вид выдавал дни, полные тревожного ожидания. Он неотрывно смотрел в экран ноутбука, подтянув колено к груди. На нём была одежда Мелло, и крест на груди, который он нервно сжимал в руке. Тёмные круги под глазами залегли глубокими тенями, и Лайт понял, что мальчику жизненно необходим отдых.              — Ниа, тебе нужно отдохнуть, — произнёс Ягами тоном, не терпящим возражений. Четыре утра, у него было достаточно времени, чтобы поспать до десяти.              — Тебя подослал L? — в голосе юноши звучала лишь усталость.              — Нет, L здесь ни при чём, — честно ответил Лайт, включая кофемашину. Аппарат загудел, и Ягами взглянул на ссутулившегося Ниа. — Тебе нужен сон, чтобы участвовать в штурме базы Матиаса.              Ниа вздрогнул, удивлённо посмотрев на Лайта.              — Что ты сказал?              — Рюдзаки считает, что сегодня мы получим сигнал. И я думаю, ты захочешь лично принять участие в спасении Мелло, — Лайт пожал плечами, скрестив руки на груди и прислонившись к кухонному столу.              — Я… — Ниа осекся, вновь утонув взглядом в мерцающем экране ноутбука. Он никогда не участвовал в подобных операциях, всегда полагаясь на своих подчинённых. — Я хочу сам вытащить его оттуда.              — Тогда тебе понадобятся силы. Ты выглядишь ужасно.              — Не стоит меня жалеть, — резко бросил Нэйт, но Лайт лишь вздохнул.              — Ты понимаешь, что не спишь уже двое суток? — Лайт подошёл к парню и положил руку ему на плечо, слегка сжав его. — Я не жалею тебя, Ниа, я констатирую факт: тебе необходим отдых.              Стиснув зубы, Ниа не находил в себе сил признать правоту Лайта. Его глаза слипались, но он поглощал сладости и литрами пил кофе, борясь со сном. Казалось, он уже балансировал на грани безумия. Сердце разрывали страх и отчаяние. За эти два дня он возненавидел своё существование, но надевал маску безразличия, чтобы не сорваться. Когда Мелло стал так важен для него? Когда ему стало так тяжело дышать без него? Почему этот несносный мальчишка стал ярким лучом в его жизни? Мелло словно открыл ему глаза на любовь, живущую в его сердце. И Нэйт знал, что будет обречён на вечный страх за чужую жизнь, если не заставит Мелло остаться рядом.              Ему нужен отдых. Лайт был прав. Ниа поднялся и бросил на Ягами измученный взгляд.              — Хорошо, — прошептал Нэйт, и неожиданно ощутил прикосновение руки Лайта к своим волосам. Тот мягко провёл ладонью по его голове, отчего Ниа слегка нахмурился, но ничего не сказал, направляясь прочь с кухни.              Проводив Ниа взглядом, Лайт взял кружку с горячим кофе и сел за ноутбук, изучая записи Нэйта. В какой-то момент Лайт нахмурился и, откинувшись на спинку стула, глубоко задумался, держа в руке кружку.              После недолгих размышлений, Ягами пришёл к рискованной идее, которая могла застать Матиаса врасплох. Но ему нужно было всё хорошо обдумать…       

***

             Всё произошло с той неумолимой точностью, какую предвидел Рюдзаки. На закате, когда небосвод пламенел багрянцем, словно предвещая грядущие события, раздался долгожданный сигнал. Экран монитора Эла мгновенно ожил, наполнившись потоком данных со спутника.              — Окинава, — прозвучал его тихий, но отчетливый голос, пока изображение, словно повинуясь невидимой руке, приближалось, фокусируясь, пока не замерло на единственной фигуре… человека.              — Это не Мелло, — растерянно произнес Ягами, вглядываясь в незнакомое лицо. — Кто это?              — Один из похитителей, — немедленно отозвался Ниа. — Миллер.              — Но почему ремень у него? — недоумение сквозило в каждом слове Ягами.              Эл, вызвав на экран еще одно изображение, принялся изучать остров, скрупулезно анализируя каждый пиксель.              — Мелло, видимо, полагал, что сигнал может не дойти. Перестраховался, — пробормотал он. — Скорее всего, их база под землей, и Мелло предвидел подобное развитие событий. Значит, он вступил в сговор с похитителями.              Ниа замер, пытаясь молниеносно просчитать все возможные варианты. Недавний отдых позволил ему взглянуть на ситуацию свежим взглядом. Местоположение Мелло установлено, но штурм без четкого плана — верная гибель. Матиас, без сомнения, предвидел подобный ход. Возможно, он рассчитывал на личный контакт с Мелло. Он не так прост, его глазами была усеяна вся Япония, благодаря его умению взламывать системы. Но и у них есть Мэтт, способный прикрыть их, в случае чего.              Спутник зафиксировал не только членов американской преступной группировки, но и группу неизвестных мужчин, чьи лица удалось запечатлеть. Эл мгновенно проанализировал их, пропустил через все доступные базы данных и вывел на экран досье.              — Рюдзаки, — тишину нарушил напряженный, чуть дрожащий голос Лайта. В его взгляде мелькнула тень нерешительности. Эл тут же встрепенулся, повернувшись на стуле к своему возлюбленному, слегка склонив голову в вопросительном жесте.              — Я слушаю тебя, Лайт.              — Я думал об этом все утро, но не уверен, насколько это хорошая идея…              Эл молчал, ожидая, лишь слегка прищурился, выражая свою заинтересованность. Тогда Ягами, бросив мимолетный взгляд на Ниа и Мэтта, произнес:              — Нам нужна помощь Мисы.              Что ж, Эл предвидел подобный поворот событий. Ниа задумчиво перебирал в пальцах прядь пшеничных волос Мелло, пытаясь осознать, насколько рискованно прибегать к столь грязным методам. Даже по лицу Мэтта можно было догадаться, что он против. Ведь Мэтт тоже знал…              Знал, что Аманэ-сан была вторым Кирой. Но, несмотря на ее прошлое, он успел её полюбить.       

***

      Казалось, будто плечо окатили кипящей кислотой. Боль от извлечения пули без анестезии была невыносимой, острой, словно удар хлыстом по оголённым нервам. Мелло уже успел забыть это жгущее, разрывающее ощущение, когда свинец застревает в собственной плоти. Но куда хуже было осознание, что эта же пуля застряла в Ниа. У того был болезненно низкий болевой порог, и Мелло с запоздалым ужасом понял, что даже незначительный удар мог причинить Ниа адские муки.              «Боже, прости меня», — пронеслось в голове, обжигая горло виной.              Сколько же боли он, Мелло, причинил Ниа в детстве? Как этот хрупкий мальчик смог это пережить?..              Ах, да…              Сны, в которых маленький Ниа, свернувшись в комок, беззвучно изливал слезы, навеки въелись в память Мелло, терзая его совесть. Ему было невыносимо жаль. Боги, как же ему было жаль…              Если бы только Мелло мог повернуть время вспять, он бы изменил судьбу этого невинного ребёнка. Каждый синяк, оставленный им на теле Ниа, он бы с радостью перенёс на собственную шкуру.              — Чёрт… — прошипел Михаэль, искоса глянув на Янга, который копался в его плече, пытаясь вытащить пулю. — Нельзя ли поаккуратнее?              — Скажи спасибо, что я вообще согласился на это, — буркнул мужчина, а через мгновение резко потянул клещами на себя, вырывая пулю из тела Ниа и вызвав у Мелло истошный вопль. Янг отстранился, зажимая обработанную рану марлей. — Готово.              — Блять, — тихо выдохнул юноша, ощущая внезапное облегчение. Боль, конечно, всё ещё пульсировала, но тяжесть инородного тела больше не давила изнутри. — Матей совсем спятил.              Янг взглянул на него с любопытством, которое Мелло встретил волчьим взглядом исподлобья.              — Что? Чего уставился?              Мужчина лишь покачал головой и ответил:              — Матиас — личность своеобразная, но именно благодаря ему мы смогли подняться с колен после того… как убили наших глав.              Мелло вспомнил, как сам лично отправил на тот свет несколько верхушек триады, наивно полагая, что тем самым ослабит гонконгскую мафию. Если бы он знал, что кто-то окажется настолько прозорливым, чтобы дать им шанс на возрождение, Мелло бы лично взял Гонконг под свой контроль. И тогда… его бы не взяли в Южной Америке.              — Матиас — больной на всю голову подросток, — бесцветно бросил Мелло. — Думаете, ему есть дело до процветания вашей организации? Как только он получит желаемое, вы все тут же перестанете существовать. Ему не нужна криминальная империя, он просто хочет привлечь внимание L, слыхали о таком?              — Возможно, ты и прав, — Янг растянул губы в кривой усмешке. — Но возможность переплюнуть самого L звучит заманчиво, не находишь? Кира не сумел одолеть этого гениального детектива, но, возможно, нам удастся завершить его дело. Впрочем, пока Матиас с нами, нам нечего бояться ареста.              — Янг, хватит трепаться, — раздался резкий голос Матиаса, появившегося из-за угла. Его взгляд сразу же приковался к Мелло, а также к Янгу. — Проверь груз. На рассвете мы вылетаем в Мехико.              Как только Янг ушёл, Мелло остался наедине с Матиасом. Он провёл в этом мрачном подземелье уже около шести часов. Близилась глубокая ночь девятнадцатого декабря.              — Собираешься оставить меня здесь? — приподняв бровь, спросил Мелло, и его губы скривились в насмешливой улыбке. — Или, может, мне тоже стоит готовиться к захвату картеля?              — Никогда не видел тебя таким, — задумчиво протянул Матей, сканируя его взглядом с головы до ног. — Общение с Мелло, должно быть, оказывает на людей разрушительное воздействие. Неужели ты отупел в его компании? Что с тобой стряслось, Ниа?              Притворяться Ниа было изнурительно, хотя Мелло казалось, он ничем не выдал себя. В любом случае, кто бы поверил в историю про обмен душами?              — Со мной всё в порядке, а вот с тобой явно что-то не так, — усмехнулся Михаэль. — Впрочем, мне плевать, что ты обо мне думаешь. Ты меня не знаешь. И долго ты собираешься меня здесь держать?              Казалось, Матиас ни о чём не догадывался. Он потёр переносицу и направился к рабочему ноутбуку, стоявшему позади Мелло. Тот остался сидеть спиной к нему, но он по-прежнему мог слышать каждое его движение.              — До захвата мексиканского картеля посидишь здесь. Потом перевезу тебя на другую базу и займусь активами Вамми. Ну а после можно будет связаться с Мелло и L. Наверняка эта парочка уже ищет тебя по всему миру. Пока за тобой присмотрит Янг.              — Нашёл мне няньку, — пробормотал Мелло, закатывая глаза.              Послышалось клацанье клавиш, а затем Матиас задумчиво хмыкнул. Мелло моментально обратился в слух.              — Странно, — прошептал Матей, и этот тихий звук заставил Михаэля резко повернуть голову. Резкое движение отозвалось острой болью в плече, но он терпел. — Мэтт исчез. Я не могу определить его местоположение. Должно быть, Мелло привлёк его к этому делу. Что ж, Мелло никогда не упускает возможности ударить побольнее…              — Что ты имеешь в виду?              — Я следил за Мэттом всё это время, и его встреча с Мелло стала для меня полной неожиданностью, — задумчиво произнёс юноша. — Но было кое-что, что не оставило меня равнодушным… Знаешь, когда я увидел, как Мэтт целует Мелло, я подумал: а вдруг не всё так плохо? Вдруг Мэтт сможет наконец-то обрести счастье? Вот только… этот кусок дерьма оттолкнул его. А потом, я узнал, что у Мелло интрижка с тобой. Иронично, не находишь?              В повисшей тишине Мелло не знал, что сказать. Ниа не обмолвился ни словом о поцелуе с Мэттом. Почему? Не хотел, чтобы он чувствовал себя виноватым? Михаэль понятия не имел, что и думать.              — Неважно, — прозвучало вдруг, и голос Матиаса обволок Мелло мягкой пеленой, словно за спиной и не стоял жестокий лидер мафии. — Скоро это безумие закончится, Ниа. Я надеюсь…              — Босс! — истеричный выкрик разорвал тишину, заставив сердце Мелло болезненно сжаться в предчувствии неминуемой беды.              — Что стряслось?              — Это… Это… — голос подчиненного дрожал так сильно, что каждое слово вылетало с надрывом. Он смотрел на Мелло безумными, полными ужаса глазами, прежде чем перевести взгляд на Матиаса. — Мы… обречены, босс. Нас раскрыли… Он хочет вернуть… этого мальчика…              — L? — в стальном взгляде Матиаса промелькнула тень сомнения. Он рывком поднялся из-за стола, бросаясь к подчиненному, который трясущимися руками протягивал ему телефон.              — Нет, это не L, — прошептал мужчина, словно выдыхая жизнь. — Он… убил Джина… Джин мертв…              Матиас выхватил телефон, прижимая его к уху. Ледяной комок страха сковал горло, не давая дышать.              — Кто это?              В ответ повисла давящая тишина, которая, казалось, осязаемо сдавила каждый миллиметр пространства. Даже Мелло, скованный на стуле, ощутил, как напряжение Матиаса пронзает воздух, словно электрический разряд.              И, наконец, раздался голос. Искаженный, механический, словно пришедший из другого мира:              — Здравствуй, Матиас. Я — Кира.              — Что? — Матиас отшатнулся, глаза его расширились от ужаса, и он резко обернулся к неподвижному телу Ниа. — Докажи… Докажи, что ты — Кира!              Глупая, отчаянная просьба человека, загнанного в угол. Но Матиас не мог иначе. Взгляд, устремленный на него из глаз Ниа (или того, кого он принимал за Ниа), порождал сомнения, разъедал душу, словно кислота. А вдруг это ловушка? Мелло? L, решивший сыграть грязно? Он не знал…              Кира был повержен. Его не должно было существовать. Но следующие слова заставили Матиаса в ужасе обернуться к подчиненному.              — Доказательство у тебя, — произнес Кира. И в тот же миг мужчина, державший ранее телефон, рухнул на пол, издав приглушенный хрип. Его руки судорожно вцепились в грудь.              Смерть от сердечного приступа.              — Матиас, предлагаю тебе сдаться, — раздалось на той стороне, и Матей покрылся ледяным потом.              Это был Кира.              Мелло застыл в оцепенении. Невозможно… Он, конечно, понял, что мужчина умер от сердечного приступа, но… как? Почему? Неужели L солгал? Кира не был побежден?              Нет. Кира мертв, это точно. Но кто тогда только что убил этого человека?              В этот момент подземное убежище содрогнулось от взрыва, застав Матиаса врасплох. Со всех сторон выныривали вооруженные люди мафии, кричали. Один из них схватил Матиаса за руку.              — Прорвались! Взорвали главный люк! Матиас, уходим!              Юноша бросил взгляд на Мелло, не менее потрясенного происходящим. Он хотел броситься к нему, использовать как живой щит, как вдруг коридоры заполнил едкий дым.              — Дымовые шашки! Матиас! — заорал подчиненный, и Матиас, стиснув зубы, бросил тело Ниа, устремившись в безопасный хаос, где его ждал подъемный механизм.              Мелло, задыхаясь в клубах дыма, оказался свидетелем захвата подземной базы. Мимо проносились фигуры в черной форме, оружие рассекало дым лазерными прицелами. Страх ледяной волной окатил его.              — Он здесь! — прозвучал чей-то голос, и Мелло напрягся до предела. Первой мыслью был Кира. Но когда дым начал рассеиваться, чьи-то руки коснулись веревок за его спиной, освобождая его.              Когда руки были свободны, острая боль пронзила плечо. Рана глубокая, а на животе, он уверен, красовался огромный синяк после ударов. Зашипев, согнувшись пополам, он вдруг ощутил, как кто-то встает перед ним, кладя руки на плечи. Мелло поднял голову и увидел…              — Ниа… — в голосе Мелло звучал неподдельный ужас. Ниа был одет в черную водолазку и брюки. Он словно не услышал Мелло, опустился на колени и принялся распутывать веревки на его ногах. — Что ты здесь делаешь? Почему?!              Ниа молчал. Узел был тугим, и он достал нож, разрезая веревку. Бросил взгляд на окровавленное плечо.              — Рана только в плече? — спросил Ниа, пока мимо них пробегали вооруженные люди. Дым еще не полностью рассеялся, но это не мешало им видеть друг друга, пока вокруг гремели выстрелы.              — Да, Матиас выстрелил, но пулю вытащили, — быстро ответил Мелло, вновь повторяя свой вопрос:              — Какого черта ты здесь делаешь?!              Ниа взял его за руку и повлек за собой в коридор, из которого они пришли. Вытянув рацию, он четко проговорил:              — L, Мелло со мной.              — Хорошо, — отозвался Эл. — Мэтт ждет у выхода. Дорогу помнишь?              — Ещё бы, — губы Нэйта тронула легкая, самодовольная улыбка. Отключив рацию, он повел Мелло в просторный коридор, где зияла пасть лестницы, уводящей на верхние ярусы. План был прост, как две копейки: подняться на два этажа, чтобы достичь запасного выхода. В этом подземном лабиринте было три выхода, и Ниа выбрал тот, которым Матиас вряд ли бы воспользовался.              — Ты мне ответишь?! — Мелло вырвал руку из его хватки, словно от прикосновения к раскаленному углю. — Зачем ты пришел сюда?              Нэйт знал, что Михаэль задаст этот вопрос. Ниа хотел сам… спасти его. Жаждал принять участие в захвате, словно он был Мелло. Ему никогда не удавалось ощутить этот вкус риска и азарта, и сейчас он понял, как важно иногда поступать безрассудно, как это делал Мелло.              — Послушай, Мелло, — Ниа обхватил его лицо ладонями, впиваясь взглядом в его глаза. Ему было тяжело признаться в желании быть похожим на Мелло, обладать той же дерзкой храбростью, с которой тот бросался в пучину хаоса. Ниа сглотнул комок, застрявший в горле, но вдруг его взгляд метнулся в сторону, и он воскликнул:              — Берегись! — рывком притянув к себе Мелло, он прижал его к стене, а сам отскочил в сторону, уклоняясь от свистящей пули. Выхватив пистолет, Нэйт выпустил пару пуль в ответ, но противник юркнул за угол.              — Беги, беги! — подтолкнул он Мелло вперед, и сам ринулся следом.              Они выскочили к чугунной лестнице, устремленной ввысь, но не к спасительному выходу. Им предстояло пересечь еще одно зловещее пространство, напоминающее цех по производству неведомо чего. Воздух здесь был густым, спертым и отвратительно химическим. Помещение, раскинувшееся перед ними, поражало своими размерами, напоминая мрачный ангар. И это пространство не было пустым — оно было до краев заполнено свидетельствами жуткого производства. Вдоль стен и в центре громоздились непонятные агрегаты: чугунные прессы с массивными винтами, скованными тяжелыми цепями; системы рычагов и противовесов, напоминающие орудия пыток. На массивных деревянных столах выстроились ряды огромных емкостей.              Ниа подталкивал Мелло вперед, продираясь сквозь лабиринт механизмов и чанов, к противоположной стороне, где виднелась широкая лестница, ведущая к двери верхнего этажа.              В спину им ударили выстрелы. Юноши прижались к одной из емкостей, от которой исходил тошнотворный кисловатый запах.              Выглянув из-за укрытия, Нэйт метким огнем уложил, как минимум, одного — пуля точно попала в руку, а вторая, несомненно, нашла свою мишень в животе. Рывком вернувшись назад, он повернулся к Мелло, чтобы осмотреть его.              — Не ранен? — выпалил он, и Мелло отрицательно покачал головой, оценивая ситуацию.              — Черт, незамеченными нам не проскочить, — прокомментировал Михаэль. — Подохнем здесь вместе, романтично, не находишь? — на его лице заиграла ироничная усмешка.              Ниа перезарядил магазин, напряженно вслушиваясь в шаги, которые с трудом пробивались сквозь какофонию выстрелов. На этой базе было слишком много вооруженных преступников, а где скрывается Матиас, Нэйт не имел ни малейшего представления.              — Мелло, Матиас сбежал?              — Ага, — коротко бросил юноша. — Хотел меня с собой утащить в качестве живого щита, но время поджимало.              — Все выходы блокированы спецназом, даже у главного входа идет перестрелка. Матиас не уйдет.              — Да как вы вообще сюда спецназ пропустили? У Матиаса под контролем каждая камера на острове, — недоумевал Мелло. Он, конечно, надеялся, что Миллер поднимет тревогу и отправит сигнал, но провернуть такую масштабную операцию за столь короткий срок — это казалось невозможным. Вспомнив кое-что, Мелло добавил:              — И что это за фокусы с Кирой?!              Ниа изучал лицо Мелло, медля с ответом. Он не имел права раскрывать эту тайну сейчас. Он жаждал, чтобы L лично открыл ему личность Киры.              — Для начала, выбираемся отсюда, — прошептал Нэйт, поднимаясь с корточек. Мелло кивнул, соглашаясь.              Отправив Мелло вперед, к спасительной лестнице, Ниа прикрывал его отход, вступив в перестрелку с тремя преследователями. Пространство вокруг, испещрённое укрытиями, давало им преимущество, но когда они достигли лестницы, Мелло решил, что с Ниа хватит геройства. Не шло ему это.              — Давай вперед, и отдай мне пистолет, — скомандовал Мелло, голос его звенел от напряжения.              Ниа открыл было рот для возражения, как новая волна выстрелов заставила их пригнуться. Мелло, скрежетнув зубами от раздражения, вырвал пистолет из рук Ниа и, вскочив на ноги, всадил пулю одному из стрелявших прямо в лоб.              — Поднимайся, Ниа! Живо на лестницу! Убийство — не твоё призвание!              В этот миг Ниа ощутил подкатившую тошноту.              Он не способен…              И это правда. Он не мог убить сам. Вероятно, именно поэтому он всегда старался ранить, а не убивать. Это была его главная ошибка, которую ему твердили все вокруг. Он не Мелло. И даже погрузившись в этот кошмар, он подсознательно цеплялся за свою чистую, наивную справедливость. Не мог убить, не мог запятнать руки кровью.              — Ну же, блять! — прорычал Мелло, и Ниа, повинуясь толчку, ухватился за ступени, начиная подниматься вверх.              Пули свистели вокруг, заставляя вжимать голову в плечи, но он лез вверх, не останавливаясь. Обернувшись, он крикнул:              — Мелло, быстрее!              Мелло не заставил себя ждать. Схватившись за чугунные перила, он рывком начал подъем, несмотря на раненое плечо. Из-за резких движений кровь хлынула еще сильнее. Светлая одежда Ниа, бывшая когда-то безупречной, теперь чернела от грязи и крови.              Ниа взобрался наверх и протянул руку Мелло, который вцепился в нее, подтягиваясь.              — Уходим! — крикнул Ниа. Но тут раздался выстрел, и в глазах Мелло что-то оборвалось.              Издав хриплый стон, Михаэль едва не сорвался с лестницы, но Нэйт, подгоняемый адреналином, схватил его за вторую руку и втащил на площадку, вместе с ним рухнув на железный пол, огороженный перилами. Они были на верхнем ярусе, но враг мог появиться здесь в любую секунду.              — Мелло… Мелло? — шептал Нэйт, осторожно перекатывая Мелло на спину. Михаэль истошно закричал, хватая ртом воздух.              Перехватив пистолет из-за пояса Мелло, Ниа приподнялся и выпустил несколько пуль вниз. Увидев распростертые тела, он понял, что остался один. Последний из нападавших затаился за чаном, вероятно выжидая подмоги.              Вернувшись к Мелло, Ниа панически ощупал его тело. Мелло схватил его за предплечье и прохрипел:              — В поясницу… Выстрелили в поясницу…              Ниа пытался сохранить хладнокровие. Сорвав с себя ремень, он как можно аккуратнее продел его под поясницей Мелло, стараясь стянуть края раны. Он знал, что это почти не поможет, что кровотечение, скорее всего, внутреннее. Снаружи рана казалась пустяковой, но внутри, если задеты почки, это могло стать катастрофой.              Схватив ноги Мелло и ощупав их, Ниа спросил:              — Чувствуешь?              — Всё… — Мелло хрипло закашлялся, корчась от боли. — Всё в порядке. Позвоночник… не задет, — заверил он.              Ниа поднял глаза. Они были полны слез, а руки повисли в воздухе, не зная, что делать. Мелло подстрелили, а он снова оказался беспомощен. Они застряли на этом проклятом острове, где вряд ли найдутся квалифицированные хирурги. Он тонул в мыслях, пока ладонь Мелло не коснулась его щеки, стирая слезы.              — Зачем ты пришел сюда? — прохрипел Мелло. Сквозь пелену боли он не отрывал взгляда от лица Ниа, лица, которое теперь навсегда могло остаться вместе с ним.              — Я… был неправ, — прошептал Нэйт, голос его дрожал, а в глазах плескались едва сдерживаемые слезы. — Я хочу в твой мир… Я хочу с тобой в твой мир, Мелло…              Мелло, оглушенный этими словами, разразился истеричным смехом, сквозь который уже пробивались рыдания. Ведь сам он молил о противоположном. Когда буря стихла, Мелло, чувствуя, что разум его вот-вот сломается под гнетом этой невыносимой боли, попытался удержаться на краю. Слепо протянул руку, ища поддержки, и Ниа, словно предчувствуя, сам вложил свою ладонь в его.              — Я тоже был неправ, — выдохнул Михаэль, и этот звук скорее походил на предсмертный хрип. В глазах защипало, тело изнывало от боли, которую причиняла застрявшая в нем пуля. — Я понял… как важна твоя работа, Ниа…              — Нэйт, — вдруг произнес Ниа, и Мелло удивленно вскинул брови.              — Что?              — Мое настоящее имя — Нэйт Ривер. Я Нэйт, Мелло…              — Михаэль, — слабо улыбнулся Мелло. — Приятно познакомиться, Нэйт…              «Я знаю», — эхом отозвалось в голове Ниа. Он давно знал его настоящее имя, но все не решался произнести его вслух.              — Прости, — прошептал Михаэль, хватка его слабела. — Твои методы и вправду… эффективны. Я признаю это…              — Мелло! — голос Нэйта сорвался, когда глаза Михаэля медленно закрылись. — Михаэль… Мелло…              Но ответа не последовало.              Ниа почувствовал, как сердце его замерло, словно перестало биться. Услышав скрежет металла, он сжал пистолет в руке. И стремительно обернулся, совершенно не владея собой. Как только на лестнице показалась голова поднимающегося человека, Нэйт, не раздумывая, направил оружие. Мгновение, оглушительный выстрел, и пуля, выпущенная из тяжелого пистолета, отозвалась пульсирующей болью в руке.              Мужчина, не успев даже вскрикнуть, рухнул вниз, замертво распростершись у основания лестницы.              Ниа впервые убил человека.              Ниа тяжело дышал, в голове грохотал шторм, тело словно горело изнутри, а вся боль сосредоточилась в одной точке, готовая разорвать его изнутри. Он отчаянно пытался подавить этот адский ураган чувств, но все тщетно. Мир вокруг закружился, теряя четкость, и внезапно его выбросило на поверхность. Тело больше не слушалось его, и Нэйт подумал, что отправиться вслед за Мелло прямо сейчас — не такая уж плохая идея.       

***

             В рации раздался голос L:              — Мэтт, Лайт, как обстановка?              Лайт шел впереди, прощупывая путь к Ниа и Мелло. Мэтт поднес рацию к губам:              — Их нет слишком долго, выдвигаемся на разведку. Матиаса взяли?              — Матиас пытался уйти на лодке, но мы его перехватили. Найдите Мелло и Ниа.              Лайт толкнул массивную железную дверь и замер, пораженный открывшейся картиной. Знакомые силуэты… Ниа, склонившись над телом Мелло, отчаянно пытался привести его в чувство.              — Ниа! — закричал Мэтт, осматривая помещение на предмет затаившихся противников. Он увидел лишь три неподвижных тела, раскинувшихся на бетонном полу. — Что с Мелло?!              — Ниа… — прохрипел юноша. — Ниа там! Мы… мы вернулись!              Лайт бросился к телу, с ужасом вопрошая:              — Что произошло?!              — Меня подстрелили. Нужна скорая! На острове есть скорая?! — голос, которым говорил Мелло, был низким и полным испуга.              — Мэтт, помоги вытащить Ниа отсюда. Веди его к Рюдзаки, отправляйтесь в больницу, а я осмотрю этаж, — скомандовал Ягами, и Мэтт, повинуясь, поспешил к Мелло, чтобы поднять тело Ниа, не причинив ему еще больше вреда.              Единственное, о чем мог думать Мелло: почему они вернулись в свои тела именно сейчас? Он был готов умереть, но в тот момент, когда сознание его начало меркнуть, он вдруг увидел последнее воспоминание Ниа: дождливый день в Винчестере, Дом Вамми. Ниа сидит на подоконнике своей комнаты и смотрит, как Мелло покидает их общий дом. И в тот момент Мелло был готов поклясться, что отчетливо услышал едва различимое: Вернись ко мне. И после этого боль, что терзала его, отступила, а глаза распахнулись. Перед собой он видел вытянутую руку с пистолетом, чувствовал ярость и отчаяние, что оставил в этом теле Ниа. Скорбел неистово, боялся до смерти и ненавидел себя.              И что теперь? Ниа мог умереть по вине Мелло…              Михаэль знал, что если Ниа погибнет таким образом, Мелло бездумно последует за ним. В этом не было никаких сомнений.              Вряд ли он сможет жить в мире, где не будет Нэйта Ривера.       

***

      Тело пульсировало от боли, глаза, иссохшие и покрытые коркой, были тяжелыми, как груз. Горло стянуло нестерпимой сухостью, и среди всех этих ощущений Ниа думал лишь об одном: Мелло… Мелло. Михаэль.              Слабость в теле ощущалась особенно остро, а в ушах раздался тихий писк, как эхо его измученного состояния. Приложив немного усилий, Ниа разлепил слипшиеся веки, притязая на борьбу с внезапной яркостью.              Ему было трудно сосредоточиться на чем-либо, но он терпеливо дожидался, пока его сознание начнет проясняться. Первое, что он смог различить, когда мир вокруг обрел очертания, — фигура человека, сидящего на стуле рядом. Тот увлеченно играл в приставку, держа в зубах Чупа-чупс.              «Я в больнице», — мелькнула мысль в голове Ниа, он попытался повернуться, чтобы привлечь внимание Мэтта.              Мэтт, услышав его движения, повернул голову и одарил Ниа взглядом. Нельзя было определить, что именно скрывается за этим взглядом, но его усталость и нехватка сна были очевидны.              — Очнулся, — произнес Мэтт, убирая приставку. Он немного расставил ноги, оперся на них локтями, рассматривая Ниа, который изо всех сил пытался подняться с постели. — Эй, не вставай, у тебя две пулевые раны.              — Мелло… — прохрипел Ниа, не обращая внимания на предостережения друга. Сквозь боль он приподнялся на локтях, но Мэтт, наклонившись к нему, предотвратил его попытки, крепко схватив за плечи.              — Ниа, успокойся, тебе нельзя подниматься!              — Он ранен… Мелло… — продолжая шептать, Ниа закрыл глаза, позволяя своему телу расслабиться в руках Мэтта, который, неожиданно даже для самого Ниа, обнял его. Внутри все перевернулось, и ему хотелось заплакать, как в детстве. — Мэтт… Где Мелло? — спросил Ниа, и Мэтт слегка отстранился, чтобы заглянуть в его глаза.              Он потянулся к зеркалу, оставленному Рюдзаки на тумбочке, и протянул его юноше.              — Мелло жив, — заверил его Мэтт, но что-то в его интонации вызывало у Ниа тревогу. — Вы вернулись в свои тела, Ниа. Всё закончилось. За Матиасом следят специалисты. Сейчас мы в Японии.              Взяв зеркало, Ниа всмотрелся в свое привычное лицо. Действительно, он вернулся в своё тело, что подтверждали пулевые ранения. Значит… в тот момент, когда он убил преступника, Ниа и Мелло вернулись обратно. И Мелло не умер.              Он был жив…              — Где? Где Мелло!? — в отчаянии потребовал Ниа, его глаза широко раскрылись, словно от ответа Мэтта зависела вся его дальнейшая жизнь.              — Ниа, — тихо произнес Мэтт, отводя взгляд. Черты его лица стали острее и серьезнее. Ниа почувствовал, как внутри у него все похолодело. — Мелло ушёл.              — Что?.. — глухо произнес Ниа.              — Ты был без сознания две недели, и Мелло решил уйти, — откровенно признался Мэтт. — Снова…              Нет… этого не может быть. Ниа чувствовал себя преданным, будто поверил в нечто волшебное. И единственное решение Мелло разбило все надежды, которые он строил.              Отчасти… Мэтт знал, что этот исход возможен, ведь это был Мелло. Никто другой не мог вызвать такую любовь, а затем разбить её с такой жестокостью. Мелло, безусловно, был жесток.