Шелк, бархат и лунный свет

На следующий день после инцидента Айви Мэй решила с головой уйти в учебу. Это был проверенный способ не думать о Роне и его улыбке, которая заставляла ее сердце биться чаще. Она сосредоточенно делала пометки на лекции по истории артефактов, когда ее тихо окликнули подруги. После уроков в оживленном коридоре ее ждал Габриэль, который решил не отлеживаться дома в одиночестве и не пропускать все школьное веселье. Перед ним стоял преподаватель магической физкультуры – грозного вида оборотень-медведь, скрестивший мускулистые руки на груди. – Эйс, твои нормативы по левитации и бегу давно пылятся в моем журнале, – ворчал он. – Из-за вчерашнего… происшествия ты освобожден от физры еде на неделю. Но на следующей – все, без поблажек. Понял? Габриэль, стоявший чуть сгорбившись, лишь мило улыбнулся, его рыжие ушки покорно прижались. – Конечно, профессор. Я все сдам, обещаю. Просто нужно немного восстановиться. И зовите меня пожалуйста Винтер. Учитель фыркнул и удалился. Улыбка Габриэля тут же померкла. Он вздохнул, и в его изумрудных глазах мелькнула грусть. – Как же не хватает рядом Уильяма, – промелькнула мысль. Возлюбленный бы не позволил никому так ворчать на него, даже преподавателю. Он бы нашел какие-то безупречные слова, холодные и вежливые, которые заставили бы профессора просто кивнуть и уйти. В этот момент к нему подошли Айви, Алиса и все еще немного бледная Рикка. Габриэль оживился, увидев их. – Привет! Как раз хотел вам кое-что сказать. Ты, Айви, кажется, искала дополнительные материалы по истории магических артефактов для своего проекта? Айви кивнула, ее кошачий хвост с белым бантиком на кончике любопытно подрагивал. – Так вот, – понизил голос Габриэль, – в старой, заброшенной части школы есть одна библиотека. Она меньше главной, туда редко кто заглядывает… но там хранятся действительно уникальные манускрипты. В частности, те, что писал мой… то есть, наш отец. Эйланд Эйс. Алиса настороженно подняла бровь, поправив очки. – Заброшенная часть? Это безопасно? – Вполне, – заверил Габриэль, хотя в его голосе звучала легкая неуверенность. – Там просто пыльно и тихо. Но если мы хотим найти что-то действительно стоящее, а не общие учебники… то это то место. Пойдем? Идея была заманчивой. Айви уже мысленно представляла пожелтевшие страницы с записями знаменитого исследователя. – Пойдем, – решительно сказала Алиса, видя интерес подруги. Рикка лишь кивнула, будучи явно рада любой активности, которая отвлечет ее от мыслей о вчерашнем. Их маленькую группу в коридоре не могло не заметить чье-то пристальное внимание. Мимо них, словно королевская процессия, проследовала Бруклин в новом винном платье, крепко вцепившись в локоть Рона. За ними, как безмолвная тень, парила Широ. Бруклин замедлила шаг. Ее надменный изумрудный взгляд оценивающе скользнул по Габриэлю, а потом презрительно – по Айви. – Вот оно как, – ее голос прозвучал сладко-язвительно. – Братец уже на ногах и водится с прежней компанией. Как же легко ты оправился… прямо как в начальной школе, когда с винтовой лестницы насмерть падал. Габриэль не стал огрызаться. Он лишь внимательно посмотрел на сестру и в глубине ее колючего взгляда уловил едва заметное, но самое важное – облегчение. Она рада, что с ним все в порядке. Это знание согрело его изнутри. – Все хорошо, Брук, – мягко сказал он. Она фыркнула, ее пушистый хвост раздраженно дернулся. – Ладно. Но я бы на твоем месте не общался с предателями, – бросила она на прощание, имея в виду Айви, и потянула Рона за собой дальше по коридору. Айви опустила глаза, ее ушки печально прижались к голове. Габриэль вздохнул. – Не обращай внимания. Она просто… по-другому не умеет. Он огляделся, ища в толпе знакомый высокий силуэт в темном плаще. – Уилла нет, – тихо заметил он. – Его, как председателя, вызвали в студсовет. Учителя хотят сообщить ему что-то важное… наверное, про вчерашний сбор преподавателей. Что-то явно происходит. Это добавляло тревожности, но и решимости. Если в академии назревают какие-то события, то информация из старых манускриптов их отца может оказаться ценнее, чем когда-либо. – Ничего, – сказала Алиса, словно читая его мысли. – Справимся и без него. Идем в эту библиотеку. Их путь лежал сначала через знакомые, тихие коридоры, но вскоре они свернули в старую, редко посещаемую часть академии. Воздух стал прохладнее и пах пылью и камнем. Они поднялись по узкой винтовой лестнице в ветхую башню, стоящую в полумраке – не было ни электричества, ни магических светильников. Под ногами хрустел песок, а по стенам ползли причудливые тени. Пробираясь вперед, Габриэль первым заметил паутину – не обычную, а шелкопрядов. Тончайшие, серебристые нити переливались в слабом лунном свете, словно драгоценная ткань. Айви завороженно замерла. – Это ж… из такой паутины делают лучший паучий шелк для простыней и рубашек, – прошептала она. – Эх, – вздохнул Габриэль, осторожно обходя ловушку. – Такую бы паутину мигом купили бы на аукционе… или Уильям. – Прости уж, но не всем он доступен, – сухо хмыкнула Алиса, идя следом и прикрывая собой Рикку. – Так что считай, тебе повезло, что в тебе души не чает родовитый вампир. Габриэль ухмыльнулся, его рыжие ушки весело дернулись. – Я в нем тоже души не чаю, так что это взаимно. Но его улыбка мгновенно исчезла, когда в углу, среди теней, он заметил резкое движение. Рефлексы оборотня сработали быстрее мысли. В его левой руке вспыхнул и материализовался короткий алый клинок, больше похожий на кинжал из застывшей крови. Он резко взметнул его, и лезвие встретилось с чем-то твердым и мохнатым. Это был паук. Размером с баскетбольный мяч, с множеством блестящих алых глаз. Получив отпор, он не стал атаковать снова, а поспешно, с шуршанием, отполз обратно в темноту. – Эй, ты не говорил, что здесь будут пауки! – шикнула Алиса, ее фиолетовые глаза настороженно сканировали потолок. – Я не знал! – искренне удивился Габриэль, клинок в его руке все еще светился зловещим алым светом. – В прошлый раз, когда я здесь был, их тут не было. – А когда ты тут был? – поинтересовалась Рикка, стараясь не смотреть в темные углы. – Года два назад, если честно. Все, что мне было нужно, я как раз к Уильяму забрал… – он запнулся, – Сразу после того, как сбежал из дома. Повисла неловкая тишина, нарушаемая лишь их дыханием. – Я читала, что пауки-шелкопряды очень быстро размножаются, – неуверенно заметила Айви, чтобы разрядить обстановку. – Правда. Надо будет сообщить преподавателям, что у нас в академии расплодились пауки. Пусть отвезут их куда-нибудь и на волю выпустят, – деловито отметил Габриэль, делая шаг вперед. И в этот момент из-за очередного поворота на него снова ринулся паук, уже более крупный. Габриэль не успел среагировать из-за истощения после вчерашний смерти, но Алиса была начеку. Она одним движением сбросила очки, и ее глаза вспыхнули ярким желтым светом, используя силу гаргульи. Взгляд встретился с многочисленными алыми глазками членистоногого. Мгновение – и паук застыл на месте, превратившись в серую каменную статую, с глухим стуком упав на пол. – Уф, было близко. Спасибо, – выдохнул Габриэль, и его алый клинок растворился в воздухе. – Не за что, – Алиса надела очки, и ее глаза снова стали темно-фиолетовыми. – Заклятие окаменения рассеется минут через пятнадцать, так что нам лучше поспешить. Айви и Рикка переглянулись, впечатленные. Они шли неспеша: впереди – Алиса и Габриэль как самые опытные в обороне, сзади – Айви и Рикка. Все также отметили про себя необычный клинок Габриэля – это был вампирский артефакт, один из многочисленных подарков Уилльяма, с помощью которого можно было контролировать кровь. Но Габриэль использовал его просто как холодное оружие, владея им с впечатляющей ловкостью левши, отточенной на продвинутых курсах фехтования. – Надеюсь, сама библиотека не покрыта паутиной, – вздохнул оборотень. Наконец они дошли до массивной дубовой двери, которая была слегка приоткрыта. Алиса щелкнула пальцами, и на ее ладони вспыхнуло небольшое, послушное пламя, освещая пространство. К счастью, пауков внутри не оказалось. Найдя оставленные оборотнем на полке свечи, она зажгла их. Комната озарилась приглушенным, теплым светом.