Злата и школа Святой Вальбурги

      Злата во все глаза рассматривала помещения, в которые её заводил Влас. Запомнить это казалось практически невозможным. Сначала, да, казалось, как вообще возможно забыть это. Но когда прошло время и она пыталась сложить общую картину — выходило не очень. Но нельзя винить в этом Власа, многие первокурсники сразу так ничего и не запоминали. Больше в этом случае поспособствовал восторг девочки, от которого прямо-таки кружилась голова.       Мальчик показал ей огромный обеденный зал, к которому они ещё вернутся на официальное торжество, а, следовательно — побыли они там мало, так что она почти ничего не рассмотрела. Но зато дольше они пробыли в огромной библиотеке, где стояли огромные могучие книжные шкафы с лестницами. В читальном зале стояли огромные длинные столы, за которыми уже многие старшекурсники сидели и что-то весело обсуждали. Несмотря на отсутствие электрических лампочек, к которым привыкла Злата, свет здесь словно исходил от самой комнаты. Поспособствовали и огромные окна, из которых открывался величественный вид на сонные горы, лежащие где-то вдалеке за пушистым лесом.       Влас показал ей небольшой второй этаж библиотеки, на который можно было подняться по лестницам по бокам комнаты у стены. Сверху были уютно расставленные столики со стульями, а также посередине тут стоял небольшой стол с книгами, которые брали чаще всего.       — Вечером в общей гостиной нужно будет забрать свои книги, там для каждого карточка со своим именем будет лежать сверху. Удобно, не надо будет в библиотеку ходить, — прокомментировал Влас.       Мальчик показал ей, где находился класс травничества, истории магии и ведьмовства, заклинаний и заговоров, матиматических исчислений, а также музыки и искусствоведения. Последние были больше для большего ознакомления, так как на музыку и искусствоведение можно было записаться по собственному желанию. Злата согласилась с тем, что лучше уж она прибережёт больше времени для занятий, чем для музыки и искусства, с чем спокойно согласился её друг.       Позже Влас повёл её в астрономическую башню, где под открытым небом стояли рядами парты. Он рассказал об удивительном профессоре, который всегда носил смешные огромные очки, и это напомнило Злате дедушку.       После этого друг показал Злате, где находится их спортивный зал — как и обычные люди, они должны были выполнять физические упражнения. Естественно, летом они выходили заниматься на улицу, но в дождливые или холодные дни они занимались в зале, который представлял из себя что-то вроде огромной аудитории с шведскими стенами по бокам. В самом конце на полу располагались маты, над которыми висели канаты. Была тут и небольшая подсобка со спортивным инвентарём. Под самым потолком располагались окна, которые не сразу заметила Злата.       — А как же их открывать? Они же так высоко, — в изумлении поинтересовалась Злата. Влас снисходительно на неё посмотрел.       — С помощью магии, конечно, Златка!       Она шлёпнула себя по лбу и засмеялась, что подхватил и сам Влас.       После этого они снова отправились на улицу, на выход из школы.       — Я покажу тебе усадьбу лесничих. Мы занимаемся изучением магических существ с профессором Поликарпом Игнатьевичем, но часто вместе с ним мы изучаем их и с лесничими, потому что порой выбираемся в лес, я рассказывал тебе.       — Да, ведь вам необходима хорошая защита порой!       — Верно!       Они бегом спустились по взгорью и через залитую солнцем поляну побежали вниз, прямо к жилью лесничих. Из трубы их дома спокойно ввысь поднимался дымок, сами лесничие сидели во внутреннем дворе и всё что-то весело обсуждали.       — Здравствуйте! — радостно заявил о своём присутствии Влас.       — Вла-ас, ну, привет-привет! — радостно откликнулся кто-то. Мальчик тут же поприветствовал доброго лесника-великана. Великаном, конечно же, тот не был, но в силу своего маленького роста Злата не могла подумать иначе, высоко вскинув голову, когда лесничий подошёл прямо к ним. Он был очень высок, чёрная его борода скрывала половину добродушного лица, а огромный живот норовил вот-вот выпрыгнуть из тяжело застёгнутой рубашки.       — Когой-то ты к нам привёл? — заинтересованно спросил лесничий, а затем чуть наклонился, протягивая Злате руку. — Здравствуйте, юная леди!       Злата подала ручку и сделала небольшой реверанс.       — Моё имя Иакиф, будем знакомы.       — Евсеева Злата, — с улыбкой протянула девочка.       — Евсеева? — отозвался откуда-то один из лесничих, и вскоре Злата увидела точно такого же бородатого высокого лесника, только худее, шире в плечах, и такого рыжего, что он словно светился солнцем.       — Дядя Гавриил? — не контролируя себя, выпалила Злата, и тот бесцеремонно поднял её на руки, чуть закружив в воздухе.       — Дочурка Вероники Евсеевой! Как ты на неё похожа! — радостно протянул лесничий. Он поставил её на ножки и присел на одно колено. — Совсем уж тебя и не ждал. Как оно твоё ничего?       — Хорошо, дядя Гавриил! Это ничего, что я так к вам обращаюсь?       — Ты сразу на «ты» обращайся, не старик я ещё! — со смехом заявил тот, один из лесничих как-то пошутил, и все тихо позади захохотали. — Будем тебя защищать с остальными, пока вы учите всех этих своих пресноводных и не очень!       — Буду ждать! — тепло заявила Злата.       — А чегой-то раньше не видел я тебя? — уточнил вдруг лесничий Иакиф.       — Дела семейные, — просто ответил за неё дядя Гавриил, и тепло потрепал девочку по голове.       Только сейчас Злата заметила, что посередине двора у них было небольшое углубление в кирпичном полу, где тлел костёр, а сверху на вертеле располагался кабан. По бокам под навесами от внутреннего двора располагались огромные величественные столы с большими деревянными кубками. Впереди виднелось крыльцо, где настежь были открыты двери, Злата могла заметить винтовую лестницу, которая вела на этаж выше.       — Бабушка Виктория снова отдельно решила что-то готовить? Труба дымится, — заметил Влас и спокойно принял деревянный кубок у одного из лесников.       — Она снова обиделась, мол, некрасиво мы при ней пиво пили, — со вздохом ответил дядя Гавриил, подавая кубок и Злате.       — А кто такая бабушка Виктория? — удивлённо спросила Злата, а потом понюхала содержимое кубка — пахло ягодами.       — Это ведьма-старушка, раньше преподавала в школе, но до того надоело ей, что ушла. Но при этом страсть как любит это место. Сама себе противоречит, а! — поделился дядя Гавриил, принося для Златы небольшой стульчик.       — Она иногда может заменить профессора по травничеству. Очень-очень умная женщина! — сказал Влас, то и дело потягивая компот.       — Видно долго ты так гоняешь девочку. Покушать не желаете? — спросил один из лесников.       — У нас скоро официальный ужин, — сказал Влас, чуть пожав плечами.       — Я думаю, немного места оставить можно! — с улыбкой сказала Злата, посмотрев на друга, и тогда дядя Гавриил весело велел накрыть на один из столов. Злата с Власом поспешили к столу, за которым частично собралось несколько лесников. Остальные полукругом сидели невдалеке: кто попивал из кубка, кто что-то увлечённо рассказывал, и при этом слушали его все. Дети ели сочное мясо кабана с картофелем, то и дело запивая всё холодным вкусным компотом.       Один из весёлых лесников в какой-то момент достал из внутреннего кармана рубашонки губную гармошку, кто-то подхватил и нашёл дудочку, и так они начали играть, другие же стали посвистывать да отбивать ритм. Дети весело смеялись, хлопая в ладоши, и так продолжалось, пока на порог не вышла седовласая чуть горбатая женщина. Прищурившись, она оглядела всех своими зоркими глазами и сильно стукнула о порог своей тростью. Мужчины тут же прекратили веселье, посмотрев на женщину.       — Чегой-то вы тут распелись?       — Гостей приветствуем! — радостно ответил Иакиф.       Старушка посмотрела внимательнее и заметила двух ребятишек, что сидели за столом.       — И вы их кормите этим?!       — Вкусная стряпня у нас, бабушка Виктория! — чуть возмутился один из лесничих.       — Жирная! Жирная еда у вас! Куда детям жирное! Тем более ужин вот-вот в школе начнётся у них! Куда жирное-то!       — Точно! Злата, пора идти уже! Скоро торжество будет! — заторопился Влас, поднимаясь с места. — Спасибо вам большое, дядя Гавриил, дядя Иакиф и все-все! Было очень вкусно и весело, мы пойдём!       — Спасибо большое! — уже выбегая за ворота, отозвалась и Злата.       — Удачи, ребятки! Увидимся ещё! — прокричали им в ответ лесничие, и чуть погодя дети услышали, как снова зазвучала музыка и снова заворчала бабушка Виктория.       Влас крепко сжимал её руку и бежал вперёд к школе, где потихоньку все собирались за столом. Когда они прибежали, уже готовы были начинать. Он повёл девочку к самому крайнему столу справа, но не к самому началу, а в самый конец, почти у входа. Многие сидящие в этой части стола заинтересованно покосились на ребят. Но не успели они что-либо сказать, как в зале тут же повисла тишина.       Перед столом учителей стояла высокая и статная фигура директора. Она мило всем улыбалась, спокойно осматривая столы.       — Я рада приветствовать здесь всех снова! В этом году, слава Богу, как и всегда, мы с радостью принимаем в свои ряды новичков-первокурсников! Поприветствуем их! — зал зарукоплескал, и через огромную арку, откуда только что прибежали Влас и Злата, прошла небольшая толпа первокурсников, которые направились к началу их собственного стола. — Так же в этом году, как и всегда, с началом нового учебного года проводится распределение на факультет. Поприветствуем студентов нового пятого курса! — удивительно громким, но точно таким же ровным голосом вещала директор.       В зал вошли уже пятикурсники. Злата с улыбкой увидела среди них свою сестру, которая шла рядом с какой-то высокой девочкой с длинной каштановой косой. Казалось, все были одеты только в одни чёрные мантии, чуть отличные от тех, которые носили младшекурсники.       Студенты подошли к директору и спокойно ждали дальнейших распоряжений.       — Все помнят из нас, как проходит разделение на факультет, — продолжила директор. — Студент, чьё имя я назову, выходит на моё место и принимает в руки ветвь. Та, в свою очередь, и решит, куда же следует отнести студента, превратившись в одну из мётел.       Все продолжали молчать, смотря на директора, которая внимательно оглядела зал.       — Чёрная метла — студент чернбога! — величественно огласила директор, после чего студенты самого крайнего стола по левой стороне зала активно зааплодировали. — Коричневая метла — студент белбога! — так же величественно огласила Ярослава Аксентиевна, и теперь уже следующий стол студентов зааплодировал на весь зал. — Голик — студент макошь! — Предпоследний стол активно зарукоплескал. — Соответственно с этим, — продолжила директор, — каждый из своего факультета, дабы пройти инициацию, должен взлететь, прежде выпив зелье для полёта, или же остаться в зале. Студенты чербога летят через камин! Студенты белбога летят через настежь открытое окно! И, наконец, студенты макошь могут смело пройти сразу за свой стол!       — А не обидно ли студентам макошь? — тихонько спросила Злата у Власа.       — Иногда бывает, но они всё же порой знают больше нашего, так как, в силу не очень развитой своей силы учат очень многое, на что мы чаще закрываем глаза, — так же тихо ответил Влас.       А в это время Ярослава Аксентиевна отошла чуть в сторону, и один из профессоров подал ей длинный список. Возле них на витающем в воздухе подносе лежали ветви.       — А если, допустим, очень мало людей с небольшой силой, могут они перейти на пятый курс? Или как? — не унималась Злата.       — Однажды была только одна девочка за год, считалась одной студенткой пятого курса! — более чем спокойно ответил Влас. Злата же в ответ только округлила глаза.       «Тяжело, наверное, быть совсем одной…»       Когда она посмотрела на студентов, проходящих распределение, на месте директора уже стояла какая-то девочка. Злата упустила момент, когда назвали её имя.       Помогающий директору профессор (как позже Злата узнала — заместитель директора), со странной шляпой на голове и прямо-таки острым крючковатым носом, на котором покоились круглые очки, осторожно взял в руки одну из ветвей и так же осторожно вложил её в вытянутые руки студентки.       Девочка закрыла глаза, словно пытаясь сосредоточиться на чём-то. Злата во все глаза рассматривала ветвь в её руке, но та всё не двигалась. В какой-то момент студентка просто улыбнулась, и метла в её руках медленно стала расти и расти, превращаясь в прекрасную длинную метлу коричневого цвета. Студенты белбога тут же зааплодировали ей, и девочка с широкой улыбкой поспешила выпить зелье полёта. Удобно усевшись на метлу, юная ведьма тот час же оттолкнулась ногами от пола и вылетела в огромное, настежь раскрытое окно, за которым сияло золотое солнце.       — Боже мой! Она так быстро улетела! А всё хорошо будет? Она же не упадёт? — забеспокоилась Злата, тем не менее, аплодируя так же, как все.       — Нет, конечно, нет! Каждая ведьма умеет летать, это у нас в крови! Потом, конечно, дают дополнительные уроки, чтобы мы лучше научились управлять метлой, но совершить ритуальный полёт каждый в состоянии! — заверил её мальчик.       — Что это ты вопросы глупые задаёшь? — отозвалась какая-то рыжая девочка напротив за их столом.       — Она только в этом году поступила! — сказал кто-то знакомым голосом. Это сказал тот самый мальчик из повозки, который тогда всё время крепко прижимал к себе садовый горшок. Злата улыбнулась ему и снова посмотрела на студентов, которые проходили инициацию.       Назывались имена, смело и не очень каждый выходил на место, где изначально стоял директор. Метла превращалась то в чёрную, то в коричневую, то просто в голик. Студенты чернбога иногда словно становились мрачнее, после шустро влетая в огромный камин. Студенты же белбога словно сияли ещё больше, ловко седлая метлу и вырываясь через окно навстречу просторам. Студенты макошь услужливо делали реверанс и спокойно проходили к своему столу. К слову сказать, последних было меньше всего.       — Евсеева Маргарита Мироновна, — прозвучало имя сестры, и Злата взволнованно посмотрела на Маргариту, которая, сильно выпрямив спину, поднялась и встала на своё место. Злата напряжённо смотрела, как Маргарите вручают ветвь, а после сестра спокойно прикрыла глаза. Мгновение ничего не происходило, но тут же ветвь стала разрастаться в длинную метлу коричневого цвета.       Злата активно захлопала в ладоши, и её аплодисменты тут же подхватили студенты белбога, а после и все остальные. Маргарита зачаровано осматривала свою метлу, а после поспешила выпить зелье, чтобы вылететь в настежь раскрытое окно, за которым в прохладе уже сладко пахли полевые цветы.       «Мама и папа будут гордиться», — подумала тогда Злата, глядя в окно, откуда дул карамельно-пахнущий ветер.