Злата и школа Святой Вальбурги

      Тяжело дыша, Злата вошла в общий зал, направляясь к своему столу. Она старалась не замечать на себе заинтересованных взглядов.       Найдя знакомую светлую макушку Фёклы, она подошла и уселась рядом с ней. По другую сторону сидел чем-то недовольный Данакт.       — Что-то случилось? — устало спросила Злата, замечая настроение друга.       — Спроси эту злую свеклу, — пробурчал он обиженно.       — А? — лениво протянула девочка, глянув на Фёклу, у которой прямо горели щёки от злости.       — Ты сам должен решить эту идиотскую задачу!       — Но ты же мне её задала! Это просто смешно и глупо!       — Вы ссоритесь по такой мелочи?       — НА СЛАДОСТИ!       — Кхем, извините?..       Злата неуверенно обернулась, видя небольшого роста девочку с длинными чёрными волосами. Девочка держала руки за спиной и во все глаза смотрела на Злату.       — Да? — решила «подтолкнуть» Евсеева, не понимая, почему к ней подошла девочка с младшего курса.       — А… А это правда, что у тебя нет метки? — несмело выдала та, хотя было видно, что глаза горят диким интересом.       Чуть нахмурившись, Злата теперь заметила, что в зале все замерли в ожидании, а вдалеке группка младшекурсников о чём-то шептались, не сводя с них глаз. Наверняка они её и подослали…       — Ты это где набралась таких манер: подходить и спрашивать такое? — раздражённо и чуть повысив голос сказал Данакт, сильно нахмурив брови. — Не обращай внимания, Злата! — буркнул он, пытаясь повернуть подругу обратно к столу.       Но Злата вырвалась, с некоторой злобой смотря на девочку. Но злость эту она ощущала не к ней.       — Правда! — вызывающе ответила она. У девочки глаза загорелись ещё сильнее. Она даже, кажется, слегка улыбнулась… — Давай, беги, рассказывай всем! — пренебрежительно сказала Злата, теперь уже отворачиваясь от неё. Позади послышались удаляющиеся быстрые шаги.       — Зачем? — тихо спросила Фёкла.       Но Злата не могла ответить. Она слишком злилась на саму себя. Почему вдруг всех так сильно стало интересовать это? Все постоянно смотрят, словно ждут, что она сядет в лужу. Или же они видят её, как какую-то диковинку? Кто-то осуждает, кто-то шепчется, и каждый день это что-то новое. Чувствуешь себя бедным зверьком в вольере без права на побег.       С тихим стоном Злата прижала руку к голове. Голова вдруг сильно разболелась. Она так и не смогла поспать за последние дни, пытаясь выполнить сложное заклинание Окомира Болеславовича.       — Злата, что такое? Ты в порядке?       Но она просто молча стала есть, не желая больше ни с кем говорить в этот день.       Ночью она под одеялом с фонариком в руках читала очередную книгу, пытаясь нагнать программу. В сестринский корпус идти не хотелось, хотелось справиться со своей проблемой самой…       Утром, когда она с друзьями шла по коридору на завтрак, к ней подошла Маргарита со своей свитой приставучих девчонок. Таких же злых, как и сама Маргарита.       — Что это ты вчера устроила? — сразу же накинулась она, хватая сестру за руку. — Сколько ещё ты будешь позорить меня?! Нельзя было промолчать хотя бы?!       — Не кричи на неё! — встрял Влас.       — Посмотрите-ка, защитничек какой! Прикрой свой рот, с тобой я не разговариваю! А ты немедленно объяснись, сестрица!       — Ты вспоминаешь, что она твоя сестра, только когда речь касается твоей репутации? — съязвила Фёкла, сложив руки на груди.       Злата неуверенно посмотрела на подругу.       — Фёкла, не надо… — еле слышно протянула она. Но девочка упрямо и высокомерно смотрела на старшую Евсееву, которая с прищуром смотрела на Мерещякову в ответ.       — Так-так-та-а-ак, — гаденько протянула пятикурсница, чуть ухмыляясь. — Посмотрите-ка, кое-кто всё пытается быть умным. — Свита из двух девчонок гаденько рассмеялась.       Мальчики злобно смотрели на них, Фёкла напряглась, а вот Злата и вовсе хотела провалиться сквозь землю.       — Что, Мещерякова, не хватило тебе ещё? Как, кстати, зельице по вечному бодрствованию? — с мерзкой ухмылкой спросила Маргарита, низко наклоняясь к Фёкле.       — В каком смысле? — не поняла Злата, тревожно глядя на подругу, которая не сводила странного взгляда с её сестры.       — У-у-у, вы дружите, а ты не знаешь? — переведя хищный взгляд на неё, спросила сестра.       — Маргарита, прекрати! — предупредил Влас, но та его не послушала:       — Юная Фёклочка хотела быть самой умной. А чтобы быть самой умной, как она считала: нужно учиться и ночью. А как учиться, если хочешь спать?       — Маргарита, хватит! — уже прикрикнул и Данакт, но та всё продолжала:       — И тогда юная Фёклочка, умнейшая из всех, решила сварганить зелье бодрости. Да только так наварганила, что потом спала целый месяц, как убитая, и сейчас постоянно тянет поспать, да, умница-умняшка? — Маргарита со своей свитой стали гадко смеяться, глядя на Фёклу, которая, опустив руки, всё равно с гордо поднятой головой смотрела на них. Но Злата увидела… увидела, что её это задело.       — По крайней мере, — вдруг сказала Фёкла, заставляя девчонок замолчать, — я умнее даже некоторых пятикурсниц, не говоря уже и об остальных.       Фёкла развернулась и гордо ушла. Данакт поспешил за ней.       Злата отчаянно злилась, смотря подруге вслед.       — Ты! — вскрикнула она, глянув на довольную сестру. — Ты не смела говорить так!       Маргарита тут же разозлилась, вплотную подходя к ней.       — Ну-ка не ори на меня, глупая дурочка! Горох вырастить не можешь, не говоря уже о том, что забываешь об элементарном обереге в лес, а уже тявкаешь на меня!       Злата дёрнулась, как от мелкого разряда тока.       — На-ка, лампочку хоть зажги, — сделав элегантный пируэт рукой, из ниоткуда Маргарита протянула лампочку сестре, — утешь себя, ведьма ты не доросшая.       Под всё тот же хохот старшие ушли, а Злата так и осталась стоять на месте, уныло глядя на пол. Влас, стоя рядом, поглаживал её по спине.       — Забудь… Она не стоит твоего внимания, тем более за такое вот отношение…       Злата уныло поднесла к лицу лампочку, напрягаясь, и…       Глаза широко раскрылись.       — Ты чего? — не понял Влас, уже успокоившись после случившегося.       Секунда, две, а в глазах подруги он уже видел страх с лёгким ужасом.       — Злата, что такое? — настойчиво спрашивал он.       — Я не могу зажечь её… Ты понимаешь?.. Я не могу зажечь её…       Влас хмуро смотрел на лампочку в её руке, но затем просто покачал головой.       — Во-первых, это могла подстроить Маргарита, во-вторых, ты дико устала, а уже с утра хочешь лампочки зажигать. Нам нужно поесть, идём.       Он настойчиво потянул её на завтрак, и она даже попыталась успокоиться, думая, что первый аргумент имеет место быть… Но а если нет?       За завтраком Злата держала лампочку в руке и сильно хмурилась, пытаясь выдавить хоть на одно мгновение блик света. Данакт со смешным выражением лица посматривал на её потуги, хотя чаще глядел на Фёклу, которая с непроницаемым выражением лица спокойно ела тыквенную кашу. Влас же отчаянно качал головой, пытаясь в сотый раз объяснить, что лампочка может быть испорчена.       — Тогда попробуй ты, — хмуро сказала она, всучивая лампочку ему в руку.       С сарказмом на лице Влас посмотрел на Фёклу, особо даже не напрягаясь, но… Лампочка в его руке ярко засветилась… В шоке он посмотрел на руку, а затем на подругу.       — Да быть не может! — только и сказал он, но она уже отобрала лампочку и уже чуть ли не с ужасом и отчаянием пыталась зажечь её. — Злата, тут что-то не так, это же очевидно!       — Вот именно, Влас, что что-то не так! У меня не получается это! Всегда получалось! А теперь нет!       Она сильно зажмурилась, отчаянно пытаясь хоть как-то сделать то, что обычно легко получалось, но лампочка так и не загоралась. Раздался первый звонок, оповещающий о конце завтрака и собрании на первое занятие.       — Ребята, нужно идти. Злата, может, ты слишком устала? Или лампочка как-то, и правда, испорчена Маргаритой, они ведь и не такое могут, — сказала Фёкла, вставая с места.       Ученики медленно выходили из зала, множество голосов слилось в общий гул. Злата с отчаянием на лице смотрела на лампочку в своей руке, чувствуя, как голова просто дико раскалывается от всех её попыток. Хотелось уже просто заплакать… Почему не получается? Ну, почему?!       — Злата… Нам нужно идти, — сказал Влас, положив свою ладонь ей на плечо. — Мы разберёмся с этим, давай просто раздобудем тебе другую лампочку, ладно?       Девочка встала из-за стола и медленно побрела за друзьями, низко опустив голову. Не верила она, что лампочка неисправна… С ней… что-то не так?.. Всё было просто… сном? Или удачей на какое-то время?       С тихим стоном она прижала руку к голове. Как же больно ей вдруг стало!       Неприятно зачесалась губа, она прошлась по ней рукой, но так и застыла, не понимая, почему ощутила что-то мокрое. Взглянув на руку, она увидела алые следы на своих пальцах.       Боль в голове усиливалась, пульсируя и прокалывая насквозь. Злата подняла глаза, но увидела только спины друзей. Кровь медленно текла по её губам, переходя на подбородок.       Лампочка выскользнула из другой руки, разбиваясь с тихим звуком, который потонул среди гула голосов. Кто-то несильно задел её плечом, проходя мимо.       — Ого! — громко протянул тот же, кто только что её задел. Это был какой-то мальчик, что смотрел на неё во все глаза.       Друзья заинтересованно обернулись, но Злата не поняла, как они отреагировали, потому что в глазах стало темно.       С ужасом раскрывая глаза, она громко заплакала, руками пытаясь ухватиться за что-то.       — Я не вижу! Я ничего не вижу! — громко кричала она, но почти не слышала саму себя: уши заложило, невероятный и постоянный писк раздавался в её голове.       Кто-то взял её за руки, а она рыдала от ужаса, чувствуя, что медленно перестаёт чувствовать ноги. В какой-то момент они подкосились и она упала, но уже молча, потому что сознание её покинуло.