Злата и школа Святой Вальбурги

      В доме непривычно, но до дикости уютно буйствовала своя атмосфера. На кухне Вероника Евсеева громко беседовала и периодически смеялась с Целестиной Фроловой. Они попивали какую-то подозрительную настойку, а Марфа, бабушка Власа, с приятной улыбкой готовила снедь к столу.       В гостиной решено было поставить стол, где сейчас с громкими спорами дети пытались расставить приборы под возражения бабушки Варвары (бабушки Маргариты и Златы). Тут же на креслах расположились Мирон с отцом Добрыней. Пока сын что-то рассказывал, дедушка Добрыня с добродушной ухмылкой глядел на детей, потягивая с огромной кружки квас.       Близился праздник, приятная суматоха наполняла пространство в каждом уголке дома.       Когда стол был сервирован, под руководством всё той же бабушки Варвары дети стали расставлять бесчисленные посудины с едой. Споры всё продолжались, мужчины Евсеевых так и вели приятную беседу, как это делали на кухне женщины.       — Да убери, не видишь, что ли, у меня посудина больше — в центр надо! — возмущался Влас.       — Бутерброды важнее, — с каменным лицом отстаивала свою позицию Маргарита.       — Оба блюда поместятся! — возмутилась бабушка Варвара. И это была правда: оба блюда поместились, так что ребятам пришлось уйти ни с чем. На входе в кухню Злата подхватила Власа под локоть и отвела чуть в сторону.       — Я сейчас спрячусь в кабинете отца, а ты отведи его для беседы.       — Ты думаешь, что это подходящий случай? — чуть расстроено спросил он.       — А как же! Близится праздник, он в хорошем настроении: должен и что-то рассказать.       — Но в том-то и дело, что праздник, — расстроившись ещё больше, протянул мальчик. — Я думал, мы спокойно его встретим, не думая о всяком…       Злата расстроено взглянула на него, еле слышно вздыхая. Положив свою руку ему на плечо, она попыталась заглянуть в его серо-голубые глаза.       — Влас, это очень важно. Тем более это — ради Ульяны. Обещаю, мы спокойно встретим праздник, но пока есть такой случай: мы должны им воспользоваться. Плюс ко всему скоро придётся вернуться в школу, там мы ничего не узнаем уже, понимаешь?       Влас согласился, только кивнув головой, так что Злата вскоре поднялась на второй этаж, чтобы спрятаться. Через некоторое время взволнованный мальчик подошёл к Мирону Евсееву.       — Ты что-то хотел? — добродушно поинтересовался мужчина, чуть наклоняясь в его сторону.       — Мирон Добрынович, я извиняюсь, что в такое время, но меня осенило на днях. Это касается Ульяны… — Он осторожно взглянул на Евсеева, и тот уже не смотрел на него с улыбкой, в глазах загорелся огонёк.       — Если так, то давай поговорим, конечно. Пап, я отойду ненадолго, отдыхай. — Похлопав отца по плечу, мужчина поднялся, чтобы отвести Власа в свой кабинет. Там он подкатил своё кресло к дивану, на котором расположился мальчик. — Итак, Влас, я тебя внимательно слушаю.       Влас тяжело сглотнул, осторожно осматривая помещение глазами, думая про себя, куда же могла спрятаться Злата.       — Разрешите прежде задать вам вопрос, — попросил светловолосый мальчик, получая в ответ кивок. — Ульяна была похищена в запретной секции, судя по оставленному клочку волос… Как вы думаете, почему именно там?       — По нашим предположениям девочка была похищена там, так как её туда притащил этот мерзавец.       — Тогда, выходит, он вёл охоту конкретно за ней?       — Пока что предположение такое. Но почему ты спрашиваешь об этом?       — Потому что это несколько противоречит моей догадке.       — И какой же?       — Ульяна знала, как пробраться в запретную секцию и при этом не попасться патрулирующему коридоры. А если думать в этом направлении, тогда есть вероятность того, что она могла быть незапланированной жертвой похищения.       Сказанное произвело большое впечатление на Мирона Евсеева. Он широко раскрыл глаза, не веря своим ушам.       — С чего ты решил, что она знала, как пробраться в запретную секцию незамеченной?       — Видите ли, мы с ней любили искать в школе тайные ходы и ниши… И однажды нашли туннель, ведущий прямо в запретную секцию. И я предполагаю, что в день похищения она что-то или увидела или услышала.       — А после пошла на звук или же сразу за кем-то? — хмуро предположил Мирон.       — Именно так. И тогда, если верить догадке, он всё подстроил так, словно пришёл за ней. Но на самом деле ему нужно было что-то другое, что-то, что находится в запретной секции.       Мирон Евсеев тяжело задумался, потирая свой подбородок.       — Твоё суждение имеет право на существование, но это ведь только догадка, ты же понимаешь? Запретная секция была проверена, ничего не было украдено. Да и большинство материалов, которые там есть, можно найти и в других местах, более доступных, чем школа, которая очень серьёзно охраняется. Всё же нам кажется, что он пришёл туда конкретно за Ульяной. Но почему за ней — это самый главный вопрос.       — Да, но... Ведь есть и вероятность, что моя догадка тоже может быть истиной.       — Возможно, ты прав… — задумчиво сказал Мирон Евсеев. — В любом случае, это открывает для нас новые поводы подумать о методике его действий. Но ты же понимаешь, что пока мы можем только догадываться.       — Да, Мирон Добрынович… — с унынием ответил мальчик.       — Не расстраивайся, — добродушно сказал старший, похлопав его по плечу. — Я уверен, что всё ещё образуется.       — Но явно не для Ульяны… — тихо сказал Влас, погружая этим комнату в тишину. Когда Евсеев уже хотел что-то сказать, мальчик его опередил: — Скажите: кто он такой?       — В каком смысле? — опешил мужчина, не ожидая такого вопроса.       — В прямом. Кто он, что из себя представляет? Когда-то же начались эти похищения, кто-то заявил о том, что это именно Магистриан, что так действует именно он. Так кто же он такой?       Мирон Евсеев задумчиво нахмурился, наверняка думая, стоит ли рассказывать мальчику.       — Влас, я думаю, что ты не должен думать об этом. Ты ещё слишком мал, чтобы забивать себе голову всем этим. Сейчас то время, когда ещё важно побыть детьми, понимаешь? — с теплотой в глазах сказал Мирон.       — Но ведь он похитил мою подругу… Нашу со Златой подругу… Не могу я так просто забыть человека, которого нас, возможно, навсегда лишил этот… этот…       Евсеев тяжело вздохнул, отводя взгляд. Рукой он растрепал светлые волосы мальчика.       — Когда же происходит это переломное время, когда вы начинаете задавать слишком терзающие вопросы… — протянул мужчина, тревожно глядя в тёмное окно.       Некоторое время они сидели в молчании. Когда Влас уже решил, что ничего так и не добьётся, Мирон Евсеев заговорил:       — Магистриан очень тёмный волшебник, Влас. Ходили легенды когда-то о неком тёмном мужчине: всегда в чёрном плаще, в шляпе да сапогах того же цвета. В те времена волшебники жили небольшими поселениями, в одном из которых был и он. Был якобы дом у него, куда он пускал пожить уличных детей. А потом выяснилось, что дети, как только попадали к нему в дом — больше не выходили обратно, никто их после не видел.       Влас слушал с замиранием сердца. Мальчика пугало каждое слово, но он не мог отвести своих глаз от отца подруги, который продолжал рассказ:       — И однажды в его дом попала маленькая девочка, но имеющая родителей. Легенда говорит, что кто-то увидел, как он ведёт девочку за руку в свой дом. Волшебники взбунтовались, собрались все вместе и ринулись к дому мерзавца, но… Когда они вошли, то увидели только стол посреди гостиной, на котором скопилось множество клочков волос, перевязанных белой лентой. Среди этих клочков узнали волосы девочки, у которой были родители. Так вот и прозвали этого волшебника Магистрианом.       Влас хмуро смотрел на пол, пытаясь переварить то, что услышал.       — А почему именно такое имя? И, извините, вы сказали: в те времена?       Мирон Евсеев поджал губы.       — Это напрямую связано с его именем, Влас. Его прозвали «Магистриан», потому что он поистине величайший маг. Ведь он живёт очень долго, непозволительно долго, и каждый раз ему всё сходит с рук, не говоря уже о том, что найти его считается невозможным…       На некоторое время в комнате повисла мёртвая тишина, но старший не захотел омрачать этот вечер ещё больше, так что громко хлопнул себя по коленям, привлекая к себе внимание:       — Однако сегодня Новый год, вы успешно сдали все контрольные и впереди много всего, Влас! Я уверен, что с нынешними успехами этот негодяй будет найден, так и знай! А сейчас давай просто повеселимся немного, как тебе идея? — Мужчина напряжённо, но с улыбкой взглянул на друга своей дочери, и тот заставил себя улыбнуться.       — Благодарю, что вы поделились со мной!       — Спасибо тебе, что ты вспомнил такие подробности! Что ж, пойдём вниз, нас наверняка уже обыскались!       Оба спустились вниз.       Ожидая свою подругу, задумчивый Влас присел у камина, где радостно полыхало пламя. Через какое-то время спустилась Злата. И глаза её сияли чем-то недобрым… для Власа.       — Позже я хочу это обсудить, — шепнула она, после чего ускакала на кухню, где стала помогать его бабушке украшать пирог.       — Ох и наверняка дурацкая у тебя затея… снова… — со вздохом сказал Влас, устало прижимая руки к лицу.       Однако в ту ночь они так и не смогли поговорить. Хотя это не сильно расстроила мальчика, потому что целой семьёй они весело встретили праздник, и в общем гаме смеха и поздравлений всем казалось, что никакого зла не существует и всё это им только приснилось.