Агентство «Уютный дом»

Рон подошел к столу, и пальцы привычно нащупали пачку сигарет. Он распахнул окно, впуская внутрь колючий лондонский воздух, и, почти не глядя, щелкнул зажигалкой. Первая струя дыма растворилась в серости улицы вместе с единственной мыслью, бившейся в голове: «Забини». Пять лет. Пять лет он не видел никого из той, прошлой жизни.  «Если Блейз здесь, значит, срок наказания истек? Стоило ли его опасаться?» Рон прекрасно помнил: дело Забини в Министерстве было тонким, как бумага — против него собрали абсурдно мало прямых улик. А вот о том, как сложилась его жизнь после ареста, он и не знал. Интуиция, притупленная рутиной, молчала. Но профессиональный инстинкт, отточенный годами в Отделе Возмездия, бешено кричал о неконтролируемом элементе, внезапно прорвавшемся в его спокойное убежище. Рон глубоко затянулся, прислонившись лбом к холодному стеклу, и нажал кнопку внутренней связи. — Элли. — Да, мистер Уизли? — Голос помощницы прозвучал напуганно и тихо. — Мужчина, который сейчас был у стойки... Если он оставил заявку — принеси её мне. Рон отпустил кнопку, продолжая сверлить взглядом кирпичную стену напротив. Одним движением закрыл окно, затушил сигарету, вернулся к столу и сел на край столешницы. В дверь постучали. — Входи, Элли. Помощница подошла, передала бланк с прикрепленным снимком и отошла в сторону. Рон сосредоточился на тексте. Клиент: Блейз Забини. Услуга: Поиск собаки. Кличка: Феникс. Описание: Рыжий, крупный щенок, возраст около семи месяцев. Команды знает. Метис. Соседка сказала, что убежал за белкой в парк. Привит. Контактный номер: XXXXXXXXXX (L.P.) Примечание: Обращаться в кондитерскую «Пурпурный ирис». Рон замер. Взгляд снова вернулся к последней строке. Он резко обернулся к столу, где лежала пустая упаковка от печенья, а затем перевел глаза на Элли. — Это печенье... Ты покупала его там? — Да! — Помощница явно обрадовалась, что тема сменилась на что-то безобидное. — В «Пурпурном ирисе», мистер Уизли. Она на секунду замялась, переступив с ноги на ногу, и добавила чуть тише: — Знаете, я ведь только когда он анкету заполнял, поняла, кто это. Всё гадала: откуда лицо знакомо? Я видела его там несколько раз, он сам иногда стоит за стойкой. Просто сегодня он... ну, выглядел совсем иначе. Слишком официально, что ли. Даже страшно стало. Рон почувствовал, как внутри всё сжалось. Забини владел местом, где его сотрудница покупала десерты. — Понятно, — он сглотнул. Бумажный лист хрустнул в кулаке.  — Этот заказ я забираю себе. Передай остальным. Свободна. Элли кивнула и быстро вышла, прикрыв за собой дверь. Рон остался один. «Блейз Забини. Кондитер. Звучит как анекдот, который сам Забини бы и придумал», — он мысленно усмехнулся, хотя улыбка не коснулась губ. — «Впрочем, заниматься розыском животных после охоты на Пожирателей Смерти — это ли не твой собственный абсурд, Уизли?» Рон быстро собрал сумку: карта парка, блокнот, фонарик. Он отцепил от бланка снимок рыжего пса и убрал его во внутренний карман куртки. Привычным, доведенным до автоматизма движением Рон проверил кобуру на предплечье — старая палочка плотно сидела на месте. Даже с закатанными рукавами она оставалась незаметной, готовая в любой момент скользнуть в ладонь. Привычка, которую он так и не смог искоренить. Выйдя из кабинета, он коротко бросил Элли, что уехал, и вышел на улицу. Спустя двадцать минут он уже парковал машину в одном из тихих переулков у Сент-Джеймсского парка. Выйдя из салона, Рон привычным коротким жестом наложил на старенький «Ровер» отводящие чары и направился к входу. В заявке Забини четко указал место: именно сюда щенок рванул за белкой. Рон прошел мимо статуи, направляясь к участку, где аллеи переходили в менее ухоженную зеленую зону. Там он остановил мужчину с крупным лабрадором. — Извините. — Рон достал из кармана чуть помятый снимок. — Не видели сегодня утром этого щенка? Рыжий, довольно крупный, месяцев семи. Кличка Феникс. Собачник, пригибаясь к своему псу, взял фото и прищурился. — Пса? — Тот мельком глянул на снимок и вернул его обратно. — Тут их, приятель, как белок — на каждом шагу мелькают. Не подскажу, сам только пять минут как из машины вышел. Поспрашивайте у тех, кто тут с утра крутится. Рон поблагодарил собеседника и обошел озеро. Поиски оставались бесплодными, пока на пути не встретилась немолодая дама в ярком фиолетовом плаще, кормившая уток у самого края водоема. Рядом с ней сидел огромный невозмутимый ньюфаундленд. — Добрый день, — Рон постарался говорить максимально дружелюбно. — Вы не могли бы мне помочь? Ищу собаку. Рыженький, примерно такой вот высоты. Дама подняла голову, и глаза за линзами очков блеснули интересом. — О, миленький. Потерялся, значит? — Женщина сочувственно покачала головой, не переставая крошить хлеб уткам. — Боюсь, что да, — Рон протянул снимок. — Не видели его сегодня в парке? Собеседница на мгновение замерла, прищурилась, рассматривая фотографию, а затем уверенно кивнула: — Видела, молодой человек. Как не видеть. Сразу запомнился — больно уж диковатый для наших мест, да и без ошейника. Я здесь с самого рассвета, и этот рыжий бедняжка сначала просто бродил у воды, выглядел таким потерянным... Мой Барт попытался подойти к нему, ну, знаете, по-собачьи поздороваться, но тот так оскалился, что мы решили не лезть. А потом, уже ближе к полудню, он снова объявился. Но на этот раз был как безумный — яростно гнал белку вдоль берега. В итоге сорвался за ней и скрылся в той густой посадке, где начинаются старые хозпостройки. Больше я его не видела. — Спасибо большое, вы очень помогли, — Рон коротко кивнул даме, убирая снимок во внутренний карман. Обойдя невозмутимого ньюфаундленда, он направился к указанной посадке. Шаг стал быстрее. Впереди, за густыми деревьями, показались крыши старых хозпостроек. Рон вышел к границе парка, где ухоженные газоны сменялись дикой порослью. Углубившись в посадку, начал внимательно осматривать землю. Следы были нечеткими, их было множество, но удалось отделить свежие от старых. Среди них выделялись одни, особенные: слишком глубокие, с размытыми краями, словно животное неслось на предельной скорости, едва контролируя движения. Он прошел дальше, миновав участок с заброшенными железнодорожными путями. Посадка становилась гуще, переходя в запущенный лесок. Впереди, за плотной стеной кустарника, показался край огромного заросшего пруда — эта территория уже не имела ничего общего с парадным Сент-Джеймсом. Рон вышел на небольшую поляну. Увиденное заставило мгновенно напрячься. У корней старого искривленного дерева, скуля и прижимаясь к земле, лежал рыжий щенок — тот самый Феникс. Но проблема была не в нем. Перед ним полукругом стояли три пса: крупные лохматые дворняги. В их взглядах не было ни капли дружелюбия — только холодная настороженность диких зверей, защищающих добычу. Рон замер. Он медлил, не желая пугать щенка еще сильнее, но рука уже инстинктивно напряглась, готовая в любую секунду активировать механизм. Шагнул вперед, стараясь двигаться осторожно. — Феникс! — позвал тихо, но твердо. В ответ щенок издал слабое испуганное скуление. В ту же секунду все три пса резко повернули головы к незваному гостю. Они разом оскалились, шерсть на загривках встала дыбом, и поляну наполнило низкое утробное рычание. «Отлично, Забини, — пронеслось в голове с едкой иронией. — Значит, "просто щенок", говоришь? Целая банда лохматых вышибал и один перепуганный метис, который, судя по всему, забыл, что он наполовину волк. Просто сказка, а не заказ. Если меня здесь загрызут, надеюсь, он хотя бы пришлет на похороны корзину фирменных булочек». Рон не стал терять ни секунды. Доставать палочку в парке было рискованно, но три агрессивных пса представляли куда большую угрозу. Едва заметное движение мышц предплечья, знакомый щелчок — и палочка уже лежала в руке. Удерживая её низко, почти у бедра, он произнес первое заклинание. — Конфундус, — прошептал Рон едва слышно, направляя чары на самого крупного вожака. Животное замерло, взгляд потух. Пес начал суетливо крутиться на месте, принимаясь жадно обнюхивать землю, словно учуял невидимый след. Он полностью забыл о цели. Остальные, замешкавшись на мгновение, не успели среагировать, когда Рон стремительным рывком сократил дистанцию. — Остолбеней! Два луча, едва видимые в лесных сумерках, ударили точно в цель. Псы рухнули на бок, мгновенно застыв. Времени на раздумья не было. Рон бросился к скулящему щенку. Феникс, напуганный и дикий, попытался отбиться, когда его подхватили под живот. Маленькие острые зубы чиркнули по запястью, оставив неглубокую, мгновенно проступившую красным царапину. — Спокойно! Тише, я за тобой, — Рон крепко прижал щенка к груди. И тут же дикое, почти волчье напряжение в Фениксе сменилось внезапной покорностью. Пес коротко ткнулся носом в свежую царапину на руке, словно извиняясь, и затих, крупно дрожа. Рон не стал дожидаться, пока чары развеются. Прижимая щенка к груди, он бросился назад, в гущу кустов. Нужно было убираться, пока никто из редких прохожих не наткнулся на застывших посреди леса псов. Выбравшись из посадки, Рон быстрым шагом направился к тупиковому переулку. Он уверенно подошел к припаркованному «Роверу» — отводящие чары, наложенные им ранее, продолжали работать для окружающих, но беспрепятственно пропустили владельца. Аккуратно опустив щенка на пассажирское сиденье, Рон наложил на него легкое Успокаивающее заклинание. Только сейчас, захлопнув дверцу, позволил себе выдохнуть и взглянуть на часы. Начало шестого. Почти пять часов он прочесывал этот чертов парк. Запястье, оцарапанное зубами метиса, неприятно пульсировало, а по коже расползался жар.  «На сегодня хватит дикой природы». Направив палочку на щенка, он провел быстрый сканирующий осмотр. Физических меток, магических или обычных, не было, но Рон уловил отпечаток сильной знакомой магии, которая пропитала шерсть из-за частого контакта с владельцем. Сфокусировавшись на этом следе, чтобы определить источник, Рон инстинктивно уловил короткий вспышечный образ. Блейз Забини. Тот стоял на фоне светлого размытого интерьера и не просто стоял, а улыбался. Улыбка была широкой, искренней, совершенно лишенной той холодной иронии, с которой Блейз обычно смотрел на окружающих. Сердце резко дернулось, пропустив удар, а затем забилось чуть быстрее, оставляя странное тянущее ощущение в груди. «Черт, вот она, плата за забеги по кустам в моем возрасте, — подумал Рон, на мгновение прижимая ладонь к ткани куртки. — Переутомился. Просто сбил ритм, ничего более». Тяжело вздохнув, он с силой потер переносицу и зажмурился, словно пытаясь физически вытолкнуть из головы этот неуместно искренний образ улыбающегося Забини. Когда глаза снова открылись, перед ним был лишь серый салон автомобиля и спящий на соседнем сиденье щенок. Наваждение исчезло, но странное тепло в груди осталось. Рон сунул палочку в кобуру и, наконец заведя мотор, направился в кондитерскую. Спустя двадцать минут двигатель был заглушен у небольшого здания на тихой улице. Выждав минуту и тихо выругавшись на саднящую руку, Рон потянулся к пассажирскому сиденью и осторожно взял Феникса. Он теперь совершенно спокойный, уютно прижался к нему, сонный и теплый. Рон вышел из машины и поднялся по ступенькам. Элегантная надпись «Пурпурный ирис» на двери теперь соседствовала с табличкой «ЗАКРЫТО». Рон толкнул дверь плечом, и та, вопреки ожиданиям, поддалась — замок не был заперт. Над головой негромко звякнул колокольчик, и звук этот показался слишком громким в звенящей пустоте помещения. Внутри воздух был густым и ласковым, пах дрожжами, ванилью и едва уловимо — корицей. Рон осмотрелся: пустой торговый зал встречал тишиной и блеском чистых прилавков. — Забини? — позвал Рон. Голос прозвучал хрипло. — Эй, Блейз! Я нашел твоего волка. Ответа не последовало. Рон прошел вдоль прилавка к задней части здания, где находились кухня и служебные помещения. Рядом с входом в кухонный блок он заметил дверь с табличкой, указывающей на кабинет. Рон осторожно приоткрыл её. Картина внутри оказалась совершенно не той, которую он ожидал увидеть. Блейз был там, но не в привычной идеальной позе. Он спал, откинувшись в глубоком кожаном кресле. Обычный лоск куда-то исчез: воротник рубашки был расстегнут, а на краю стола стоял наполовину опустошенный бокал с янтарной жидкостью — судя по запаху, довольно крепким виски. Феникс, до этого вяло забившийся в сгиб локтя, внезапно встрепенулся. Стоило ему увидеть хозяина, как сонная одурь мгновенно слетела: щенок громко заскулил — с облегченной, радостной истомой, отчаянно пытаясь вырваться из рук Рона. От этого звука Забини резко вскочил. Кресло под ним жалобно скрипнуло, откатившись назад и ударившись о книжный шкаф. Глаза расширились, а рука по инерции мгновенно дернулась к карману за палочкой. В этот короткий миг, в неверном свете единственной лампы, он выглядел растерянным и... непривычно беспомощным. Рон  остался стоять в дверном проеме, крепче перехватив брыкающегося полуволка. — Тише ты, — негромко прорычал он, удерживая рвущегося щенка. Переведя взгляд на хозяина кабинета, добавил уже спокойнее: — Свои, Забини. Не паникуй. Блейз замер, тяжело дыша. Несколько раз моргнул и с силой потер переносицу, прогоняя остатки тяжелого сна. Когда взгляд наконец сфокусировался на Фениксе, Блейз шумно выдохнул и резко подался вперед, упираясь руками в край стола, словно только это удерживало его от того, чтобы не рухнуть обратно. — Мог бы и предупредить, что у тебя тут метис волка, а не обычный пес, — хмыкнул Рон. Он окинул беглым взглядом стол с недопитым стаканом, затем перевел глаза на щенка и добавил вкрадчиво: — Слышишь, Феникс? Твой папочка тут в отключке, пока ты по парку стаи бродячих псов собираешь. — Стоп... — Блейз тряхнул головой, голос звучал низко и хрипло. — Чей папочка? — Волчий, конечно! А ты что, не знал, кого приютил? — Рон, не дожидаясь приглашения, прошел вглубь кабинета. Он остановился напротив. Перед Роном стоял просто чертовски уставший, измотанный человек, чей мир только что перестал рушиться. —Ты, наверное, отдал за него целое состояние, — продолжил Рон, не сводя с него глаз. — Но покупать детеныша волка, даже если это помесь, и держать его в центре Лондона — это преступление, Забини. Он стоял неподвижно, всё внимание было приковано к Фениксу. — Мне его никто не продавал, Уизли, — в голосе прозвучало неожиданное резкое раздражение. — Я нашел его на улице пару месяцев назад. Был один, брошенный. Думал, это просто крупный щенок. Блейз требовательно протянул руки. Пальцы заметно подрагивали. — Неважно. Отдай его. Он мне нужен. — Да, я понял, что нужен. Еле отбил от трех псов, которые оказались крупнее, чем я думал. Заплатишь за услуги, Забини? Рон подошел вплотную и передал Феникса. Оказавшись у хозяина, щенок тут же завозился и благодарно лизнул Блейза в подбородок. Тот на мгновение закрыл глаза, прижимаясь лицом к жесткой шерсти и впитывая это тепло. Рон стоял слишком близко и чувствовал, как внутри снова шевельнулось то странное тянущее ощущение. Видеть такого Забини — не врага, не высокомерного сноба, а настоящего — было почти физически неуютно. Блейз открыл глаза, и взгляд скользнул по Рону. Задержался на лице, а затем резко опустился ниже — к запястью. На ткани куртки расплывалось темное влажное пятно. — Сядь на диван, Уизли, — внезапно сменил тон Забини. — Сам вижу, что тебя цапнули, — бросил Блейз, присаживаясь, чтобы аккуратно опустить Феникса на пол. Почувствовав под лапами ворс, щенок вильнул хвостом и, пошатываясь от усталости, побрел к подстилке в углу. Рон, по-прежнему хмурый, все же подчинился. Он тяжело опустился на кожаный диван, чувствуя, как спина наконец находит опору. Странно, но напряжение медленно отступало. Инстинкты, кричавшие об опасности, на этот раз молчали. Блейз тем временем быстро достал из ящика стола небольшой флакончик с прозрачной жидкостью и мазь. — Заплатить? Хорошо, — бросил он, подходя ближе. Блейз бесцеремонно перехватил ладонь Рона, разворачивая руку к свету лампы. Уизли от неожиданности тут же дернул её назад, но пальцы Забини сомкнулись на запястье крепче, чем можно было ожидать. — Сиди смирно, — отрезал Блейз, удерживая руку. Он поднял взгляд на Рона и вдруг коротко, почти по-доброму усмехнулся. Эта неожиданная эмоция на измотанном лице сбила Уизли с толку, заставив на мгновение забыть о цепкой хватке. — Так что ты предпочел бы в качестве оплаты? — продолжил Забини уже спокойнее. — Золото? Или, может, мне обеспечить тебя годовым запасом десертов из этой кондитерской? Рон замер, глядя на бутылочку в руках Блейза и на этот странный непривычный смешок. — Ты же знаешь, что это была бы взятка? — хмуро спросил он, пытаясь вернуть голосу твердость. — И вообще, это не деловая встреча, Забини. Забини равнодушно пожал плечом. На мгновение замер, пробежавшись взглядом по длинному старому шраму, идущему от запястья Рона вверх, а затем снова сосредоточился на свежих отметинах. — Взятка, Уизли? Я бы назвал это компенсацией за твою невольную храбрость, — сказал он, поднимая флакончик. Рон больше не пытался вырваться и с осторожностью позволил манипулировать рукой. Блейз, не предупреждая, прижал пропитанную спиртом вату прямо к ране. Уизли резко втянул воздух, но не отстранился, только пальцы на диване судорожно сжались. — Черт... Больно вообще-то! — прошипел он, глядя на сосредоточенного Блейза. — Мог бы и предупредить, прежде чем прижигать. — Потерпи, сейчас станет легче, — коротко бросил Блейз, даже не подняв головы, но хватка пальцев на мгновение стала чуть менее жесткой. Феникс, увидев, как Рон шипит от боли, тихонько заскулил и спрятал нос в лапы, будто действительно понимал, что стал причиной мучений. — Ему жаль, — негромко пробормотал Забини, доставая баночку с густой зеленой субстанцией. Он осторожно нанес мазь на рваные края раны. Рон тут же почувствовал резкую прохладу и легкое, почти приятное покалывание, которое быстро вытеснило жжение. — Он всегда такой, когда кому-то больно, — продолжал Блейз. Голос теперь звучал глухо и непривычно искренне. — Даже если сам виноват. Рон завороженно наблюдал, как под слоем мази края кожи начинают стягиваться. Через мгновение на запястье не осталось ни крови, ни покраснения — рана исчезла, оставив лишь чистую кожу. Блейз закончил и коротко кивнул, наконец отпуская руку. — Вот и всё. Держи, деньги. Он отсчитал и протянул Рону несколько банкнот. — И... задержись на пару минут. Блейз вышел на кухню и вернулся с небольшой коробкой. В воздухе поплыл аромат ягод — эклеры были свежайшими. — Это подкуп, — заявил Рон. — Это благодарность, — спокойно ответил Блейз, ставя коробку на стол перед Роном. — Захочешь — сам съешь, захочешь — угостишь девушку. Рон поднял взгляд. — У меня её нет, Забини, — резко сказал он. — И не будет. Блейз не ответил, лишь чуть заметно наклонил голову, принимая информацию. Рон взял коробку с эклерами и уже на ходу остановился возле щенка. Феникс тут же принялся обнюхивать брюки. — Больше от папочки Забини не убегай, понял? — пробормотал Рон, легонько почесав пса за ухом. Он выпрямился и снова поднял глаза на Блейза. Тот, опершись бедром о край стола и сложив руки на груди, молча наблюдал за каждым движением гостя. — Я провожу, — негромко сказал Забини, отталкиваясь от столешницы. Рон кивнул и пошел за ним, прижимая к себе подарок. Когда вышли в полумрак торгового зала, он остановился у самой двери и обернулся. В тусклом свете витрин высокая фигура казалась особенно массивной на фоне изящных стеллажей. — Пока, Забини. Если нужно будет что-то — знаешь, где искать, — бросил он. — И сделай ворота прочнее, чтобы это чудо больше не сбегало. Адьос! Блейз на мгновение задержал на нем взгляд, едва заметно качнув головой — то ли удивляясь бесцеремонности Уизли, то ли забавляясь манерой общения. На губах промелькнула мимолетная усмешка. Рон уже взялся за ручку, когда услышал за спиной негромкий голос: — Hasta la vista, Weasley. Y muchas gracias. Испанская фраза заставила на мгновение замереть. В ту же секунду в глубине зала со скрипом открылась дверь заднего входа, и на пороге появился Марк. Замерев, он оглядел зал, наблюдая за представшей перед ним картиной: нежданный гость и Блейз, застывшие друг напротив друга. Марк перевел взгляд на Рона. Он смотрел прямо, бесцеремонно оценивая визитера с ног до головы, и в этой паузе не было ни капли смущения. Напротив, спустя мгновение уголки его губ медленно поднялись в едва заметной, но отчетливой усмешке — увиденное ему явно пришлось по вкусу. — Добрый вечер, — коротко бросил Рон, кивнув. — Добрый, — низким бархатистым голосом отозвался Марк, продолжая внимательное изучение. Рон толкнул тяжелую дверь. Колокольчик весело звякнул, и в лицо ударил холодный воздух. Тишина кондитерской мгновенно осталась позади, поглощенная привычным гулом ночного Лондона. Быстро дойдя до машины, он поставил коробку на пассажирское сиденье и закрыл дверцу. Достал сигарету, черкнул зажигалкой и глубоко затянулся. Выпуская едкий дым, он посмотрел сквозь панорамную витрину. Сцена внутри выглядела как кадр из фильма: Марк что-то весело спросил у Блейза, кивнув на дверь, а Забини лишь едва заметно усмехнулся в ответ, развернулся и ушел вглубь помещений. «Высокий, чертяка, — подумал Рон, выпуская струю дыма. — И смотрит так, будто я — главный десерт в этой лавке». Он затушил сигарету об урну и сел за руль. От коробки на соседнем сиденье в салоне всё еще густо пахло ягодами и ванилью — этот сладкий аромат теперь казался единственным напоминанием о случившемся. Рон завел мотор и вырулил на дорогу, оставив темный фасад кондитерской позади.