Агентство «Уютный дом»

Вечер медленно перетекал в ночь, затягивая Лондон плотной вуалью сырого тумана. В воздухе пахло мокрым асфальтом и грядущим дождем, который вот-вот обещал обрушиться на город. Зайдя в квартиру, Рон привычным жестом щёлкнул выключателем. Колючий свет залил коридор, безжалостно выхватив из темноты пустые стены. Он стащил с плеч куртку, небрежно бросив её на вешалку. Ключи с сухим звоном опустились на тумбочку в прихожей, и Рон прошёл на кухню, на ходу расстёгивая верхнюю пуговицу рубашки. Он пристроил коробку на край стола и нажал на кнопку чайника. Гул закипающей воды вскоре заполнил пространство, а стоило снять картонную крышку, как по помещению разнёсся ягодный аромат, напрочь вытесняя въевшийся запах старого табака. Заварив кофе, он тяжело опустился на стул. Эклеры в открытой коробке пахли так, что во рту становилось сладко. Рон взял один и откусил. Он замер после первого же укуса : крем оказался невесомым, а внутри пряталась кислинка настоящих ягод. — Чёрт бы тебя побрал, Забини, — пробормотал он, продолжая жевать. Перед глазами всё ещё стоял образ из парка: улыбающийся Блейз. Без привычного яда, без маски. Рон взглянул на запястье — кожа была абсолютно чистой.  От раздумий его отвлёк вибрирующий телефон. Рон глянул на экран, смахнул крошку с губ и ответил: — Да, Гермиона. — Не спишь? — голос у неё был усталый, на фоне привычно шуршали бумаги. — Гарри сказал, что не смог до тебя дозвониться. Ты был на выезде? Рон откинулся на спинку стула. — Работал. Весь день возился с заказом по поводу одной собаки, — он помолчал, подбирая слова. — А Гарри что, опять хотел втянуть меня в дела Министерства? — Он хотел позвать тебя на ужин, Рон, — вздохнула она. — Просто ужин. Без работы. Ну так что, ты разобрался с заказом? Рон перевёл взгляд на коробку. На картоне изящными буквами красовалось название кондитерской. — Разобрался. Хотя, если бы мне утром сказали, кто станет моим клиентом, я бы решил, что меня опоили Конфундусом. — О чём ты?— с интересом спросила Гермиона  —Блейз Забини, — произнёс Рон. —Представляешь, сам пришёл ко мне в агентство. Нанял меня искать пропавшего пса. Оказывается, у него теперь своя кондитерская. В трубке повисла тишина. — Забини? Тот самый Блейз? — она переспросила с явным недоверием. — Пришёл к тебе? Рон, ты уверен? В школе он, кажется, даже не знал, как выглядят магловские деньги, не то что работа. — Я только что доел эклер, которым он меня угостил, — хмыкнул Рон, глядя на открытую коробку. — И это было чертовски вкусно. Он вообще... изменился. Если бы не лицо, я бы его в жизни не узнал. — Надо же, — пробормотала она. — Заинтриговал. Стоит зайти, хотя бы ради любопытства. Рон отломил еще кусочек, слушая ее молчание. — А ты всё в отчетах? — Как обычно. Сейчас такая каша заваривается в Министерстве... Но не по телефону. Когда всё выгорит — расскажу. Гермиона помолчала и добавила уже настойчивее: — И насчет пятницы. Хватит бегать от Гарри. Это просто ужин у него дома, и я не приму никаких оправданий. Никакой работы, я за этим лично прослежу. Рон посмотрел в темное окно. Раздражение окончательно уступило место глухой усталости. — Ладно. Буду. Но если он хоть раз упомянет работу — я сразу ухожу. — Я сама его заколдую, если он это сделает, — в её голосе проскочило облегчение. — В пятницу, Рон. Не забудь. — Хорошо. Пока, — ответил Рон и нажал отбой. Рон положил телефон на стол. В тишине кухни отчетливо забарабанил дождь. «Просто ужин», — повторил он про себя и криво усмехнулся. С Гарри никогда не бывало «просто», особенно когда дело касалось работы. Рон вздохнул, встал из-за стола и выключил свет, оставляя сомнения в темноте вместе с пустой коробкой. Дни в агентстве пролетали по какому-то безумному, рваному графику. За бесконечной бумажной волокитой Рон окончательно перестал замечать течение времени. Строчки отчетов расплывались перед глазами, а документации скопилось столько, что пару раз он просто засыпал прямо на диване в кабинете, не имея сил добраться до дома. К пятнице он чувствовал себя выжатым до предела, но в голове отчетливо билась мысль: ужин у Гарри. Явиться с пустыми руками было нельзя: Гермиона тут же включила бы режим «заботливой мамочки» и принялась читать лекции о его образе жизни. Самое забавное, что сама подруга никогда не придерживалась никаких графиков, засиживаясь в Министерстве до глубокой ночи, но это ничуть не мешало ей с энтузиазмом воспитывать других. Чтобы избежать допроса о работе и своем помятом виде, Рон решил действовать хитро. Десерты казались идеальным щитом. В кондитерскую он зашел около шести вечера.  Внутри было уютно и светло. Воздух казался плотным от ароматов выпечки и кофе, а мягкий свет ламп заливал витрины. Рон невольно замер у порога, заметив Блейза: тот стоял на небольшой стремянке и методично переставлял что-то на верхних полках. Темная ткань жилета плотно облегала его спину, подчеркивая, какими широкими и крепкими стали плечи. На мгновение Рон даже забыл, зачем вообще сюда пришел. Блейз, не оборачиваясь, бросил будничным, чуть уставшим голосом: — Мы закрываемся через десять-пятнадцать минут. — Я много времени не займу, — отозвался Рон, приходя в себя. Забини замер. Он не спеша спустился со стремянки, отряхивая ладони, и обернулся. На лице промелькнуло искреннее удивление, которое тут же сменилось сдержанной улыбкой. — Уизли? Неожиданно. Какими судьбами? — Решил, что мне жизненно необходим твой ягодный торт, иначе я просто не переживу этот вечер, — Рон ответил слабой улыбкой и, подойдя ближе, облокотился на стойку, наконец-то давая гудящим ногам отдых. Он коротко кивнул на витрину холодильника: — Так ты примешь заказ? — Естественно, — Блейз наклонил голову, внимательно изучая его заспанный вид, и мягко улыбнулся. Он достал из витрины торт, потянулся за упаковкой и принялся аккуратно укладывать десерт. Рон молча следил за его движениями: длинные пальцы Блейза работали уверенно и ловко, завязывая идеальный бант из атласной ленты на коробке. Чтобы разбавить тишину, Рон негромко спросил: — Кстати, как там Феникс? — Да нормально, если не считать того, что он окончательно сел мне на шею, — усмехнулся Забини, не отвлекаясь от дела. — Этот наглец вчера решил, что мой новый кожаный тапок — отличная игрушка. Когда я его застукал, этот прохвост даже не подумал убегать. Просто замер с тапком в зубах и смотрел на меня так, будто это я вошел в комнату без стука. Похоже, пес окончательно возомнил себя хозяином дома. Рон не сдержал короткого смешка, представляя эту картину. Пока они переговаривались, Марк, замерший в проходе, внимательно наблюдал за ними. Он подметил и то, как расслабился его вечно собранный босс, и этот непривычно теплый тон беседы. Решив, что «милый» вечер пора разбавить, Марк двинулся вперед. Он вальяжно подошел к стойке и оперся о нее локтем, бесцеремонно вторгаясь в их личное пространство. — О, ты еще здесь? Я думал, ты ушел, — произнес Блейз, прищурив взгляд на помощника. — Как я мог уйти, не поздоровавшись с человеком, который спас твоего пса? — Марк широко улыбнулся, полностью игнорируя недовольство босса, и протянул руку. — В прошлый раз мы так и не успели официально представиться. Я Марк. Рон ответил на рукопожатие: — Добрый вечер. Рон. — Очень приятно, Рон. Знаешь, я бы с удовольствием познакомился с тобой поближе, — Марк чуть склонил голову, явно забавляясь тем, как напряглась спина Забини. Блейз на мгновение замер, так и не выпустив из рук коробку с тортом. Он медленно повернул голову к помощнику, и в его взгляде застыл такой красноречивый «субтитр», что Марку не нужно было быть экстрасенсом, чтобы прочесть: «Ещё одно слово — и ты труп». Однако того это только развлекло — он едва заметно ухмыльнулся, наслаждаясь тем, как легко вывел босса из равновесия. Забини с трудом сохранил спокойствие и пододвинул торт к Рону, буквально закрывая собой помощника. — Твой заказ, Уизли. Хорошего вечера, — негромко сказал Блейз, задержав пальцы на крышке на мгновение дольше необходимого. Рон хмыкнул, кожей ощущая странное, почти осязаемое напряжение, повисшее в воздухе. Забирая коробку, он коротко кивнул: — Доброй ночи, Забини. Затем он перевёл взгляд на Марка и, уже разворачиваясь к выходу, добавил с легкой долей азарта: — Я подумаю над твоим предложением. Он дошёл до стеклянной двери, но у самой ручки обернулся напоследок: — Передавай Фениксу привет. И скажи, что в следующий раз я принесу ему что-нибудь повкуснее твоих тапок. Блейз лишь усмехнулся одними уголками губ, глядя ему вслед: — Ловлю на слове, Уизли. Смотри не разочаруй его, он придирчив к подаркам. Рон в ответ лишь коротко вскинул руку, не оборачиваясь, и толкнул дверь. Спустя тридцать минут он уже парковал машину у дома номер двенадцать на площади Гриммо. Вечер здесь был в самом разгаре. Из кухни тянуло курицей с травами, а в гостиной было тепло и по-домашнему уютно. Гермиона сидела в кресле с бокалом вина, о чем-то споря с Гарри. — Всем привет! Я не всё пропустил? — Рон зашел в комнату, на ходу сражаясь с курткой. Гермиона обернулась и, тепло улыбнувшись, выразительно постучала пальцем по запястью: — Рональд! Еще пять минут — и мы бы подали в розыск. Серьезно, мы уже проголодаться успели. Гарри вообще хотел твою порцию приговорить. — Да ладно тебе, — Гарри поднялся с дивана и хлопнул друга по плечу. — Подождал бы я... Ну, минуты две точно. Ладно, садись давай, я за тарелками схожу. Гарри ушел на кухню, а Рон аккуратно пристроил коробку на край стола. — Заскочил по дороге, взял кое-что вкусное, — сказал он, бросая куртку на стул. Гермиона сделала глоток вина, продолжая наблюдать за ним, и когда Рон остался в одной рубашке, она слегка нахмурилась, заметив его вид. — Рон, ты что, прямо из офиса приехал? Посмотри на себя, рубашка вся жеваная. Ты хоть обедал сегодня? Выглядишь так, будто весь день в рукопашную с отчетами сражался. — Да нормально всё, — буркнул он, пытаясь уклониться от её взгляда. — Просто день тяжелый выдался. Завал там. Гермиона отставила бокал и, шагнув к нему, с короткой понимающей улыбкой поправила сбившийся воротник. — Завал у него... Ладно, горе ты моё, — она пригладила ткань на его плече. — Раз уж ты ради этого «вкусного» даже не заехал переодеться, надеюсь, там внутри что-то особенное. А то Гарри из-за тебя чуть с голоду не помер. Она явно не до конца поверила про завал в офисе, но расспрашивать не стала — из кухни как раз вернулся Гарри с тарелками. Спустя час на столе осталась лишь пустая посуда. В гостиной стало тихо и уютно: Гарри потягивал виски, изредка подливая вина Гермионе, а Рон не спеша допивал стакан прохладного эля. Разговоры лениво перетекали с темы на тему, и про работу, словно по негласному договору, больше не вспоминали. Настало время десерта. Рон с нескрываемым удовольствием открыл коробку и разрезал торт. — Рон, это просто нечто, — Гермиона отложила ложку и перевела на него взгляд. Она тепло улыбнулась ему, и в её глазах на миг промелькнуло лукавое понимание — подруга явно догадалась, откуда этот десерт, но при Гарри уточнять ничего не стала.— Правда. Очень вкусно. Рон поймал этот взгляд и на секунду замялся, чувствуя, как кончики ушей начинают розоветь, но всё же довольно хмыкнул. Глядя на довольных друзей, он окончательно убедился, что идея с десертом полностью себя оправдала. Гарри, не вникая в их безмолвный обмен репликами, молча кивнул в знак согласия, сосредоточенно расправляясь со своей порцией. Когда с десертом было покончено, Рон первым поднялся из-за стола. Ему вдруг нестерпимо захотелось свежего воздуха. — Я на балкон, — бросил он. — Покурю. — Я с тобой, — отозвался Гарри, уже на ходу доставая из кармана пачку. Рон на мгновение замер у стеклянной двери. Ему до чертиков не хотелось оставаться с другом наедине: он был уверен, что Гарри заведет разговор о делах, стоит им выйти за порог. Заметив эту заминку, Гермиона понимающе улыбнулась. Этим мимолетным взглядом она словно обещала: все под контролем, никто не будет его донимать. Рон выдохнул и толкнул дверь на балкон. Снаружи было прохладно, и после тепла гостиной этот воздух был как раз кстати. Тишина на площади стояла такая, что было слышно, как где-то на соседней улице заводится машина. — Ну, как дела в агентстве? — поинтересовался Гарри, чиркнув зажигалкой. Огонёк на секунду выхватил его сосредоточенное лицо. — Не жалеешь, что ушёл? — Нормально всё, — пожал плечами Рон, затягиваясь. Дым медленно поплыл в сторону. — По крайней мере, сам себе хозяин. Гарри выдохнул серую струю и повернулся к нему, опершись локтями о перила. — Рон, слушай, — начал он, пытаясь правильно подобрать слова. — Знаю, что обещал не лезть с делами Министерства и не просить помочь. Но мне правда больше не к кому идти. Нужна твоя помощь. Кое-что происходит, и я просто не справляюсь один. Рон замер, так и не донеся сигарету до губ. Он медленно повернул голову, и во взгляде вспыхнула жгучая обида. — «Помощь»? — переспросил он. Голос был тихим, но в нём уже лязгал металл. — Что это значит, Гарри? Мы сидели, спокойно ужинали… А ты весь вечер выжидал момента, чтобы всучить мне очередное министерское дерьмо? Гарри лишь отрицательно помотал головой, пристально заглядывая Рону в глаза, словно пытаясь найти там прежнего друга, а не этого озлобленного человека. — Да при чём тут «всучить», Рон? — он шагнул ближе и положил руку другу на плечо. — Я просто… — Да мне насрать, что ты там «просто»! — рявкнул Рон, резко дернувшись и сбрасывая чужую ладонь. С силой втолкнул сигарету в пепельницу, раздавливая её в кашу. — Ты всегда такой! Я для тебя — удобная деталь. Запчасть. Но новость дня: я, блядь, не один из твоих подчиненных, чтобы по одному щелчку прибегать и снова играть в смертника. Гарри открыл рот, но Рон уже наступал, почти толкая Поттера плечом. — Я ухожу. Стеклянная дверь со стуком ударилась об стену. Гермиона, сидевшая в кресле, увидев лицо Рона, мгновенно привстала. — Рон? Что случилось? — её взгляд начал метаться между ним и застывшим на балконе Гарри. — Можешь начинать колдовать! — рявкнул он, даже не оборачиваясь. В несколько размашистых шагов Уизли пересёк комнату и оказался в прихожей. Сорвал с крючка куртку. Тяжёлая входная дверь захлопнулась с глухим ударом прежде, чем кто-то успел его остановить. Оказавшись на улице и игнорируя холод, Рон быстрым шагом дошёл до машины. С силой захлопнул дверцу, опустил руки на руль и закрыл глаза, пытаясь унять дрожь в пальцах. Лишь когда дыхание немного выровнялось, он завёл двигатель, и автомобиль сорвался с места, растворяясь в огнях лондонского потока. Он бесцельно колесил по городу около часа, пока не закончились сигареты. Рон притормозил у круглосуточного супермаркета — возвращаться в пустую квартиру без них было совсем тошно. Внутри, проходя мимо рядов с товарами для животных, Уизли невольно замедлил шаг. В памяти всплыл разговор про съеденные тапки и обещание принести Фениксу что-нибудь вкусное. В этот момент всё и сложилось. Рон замер у полки, глядя на упаковку сушёного мяса. Это был идеальный предлог — легальный способ не ехать домой прямо сейчас. Он быстро расплатился и вернулся в машину. Бросил пакет на соседнее сиденье, достал телефон и несколько раз заблокировал и разблокировал экран. Заявляться к Забини на ночь глядя — чистое безумие. Но остаться в четырех стенах и до утра перемалывать в голове ссору с Гарри было еще хуже. Рон посмотрел на пакет с лакомством и упрямо решил: он обещал — он привезёт. И плевать, который час. Ему просто нужно было оправдание, чтобы оказаться где-то еще, и Феникс стал отличным поводом не чувствовать себя полным идиотом. Почти не отдавая себе отчёта, он нажал на вызов. Трубку сняли сразу. Голос Блейза звучал ровно и непривычно мягко: — Уизли? Что-то случилось? Рон крепче сжал руль, стараясь звучать максимально буднично: — Нет, всё нормально. Слушай... я тут взял то, что обещал Фениксу за съеденные тапки. Могу заскочить буквально на минуту, передать? Если ещё не спишь. На том конце воцарилась короткая пауза. — Не сплю. Заезжай, — просто ответил Блейз. — Сейчас скину адрес. В трубке раздались гудки. Рон только успел бросить телефон на приборную панель и вырулить на дорогу, как экран вновь вспыхнул — пришло сообщение с координатами дома в престижном районе. Дорога заняла около двадцати минут. Ночные улицы были пусты, и Уизли добрался до места быстрее, чем успел окончательно передумать. Припарковавшись у обочины, он заглушил мотор и на мгновение уронил голову на руки. — Идиот, — глухо выругался он в пустоту салона. Рон несколько секунд сверлил взглядом пакет на соседнем сиденье, борясь с желанием просто уехать. Но в итоге рывком схватил упаковку и вышел на улицу, с силой захлопнув дверцу и отсекая путь к отступлению. Блейз открыл дверь почти сразу. Он был в обычной домашней одежде, и Рон на мгновение замер — таким Забини он ещё никогда не видел. — Быстро ты, — коротко бросил Блейз, отходя вглубь просторного коридора. — Дороги пустые, — Рон шагнул внутрь и прикрыл за собой дверь. — Извини, что так поздно. — Забей. Проходи. Рон сделал всего пару шагов в холле, когда из глубины дома донёсся звонкий перестук когтей. В следующую секунду навстречу вылетел Феникс. На радостях, вприпрыжку, пес подлетел к Рону и с прыжка упёрся лапами ему в грудь, пытаясь лизнуть в самый подбородок. — Эй! Эй! Приятель! — Рон со смехом закинул голову назад, уворачиваясь от мокрого носа. — Я тоже соскучился, честное слово! Он опустился на корточки, чтобы немного угомонить пса, и начал ласково поглаживать его по густой шерсти. Феникс тут же принялся преданно топтаться рядом, бешено виляя хвостом и задевая им всё вокруг, но из-под ладони Рона не уходил, довольно зажмурившись. Блейз, всё это время наблюдавший за ними со стороны, непринуждённо прислонился плечом к косяку и скрестил руки на груди. — Смотри-ка, — с притворной обидой протянул он, глядя на этот триумф щенячьего восторга. — Со мной ты ведёшь себя куда скромнее. Предатель. Рон на мгновение поднял взгляд на Блейза, но тут же снова уткнулся в пса. — Не обращай на папочку внимания, он просто завидует, — негромко пробормотал он, стараясь вернуть голосу прежнюю уверенность. — Скидывай куртку и проходи, — усмехнулся Блейз, кивком указывая в сторону гостиной. — Раз уж ты приехал посреди ночи ради собаки, я просто обязан предложить тебе что-нибудь посерьёзнее чая. Сняв куртку, Рон остался в простой рубашке. Он оставил пакет с угощением на тумбочке в прихожей и прошёл вслед за Блейзом в гостиную, на ходу засучивая рукава. Окинув взглядом просторную светлую комнату, Рон вновь перевёл взгляд на него. — У тебя здесь… уютно, — произнёс он. В доме Забини пахло по-особенному: тонкая смесь свежего цитруса и мягкой ванили. Этот аромат казался глубоким и успокаивающим — в голове промелькнула мысль, что здесь наконец-то можно выдохнуть. Внимание привлёк большой экран, на котором застыл кадр из фильма. Блейз направился к шкафу с напитками, явно прервав свой вечер ради гостя. — Ты фильм смотрел? — спросил Рон, кивнув на замершую картинку. — Пытался, — лаконично отозвался Блейз. Хрусталь бокалов отозвался тонким звоном. — Но, как видишь, планы на вечер изменились. Рон прошёл к широкому дивану и сел. Феникс не заставил себя ждать: тут же запрыгнул следом, бесцеремонно втиснувшись рядом и с тяжёлым вздохом положив голову Рону на колени. Тот всё ещё чувствовал неловкость, которую вид поставленного на паузу экрана только усиливал. — Слушай, Забини... — он замялся, неосознанно перебирая пальцами густую шерсть на загривке пса. — Я, наверное, зря так поздно припёрся. Вижу же, что отвлекаю. Может, лучше уйти? Оставлю... ну, то, что принёс, и не буду мешать. Рон уже дёрнулся, собираясь подняться, но Феникс не позволил. С возмущённым воем пёс вскинул голову, фыркнул гостю прямо в лицо и, протестующе перебирая лапами, навалился на его ноги всем своим внушительным весом, окончательно пригвождая к дивану. Блейз, застывший у шкафа с бокалами в руках, медленно обернулся. — Сиди на месте, Уизли, — спокойным, не терпящим возражений тоном произнёс он. — Раз уж проделал такой путь, то как минимум выпьешь со мной. А если совесть всё ещё грызёт — оставайся и досмотрим фильм вместе. Забини подошёл ближе и протянул бокал. — Вижу, Феникс уже решил, что ты — его новая собственность, — кивнул Блейз на пса. — Похоже на то, — негромко отозвался Рон. Вытерев ладонью лицо после «протеста» питомца, он принял виски, коснувшись пальцами прохладного стекла. На губах промелькнула несмелая улыбка. Расслабившись, Рон глубже вжался в спинку дивана, чувствуя, как уходит напряжение в плечах. Он ласково погладил пса, ощущая тепло собачьего тела сквозь ткань брюк, и сделал первый глоток. — И всё же выглядишь ты паршиво, — беззлобно заметил Блейз, усаживаясь на другой край дивана и непринуждённо закидывая руку на спинку. Рон прикрыл глаза, чувствуя, как виски мягким пламенем разливается по горлу. — Пожалуй, — выдохнул он, вновь обращая взгляд к экрану. — Так что ты там смотрел? — «Интуиция», — ответил Блейз, внимательно наблюдая за реакцией гостя. — Марк когда-то настойчиво советовал. Рон повернул голову к собеседнику. — Видел флаер с этим фильмом... — Уизли запнулся, и в его голосе проскользнула лёгкая, почти беззащитная усмешка. — Ты любишь романтические фильмы? — Я ещё не со всеми жанрами познакомился, знаешь ли, — парировал Блейз, — но, как я уже сказал, Марк был очень настойчив. Забини взял пульт и снял фильм с паузы. Картинка ожила. Блейз щёлкнул пальцами, и свет в гостиной погас, оставляя их в полумраке, освещаемом лишь мерцанием экрана. Рон сделал ещё один глоток, удобнее устраивая руку на затихшем псе, и впервые за долгое время почувствовал, что находится именно там, где и должен быть.