Агентство «Уютный дом»

Как только они прибыли в дом, Уизли на негнущихся ногах дошел до своей комнаты. Все движения были механическими: не зажигая света и не снимая плаща, он сразу направился к походной аптечке. Пальцы едва слушались, когда он выудил оттуда флакон бадьяна — единственное средство, способное хоть немного унять последствия магического отката. Рон посмотрел на холодное стекло, тускло мерцающее в свете из коридора, и на мгновение его лицо смягчилось. Повинуясь странному порыву, он вытянул из блокнота помятый листок, черкнул пару слов и вышел обратно. Уизли замер у двери Забини, помедлил секунду, а затем осторожно оставил флакон вместе с запиской прямо на полу. «Выпей это, тебе станет легче». Но стоило вернуться к себе и закрыть дверь, как тишина комнаты обрушилась на плечи, заставляя заново прокручивать в голове всё, что произошло. Каждое слово, каждый взгляд... В какой-то момент терпению пришел конец. Гнев, копившийся внутри слишком долго, сорвал все предохранители. — Идиоты... Какое стадо идиотов! — прошипел он и резким, рваным шагом сократил расстояние до кресла. На ходу Рон рванул застежки плаща и швырнул его в сторону — тяжелая ткань бесформенной грудой осела на полу. Пальцы мертвой хваткой вцепились в дорожную сумку и с силой забросили её на кровать. Уизли рывком распахнул шкаф. Вещи посыпались с вешалок, но ему было плевать. Он хватал рубашки, комкал их в бесформенные узлы и с силой вбивал в сумку. — «Решили не говорить», — Рон сорвал с полки запасные штаны и швырнул их в раскрытую сумку. — «Хотели как лучше». Да вы хоть раз спросили меня, как МНЕ будет лучше?! Он замер на секунду, тяжело дыша, а потом вдруг с рыком выхватил всё, что только что сложил, и начал яростно вытряхивать вещи обратно в шкаф. Сумка, ставшая ненужной, отлетела в угол, с глухим стуком врезавшись в тумбочку. — Никуда я не поеду. Пусть сами разгребают это дерьмо! — он начал заталкивать одежду на полки, вминая её так глубоко, что дерево жалобно скрипнуло. — Сговорились они... Гермиона, Блейз... Сладкая парочка хранителей секретов! Уизли принялся мерить комнату шагами, от стены к стене, то и дело спотыкаясь о брошенные ботинки. — Знал же всё! — он резко взмахнул рукой, едва не сбив лампу. — Стоял рядом в Мэноре, смотрел в глаза и молчал! Промолчал о том, что жизненно важно для меня... Решил, что имеет право решать, когда мне знать о собственной судьбе, а когда — нет! Рон снова подлетел к шкафу, выдернул оттуда несчастный свитер, посмотрел на него секунду и с силой зашвырнул под кровать. — Скрытный, самовлюбленный слизеринский придурок! — выдохнул он, чувствуя, как от ярости дрожат колени. Феникс, который всё это время тихо сидел на мягкой банкетке в ногах кровати, издал отчетливый, громкий фырк. Пес смотрел на Рона с таким видом, будто наблюдал за затянувшимся стихийным бедствием. Уизли замер посреди комнаты, тяжело и прерывисто дыша. Волосы растрепались, а лицо всё еще горело от прилива крови. — Что ты фыркаешь? — он уставился на пса, ткнув в его сторону подрагивающим пальцем. — Ты его видел? Твой хозяин — просто мастер по части лжи. Выстроил тут из себя святого мученика. «Ты из-за меня вляпался в это дерьмо». Да пошел он со своим спасением! Сначала доверяешь человеку, а потом выясняется, что он тебе лапшу вешает и скрывает самое важное. Рон обессиленно опустился на край кровати и уронил руки между колен. Плечи поникли, словно из них разом выдернули стержень. Услышав этот тяжелый вздох, Феникс спрыгнул с банкетки и медленно подошел ближе. Пес ткнулся влажным носом в его колено и негромко заскулил, заставляя Рона вынырнуть из своих мыслей. — Господи, докатился... — прошептал он, невольно запуская пальцы в жесткую шерсть за ушами собаки. — Сижу в темноте и высказываю всё тебе. Рассказываю, какой у тебя хозяин придурок, пока тот строит из себя оскорбленную невинность. Уизли криво усмехнулся, прикрывая глаза свободной ладонью. — А ты сидишь и слушаешь, да? Ну давай, иди к нему. Скажи своему Блейзу, что он победил. Я его ненавижу. И Гермиону ненавижу. И этот чертов манускрипт... Он замолчал, чувствуя, как ярость медленно перегорает в глухую, ноющую боль где-то под ребрами. Гнев ушел, оставив только осознание того, что ему всё равно придется встать и ехать в агентство с людьми, которые разбили его доверие вдребезги. Тихий, но уверенный стук в дверь прервал мысли Рона. Он уже приготовился выкрикнуть короткое «уходи», но голос за дверью заставил его осечься. — Рон, это я. Могу войти? Вздохнув и стараясь собраться с мыслями, Уизли глухо отозвался: — Заходи. Марк вошел в комнату, щелкнул выключателем и наполнил помещение мягким светом. В руках он держал поднос с ароматным чаем и сэндвичем. Поставив его на тумбочку рядом с кроватью, мужчина внимательно посмотрел на Рона. — Тебе стоит перекусить и отдохнуть. Мы сегодня все чертовски устали. — Не стоило... — Рон качнул головой, глядя на еду без особого аппетита. — Стоило. Слушай, я не силен во всех этих ваших магических штуках, для меня это всё вообще впервые. И я не пришел уговаривать тебя простить Блейза. Просто... может, стоит его выслушать? Хотя бы разок. Но не сегодня. Завтра, когда Забини немного отойдет после своего истощения. Уизли поднял на него тяжелый взгляд. — Марк... он мне соврал. А я считал, что он будет хотя бы единственным, кто не станет этого делать, понимаешь? Хотя, может, я и ошибаюсь... Мы всё-таки встретились спустя пять лет. Кто знает, что там у него теперь в голове. — Я понимаю, — кивнул Марк, присаживаясь на край стула. — Но ты тоже должен понимать: завтра нам нужно будет отвезти Малфоя в твое агентство. Ваша неловкость будет только мешать. Ты будешь дергаться, Блейз — нервничать, и в итоге вы начнете ссориться на пустом месте. Рон молча смотрел на чашку с чаем, чувствуя, как слова Марка медленно пробиваются сквозь глухую обиду. Тот был прав — работа не будет ждать, пока они выяснят, кто из них больше виноват. — Ладно, — выдохнул он. — Постараюсь держать себя в руках. Спасибо за чай. — Вот и отлично. Ешь и ложись спать. Завтра будет длинный день. Марк вышел, тихо прикрыв за собой дверь. В комнате снова воцарилась тишина. Рон посмотрел на сэндвич — аппетит так и не появился, но он заставил себя откусить кусочек. Нужно было восстанавливать силы. Уизли механически допил остывающий чай, глядя в одну точку на стене. Злость на Блейза всё еще была здесь, тяжелая и колючая, но после слов Марка она словно немного утратила свою остроту. «Спустя пять лет...» — эхом отозвалось в голове. Он щелкнул выключателем, погружая комнату в темноту, и, не раздеваясь, рухнул на кровать поверх покрывала. В ту же секунду послышался мягкий стук когтей по полу — Феникс поднялся со своего места и пошел к нему. Пес запрыгнул на матрас, по-хозяйски расположился на подушке и, тяжело вздохнув, уткнулся носом в плечо Уизли. Рон закрыл глаза, надеясь, что сон придет быстрее, чем новые мысли об обмане, манускрипте и о том, как завтра придется смотреть в лицо Блейзу, делая вид, что всё нормально. Утро началось серо и буднично. Рон проснулся с тяжелой головой, но, вопреки ожиданиям, чувствовал себя на удивление собранным. Быстро приведя себя в порядок, он спустился вниз. Из кухни тянуло густым запахом свежесваренного кофе. Забини стоял у окна, бледный и осунувшийся после вчерашнего истощения. Он заметно опирался на подоконник, но всё же был уже на ногах. Увидев Рона, хозяин дома замер, словно ожидая продолжения вчерашней бури. Однако Уизли лишь коротко кивнул, игнорируя безмолвную попытку завязать разговор, и прошел к столу. Драко сидел на своем месте, уже в «новом» обличье — с темными волосами и в строгом магловском костюме, который сидел на нем безупречно. Он лениво листал какой-то журнал, но стоило Рону опуститься на стул, как Малфой вскинул бровь, отвлекаясь от чтения. — О, мистер начальник наконец-то соизволил спуститься, — протянул он. — Надеюсь, ты готов к приему гостей в своей «конторе»? — Готов, Малфой. И советую тебе начать привыкать к тому, что там ты — не лорд, а бухгалтер на испытательном сроке, — отрезал Уизли, наливая себе кофе. — Бухгалтер... Какое падение, — Драко театрально вздохнул, но в его глазах промелькнул живой интерес. — Только не вздумай заставлять меня считать твои гроши, Уизли. Боюсь, я умру от скуки раньше, чем мы дойдем до второй колонки. — Машина готова, выезжаем через десять минут, — сказал Марк, застегивая куртку. — Рон, ты будешь навигатором. Я в этой части города совсем не ориентируюсь, так что показывай дорогу. Поездка прошла в напряженном молчании. Уизли сидел на переднем сиденье, глядя в лобовое стекло и сухо отдавая команды, куда повернуть. Он чувствовал за спиной тяжелый взгляд Блейза, но так ни разу и не обернулся. Когда перед ними наконец показалось ничем не примечательное здание с вывеской «Уютный дом», Марк притормозил у обочины. — Приехали. Малфой, держи рот на замке, пока я не представлю тебя сотрудникам. Они вышли из машины. Внутри их уже ждала Элли. Заприметив начальника, она широко улыбнулась и сразу затараторила: — Мистер Уизли, наконец-то вы на месте! А я как раз заходила в аптеку, купила вам про запас тех леденцов с шалфеем. Погода на улице совсем испортилась, сырость такая, что недолго и горло застудить. Пусть лежат у вас в столе, на всякий случай. — Элли, успокойся, — осадил её Рон, чувствуя, как от её энтузиазма начинает понемногу отпускать утренняя хмурость. — Всё нормально, я не собираюсь болеть. Рабочий день еще не начался, а ты уже суетишься. Драко, стоявший за спиной Уизли, с нескрываемым скепсисом оглядел скромный холл агентства. Его взгляд задержался на вывеске, а затем переключился на секретаршу. — «Мистер Уизли», надо же... — вкрадчиво протянул Малфой, и Рон затылком почувствовал его ядовитую ухмылку. — Какая трогательная забота. Леденцы, кашель... Уизли, ты завел себе фан-клуб? Девушка только сейчас заметила спутников начальника. Ее взгляд в смятении перебегал с хмурого Блейза на незнакомого мужчину в куртке, а затем на эффектного брюнета в дорогом костюме. Столько новых лиц в их тихой конторе не было давно. — Мистер Забини, вы тоже тут? — она удивленно моргнула. — Как ваш песик поживает? — Всё у него отлично, — ответил Блейз, слегка улыбнувшись одними губами. — А это... — Элли с любопытством уставилась на остальных. Рон тяжело вздохнул и потер переносицу. Пора было начинать представление. — Элли, познакомься. Это Марк, — Рон указал на мужчину в куртке. — Он из «Пурпурного ириса», помогает нам сейчас. А это... — он запнулся на секунду, подбирая слова. — Это Деймон Уайт, наш новый бухгалтер. Он будет на испытательном сроке и поживет пока в моем кабинете. Я буду какое-то время отсутствовать, так что Деймон начнет внедряться в работу прямо сейчас. Малфой прищурился, услышав свое новое имя. Помня наказ молчать, он лишь сухо и высокомерно кивнул, хотя в его взгляде так и читалось: «Неужели я похож на того, кто пересчитывает медяки?». Когда Рон упомянул, что тот «поживет в кабинете», Драко едва заметно поморщился, явно оценивая габариты помещения как «непригодные для жизни лорда». — Бухгалтер? — Элли удивленно округлила глаза, рассматривая идеальный крой костюма «Деймона». — Такой... представительный? — Очень ценный специалист, — вставил Марк, подмигивая девушке, чтобы разрядить обстановку. — Мы его еле переманили из одного очень... закрытого учреждения. Рон решил, что пора заканчивать расспросы, пока секретарша не начала выяснять подробности биографии их «нового сотрудника». — Элли, подготовь чай на всех в моем кабинете. Нам нужно обсудить текущие дела. И, пожалуйста, скажи остальным, чтобы нас пока не беспокоили. — Да, шеф! Сию минуту! — девушка радостно кивнула и умчалась в сторону кухни, всё еще сжимающая в руке коробочку с леденцами. Уизли обернулся к своей разношерстной компании и жестом пригласил всех следовать за собой. — Ну что, добро пожаловать в мой «Уютный дом». Проходите, пока сотрудники не начали сбегаться на просмотр нового экспоната. Он первым направился к двери кабинета, чувствуя, как внутри всё сжимается от предвкушения того хаоса, который вот-вот начнется за закрытыми дверями. Как только за ними захлопнулась тяжелая дверь, Драко тут же брезгливо скинул маску вежливости. Он обвел взглядом помещение: старый дубовый стол, заваленный папками, пара пошарпанных кресел и узкий диван в углу, на котором, судя по всему, ему и предстояло «обживаться». — Значит, «Деймон Уайт»? — Малфой обернулся к Рону, сложив руки на груди. — Серьезно, Уизли? Из всех имен в мире ты выбрал именно это? Звучит как имя героя из дешевого дамского романа. — Скажи спасибо, что не Барнаби, — отрезал Рон, обходя стол и с тяжелым вздохом опускаясь в свое кресло. — И привыкай. Для всех в этом здании ты — бухгалтер с сомнительным прошлым, который отрабатывает долги. — Деймон Уайт... — задумчиво повторил Марк, прислонившись к дверному косяку. Он весело взглянул на Драко, который всё еще недовольно кривил губы. — А что, мне нравится. Слушай, парень, добро пожаловать в семью! Раз ты теперь Уайт, то мы с тобой почти братья. Драко медленно перевел на него взгляд, полный такого искреннего недоумения, будто Марк только что предложил ему вместе почистить конюшни голыми руками. — Прошу прощения? — ледяным тоном переспросил он. — У меня фамилия — Уайт, — невозмутимо пояснил Марк, расплываясь в широкой улыбке. — Так что, «братишка», считай, что мы родственники. Хотя, судя по твоему лицу, ты сейчас предпочёл бы оказаться круглым сиротой, чем моим братом. Расслабься, я не кусаюсь! Малфой на мгновение лишился дара речи. Опешив от напора Марка, он инстинктивно обернулся к Забини, надеясь на привычную холодную рассудительность друга. Но Блейз, проигнорировав этот взгляд, молча прошел вглубь комнаты. Он замер у окна, отгородившись от присутствующих напряженной спиной. Дистанция, которую он держал между собой и Роном, казалась почти осязаемой — невидимая стена, выросшая после их ссоры. Марк тем временем бесцеремонно уселся на край стола. Не обращая внимания на тяжелую атмосферу, он с любопытством принялся разглядывать обстановку, пока Уизли старательно делал вид, что поглощен изучением бумаг. — А здесь неплохо. Уютно. Только вот диванчик для нашего «ценного специалиста» мелковат, — он кивнул в сторону Малфоя. — Ноги будут свисать. — Переживет, — буркнул Рон, доставая из ящика стола чистый бланк и блокнот. — Теперь слушай внимательно. Здесь расписано всё, что тебе нужно знать о клиентах. Это — твоя работа. И еще... — Рон на мгновение замялся, глядя на холеного Малфоя. — В здании за углом есть спортзал. У моих сотрудников там безлимитный абонемент. Если тебе станет совсем невмоготу сидеть в четырех стенах — можешь ходить туда. Это единственный маршрут вне офиса, который для тебя сейчас доступен.  Драко подошел к книжному шкафу и кончиками пальцев лениво провел по корешкам книг. — Понял. И долго мне играть роль этого офисного планктона? А что касается спортзала... — он обернулся, скептически выгнув бровь. — Полагаю, там пахнет дешевым одеколоном и потом твоих «ценных кадров»? Но, признаю, это лучше, чем этот диван. Его я всё-таки прошу заменить. Уизли закатил глаза и сухо отрезал: — Будешь сидеть здесь, пока не разберемся с теми, кто на тебя охотится. А дальше посмотрим. В дверь робко постучали — это Элли принесла поднос с чаем. Все мгновенно замолчали. Деймон тут же принял отсутствующий вид, сосредоточенно рассматривая свои ногти, а Забини еще сильнее отвернулся к окну, делая вид, что его очень занимает вид пустой улицы. Элли аккуратно расставила чашки. Её взгляд то и дело задерживался на «новом бухгалтере», но ледяное безразличие на лице Малфоя быстро заставило её смутиться. — Пожалуйста, — прошептала она и быстро вышла, прикрыв за собой дверь. В кабинете на мгновение повисла тишина. Блейз первым нарушил её, отходя от окна. — Раз здесь мы закончили и Драко готов «внедряться», — произнес Забини, поправляя манжеты пиджака, — мне нужно заехать в кондитерскую, забрать кое-какие документы. Рон хотел было спросить, какие бумаги могут храниться в пекарне, но резкая вибрация телефона на столе прервала его. Увидев на экране имя «Гарри», он тут же принял вызов. — Рон, ты мне срочно нужен, — голос Поттера звучал непривычно напряженно, почти на грани паники. — Появились данные, которые не терпят отлагательств. Всё слишком серьезно, Рон. — Что случилось? Где ты? — быстро спросил Уизли, уже инстинктивно выпрямляясь. — Приходи сейчас ко входу в Министерство, на проспект Уайтхолл. Жду тебя у телефонной будки «Грей-Кросс». Поторопись. Связь оборвалась. Рон несколько секунд смотрел на погасший экран, чувствуя, как внутри нарастает холодное беспокойство. Если Гарри вызывает его к самому Министерству и говорит таким тоном, значит, дело дрянь. — Что случилось? — Марк перевел взгляд с побледневшего Рона на застывшего Блейза. — Поттер вызывает в Министерство, — бросил Уизли, уже хватая куртку со спинки стула. — Говорит, дело срочное и не для телефона. — Ты уверен, что это безопасно? — Марк прищурился, в его голосе прозвучало сомнение. — После вчерашнего это вполне может быть ловушкой. — Если Гарри зовет, значит, иного пути нет, — отрезал Рон, уже направляясь к выходу. — Следите за «бухгалтером». Увидимся. Малфой, который уже успел брезгливо подцепить одну из папок двумя пальцами, проводил уходящего взглядом. — Уизли, если тебя там арестуют, кто заменит мне диван? — бросил он вслед, сложив губы в привычной издевательской ухмылке. Тот не ответил. Он уже переступал порог кабинета, на ходу проверяя, на месте ли палочка. Предчувствие подсказывало: спокойный день в «Уютном доме» закончился, так и не начавшись. Добравшись до проспекта, Рон повторно набрал друга. После четырех гудков на том конценаконец взяли трубку. — Я на месте. Ты где? — спросил он, озираясь по сторонам в поисках телефонной будки. — Видишь черную затонированную машину на обочине? — раздался в трубке глухой голос Гарри. Рон напрягся. Он заприметил автомобиль и быстро направился к нему. Открыв дверцу, Уизли сел на переднее сиденье. В салоне стояла странная, давящая тишина, а воздух казался слишком тяжелым, словно из него разом выкачали весь кислород. Он увидел Поттера — тот вцепился в руль побелевшими пальцами и нервно постукивал по нему. — Наконец-то, — бросил тот, по-прежнему не глядя на друга. — Что случилось? И когда это ты научился водить? — Рон вопросительно поднял бровь, уже готовясь выхватить палочку из внутреннего кармана. Но в этот же миг с заднего сиденья подался вперед человек, скрытый тяжелой черной мантией. Кончик палочки мгновенно прижался к шее Уизли, и холодный голос произнес: — Мистер Уизли, я не советую вам даже рыпаться. — Вы из Министерства? — выдавил Рон, стараясь не шевелить шеей, пока кончик палочки продолжал впиваться в кожу. Вместо ответа по салону пронесся пронзительный смех. Рука в темной перчатке вытянулась вперед, и прямо перед глазами Уизли на тонкой цепочке закачался артефакт Фонтейна. Рон вжался в спинку сиденья, чувствуя, как по позвоночнику пробежал ледяной пот.Узнавание было мгновенным. Тяжелая, пульсирующая вибрация отозвалась где-то глубоко в груди — магический резонанс подтверждал худшее. Взгляд метнулся к «Гарри». Тот сидел неподвижно, но теперь, вглядевшись в упор, Уизли заметил едва уловимую неестественность в чертах лица. На лбу не было шрама. Оборотное зелье. Заманили, используя единственное имя, на которое Рон пришел бы не раздумывая. — Гарри бы никогда не сел за руль... — сорвался с губ шепот. Осознание собственной глупости обожгло не хуже заклинания. — Зато вы, мистер Уизли, очень послушный друг, — прошипел голос сзади. — А теперь — засыпайте. Тихое заклинание сорвалось с губ похитителя, и сознание Рона на мгновение вспыхнуло ослепительной белизной, а затем всё вокруг подернулось мягким туманом. Сопротивление, ярость, горький осадок после ссоры с Блейзом — всё это вдруг стало неважным. Гнев на фальшивого Гарри и осознание ловушки растворились, сменяясь непреодолимым, вязким желанием поддаться этой внезапной истоме. Мир за стеклом автомобиля зазвучал приглушенно, словно через толщу воды. Веки стали невыносимо тяжелыми, и Рон перестал бороться, позволяя им сомкнуться. Внутри не осталось ни одной собственной мысли — только чужая, холодная воля, убаюкивающая и заполняющая пустоту. Это было похоже на падение в бездну, где больше не нужно было сражаться, а можно было просто позволить тьме забрать себя целиком. «Гарри» плавно нажал на педаль газа. Машина сорвалась с места, унося Уизли прочь от Уайтхолла. Рон сидел неподвижно, бессильно откинув голову на подголовник. Он погрузился в глубокий, дурманящий сон наяву, в котором больше не существовало ни прошлого, ни будущего. Внутри не осталось ничего, кроме вязкой пустоты — воля исчезла, оставив похитителям лишь послушную, погруженную в морок оболочку.