Самопровозглашённый Санта

      Гарри свалился лицом прямо в огромный сугроб. Горе-специалисты портального отделения даже после перевода Кормака на другую должность так и не научились работать нормально. Вечно всё у них через энное место. Или же там, где МакЛагген посеял зёрна хаоса, уже бесполезно что-либо исправлять.       С этими нелёгкими мыслями Гарри отряхнулся, поправил очки и окинул взглядом открывшийся взору пейзаж. Вечерело. Небо окрасилось в пылающие оттенки заката: от огненно-красного до нежно-розового, переходящего в глубокий, бархатный фиолетовый. Последние лучи солнца скользили по снежным шапкам гор, заставляя их искриться тысячами крошечных бриллиантов. Даже будучи далёким от сантиментов нельзя было не залюбоваться подобной красотой.       Вдали виднелся добротный бревенчатый коттедж. В окнах горел тёплый свет, а из каминной трубы тонкой ниткой тянулся дымок. Отлично! По всей видимости, Гермиона внутри и это не могло не радовать. Хвала Всевышнему, он не попал в какую-нибудь Антарктиду. Одной проблемой меньше.       Гарри медленно побрёл вперёд, утопая по колено в рыхлом снегу и матерясь себе под нос. Вот неугомонная девица! Угораздило же её под самое Рождество умчаться на край света ради хрен знает чего. Ещё и его в известность не поставила!       Гарри чуть сердечный приступ не схлопотал, когда услышал от Кормака, куда пропала его верная подруга. Мало того, что это была глушь несусветная, так этот имбецил ещё про вооружённых горных троллей чего-то городил. Гарри даже не стал разбираться что к чему и сразу отправился на место лично, чтобы всё проверить. От одной мысли о том, что Гермиона может быть в опасности, по спине пробежал неприятный холодок, а ладони взмокли.       Гарри рванул в командировку не раздумывая, никому другому он бы такое дело не доверил. Тем более на праздники в Лондоне его ничего не держало. В унылом доме Блэков ворчал вечно недовольный Кикимер, а на проклятый приём в Министерстве Гарри не пошёл бы даже под угрозой смерти. Страшно было даже представить, что там понапридумывал МакЛагген, взваливший на свои могучие плечи организацию торжества. Упаси Мерлин присутствовать на подобном мероприятии.       Почти добравшись до домика, Гарри увидел неподалёку замёрзшее горное озеро. Его поверхность — идеально ровная, словно зеркало, отражала последние отблески заката и силуэты покрытых инеем деревьев, стоявших на берегу.       Вокруг царило безмолвие, нарушаемое лишь редким скрипом снега под его ногами. Гарри применил несколько обнаруживающих заклинаний и выдохнул. По крайней мере, на данный момент никаких троллей в непосредственной близости не находилось.       На двери висел роскошный венок, украшенный бантами, шишками и разноцветными шарами. Гарри скинул с головы капюшон, сделал неуклюжую попытку пригладить взъерошенные волосы и осторожно постучал.       Дверь распахнулась не сразу. Лишь через несколько минут на пороге возникла Гермиона, направившая свою волшебную палочку прямо ему в лицо.       — Гарри? — она явно слегка опешила.       — Ты, похоже, не очень-то рада меня видеть, — отметил Гарри, окинув её дерзким взглядом. Он, право сказать, всё ещё злился, что она умчалась на это задание так спонтанно, необоснованно рискуя и даже не поставила его в известность.       — Как мы спасли Клювокрыла? — она подозрительно нахмурилась.       — О! Постоянная бдительность, — Гарри усмехнулся. — МакГонагалл тогда даже не предполагала, что самая примерная ученица факультета воспользуется Маховиком времени не по назначению. Приключение вышло, что надо. Только вот дементоры слегка подпортили наше веселье…       — Ладно, убедил. Заходи, — Гермиона убрала палочку. — Но что ты тут делаешь?       — Выполняю свой непосредственный долг. Ты в курсе, что здесь шныряет группа вооружённых горных троллей? По крайней мере, МакЛагген в этом уверен. У него информация от какого-то скрытного источника.       — Троллей? — удивилась Гермиона.       Но Гарри не расслышал вопроса. Как только он оказался внутри, то удивлённо принялся вертеть головой по сторонам.       — Вау…       Его мгновенно окутала атмосфера приближающего праздника. Проёмы украшали гирлянды, переплетенные красными лентами, серебристыми шишками и заснеженными ветками остролиста. Из гостиной выглядывала огромная пушистая ель, которая переливалась всеми цветами радуги. Мигающие огоньки плясали по стенам, словно светомузыка, отчего ненароком хотелось начать напевать что-то рождественское и пуститься в пляс.       — Гермиона, — он слегка нахмурился, чувствуя, что в этом уравнении что-то явно не сходится, — ты тут точно на задании или решила взять пару дней отпуска перед Рождеством?       Она улыбнулась и пожала плечами.       — Вижу, ты тоже впечатлён. Честно сказать, я была в таком же шоке, когда здесь оказалась. Мне поручили срочно найти беглых домовых эльфов и убедить их вернуться назад, но за два дня поисков я так и не обнаружила ни одного из них. Хотя, судя по убранству дома и запасу продуктов, тут явно кто-то должен был находиться. Я так и не поняла, от кого эти домовики сбежали, но очень сомневаюсь, что они бы обустроились в подобных условиях. Однако МакЛагген велел без них не возвращаться. По его мнению, это дело государственной важности. Я сначала даже подумала, что этот недоразвитый снова порталы перепутал и закинул меня не туда, но, вроде, не он же лично ими теперь занимается… Так что, пытаюсь найти следы беглецов и хоть какие-то зацепки. Пока не особо успешно…       — Да чёрт с ними с домовиками… Про троллей он тебе что-нибудь говорил? — Гарри снял куртку и аккуратно повесил её на деревянную вешалку, то и дело поглядывая на Гермиону.       В обычном вязанном свитере и джинсах она выглядела по-домашнему мило. Никаких строгих нарядов и заколотых в пучок волос, как в стенах Министерства. Гарри вдруг подумал, что последнее время они виделись в основном на работе, на дружеские посиделки просто не находилось времени, хотя их порой очень не хватало. Как и прежних откровенных разговоров обо всём на свете. Он скучал по всему этому и только сейчас понял, насколько сильно.       — Нет. Впервые слышу, — Гермиона пожала плечами. — Здесь никого нет. Ну, кроме нас двоих…       — И слава Мерлину! — Гарри направился в гостиную. — Может, конечно, у МакЛаггена одна извилина и та на заднице, но вооружённые тролли — это не шуточки. Чем он вообще думал, отправляя тебя сюда одну без охраны? Каждый раз, когда Кингсли куда-то отлучается, ему власть в голову бьёт и начинается…       Не секрет, что большая часть «гениальных» идей Кормака сыпалась на работников Министерства в отсутствии Министра. Кингсли хотя бы немного тормозил его инициативы.       В сложенном из грубых серых камней камине весело потрескивали поленья, бросая пляшущие тени по стенам. Огромные панорамные окна закрывали тяжёлые портьеры из синего бархата. Вышитые на них снежинки немного напомнили Гарри одну из мантий профессора Дамблдора. Над каминной полкой висел гобелен с изображением зимнего леса, а по краям — гирлянды из еловых веток, шишек и сушёных апельсинов, источавших тонкий, пряный аромат, от которого слегка кружилась голова. На небольшом столике в ведёрке со льдом покоилась бутылка шампанского, а рядом стояли два изящных фужера.       Да уж… обстановка точно была не была формальной или располагающей к работе. Она была максимально… расслабляющей. Даже романтичной.       Гарри снова подозрительно покосился на Гермиону. Всё это выглядело весьма странным. Он-то уж точно знал, что подруга была диким трудоголиком и никогда не давала себе времени на отдых. Но здесь ничего, абсолютно ничего не настраивало на рабочий лад. Это место было словно квинтэссенцией праздника, самой сутью Рождества. Уют, полыхающий камин, потрясающий декор, лёгкая, ненавязчивая музыка, льющаяся из радио, которую слух Гарри уловил только сейчас.       — Ты, наверное, голоден? — по-своему истолковала его нахмуренный вид Гермиона. — Здесь полно еды. Можем поужинать.       — Не откажусь, — Гарри взволнованно провёл рукой по волосам и подошёл к окну. Сдвинув шторы, он внимательно всмотрелся вдаль. Будто бы ждал нападения. Жизнь приучила его к тому, что в любой, даже самый мирный и прекрасный момент всё может рухнуть и пойти наперекосяк. — А почему ты не установила охранные и сигнальные чары? Я не обнаружил их, когда приближался.       — Установила на входе в дом и на окнах, — пояснила Гермиона, мягко улыбнувшись. — Да, согласна, что это немного беспечно, но почему-то я не чувствовала здесь опасности. К тому же, МакЛагген ничего не сказал мне о троллях, лишь об эльфах. Вряд ли домовики способны мне серьёзно навредить.       — МакЛагген идиот! — закатил глаза Гарри, следуя за ней на кухню. — Но, Герми, ты абсолютно одна, на краю света… Не думаю, что эта избушка является нерушимой крепостью в случае чего…       — В случае чего, я могла бы просто трансгрессировать. Да, до Лондона далековато, но исчезнуть отсюда можно с лёгкостью.       — Может, мне тоже провести проверку на оборотное? Обычно ты ведешь себя благоразумнее, — проворчал он.       — Ты сегодня явно не в настроении, — отметила подруга, накрывая на стол. — И кажется, решил выместить на мне своё недовольство. Что случилось, Гарри?       Она, воинственно вздёрнув подбородок, посмотрела прямо ему в лицо.       Гарри насупился. Что он мог ей сказать? Что просто испугался за неё? Но ведь Гермиона никогда не была беззащитной барышней, неспособной за себя постоять. Она вполне могла дать отпор более взрослым и опытным магам. Или же его задел тот факт, что она не сообщила ему о своей командировке, да ещё и практически в разгар праздников? Ко всему прочему, его неслабо раздражала окружающая обстановка. Всё выглядело так, будто бы у подруги тут намечалось любовное свидание. Она же теперь была свободной женщиной и вполне могла увлечься кем-то. Так уж было заведено, что они не делились друг с другом моментами личных взаимоотношений. Эти темы в их тесной дружбе были под негласным запретом. Сам Гарри чувствовал себя так, будто бы явился невовремя и помешал её планам, хотя она и не подавала вида и вела себя весьма дружелюбно.       Он молчал, лишь изумрудные глаза неодобрительно сверкали. Он и сам не особо-то понимал причину своей нервозности, а уж откровенно говорить о своём состоянии вообще не привык. Вдруг Гермиона понадумает всякого… Например, что он излишне лезет в её жизнь. Или, не приведи Мерлин, ревнует… Бред!       Или же правда ревнует? Нет, конечно же, просто беспокоится, как за друга… Это же нормально? Да и свидания далеко в горах с неизвестными типами нельзя отнести к безопасному времяпровождению? Мало ли, что там у них на уме?       — Гарри?       Он тряхнул головой, прогоняя пугающие мысли, и выдал с нехарактерной для себя эмоциональностью:       — Да, чёрт побери, ты же не посторонний мне человек, Гермиона! Почему ты не предупредила меня об этой командировке? Я… я, может, волновался за тебя…       — Гарри, — голос Гермионы зазвучал заметно мягче и она, шагнув вперёд, обняла его. Отчего всё недавнее раздражение словно рукой сняло. — У меня просто не было времени. МакЛагген почему-то очень торопился отправить меня на это задание. Уж не знаю, кто из влиятельных семей остался без домовых эльфов на праздники, но, похоже, им придётся и дальше обходиться без прислуги, ведь я до сих пор никого не обнаружила и, следовательно, никаких переговоров не провела. Но мне очень приятно знать, что ты переживаешь за меня.       — Угу, — буркнул он ей в макушку, а потом, отстранившись, угрожающе произнёс, — теперь тебе придётся терпеть меня на Рождество. Я на посту, если что, и точно не оставлю тебя здесь одну.       — Прекрасная новость, — Гермиона лишь улыбнулась. — Я всегда тебе рада. Жаль, конечно, что из-за меня ты вынужден работать в праздник…       — Пффф, — закатил глаза Гарри, — меня ждала бутылка Огденского и общество Кикимера. Так что потерял я не так уж много…       Гермиона кивнула. Она знала, что у Гарри с Джинни не сложилось. Подробностей они не обсуждали, Гарри лишь брякнул что-то типа «не сошлись характерами», а Гермиона не стала лезть в душу. Тем более, у самой тогда были постоянные стычки с Роном, с которым они съезжались и разъезжались по нескольку раз в год. По-хорошему надо было закончить этот фарс давным-давно, но Гермиона была слишком упёртой и не могла признать, что ошиблась, и что не может справиться с такой пустяковой задачей, как построение отношений. Но либо задача оказалась не такой уж пустяковой, либо они с Роном абсолютно не подходили друг другу.       — Ладно. Но теперь ты всё-таки поужинаешь и, наконец, перестанешь ворчать, — она взмахом палочки подогрела жаркое и наполнила чашки горячим чаем.       — Дай мне пару минут. Я обновлю чары вокруг дома, — Гарри игриво подмигнул ей и вышел из кухни.       Через несколько секунд Гермиона услышала, как хлопнула входная дверь и со вздохом опустилась на стул. Её друг уже давно стал опытным аврором, так что спорить с ним было бессмысленно.       Она догадывалась, что Гарри слегка опешил от окружающей обстановки. Когда портал закинул её в этот райский уголок, Гермиона и сама оказалась обескуражена. Казалось, что кто-то планировал здесь любовное свидание. Сначала в её голове залегла неприятная мысль о том, что МакЛагген снова взялся за старое и надумал приударить за ней, используя своё служебное положение. Однако, к счастью, мистер «раздутое самомнение» здесь не появился и даже не думал тревожить её покой. Гермиона облегчённо выдохнула и занялась поисками домовиков. Днём осматривала территорию, используя весь арсенал известных ей поисковых чар, а вечера коротала в доме, наслаждаясь прекрасной уютной атмосферой. Её даже не очень расстроил тот факт, что она застряла тут на Рождество. Ей всё равно не с кем было его отмечать в этом году. Родители были в Австралии, а в Нору после расставания с Роном она точно не собиралась. Миссис Уизли наверняка обиделась на неё, да и Рон может снова завести надоедливую песню про примирение… Хотя с каждой их ссорой он становился всё менее настойчивым, и Гермиона искренне надеялась, что он также устал от их бестолковых отношений, как и она сама.       Щёлкнул дверной замок. Гарри, покончив с делами, вернулся на кухню. Пожалуй, это был именно тот человек, с кем Гермиона с радостью бы проводила не только Рождество, но и все остальные праздники в году. Последнее было ей недоступно, ведь взрослые люди не уделяют друзьям столько времени. Хотя последние годы они и пересекались в Норе, но это было совсем не то. Наличие рядом Рона и Джинни практически сводило на нет их общение наедине. Это вызывало в ней чувство тоски и невероятную ностальгию по школьным временам. Гермионе не хватало Гарри. Она и сама не знала, почему так сильно привязана к нему. Возможно, всё дело в том, что он был первым её другом или в том, что они очень многое пережили вместе. У Гермионы не было точного ответа, но Гарри Поттер всегда занимал слишком значимое место в её мыслях, да и в её сердце.       Она продолжала волноваться за него, только уже не так открыто. Следила за его карьерой, всегда помогала советами, если он обращался к ней за помощью… Да даже в Нору по праздникам посещала, потому что это был шанс увидеть Гарри.       Кто бы мог подумать, что ей будет за что поблагодарить недотёпу Кормака. В любом другом случае Гермиона бы даже оскорбилась, если бы к ней приставили телохранителя. Но в случае с Гарри этот факт её более чем устраивал. Им всегда было очень комфортно вдвоём. Даже в тяжёлые времена, когда опасность буквально наступала на пятки, холод пробирал до костей, а желудок сводило от голода. Что уж говорить про коттедж, где они находились сейчас. Это же был настоящий райский уголок в заснеженных горах Шотландии. Превосходное место для встречи Рождества, да и компания подходящая.       Приятное тепло растекалось по организму с невероятной скоростью, а улыбка не сходила с лица. Она смотрела, как Гарри поглощает ужин и понимала, что для счастья ей нужно не так уж много…       — Приятного аппетита, — произнесла она, делая глоток чая из своей чашки.       — Спасибо, — кивнул он и добавил, когда закончил жевать: — Всё-таки, есть что-то странное в этой истории… МакЛагген, домовики, тролли…       — Согласна. Но, наверное, можно всё списать на придурь МакЛаггена. Ты же знаешь, что его распирает от важности от выбитой дядюшкой должности. Вот и решил всех озадачить какой-то ерундой, пока Кингсли в отъезде.       — А ты не думала… — начал было Гарри, но тут же осёкся: — Ладно, забудь…       — Нет уж, говори, раз начал.       — Ну… эта уединённая берлога, соответствующая атрибутика в виде камина и шампанского… Вдруг МакЛагген хотел заманить тебя в сети, когда прознал, что вы с Роном расстались. С него же станется. Этот перекаченный нарцисс ни одной юбки не пропустит, а за тобой он ещё в школе увивался.       — Признаться, я сначала сама подумала об этом, — рассмеялась Гермиона. — Но, видимо, благоразумие есть даже у мистера «раздутое самомнение». Вряд ли он хочет, чтобы я применила «Секо» к тому органу, которым он думает. Да и в таком случае, зачем он прислал тебя сюда?       — Вот этого и я не понимаю… — Гарри почесал затылок и добавил весёлым тоном: — А ты реально применила бы к нему «Секо»?       — Да запросто! Сомневаешься?       Грудь Гарри буквально распирало от гордости. Всё-таки подруга умела поставить на место всяких придурков. И Малфою в своё время нос сломала, и МакЛаггена запугала. Ну что за женщина?! Чудо!       — В тебе? Упаси меня Мерлин… Я слишком хорошо тебя знаю, — рассмеялся он.       — Вот! Видишь, я опасна в гневе.       — И прекрасна в дружбе, — неожиданно произнёс Гарри, внимательно глядя ей прямо в глаза.       Гермиона замерла с чашкой в руке. То ли от этих приятных слов (Гарри ведь очень редко говорил что-то подобное), то ли от его проницательного, гипнотизирующего взгляда по щекам пополз предательский румянец, а сердце забилось чуть чаще от какого-то неизведанного волнующего чувства. С чего бы ей смущаться парня, которого она знает больше половины жизни?       Но одно дело, когда вы дружите, будучи детьми. Растёте бок о бок, не слишком-то замечая ежедневного взросления друг друга. А другое дело, когда тебе двадцать пять и напротив тебя сидит мужчина, харизма и обаяние которого способны свести с ума практически любую женщину. Гарри уже давно не был тем недокормленным юнцом. Он превратился в мужчину, до конца не осознающего свою привлекательность, но это делало его ещё более интересным и манящим. Вопреки мнению самого Гарри, женщины льнули к нему вовсе не из-за его славы и известности. В нём было столько всего притягательного, непредсказуемого, опасного, и в то же время удивительно светлого.       — Герми?       — Ой, я… — Гермиона почувствовала себя застуканной на месте преступления и торопливо вскочила на ноги, — ты тоже замечательный друг, Гарри. Я… Я постелю тебе в гостиной? Здесь ведь только одна спальня.       — Конечно… Ты же знаешь, что я непривередлив и могу спать хоть на полу.       Гермиона кивнула, мысленно поблагодарила Мерлина, что Гарри не умеет читать мысли, и поспешила покинуть кухню. Что-то совсем нервишки расшалились в преддверии Рождества. Или не совсем нервишки…       Это место, пронизанное атмосферой праздника и какого-то неведомого волшебства, невероятно расслабляло, заставляя непроизвольно поддаваться мечтам. И даже хвалёный самоконтроль Гермионы Грейнджер давал сбой.