Самопровозглашённый Санта

      Гарри проснулся от того, что кто-то на кухне гремел посудой. Он резко вскочил на ноги, хватая волшебную палочку, но тут же вспомнил, что находится не один и, вероятнее всего, это Гермиона занялась приготовлением завтрака. Насколько он помнил, она всегда вставала ни свет ни заря.       Но профессия аврора и трагичное прошлое накладывало свой отпечаток на психику и привычки, поэтому он всё-таки решил перепроверить свои догадки. Гарри всунул ноги в тапочки и двинулся на кухню.       Увиденное поражало воображение. Стол был уже накрыт. Даже не просто накрыт — он буквально ломился от яств в изумительной ресторанной сервировке. Гермиона действительно была на кухне, но выглядела она более чем странно. Все шкафы были распахнуты и всклокоченная подруга, привстав на цыпочках, поочередно заглядывала в каждый, бормоча себе под нос какие-то заклинания.       — Эм… Герми, ты решила навести генеральную уборку? — не скрывая любопытства, поинтересовался Гарри.       Она резко обернулась и ткнула пальцем в сторону стола.       — Не совсем! Ты только посмотри на это!       — Ну… впечатляет… Не думал, что ты любишь готовить на завтрак по десять блюд, но аромат потрясающий, как и вид, — отметил Гарри, чувствуя, как заурчал желудок.       — Если бы! Гарри, это не я!       — В смысле? А кто же тогда?       — Так вот я и пытаюсь понять?! — она с тяжёлым вздохом развела руками. — Сегодня впервые такое произошло. Я вышла из ванной и услышала какое-то бормотание и хлопок. Ты спал, и я направилась в кухню. Захожу, а тут вот это… И никого… Понимаешь?!       — Честно сказать, не очень, — Гарри в задумчивости почесал затылок. — Но на нападение вооружённых горных троллей не похоже. К тому же, я установил три уровня чар. Вряд ли кто-то смог бы проникнуть в дом, минуя их…       — Кто-то, помимо домовых эльфов, ты хотел сказать? — ухмыльнулась Гермиона. — Кажется, МакЛагген не соврал, и они действительно скрываются где-то поблизости.       — Хм… так ты их искала по шкафам?       — А что мне делать? Должны же они где-то прятаться! Заклинания обнаружения не работают! Я не знаю, как они их обходят! И зачем они накрыли стол? Ничего не понимаю…       Гарри, в отличие от Гермионы, не чувствовал озабоченности. Напротив, ему всё больше и больше нравилась эта картина. Уединённое шале среди снежных вершин, уютно потрескивающий камин, очаровательно взъерошенная подруга и этот волшебный завтрак, похожий на настоящее пиршество. Будто бы он не был на работе, а оказался в отпуске. Причём, в таком отпуске, о котором даже мечтать не мог.       Никакого корпоратива, никаких дурацких речей, надоедливых физиономий, прилипчивых дам, пошлых шуток коллег… Здесь с ним рядом был единственный человек в этом мире, с которым он чувствовал себя по-настоящему комфортно.       Святой Мерлин, пусть бы эта так называемая командировка затянулась подольше… Может, стоит отправить рапорт МакЛаггену и указать ему, что поблизости действительно обнаружилось убежище горных троллей? Хотя, лучше не рисковать… А то ещё явится собственной персоной на подмогу. Этот недоразвитый бодибилдер любил строить из себя героя.       — Чего это ты лыбишься? — нахмурилась Гермиона. Она была чрезвычайно озадачена тем, что не может обнаружить неуловимых домовых эльфов.       — Я? — Гарри тряхнул головой, возвращаясь к реальности. — Предлагаю позавтракать, раз уж кто-то так старался нас накормить… А то ведь невежливо как-то получается, — добавил он, видя косой взгляд подруги. — Не хочешь же ты обидеть домовиков? Они явно старались тебе угодить.       — Думаешь? — она обречённо вздохнула и опустилась на стул. — Но я чувствую себя дико некомпетентной! Не могу справиться с пустяковым заданием, понимаешь?       — Это не пустяковое задание, — поправил её Гарри, присаживаясь рядом. — Это очередной бзик МакЛаггена, а ты же знаешь, что он не может придумать ничего путного. Поэтому предлагаю просто переждать здесь бурю, пока не вернётся Кингсли и не подрежет ему крылья вместе с дурацкими инициативами. Ну же, Герми, улыбнись… — он потрепал её по плечу в знак поддержки и потянулся за тостом.       — Слушай, а может это его эльфы сбежали? — осенило Гермиону.       — Может. В таком случае, давай не будем торопиться ему их возвращать. Пусть попробует обойтись без них. Посмотрим, кто будет укладывать ему кудри и начищать ботинки…       Гермиона неожиданно расхохоталась, представив, как Кормак расхаживает по Министерству в небрежной одежде, лохматый и в грязной обуви. Точно, поделом ему! Настроение сразу же улучшилось, и она придвинула к себе тарелку с омлетом. Действительно, почему бы не насладиться чудесным завтраком, раз уж есть такая возможность.

***

      Однако Гермиона не могла так просто смириться с поражением и сразу же после приёма пищи засобиралась на улицу на осмотр территории. Она предполагала, что у сбежавших домовиков могло быть тайное убежище неподалёку. Гарри со вздохом направился следом для подстраховки. Пусть эльфы его и не особо интересовали, но всё же информацию о троллях не стоило списывать со счетов, даже если она исходила от МакЛаггена. Постоянная бдительность — ведь этому учил погибший Грюм.       К обеду пошёл снег. Он падал крупными, мягкими хлопьями, превращая окрестности в сказочное царство.       — Я не могу больше, — Гермиона, и так бродившая по колено в сугробах, прилично вымоталась и просто упала на спину, любуясь кружащимися в воздухе снежинками. — Эти эльфы неуловимы.       Гарри хмыкнул, кинул в пустоту несколько заклинаний и пожал плечами, искоса любуюсь на раскрасневшуюся на морозе подругу.       — Ну, судя по всему, тут правда никого нет. Может, займёмся чем-нибудь другим?       — Например? — она раскинула руки и сделала ими несколько резких движений. — Поиграем в снежных ангелов? Или построим настоящую горку?       Стоило признать, что окружающая обстановка и на неё действовала расслабляюще. А наличие рядом лучшего друга заставляло испытывать странное, необъяснимое волнение вперемешку с почти детским восторгом. Гермиона уже и забыла, когда они так беззаботно проводили время вдвоём без косых взглядом Рона, Джинни или каких-нибудь сплетников из Министерства.       Пьянящий шлейф свободы кружил голову, рабочий настрой испарился, стоило взглянуть на счастливое, улыбающееся лицо Гарри. Было видно, что он, как и она, наслаждается этим местом и её компанией — и этот факт согревал сердце, словно миниатюрное солнышко, которое дарило приятное тепло, но не обжигало.       — Отличная идея! — он вдруг бухнулся в соседний сугроб и тоже изобразил фигуру ангела. — Никогда ещё мне не платили зарплату за то, что я валяюсь в снегу.       — Мне тоже, — Гермиона попыталась поймать ладошкой порхающие снежинки. — Может, слепим снеговика? Кто быстрее, тот освобождается от мытья посуды…       Гарри повернулся на бок, его глаза сияли, а улыбка не сходила с лица.       — Я могу взять посуду на себя, так что соревноваться необязательно. Но это не значит, что я против лепки снеговика…       Гермиона опустила ресницы. Так просто? Вроде бы и не было в их разговоре ничего особенного, но привычка препираться с Роном по бытовым вопросам за последние годы просто въелась в её мозг. Тот почему-то настойчиво считал, что всеми домашними делами должна заниматься исключительно женщина, независимо от её занятости на работе. И то, что Гарри спокойно готов был взять на себя часть вынужденного совместного быта, на мгновение лишило её дара речи… Хотя, что удивляться? Они во времена поиска крестражей в палатке неплохо с этим справлялись и ни разу не поругались…       — Герм? — видимо, он не знал, как истолковать её долгое молчание.       — А? Спасибо, Гарри. Я правда ненавижу возиться с посудой, даже несмотря на то, что есть бытовые заклинания…       — Да не за что. Пустяки. Ну так что со снеговиком?       — Отлично! — Гермиона вскочила на ноги и принялась отряхивать с себя налипший снег. — Начинай, а я пока найду ведёрко, морковку и угольки для глаз.       Дело спорилось быстро. Они, хохоча и обкидывая друг друга снежками, в конце концов слепили три шара, установили друг на друга и принялись за детали. Гермиона нарисовала снежному человечку улыбку и даже повязала на шею старый шарф, который нашла в одном из шкафов.       — Ты только посмотри! Он великолепен!       Гермиона возбуждённо подпрыгивала на месте, напоминая маленькую девочку во время каникул. Её радость была заразительной. Настолько заразительной, что Гарри даже перестал вглядываться вдаль и ожидать нападения горных троллей. Это место действительно внушало ощущение спокойствия и безопасности.       — Ага. Неплохо вышло.       Покончив со снеговиком, они подошли к озеру. Одетые в белые одежды деревья выглядели по-настоящему волшебными.       — Как здесь красиво… — мечтательно произнесла Гермиона. — Знаешь, я… не очень любила зиму после… Ну после тех наших скитаний…       — Понимаю, — Гарри нащупал её руку и сжал ладонь в знак поддержки. Он разделял её чувства. Действительно сложно было проникнуться симпатией к постоянному холоду, голоду и смертельной опасности в виде рыскающих вокруг егерей.       — Но сейчас, глядя на всё это, я вновь поняла, как она прекрасна… Нельзя переносить негатив от событий на время года… Это разное.       Гарри молчал. Наверное, окончательно выкинуть из памяти Волан-де-Морта и всё, что удалось пережить по его вине, не удастся никогда. Но постепенно с годами те кошмары становились менее яркими, теряли краски, превращаясь в чёрно-белые. Уже и сны мучали гораздо реже и эмоции притупились… И даже жить получалось дальше. Вполне неплохо. Вроде бы…       Дело ведь и правда было не в зиме, как таковой… Битва за Хогвартс вообще была в мае и унесла кучу жизней. Что же теперь и весну не любить? Лето он многие годы проводил взаточении у Дурслей, а его родители погибли осенью…       — Крепкий, — Гермиона наступила краем ботинка на край замёрзшей воды. — Можно покататься на коньках. Родители водили меня на каток в детстве…       — Ооо, нет… Тут я пас, — Гарри выпустил её руку и сделал шаг назад. Он не мог похвастаться приятными детскими воспоминаниями. У Дадли коньки, конечно, имелись, но валялись где-то под кроватью. А вот Гарри Дурсли не спешили одаривать такими подарками, и уж тем более водить на разные развлечения. — Я не горю желанием разбить себе лоб! Да и коньков тут не наблюдается…       — Гарри, профессор МакГонагалл сейчас бы ужаснулась. Ты же столько лет изучал трансфигурацию!       Взмахом палочки она превратила свои ботинки в коньки и осторожно заскользила вдоль берега. Снег закончился и из-за туч показались яркие солнечные лучи, которые, отражаясь от белоснежного покрова, слепили глаза. Острые лезвия коньков оставляли на льду тонкие узоры.       Постепенно движения подруги становились более смелыми. Плавно вращаясь, взмахивая руками, она казалась снежинкой, танцующей в воздухе.       Гарри, стоявший на берегу, ненароком залюбовался ею. До чего же красиво она двигалась. До этого момента он видел подругу разной. В библиотеке, среди пыльных томов и заумных фолиантов. На лекциях в Хогвартсе, поражающей профессоров своей эрудицией. На поле боя, стойкой и отважной, способной дать отпор Пожирателям. Или же на заседаниях Визенгамота, где она была воплощением строгой настойчивости и профессионализма. Но здесь, на льду, она была другой.       Среди могучих горных вершин, заледенелых деревьев и широкой, уходящей вдаль зеркальной глади озера, Гермиона показалась ему удивительно хрупкой. Каждое её движение, каждый поворот, каждый взмах руками — всё было наполнено изяществом, грацией, женственностью, которых он раньше не замечал или же просто не акцентировал на этом своё внимание.       Сердце Гарри непривычно ёкнуло, а глаза буквально приклеились к Гермионе. Он увидел не просто свою подругу, с которой прошёл войну, а прекрасную девушку, чья красота вдруг раскрылась ему во всей полноте только в этот момент. Гарри вдруг почувствовал себя ужасно невнимательным. Абсолютно неосведомлённым о её прежней, маггловской жизни, о её увлечениях, помимо Хогварса, об её уникальных умениях, которые вовсе не сводились к цитированию книг и знанию всего на свете.       — Ну же! — она приблизилась к нему, сияя, словно те самые снежинки на солнце. — Я могу научить тебя. Это совсем несложно!       Он смутился и опустил глаза. Вовсе не из-за того, что не умел кататься на коньках, а из-за того, что ощутил что-то странное — новое, неизведанное. Нетипичное для их прежних отношений. Что-то, что Гарри не мог идентифицировать, но, казалось, именно это чувство посылало импульсы возбуждения по его телу. Он мысленно выругался и продолжил нерешительно смотреть себе под ноги. Это казалось ему безопаснее. Всё-таки Гермиона была не просто девушкой, она была очень проницательной и знала его как свои пять пальцев. И вот так откровенно пялиться на неё, будто бы женщины сто лет не видел, было откровенно страшновато.       — Гарри, это же так здорово! — она потянула его за локоть.       Он, не в силах больше сопротивляться её напору, нерешительно ступил на лёд.       — Осторожнее. Секунду, — Гермиона взмахнула палочкой, превращая его ботинки в коньки, и Гарри в панике почувствовал, как его ноги самопроизвольно стали разъезжаться.       — Ёпт… — он на инстинкте вцепился в неё с такой силой, что буквально впечатал хрупкое девичье тело в свою грудь. — Герми… да как… как на них хотя бы стоять?!       Она хихикнула, ободряюще обняв его. Гарри вздохнул, снова понимая, что даже их привычные объятия теперь ощущаются немного иначе. Он ведь держал в объятиях женщину, и как только этот факт отпечатался в его мозгу, то и тело стало реагировать по-иному. Ну то есть, он и раньше понимал, что Гермиона девушка, но будто бы печать «друг» перечёркивала её половую принадлежность. И любые шаловливые мыслишки моментально ретировались, словно боялись нарушить то, что складывалось столько лет.       Однако, видимо, рано или поздно наступает такой момент. Момент истины. И развидеть уже не получается. И мысли перестают тебя слушаться. И память предательски начинает подбрасывать какие-то провокационные картинки из прошлого. Мерлин! Что он там нёс Рону про брата и сестру? Это же даже звучало смешно! Гарри зажмурился.       Какое-то время они стояли неподвижно, пока мозг Гарри пытался справиться с возникшим хаосом, а Гермиона, видно, подумала, что ему нужно привыкнуть к конькам. Затем она немного отстранилась и хитро улыбнулась.       — Вот смотри. У тебя отлично получается… — она аккуратно скользнула вперёд, вынуждая его двинуться следом.       Гарри семенил рядом, неуклюже перебирая ногами. Его лицо было сосредоточенным, а очки слегка сползли на нос. Он изо всех сил старался просто не потерять равновесия.       — Герм, давай не будем заходить далеко от берега, — нахмурился он, когда она, выпустив его руку, умчалась вперёд и закружилась на одной ноге.       В ответ раздался лишь звонкий девичий смех, но Гарри не мог расслабиться. Его интуиция просто вопила, что надо убираться отсюда. Эта зеркальная поверхность под ногами выглядела вовсе не безопасной.       — Не напрягайся так, Гарри! — крикнула Гермиона, её звонкий голосок подхватило эхо. — Чувствуй лёд, а не борись с ним!       Гарри тяжело вздохнул и попытался расслабиться. Он сделал ещё один, более уверенный шаг. И ещё. Гермиона приблизилась к нему и снова взяла за руку.       — Носок чуть вбок. Вот так, — продолжила она обучение.       Но стоило Гарри попытаться переставить ногу, как он почувствовал резкое головокружение. Будто почва под ним качнулась и потеряла устойчивость. Инстинктивно он схватился за подругу, моментально лишив и её равновесия. Удар о лёд выбил из лёгких воздух. Спина предательски заныла, зато Гермиона оказалась снова прижата к его груди.       — Прости, — с облегчением произнёс он, радуясь, что принял удар на себя. — Я же говорил, что абсолютно безнадёжен в этом. Ты не ушиблась?       — Я в порядке, а ты? — в шоколадных глазах плескалось беспокойство.       — Жить буду, — обнимая её, отметил Гарри.       Он чувствовал тепло её тела, видел блеск глаз и здоровый румянец на щеках. И пусть боль в спине напоминала о себе, вставать абсолютно не хотелось. Гарри осторожно убрал выбившийся из-под шапки локон с её лица и непроизвольно уставился на губы… Розовые, сочные и, дементор его подери, манящие… Палец нежно поглаживал бархатистую щёку и Гермиона, казалось, замерла… Её взгляд так же метнулся к его рту? Или это воображение разыгралось?       Да к чёрту! Гарри двинулся чуть вперёд, не в силах сопротивляться этому магнетическому притяжению, но звук, подобный треску огромного бревна, выдернул его из накатившего морока.       КРРРРЯААК!       Лёд под ними пошёл трещинами, и в следующее мгновение они оба с громким всплеском оказались в студёной воде. Холод моментально пробрал до костей. Веселье сменилось паникой.       — Герми! — в ужасе выкрикнул Гарри, выныривая из толщи воды и пытаясь восстановить дыхание.       — Гарри, держись! — она быстро пришла в себя и барахталась рядом.       Проклятые коньки тянули на дно своей тяжестью, ледяная вода сковывала движения, но инстинкт самосохранения взял верх. Они отчаянно гребли руками, пытаясь добраться до более крепкого льда. Гарри плыл к краю трещины, но тревожно оглядывался, стараясь не потерять из вида подругу. Мобилизовав все силы, он с трудом выбрался из воды и тут же достал палочку, чтобы помочь Гермионе.       Спустя несколько мучительных минут, в которых казалось прошла целая вечность, им наконец удалось выбраться из ледяного плена. Мокрые, дрожащие, они ступили на твёрдую землю. Одежда прилипла к телу, а пальцы онемели от холода.       Гермиона дрожащими руками трансфигурировала коньки обратно в ботинки и наложила согревающие чары. Которые, однако, не сильно спасали, ведь одежда была насквозь мокрой. Высушить её прямо на теле было проблематично.       — Дом… — прохрипел Гарри, указывая на коттедж. Из трубы струйкой вился дымок, напоминая о таком желанном в данную минуту огне, а мигающие на окнах гирлянды ненароком притягивали взгляды.       Гермиона поняла его с полуслова. Да, им требовалось укрытие и, слава Великому Мерлину, оно было неподалёку.       Собрав последние силы, друзья бросились бежать по сугробам. Подобно двум мокрым призракам они ввалились внутрь, оставляя за собой лужицы воды. Комната встретила их теплом очага и запахом дерева.       — Скорее, Гарри, к огню! — Гермиона уже снимала заледеневшую куртку.       Они срывали с себя мокрую одежду, стараясь не думать о том, как сильно замёрзли. Гермиона метнулась в спальню, Гарри же разделся прямо в гостиной и завернулся в плед. Пламя в камине разгоралось всё ярче, бросая танцующие тени на стены. Он расположился на меховом ковре перед огнем, чувствуя, как по венам побежало тепло. Через какое-то время к нему присоединилась Гермиона. Она успела переодеться и тоже завернулась в одеяло в надежде побыстрее согреться.       — Это я виновата, — пробормотала она. — Надо было быть осторожнее.       — Брось, Герм, не твоя вина, что я рухнул на этот чёртов лёд. Не можем мы с тобой без приключений, — пробормотал Гарри. Его ещё била дрожь, но по лицу уже расползлась улыбка.       Гермиона прислонилась к нему и неожиданно тоже рассмеялась.       — Кстати, здесь есть джакузи!       — Снова вода? — поморщился Гарри. На самом деле горячая ванная сейчас была пределом его мечтаний, но он слабо представлял себе тот факт, чтобы залезть в ванную вместе с Гермионой. Там уже точно никакой самоконтроль не поможет. Но она будто бы не понимала этого или же просто издевалась над ним.       — Тёплая вода с волшебными пузырьками, — её голос приобрёл кокетливые нотки (или же Гарри уже просто выдавал желаемое за действительное?). — Надо хорошо прогреться, чтобы не схлопотать пневмонию.       — Я, видишь ли, не захватил купальные принадлежности… — упирался Гарри, — но если ты хочешь увидеть меня голым, то я готов.       Он замер, искренне надеясь, что подруга сейчас не выхватит палочку и не приласкает его за столь примитивную шутку. Всё-таки подобное не было нормой в их ежедневном общении. Обычно они избегали любых намёков на флирт. И только сейчас Гарри задумался: это получалось естественно или же их просто тормозили Рон и Джинни?       — Очень смешно, — скривилась Гермиона. — А трансфигурация тебе на что? Надо бы отправить профессора МакГонагалл в Аврорат, чтобы напомнила вам там прописные истины.       Она поднялась, направила палочку на груду валяющихся на полу мокрых вещей и моментально высушила их. Затем трансфигурировала его шарф в купальные плавки и гордо вскинула голову.       — Жду тебя через пять минут. Или же ты предпочтёшь лечиться Бодроперцовым зельем?!       Гарри с трудом удержался, чтобы не схватиться за голову. Ну, в конце-концов, Гермиона же далеко не глупа и должна понимать, чем могут обернуться такие вещи? Или она вообще его за мужчину не считает? Ещё пару дней назад Гарри бы и сам не подумал, что его будут одолевать крамольные мысли по поводу лучшей подруги… Но в этом месте просто невозможно было настроиться на другой лад. К тому же, они уже давно выросли и не были детьми, когда просто дружить, как оказалось, было заметно проще…       Дверь в ванной хлопнула. Гарри слышал звук воды. От предстоящего совместного купания адреналин взбрызнулся в кровь и Гарри окончательно согрелся.       Однако отступать было уже поздно, да и не привык он сдавать назад. Выждав немного времени, Гарри натянул купальные плавки и поплёлся в ванную, чувствуя, что это будет испытание похлеще битвы с Волан-де-Мортом. Ну либо он его всё же выдержит с достоинством, либо получит от подруги в глаз — третьего не дано.       Гермиона в ярко-малиновом бикини уже расположилась в джакузи. Она полулежала неподвижно, прикрыв глаза и явно наслаждаясь процессом. Тишину нарушало лишь бурление воды, пузырьки которой лопались на поверхности.       Он опустился в горячую воду и удобно сел лицом к Гермионе. Откинул голову и тоже закрыл глаза, сделав медленный, глубокий вдох. Приятное тепло сразу окутало тело, прогревая его до самых костей.       Какое-то время они молчали, явно избегая смотреть друг на друга. Всплеск воды, все же заставил Гарри открыть глаза.       — Ну как? — улыбнулась Гермиона, бросив короткий взгляд на его руки, лежащие на бортиках ванны и выступающую из воды часть груди. Вид небольших, но твёрдых мышц, честно сказать, гипнотизировал…       — Классная штука. Надо бы установить такую домой, — задумчиво произнёс он.       — Ну да, у тебя на Гриммо полно места. Там и бассейн можно соорудить, — хихикнула Гермиона, закусив губу. Гарри пытался выкинуть из головы, что эта её привычка выглядит весьма эротичной… Господи! Ему, похоже, сперматозоиды в голову ударили! Вести непринуждённый диалог становилось всё труднее.       — Ага. Да только сначала придётся выслушать истерику Кикимера. Он очень ревностно относится к любой переделке этого склепа с боггартами во что-то приличное.       Гарри отвёл взгляд в сторону, чтобы не было соблазна наблюдать за капельками воды, которые скатывались по шее и груди подруги и исчезали в складках бикини. В паху что-то шевельнулось, стоило подумать об этом, и Гарри с силой сомкнул челюсти, пытаясь успокоиться.       Сколько времени он уже не был с женщиной? Джинни ведь ушла месяца четыре назад, кажется… Гарри вовсе не был озабоченным придурком, готовым залезть под юбку каждой симпатичной ведьмочке. Мимолетные связи его не особо манили. И уж тем более, он не ожидал от самого себя, что неожиданно возжелает лучшую подругу. И что удивительно, он хотел именно её… Не прилипчивую Ромильду Вейн, которая по-прежнему пыталась завоевать его расположение, не секретаршу Робардса, строившую ему глазки, не какую-нибудь призрачную красотку из эротического журнала, плакаты с которыми чёртов МакЛагген развесил по всему Министерству.       Ни одна из этих дам не вызвала бы в Гарри и толики интереса, даже окажись они с ним в ванной абсолютно обнажёнными. Конечно, на них могло среагировать тело — он же был молодым здоровым мужчиной. Но… он, в конце концов, уже не подросток. Это там гормональный бунт способен совсем отключить мозги. Сейчас же его интересовало нечто большее.       Именно Гермиона была самым близким человеком в его жизни. Единственным, ни разу его не предавшим и не усомнившемся в нём. Она верила в него даже тогда, когда он сам не верил. Когда сомневался, когда был разбит и сломлен.       Почему он ни разу не задумался о том, чтобы выбрать эту женщину себе в спутницы?       Непрерывный поток мыслей окончательно вымотал его. Гарри запутался. В себе, своих чувствах и желаниях. Он просто-напросто не знал, что делать дальше. Выдать всё это Гермионе, наплевав на риск разрушить дружбу? А если она посмотрит на него, как на идиота?       Нет, пора было сделать передышку, пока его мозг окончательно не расплавился.       — Слишком жарко, — произнёс он, медленно поднимаясь из воды. Ему определённо стоило успокоиться и усмирить взбесившийся поток сознания в своей голове. Надоедливые мысли скакали там, словно черти в аду. Насмехаясь и издеваясь над ним.       — Как знаешь. Надеюсь, ты не сляжешь с температурой в Рождество, Гарри. А то я себе этого точно не прощу.       — Ну в таком случае, у меня будет личный доктор в виде тебя, — улыбнулся он, потянувшись за полотенцем.       Гермиона бросила на него короткий взгляд. Вода стекала по подтянутому, поджарому телу манящими капельками. Тренировки в аврорате определённо пошли Гарри на пользу. К тому же, ему шёл возраст. Он невероятно возмужал и похорошел за последние годы, даже несмотря на нервную работу и семейные неудачи.       Гарри наспех вытерся полотенцем, продолжая стоять к ней спиной. Отчего можно было без стеснения рассмотреть и сильные мускулистые плечи, и поясницу, и ягодицы, обтянутые купальными плавками.       Мерлин всемогущий! Она играла с огнём, предлагая вместе принять ванную… Куда только делось её хвалёное благоразумие? Гермиона поняла, что только разбередила свои давно запрятанные вглубь чувства. Иногда друг остаётся просто другом, даже если тебе хочется чего-то большего…