Адам и Ева

Наши дни. Когда я открыла глаза, солнце ярко светило в окна машины. Желудок скрутило от голода, а голова гудела, будто кто-то прислонил к вискам перфоратор. — О, черт… — Жалобно простонала я, принимая сидячие положение. Мир сразу же качнулся перед глазами но, к счастью, я не упала. Если бы моя голова вновь коснулась мягкой шерсти свитера, я точно бы уснула. Выглянув в окно, я с восторгом и детским ликованием обнаружила, что снегопад прекратился. Мир вокруг был окружен высокими, пушистыми, лиственницами. Кое-где проглядывались ели и пеньки. Сквозь темно-зеленые иголки, на белоснежную девственную поверхность слоя снега, просачивались золотистые солнечные лучи. Мое сердце замерло от красоты этой картины. Вчера ночью, за стеной снежной бури и в ночной темноте невозможно было увидеть ничего дальше своего носа. Сейчас же, я впервые подумала о том, что провести зиму в подобном месте – не худшая судьба. Достав из сумки небольшую бутылку воды, я с досадой ее потрясла. Осталось меньше половины. От злаковых батончиков, что лежали в моей куртке осталась только блестящая обертка. Громким, жалобным урчанием, желудок болезненно дает о себе знать. Надо двигаться дальше, пока светло и уповать на то, что Хантер оставил в моей будущей клетке хоть немного провизии. Перебравшись на переднее сиденье, я медленно, почти с опаской повернула ключ зажигания. В сердце теплилась надежда на то, что солнце пригрело машину и она заведется. В противном случае, я не знала, что делать. — Давай-давай-давай…. — Тихо шепчу я, когда слышу, как заводится мотор. Жалобное кряхтение машины резко обрывается и я почти со слезами, поворачиваю ключ снова. — Ну пожалуйста, малышка… Обещаю тебя больше не бить по рулю. Казалось боги, или сам внедорожник меня услышали. Кряхтящий звук сменился на мерное мурлыканье мотора и я облегченно выдохнула, пристегивая ремни безопасности. — Спасибо. — Шепчу я, с благоговением, прислонив лоб к рулю ощущая теплую вибрацию под задницей. От сердца отлегло. Казалось, что за ту минуту, что я пыталась завести машину, перед глазами пронеслась вся жизнь. Через минут двадцать, сквозь многочисленные столбы деревья в увидела строение. На лесной поляне, стоял высокий, двухэтажный дом в форме треугольника. Это же скандинавский стиль. Не ожидала тут увидеть нечто подобное. Лицевая часть строения, к которой я подъехала, представляла из себя стену почти полностью сделанную из стеклянных панелей. Лишь по бокам, будто рама огромного окна, было светлое дерево. Дверь из темного металла я заметила в правом углу. Я точно приехала в правильное место? Это не похоже на хижину или дом в котором нужно выживать. Выйдя из машины, я хотела было осмотреться, как из дома выбежала высокая фигура. Его тень накрыла меня темной и давящей дымкой. Глаза, серые будто отражение снега вцепились в меня, заставляя поежится. Темные волосы растрепанные в разные стороны, как будто он недавно снял шапку. — Где ты была?! — Навалился на меня Хантер, вцепившись сильными руками в мои плечи, сдавливая их до боли. Я пискнула, от неожиданности и поежилась. — Только приехала… — Отвечаю тихо я, все еще будучи в легком оцепенении от вида мужчины. Он всегда меня немного пугал. Всегда. С нашей первой встречи с ним, его взгляд и рост, почти вдвое больше моего, заставлял меня сжаться и притягивал одновременно. — Стоп! — Скидываю руки мужчины со своих плеч. — А ты, какого хрена тут забыл?! Мужчина отшатывается. Его взгляд все еще блуждает по мне и я в нем вижу ярость и леденящую сосредоточенность. Казалось, его мысли сейчас не здесь, где-то далеко. — Ты же не думала, что я оставлю тебя саму в дикой местности на произвол судьбы? — Глубоко вздохнув говорит Хантер. Его ладонь закрывает лицо, а после ползет вверх, вплетаясь в волосы. — Условия были выжить до весны. Продержаться. Но я никогда не говорил, что ты будешь тут в одиночестве. Я отшатываюсь, будто от физического удара под дых и делаю шаг назад, чтобы не упасть. Воздух выходит из груди и я забываю, как вдохнуть. Чувствую, как спина упирается в твердый, холодный металл внедорожника. Не сама? Это значит… Нет-нет-нет! Я добровольно пошла на заточение с этим придурком на следующие три, мать его, месяца?! На лице у брюнета появляется тень улыбки, но взгляд остается серьезным и сухим. Как будто мы сейчас обсуждаем детали контракта, а не то, что он обманом затащил меня на край планеты. Из легких вырывается недовольный стон. Я сама виновата. Могла же отказаться. Я же знала, с кем имею дело. Ну почему? Почему я такой дурой иногда бываю? — Выбор за тобой, Ева. Ты знаешь, я никогда тебя ни к чему не принуждал. — Хантер разворачивается и кидает через плечо мне: — Ты можешь уехать. Самолет тебя доставит обратно, а мои люди довезут тебя до развалин твоего дома. — В миг мужчина замолкает. Не знаю, он о чем-то думает, или дает мне время на переварку информации. — Но если ты уедешь, наша маленькая игра закончится и я буду преследовать тебя до конца твоих дней. Тебе не удастся так просто отделаться от меня, Ласточка. Мерные шаги высокого мужчины удаляли его от меня, оставляя стоять на холоде до тех пор, пока ноги снова не начало сводить от холода. — И еще. — Добавил он, останавливаясь в дверном проходе. — На этой неделе обещают снегопады и снежные бури. В ближайшие дни дороги занесет снегом и сюда невозможно будет добраться, как и уехать. Принимай решение быстрее. Провести три месяца взаперти с ним. Принять решение в спешке. Ночью я уже испытала на себе ярость стихии и понимаю о чем говорил брюнет, когда сказал о невозможности въехать, или выехать. Дороги заметет, а температура опустится настолько, что машины с большой вероятностью будут глохнуть. Дерьмо. С другой стороны, он правда никогда меня не принуждал ни к чему. Все его способы разрушить мою жизнь были основаны на лжи и манипуляции. По сути, люди для Хантера были всего лишь пешками с умами которых он мастерски играл. Значит мне нужно его перехитрить, или просто не обращать на него внимание. Такие типы зависят от внимания людей, упиваются ими, будто это наркотик. Если я буду игнорировать Хантера, он не сможет мной манипулировать. Вскоре ему это надоест, я надеюсь. Звучит, как план. Собрав свои пожитки из машины и пройдя в дом, я поразилась его красотой. Внутри помещение было гораздо просторнее, чем казалось снаружи. Первый этаж был с открытой планировкой. Гостиная с камином была соединена с большой кухней. За кухней были две двери, по видимому ведущих в ванную и туалет. Напротив камина стоял диван и два кресла, которые обрамляли низкий деревянный столик. На полу лежали ковры и шкуры животных, заставившие меня нахмуриться. Надеюсь они не настоящие, хотя сомневаюсь. Справой стороны была прямая деревянная лестница, которая вела на второй этаж. Сам же по себе второй этаж представлял собой небольшую платформу с видом на то, что происходит в нижней части дома. На этой платформе я рассмотрела большую кровать и две прикроватные тумбочки. Еще там, кажется стоит стеллаж. Небольшой, с квадратными секциями в два, или может три ряда в высоту. Хантер, сидя на корточках, разжигал огонь в камине и казалось совсем не обратил внимания на мое появление. Я знаю, что мое решение его не удивило. Слишком сильно я мечтаю от него избавиться и ему это известно. — Очень надеюсь, что тут есть еще одна кровать иначе это будет война. — Сухо кинула я, поднимаясь по лестнице. Сама кровать была застеленной, но в целом казалась нетронутой. Слева я обнаружила двухстворчатую дверь в стене, которая вела в небольшое помещение, служившее гардеробом. — У нас и так идет война, Ласточка. Кровать лишь одна из точек захвата. — Слышу я снизу и фыркаю. Кстати, а как он тут оказался? Я вчера видела только одну дорогу, ведущую на север, мы никак не могли разминуться. А по виду и по тому, как в доме холодно, могу предположить, что сам мужчина приехал недавно. — А как ты тут оказался? — Спрашиваю я, спускаясь вниз. Для меня этот вопрос был загадкой, вызвавший изумление. — Приехал на машине. Она в гараже. — Сухо ответил Хантер, даже не взглянув на меня и кивнув в сторону одной из двух дверей за кухней. — Это я поняла, но как ты проехал мимо меня? — Мои глаза сощурились в гневе. Неужели он проехал мимо, пока я спала и не соизволил спросить не нужна ли мне помощь? Как же он меня бесит! Желудок вновь скрутило спазмом голода и по помещению раздался громкий звук урчания. Я замерла в смущении и стыде. Уязвимая, растерянная и голодная. Меньше всего я хочу, чтобы этот мужчина видел мои слабости. — Я приехал по дороге, Ева. — Кажется, звук моего желудка его совсем не смутил. Ни один мускул на лице Хантера не дрогнул. Однако, после того, как он закончил с камином, мужчина пошел на кухню и открыв холодильник, начал доставать оттуда продукты. По большей части это были замороженные морепродукты и немного свежих овощей. — Приехал минут за пять до тебя и уже хотел идти искать тебя. — Мужчина впервые с момента, как мы разошлись на улице поднял на меня взгляд. Все такой же сухой, в котором я не могла прочитать эмоции. Может их просто у него не существует? — Тебя должны были доставить вчера в районе девяти вечера, где ты была всю ночь? От требовательного, стального тона я сжалась. Его вопрос звучал, как приказ на который я обязана была ответить. — Я попала в снежную бурю и машина заглохла… — Тихо говорю я, отчаянно пытаясь придать голосу твердость. — Если бы ты соизволил послать кого-то, чтобы меня отвезли, это было бы весьма кстати. Однако я забыла, что забота тебе неведома. — Неведома забота? — В мгновение ока Хантер оказался передо мной так близко, что я могла ощутить на себе его мятное дыхание смешанное с запахом сигарет. Его рука зависла в сантиметре от моей щеки, сжаться еще сильнее. Сердце болезненно сжалось и казалось упало куда-то в ноги. Электрическая волна адреналина пробежала по моему позвоночнику, заставляя замереть. Секунды, казалось, превратились в минуты и я ощутила, как по виску скатилась леденящая капля пота. Я ожидала удара. Хантер никогда не поднимал на меня руку, но сейчас его лицо выглядело так, как будто он вот-вот меня ударит. Его глаза были прикованы к моим и казалось, он смотрит не на меня, а сквозь. Заглядывает в самые глубинные уголки моей души. — Ты провела ночь в лесу сама? — Выдавил, будто через силу, хриплым голосом мужчина и убрал руку. — В машине тебя должен был ждать водитель. — Когда Хантер отошел и замолчал, я заметила как на его челюсти играют желваки. — Но его там не было. — Делаю шаг назад, увеличивая расстояние еще больше. — Да, сама. — В машине должен был быть спутниковый телефон, почему не позвонила? — Мужчина вновь перестал смотреть на меня и принялся мыть овощи. Я впервые вижу его за готовкой и эта картина выглядит почти человечной. — Я не хотела, чтобы меня спасали. Я хотела добраться сюда самостоятельно. — Ты могла погибнуть. — Ледяным голосом отрезал мужчина, словно это обычный факт с которым мы сталкивается изо дня в день. Взяв в руки нож, движения Хантера были резкими и точными. Неужели ему не впервой и он умеет готовить? А впрочем, мне все равно. — Я могла погибнуть сотни, если не тысячи раз, Хантер. — Скрещиваю руки на груди и принимаюсь смотреть, что еще есть на кухне из еды. — Оставь. Обед через час. Я приготовлю. — Не стоит. Я сама в состоянии позаботиться о себе. Я перестала слышать ритмичные звуки ударов ножа о деревянную доску и обернувшись увидела, что мужчина замер. — Обед через час. Не опаздывай. — Более строгим голосом повторил Хантер, продолжая нарезку. Я фыркнула, скрестив руки на груди. Мысль о том, чтобы есть еду, которую он приготовит не вызывала во мне никакой радости. Все, чего я хотела – отгородиться от него на следующие три месяца. Игнорировать. Не видеть и не слышать, будто его и не существует вовсе. Желудок вновь начал жалобно урчать, когда по дому начали распространяться запахи еды. Головная боль вновь ударила в виски, как тогда, при пробуждении, заставив меня поморщиться. — Ты в порядке? — Казалось, что в голосе Хантера проскользнула нотка взволнованности, но я знаю его слишком хорошо, чтобы в это поверить. — Лучше не бывает. — Саркастично бросаю я, идя на верхний этаж в немой капитуляции перед его стряпней. Черт с ним. Но только на этот раз.