Адам и Ева

Наши дни. На утро я проснулась от терпкого запаха кофе с примесью корицы, что заполнял помещение, подобно вуали. Живот плачевно заурчал в требовании позавтракать, заставив меня недовольно промычать. Хотелось вновь уткнуться лицом в подушку и проспать всю оставшуюся зиму, которая только началась. Я в заднице. Последние месяцы я только и делала, что избегала его. Делала все, чтобы избавиться от следов этого мужчины в своей жизни. По итогу же, каждое мое сопротивление, каждая попытка противостоять ему, будто трясина, затягивали меня все глубже. Как же я устала… Не физически. На удивление, я впервые за долгое время выспалась. Похоже, матрас на котором я спала имеет магические свойства. А может, я просто вчера слишком сильно вымоталась. Моя усталость более глубокая. Почти ноющая. Как будто тяжелый валун давит на мои плечи и грудь, все дальше и дальше оттягивая вниз, не давая вдохнуть. Спустившись на первый этаж, я увидела, что Хантер снова стоит за готовкой и что-то нарезает. Нет, сегодня я сама себе буду готовить. Пусть не думает, что вчерашняя слабость с моей стороны что-то меняет. Пройдя в ванную и быстро приведя себя в порядок, я вернулась на кухню, где на столе уже стояли две тарелки с сэндвичами и чашки с ароматным кофе. Я невольно сглотнула. Аромат кофе дурманил и я почувствовала себя героиней рекламы, которая приходит на запах напитка. — Доброе утро. — Произносит Хантер, смотря на меня и протирая полотенцем столешницу. Я не ответила. Просто прошла мимо в поисках того, что могу взять себе на завтрак. Это унизительно. Была б моя воля, я бы даже не прикоснулась к этой еде и этим продуктам. Внезапно крупная, тяжелая и холодная рука мужчины ложится мне на плечо, заставив вздрогнуть. По спине сразу же проходит разряд электричества, а сердце уходит в пятки. — Давай я объясню тебе одну важную вещь, Ева. — Хантер потянул меня за плечо, заставив развернуться. Это было не больно, но неотвратимо. Как будто я тряпичная кукла в его руках. Наши взгляды встретились, а его тень накрыла меня, ограждая от дневного света за окном. Его руки легли на столешницу по обе стороны от меня, закрывая пути отступления. Я почувствовала запах табака, мяты и уникальный сильный аромат, который источало тело брюнета. На секунду у меня перехватило дыхание. Внезапно я почувствовала себя очень маленькой. Буквально размером с мышь. — Мы находимся на севере, вдали от цивилизации. — Голос Хантера был тихий, но резал острее ножа, заставив меня сжаться. Он был слишком близко. — Припасы рассчитаны на двоих на три месяца и каждая твоя глупая выходка может выйти нам боком. — Его ледяные глаза смотрят прямо в мою душу и на секунду мне стало совестно за свое поведение. — Но ты сам… — Хочу было возразить я. Сказать, что оказалась тут не от большого желания. Но брюнет не дал мне договорить. — Ты сама согласилась тут остаться, Ева. — Перебил он меня, будто отрезал и в миг приблизился. Я ощутила, как его дыхание обжигает мои губы и не знаю, дышала ли я сама в тот момент. — Если нам придется покинуть это место из-за того, что закончится еда, топливо, или… — Хантер замолчал на мгновение, будто уйдя в свои мысли. — что-то еще. — Закончил брюнет предложение, а после отстранился и сделал шаг назад. — Игра будет окончена, а ты проиграешь. Я же стояла оцепеневшая, не зная, как реагировать. Я была в ужасе. От его близости секунду назад. От того, что не могла ничего сопоставить ему. От осознания того, что он прав. Мы находимся на краю мира, а от ближайшего подобия цивилизации нас отделяют сотни километров снега и леса. Моя неприязнь к этому человеку совершенно не сыграет мне на руку, если весь наш спор сорвется. Мы просто вернемся к нашим обычным жизням. Я останусь реставратором. Он – руководителем своей компании. Но самое мерзкое то, что он останется в моей жизни, как мерзкая, ноющая и вечно напоминающая о себе заноза в заднице. Я шиплю сквозь зубы, не желая признавать его правоту, но решаю, что больше не буду вести себя, как вредный ребенок. Нет, я выживу. Я продержусь тут все оставшиеся восемьдесят девять дней, а потом скажу ему “Hej då! ”. А после буду жить в свое удовольствие зная, что никогда в жизни не встречу его больше. В результате, ничего не сказав, я только сухо киваю ему и фыркнув молча сажусь за стол. — Умница. — Произносит почти ласковым тоном мужчина и садится напротив меня. Завтрак проходит в молчании, чему я несказанно рада. Мне не хотелось общаться с ним. Особенно после того, что произошло только что. Было неловко и я ощущала себя нашкодившим ребенком, что било по моей гордости. — После еды сходи и проверь количество и состояние дров. — Не просьба, а скорее приказ. Хантер вытер свой рот салфеткой, которую потом бросил на пустую тарелку. Потом он встал и не глядя на меня, подошел к посудомойке. Салфетка полетела в мусорку, а посуда он отправил в машинку. — Дрова? — Переспросила я, не решаясь спорить с ним, будучи все еще в смятении. — Да, они за домом. Не пропустишь. — Все также сухо сказал он проходя мимо меня наверх. Стоп. Наверх?! — Ты куда это?! — Подорвалась со своего места я. Мне нравилась мысль о том, что второй этаж оставался исконно моей территорией и уступать ее я не собиралась. — Взять сменную одежду, чтобы сходить в душ. — Кинул он, смотря на меня уже сверху и облокотившись рукой на перила. Лицо мужчины выражало безразличие и скуку ко всему, что происходило вокруг него. Однако, почему-то мне казалось, что ему весело. Еще бы. Когда заводишь нового питомца, первые дни всегда самые захватывающие. Надеюсь, скоро я ему надоем. — Кровать я тебе временно уступил, но гардероб останется общим, хочешь ты того, или нет. А теперь пей свой кофе. Температура опускается. Хантер скрылся за дверью гардеробной, оставляя меня саму в компании дымящейся чашки кофе, раздражения и посуды после моего завтрака. За окном снова начался снегопад и что-то мне подсказывало, что в ближайшее время он не закончится. Окончательно разобравшись с завтраком и поставив посуду отмываться, я пошла наверх. За кухней, со стороны ванной комнаты, доносился шум воды. Отлично, значит я могу спокойно одеться. Поднявшись на второй этаж, я быстренько добежала до небольшой комнатушки слева от кровати, которая представляла собой гардероб. С собой я привезла не так много вещей, как хотелось бы. И то, вся моя одежда не годилась для прогулки по заснеженной природе Аляски. К счастью, на полках с левой стороны вешалок было достаточно вещей моего размера, что на самом деле, меня не удивило. Он явно готовился к моему приезду. И хоть я не горю желанием прикасаться к чему-либо, что имеет отношение к Хантеру, идти на улицу в осенней одежде я хочу еще меньше. Воспоминания о ночи моего приезда окатили меня, словно ледяным душем, заставив поежиться. Нужно что-то водоотталкивающее и сохраняющее тепло. Спустя какое-то время я вышла из дома в теплом зимнем комбинезоне и шапке. Зимний лесной воздух мгновенно ударил в нос запахами мороза, свежести и хвои. Комбинезон оказался легкий и не сковывал движения, что не могло не радовать. Одна из причин, почему я всегда недолюбливала зиму было то, что под слоями одежды всегда неудобно двигаться. Хорошо, что тут такой проблемы нет. Снегопад усилился, но я не знала, значило ли это, что нас в скором времени накроет очередной буран, или я все-же успею немного прогуляться в округе. С обратной стороны дома я сразу же обнаружила кучу дров, лежавших на деревянной платформе. Они были уже нарублены и сложены под стеной друг на дружку в множество рядов. Вместе эта конструкция была почти с меня в высоту. Справа от платформы с бревнами, я увидела спуск и широкую металлическую дверь, что по видимому вела в подземный гараж. Посчитав примерное количество дров я в уме прикинула, сколько может понадобиться штук для поддержания тепла на один день. Конечно это все очень приблизительно, но кажется на неделю должно хватить точно, если не больше. Главное не дать древесине прогнить под влагой снега, но думаю, Броуди и сам в курсе по поводу этого. Нужно придумать, что я буду делать тут следующие три месяца. В гостиной был большой стеллаж с книгами, но при всей моей любви к литературе, провести всю зиму, уткнувшись носом в текст, я не хотела. Эх, была бы тут моя мастерская, или хотя бы блокнот с карандашом. Немного постояв так, мне стало холодно. Домой идти совсем не хотелось и я решила прогуляться вокруг. Снежное полотно, что укрывало землю было почти девственное и лишь некоторые мелкие дорожки следов животных говорили о том, что тут кто-то живет. Обернувшись назад, я проследила за тем, где находится дом Хантера. Я не настолько глупа, чтобы идти в чащу в леса самой, без должной экипировки, еще и в снегопад. Слева от меня был холм. Не слишком высокий, чтобы на него нельзя было забраться, но достаточно крутой, чтобы мне потребовалось время и усилия для этого. Снег хрустел под ногами, а высота его покроя доходила мне до середины голени. Сверху открывался чудесный вид на лес. Множество деревьев уходили вдаль и на долю секунды мне показалось, что я оказалась в Нарнии и вот-вот ко мне подойдет Джеймс МакЭвой в костюме фавна и будет играть на флейте. Вдали, над верхушками деревьев я заметила темную фигуру. На гору не похоже, но там точно что-то есть. Снегопад усиливался и видимость постепенно ухудшалась, а падение температуры я ощутила покалываниями в конечностях. — Закончила? — Услышала я вопрос, когда зашла назад в дом. Остановившись в проходе я увидела Хантера сидящего на диване с книгой и чашкой чего-то дымящегося. Его волосы были растрепаны и немного влажные после душа. Сам мужчина был одет в свитер, который я вчера ему кинула, дабы у него не было поводов подходить ночью к кровати, штаны и носки. Взгляд серых глаз брюнета был направлен на страницы текста, но я не видела названия книги. — Да. Древесины должно хватить на неделю, но я не уверена точно. — Бросила я, снимая шапку и обувь. Спорить и язвить после того, что было утром, мне все еще не хотелось. Как впрочем и лишний раз взаимодействовать с Хантером. Потому я выбрала другую тактику: сухое сосуществование. Я буду выполнять то, что от меня требуется. Проглочу свою гордость и буду помалкивать. Отвечать буду холодно и коротко. Большего Хантер от меня не получит. Возможно мне повезет и ему надоест, после чего он сам уедет отсюда. Зайдя в гардеробную комнату я быстро переодеваюсь в домашнюю теплую пижаму и беру телефон. Вчера вечером я поставила его на зарядку перед тем, как отключиться самой. Интересно, звонили ли мне уже из полиции, или быть может приходили ли письма от других коммунальных служб города? Штрафы, или иск на выплату огромной суммы за порчу городского имущества? Или хотя бы одно сообщение от Ирины? Я не выходила на связь несколько дней и хотя в обычной жизни мы с моим шефом не часто контактируем, я все равно надеялась, что моя пропажа не осталась незамеченной. Но ничего. Никаких новых сообщений или звонков. Электронный ящик не выдает новых поступлений. Неужели, если бы меня похитил какой-то маньяк с бензопилой, никто и не узнал бы? Внезапно я осознала, насколько же отчужденный и одинокий образ жизни я вела. Совсем не безопасный, если подумать. В груди неприятно защемило и я чуть сильнее сжала телефон, ощущая, пластиковый чехол впивается мне в пальцы. Это именно то, чего я хотела – одиночества. Я хотела, чтобы меня все оставили в покое. Чтобы не лезли со своими расспросами и советами. А еще меньше мне хотелось получать непрошенные советы о том, как жить. Но сейчас мне не хватало… друга. Мне не хватало того, с кем я могу разделить то, что сейчас со мной происходит. Хотелось кому-то пожаловаться на всю эту ситуацию с Хантером. Что он заставил обманом меня приехать в эту глушь, а теперь еще и выставляет это все под соусом игры. Он прав, но мне все равно. Я не хотела и не хочу того, что сейчас со мной происходит. — Ева, мы завтра с утра идем на охоту, будь готова к шести. — Послышался властный голос снизу. Я замерла. Охота? Какая еще охота? Он издевается надо мной? Хочет вывести на эмоции? Интересно, а если я проигнорирую его приказ и сделаю вид, что ничего не слышала, это сойдет мне с рук? — Не заставляй меня самому тебя будить. Хотя, возможно ты этого и ждешь. — Словно прочитав мои мысли, кидает мужчина. Не зная, чем еще себя занять, я спустилась вниз. Может мне удастся найти книгу, которая меня зацепит, или хотя бы я найду что-то для рисования. — Там все снег идет. — Сухо кидаю я, подходя к стеллажу с книгами. Тут нахожу огромное количество литературы о психологии, экономике и охоте. Все книги так или иначе призваны чему-то научить или дать какие-то практические знания. Это все слишком в его духе. — По прогнозам он должен закончиться ночью, после чего несколько дней, должна быть ясная погода. Я тихо фыркаю, продолжая рассматривать корешки книг. На нижних ярусах появилась уже художественная литература. — Ты знаешь, как я отношусь к убийствам животных. — Говорю сухо я, беря в руки сборник мифов и легенд народов мира. — Знаю. А еще знаю, что ты любишь кушать. Или ты думаешь откуда берется мясо, которое изо дня в день, попадает тебе на тарелку? — Я поворачиваюсь к Хантеру и вижу, что он смотрит на меня с пытливым взглядом. — Я знаю, откуда берется мясо. Но одно дело покупать, а другое дело самому убить… — Я понимаю к чему он клонит. Сейчас назовет меня лицемеркой, которая ест мясо и осуждает тех, кто его добывает. И на самом деле это справедливо. Я не вегетарианка и стараюсь не задумываться о том, как на полках магазинов появляется та или иная еда. Но это не значит, что мне совсем все равно. Хоть это и не оправдывает меня, но я по возможности стараюсь подкармливать животных. Если увижу, что какое-то из них ранено – постараюсь помочь: отвезу или к себе, или к ветеринару. — Я не смогу и не хочу в этом участвовать. — Кидаю я Хантеру, проходя мимо него в сторону лестницы на второй этаж. — Тебе нужно научиться справляться со своими слабостями Ева. — Я услышала звук хлопка. Обернувшись, я увидела, что мужчина закрыл книгу и обернувшись через плечо, его взгляд направлен на меня. — Что ты знаешь о моих слабостях, Хантер Броуди? — Какое он вообще право имеет говорить о моих слабостях. Черт, день был относительно нормальный, пока мы не начали с ним говорить. — Достаточно. — Только и говорит брюнет, но мне показалось, что за этим словом должно было последовать что-то еще. Что-то вроде “достаточно для того, кто сломал тебе жизнь и планирует ломать ее снова и снова”. Не сдержавшись, я делаю шаг вниз, потом еще один. Книгу я прижимаю к своему боку и клянусь, если бы мне хватило смелости, я бы прямо сейчас ударила его этой книгой по голове. — Слушай теперь ты меня. Я здесь нахожусь по одной простой причине – я хочу от тебя избавиться. Я постепенно приближаюсь к Хантеру и мне кажется, что мои шаги стали неестественно тяжелыми. Впервые я не чувствую себя коротышкой, но ощущаю вес своих слов и своих действий. — Да, я приняла правила игры, но это не значит, что я простила тебя за то, что ты сделал. Это не значит, что я собираюсь с тобой сближаться. Это также не значит, что я буду играть по твоим дерьмовым правилам. — Теперь уже мой голос стал сталью и это приятно. Так приятно, что я не могу описать это чувство словами. Это опьяняет и возможно даже… возбуждает. Хантер просто сидит на диване. Руки держат закрытую на коленях книгу. Взгляд мужчины холодный и безэмоциональный, но я чувствую, что он слушает. Я почти вижу, как мои слова, подобно дымке окутывают мужчину, проникая в него. — Ты говорил о выживании. Я с тобой согласна. Это тот момент, когда ты был прав, как бы мне не хотелось, чтобы ты ошибся. Я буду осторожна и буду соблюдать правила для выживания о которых ты скажешь. Но это все. — Я подошла к нему вплотную и теперь уже моя тень нависла над мужчиной. Почувствуй, Хантер. Ощути, каково это – быть загнанной в угол добычей. — Мы не будем с тобой общаться. Мы не будем вместе проводить больше времени, чем того требуется. И ты не будешь лезть ко мне в душу со своим сраным мнением, потому что мне на него насрать! — Я стояла переводя дух и хоть внешний вид мужчины был непробиваем, клянусь, я увидела, как кадык Хантера дрогнул. Он не ответил. Просто продолжил на меня смотреть, будто прожигая меня ледяным взглядом. Больше всего злило сейчас то, что он никак внешне не отреагировал на мои слова. Совсем. Я не получила никакого отклика своим эмоциям и это раздражало. Хотя также, я до конца не понимала, что конкретно я бы хотела получить. Так и не получив ответа, я развернулась и пошла наверх, где тихо, чтобы не было слышно, что я злюсь, шипела в подушку. Хотелось кричать и разносить все, но он не получит от меня ничего. Даже истерики в порыве ярости.