Пробить потолок

Джуди сидела на высоком барном стуле, пытаясь дышать ртом и не выглядеть при этом как выброшенная на берег рыба. Её миссия была проста: наблюдать. Но её ум, её дотошный, кроличий ум, уже прочерчивал маршруты, ища слабое звено. Образец. Если они достанут хоть крупицу «Зверя», лаборатория департамента сможет его проанализировать. Это будет осязаемое доказательство, а не только слова пострадавших и догадки. Она медленно водила взглядом по залу, привыкая к мельканию стробоскопов. Там, у стены, группа смеющихся гиен. Здесь, в полумраке ложи, подозрительно замершие силуэты. А вот и цель: у края танцпола, в тени колонны, короткий, почти невидимый жест. Один парень, сущность кабана (широкие плечи, короткая шея), передал другому, стройному и угловатому (ласка?), маленький свёрток. Не деньги. Слишком плоский, слишком быстро скрытый в ладони. Адреналин ударил в виски. Она уже сделала движение, чтобы соскользнуть со стула, как вокруг её талии сомкнулась твёрдая, тёплая рука. — Куда это, Зайка? — его губы почти коснулись её уха, шепот был частью шума, предназначенным только для неё. Игра продолжалась. Они были парой. —  Передача. У колонны. Кабан и ласка, — прошептала она в ответ, едва шевеля губами, глазами указывая направление. Его дыхание обожгло кожу. —  Здесь крутят не только «Зверь». Я проверю. Сиди. Не двигайся, — его приказ был мягким, но не допускающим возражений. Его рука медленно разжалась, и он растворился в толпе, оставив после себя пустоту и запах кожи. Джуди развернулась к стойке, стараясь казаться просто ждущей свою половинку. Барменша, девушка с миловидным лицом и быстрыми движениями сущностного бурундука, улыбнулась ей. —  Соскучилась по своему хищнику? — крикнула она через грохот. — Тебе определённо нужно расслабиться. Закажешь что-нибудь? —  Что-нибудь безалкогольное, пожалуйста, — крикнула в ответ Джуди. Барменша удивилась, но кивнула. —  Клубничный лимонад? С игристостью, но без градуса. — Идеально. Пока та готовила напиток, Джуди вновь попыталась отыскать в мельтешении рыжую макушку Ника. Бесполезно. Он исчез, как и умел. Стакан с розоватой жидкостью появился перед ней, но взять его помешала чья-то рука. Рядом возник парень. Высокий, пшеничный блондин с россыпью веснушек на переносице и скулах. В его расслабленной, грациозной позе, в золотистом блеске глаз читалась сущность леопарда. — Прости, что без спроса, — он улыбнулся, и улыбка была обаятельной, но не дотягивала до глаз. — Но оставлять такую красоту одну с напитком — преступление. Меня зовут Лео. Он передал ей стакан. Джуди молча взяла его, кивнув в знак благодарности, и сделала осторожный глоток. Сладко, с лёгкой, почти незаметной кислинкой. — А тебя? — Лео приоблокотился о стойку, сокращая дистанцию. Его взгляд скользнул по её фигуре с откровенной оценкой. —  Или ты предпочитаешь оставаться таинственной незнакомкой? Может, нужна компания на этот скучный вечер? Его тело слегка наклонилось, неявно зажимая её между стойкой и собой. Джуди не отпрянула. Она подняла на него глаза, и её фиолетовый взгляд был холодным и ясным. — Я не одна, — сказала она просто, отхлебнув ещё лимонада. Лео засмеялся, но не отступил. — Не видно никого. Может, он тебя бросил? Бывает. А у меня как раз есть, чем развеять грусть. Она продолжала пить, стараясь не выказывать интереса. Но что-то было не так. Мысли, ещё недавно острые и чёткие, начали немного плыть. Лёгкая, приятная теплота разлилась по животу. Она посмотрела на стакан. Почти пусто. Неужели здесь и безалкогольное — с градусом? Или это она так нервничала? Лео заметил её затуманенный взгляд. Быстрым, плавным движением он снова приобнял её за талию, а другой рукой поднёс её же стакан к её губам. — Допивай, а то пропадёт, — прошептал он, и его голос звучал уже настойчивее. Джуди, почти на автомате, сделала последний глоток. Вкус теперь казался приторным и странным. — Вот и хорошо. Пойдём, покажу интересные места, — Лео уже не спрашивал. Он мягко, но неуклонно повёл её от стойки, обходя танцпол. Джуди позволила. Голова была лёгкой, мысли — вязкими. Ника всё не было. Может, он уже нашёл свою зацепку? Значит, и она должна искать свою. Это была её работа. Её шанс доказать. Он привёл её в полукруглый закуток с низкими диванами, где уже сидело трое: массивный тип с сущностью кабана (тот самый?), угловатый парень (ласка) и девушка с хищным, вытянутым лицом (фенек?). При их появлении раздался одобрительный гул. — Лео привёл зайку! — хихикнула девушка. — Наконец-то станет повеселее. А то сидели на одном «расслабоне». Слово «расслабон» зацепило слух Джуди сквозь шум в голове. Она уселась на край дивана, который Лео ей указал. — Что за… расслабон такой? — спросила она, стараясь, чтобы голос не заплетался. Парни переглянулись. Лео кивнул. Ласка достал из кармана маленький прозрачный пакетик. В нём лежали несколько белых таблеток без каких-либо опознавательных знаков. — Новинка, — сказал кабан, его голос был хриплым. — Не просто кайф. Возвращение к корням. Чувствуешь, кто ты на самом деле. Хочешь попробовать? На одну ночь стать настоящей? В глазах Джуди вспыхнул не поддельный, а самый настоящий азарт. Вот оно. Не свёрток, не намёк. Сам товар. Ей протянули пакетик. Рука сама потянулась. Она взяла одну таблетку. Холодная, гладкая, ничем не примечательная. И тут её выхватили из пальцев. Лео зажал таблетку в кулаке, смотря на неё с притворным сожалением. — Ох, милая, это дорогое удовольствие. Такие штучки просто так не раздают. Но… раз уж ты такая интересная…— Он сделал паузу, оглядывая своих друзей. — Выпьешь с нами? За компанию. А потом поговорим о твоём… любопытстве. Они протянули ей высокий стакан, наполненный золотисто-янтарной жидкостью. Виски? Что-то крепкое. Её предупредили, что это не просто алкоголь. — Тебе понравится, — сказала девушка-фенек, и в её голосе прозвучала плохо скрываемая злорадная усмешка. Разум, затуманенный первым напитком, кричал об опасности. Но рука, державшая стакан, была твёрдой. Это был обмен. Алкоголь (или что там) в обмен на улику, на ключ ко всему делу. Она видела, как Лео перекатывает ту самую белую таблетку между пальцев. Доступ к «Зверю» был в шаге от неё. Ради дела, — подумала она с маниакальной убеждённостью. Ради доказательства. — Залпом! — крикнул кто-то. Джуди вдохнула, поднесла стакан к губам и начала пить. Жидкость обожгла горло, горькая, с противным химическим послевкусием. Она морщилась, залп за залпом, чувствуя, как по телу растекается волна огня. Стакан уже наполовину опустел. И вдруг её руку с силой вырвали вверх. Она вскрикнула, стакан вылетел, разбился о пол. Она закашлялась, давясь жжением в горле и носоглотке. Перед ней, заслоняя мерцающий свет, стоял Ник. Но это был не Ник-партнёр, не Ник-притворщик. Это было воплощение гнева. Его лицо было бледным от ярости, зелёные глаза пылали таким холодным огнём, что, казалось, могли испепелить всё вокруг. Он смотрел на неё, и в этом взгляде не было ни капли понимания, только безумное, всепоглощающее «КАК ТЫ МОГЛА». — Это МОЯ девушка, — его голос, низкий и звенящий, перекрыл на секунду даже музыку. Он обратился к компании на диване, но его слова были приговором ей. — И я её забираю. Сейчас. Кабан начал подниматься, что-то невнятно бормоча. Ник, не меняя выражения лица, рванул его за воротник футболки и со всей силы всадил кулак в солнечное сплетение. Тот осел на диван с булькающим выдохом. Ласка и фенек вскочили с криками. Лео молниеносно встал между Ником и остальными, подняв руки в умиротворяющем жесте, но его глаза тоже были опасными. — Всё, ребята, всё. Не стоит. Пусть идут. — Пропало наше развлечение, — ядовито процедила девушка, плюхнувшись обратно. Ник даже не взглянул на них. Он развернулся, схватил Джуди за предплечье — не направляя, а с такой силой, что у неё перехватило дыхание от боли, — и потащил к выходу. Она спотыкалась, почти бежала за ним, не смея вырваться. Её охватил животный, первобытный страх — не перед ним, а перед той пропастью, которую она в него принесла своим непослушанием. Холодный ночной воздух на парковке ударил в лицо, как оплеуха. Джуди пошатнулась, мир поплыл. Она судорожно сглотнула слюну, ощущая, как в кармане её пиджака лежит что-то твёрдое и круглое. Таблетка. Пока Лео отвлекал её стаканом, а Ник устраивал разборки, она успела незаметно стянуть одну из пакетика. У неё было доказательство. Это была её единственная мысль, пульсирующая сквозь нарастающее головокружение. Она достала то, что нужно. Ник молча, с силой открыл пассажирскую дверь, почти втолкнул её внутрь и захлопнул. Звук был оглушительным в тишине. Он сел за руль, резко завёл мотор. Его профиль в свете приборной панели был вырезан из камня. Он посмотрел на вход в клуб, его взгляд был стальным, оценивающим, полным немой угрозы. Затем он рванул с места, так что Джуди прижало к сиденью. Машина неслась по ночным улицам, резко входя в повороты, рывками переключая передачи. Тишина в салоне была густой, давящей, звонкой от невысказанной ярости. Джуди сидела, сжавшись, пытаясь контролировать дыхание. Но мир за окном начал растекаться, а в животе поднялась знакомая, тошнотворная волна. Её затошнило. Сильно. Она зажмурилась, впиваясь пальцами в кожу бёдер. — Ник… — её голос прозвучал жалобно и тихо, теряясь в рёве мотора. Ноль реакции. Он смотрел вперёд, его челюсти были сжаты. Волна накатила с новой силой. Она стиснула зубы, потом распахнула глаза, и крик вырвался из её горла, перекрывая собственный страх: — НИК, ОСТАНОВИ МАШИНУ! Тормоза взвизгнули. Машину резко бросило в сторону, прежде чем она встала на пустынном участке шоссе. Джуди сорвала ремень, вывалилась наружу и, согнувшись пополам, её вырвало прямо на гравий обочины. — Чёрт! — услышала она его голос, полный не ярости, а внезапного, острого испуга. Захлопнулась дверь, быстрые шаги. Он присел рядом, поставив бутылку с водой на землю. Одной рукой он собрал её пепельные волосы, отводя их от лица, а другой осторожно, почти нежно, гладил её по спине, пока её трясло от новых спазмов. Его гнев куда-то испарился, уступив место чему-то более страшному — вине и панике. Недоглядел. Потерял. Привёл в логово и оставил одну. Позывы наконец стихли. Джуди, совершенно разбитая, опустилась на холодную землю, отстраняясь от лужи. Она дрожала. Ник отпустил её волосы. Он сидел рядом на корточках, молча протянув ей открытую бутылку. Её руки тряслись так, что она не могла удержать. Он мягко взял бутылку обратно, поднёс к её губам. Она сделала несколько маленьких глотков, вода была ледяной и невероятно вкусной. Он убрал бутылку, пристально рассматривая её лицо в тусклом свете далёкого фонаря. Сейчас он смотрел не как разъярённый партнёр, а как… обеспокоенный. Искренне. Её глаза были красными, по щекам текли слёзы от напряжения. Он медленно поднял руку и большим пальцем стёр влажную дорожку. Прикосновение было неожиданно бережным. Джуди подняла на него взгляд. И вот тут он испугался по-настоящему. Её зрачки. Они были неестественно расширены, поглотив почти всю фиолетовую радужку. В тусклом свете они казались чёрными бездонными дырами. Блять. Её чем-то накачали. Не просто алкоголем. — Джуди, — его голос стал тихим, очень спокойным, каким он бывает в самые опасные моменты. — Мне нужно тебя отвезти. Сейчас. Он помог ей подняться. Она шаталась, её ноги почти не слушались. Она тихо застонала — не от боли, а от беспомощности и всепоглощающего недомогания. Ей никогда не было так плохо. — Всё хорошо, Зайка. Всё хорошо, — он повторял эти бессмысленные слова, усаживая её в машину, пристёгивая. Его движения теперь были чёткими, но осторожными. — Сейчас отвезём тебя домой. Он обошёл капот, сел за руль. Перед тем как завести мотор, он ещё раз посмотрел на неё. Она откинулась на подголовник, глаза закрыты, лицо мертвенно-бледное. В кармане её пиджака лежала маленькая, белая таблетка — цена её непослушания и, возможно, ключ ко всему делу. Но в эту секунду Ника Уайлда волновало только одно: дотащить её до дома живой и вменяемой. Ругаться он будет завтра. Если, конечно, завтра для неё вообще наступит. Он плавно тронулся с места, направляясь к её квартире, в голове уже составляя список действий: вызвать доверенного врача, не из департамента, проверить пульс, давление, не отпускать из виду ни на секунду. Ночь, и правда, только начиналась.