"Из врагов в любовники".

Глава 17

От лица Мэла

Погода была такая, что не хотелось вставать с кровати. Но сегодня был не выходной, поэтому мне пришлось выкарабкаться из-под одеяла. Обычно я просыпался рано, с самых первых дней. Даже если до изнеможения занимался в спортзале или выполнял дома с Пхетом несколько подходов, это не доставляло проблем. Проблемой был сам Пхет, которому с каждым днём всё труднее удавалось подняться. Но если я начинал его за это ругать, он тут же использовал это как предлог, чтобы запретить мне брать его с собой. Я поставил будильник на полную громкость. Когда вышел из ванной, телефон как раз зазвонил. Пхет поднялся с постели с заспанным лицом, принял душ, переоделся и, с мутными глазами, последовал за мной вниз, к машине. Едва рухнув на сиденье, тут же снова заснул. Я заехал купить ему кофе, хотя он и не догадывался об этом, крепко сопя рядом. Помню, однажды, раздражённый, я саркастически спросил: — Что это ты так хочешь спать? На что он, застав меня врасплох, парировал: — Когда я жил в общаге, не нужно было вставать так рано. — Но ты же каждый раз снова засыпаешь в машине, — возразил я тогда неуверенно и тут же закрыл тему, больше к ней не возвращаясь. Казалось, Пхет каким-то образом чувствовал время. Стоило нам въехать на территорию университета, как он сонно просыпался. Мы выехали из кондоминиума в 7:15, а добрались только к 8:20. Въехав на территорию университета, я невольно сбавил скорость. Даже если и хотелось иногда нарушить правила, десятки лежачих полицейских на дороге быстро отучали от этой идеи. Я проехал мимо факультета бухгалтерского учёта тем же маршрутом, что и каждый день, но сегодня, бросив взгляд на обочину, вдруг зацепился глазами за что-то. Резко повернул руль, нажав на газ так, что Пхета швырнуло вбок. — Эй! Что за резкий поворот? И зачем ты свернул сюда? — недовольно спросил Пхет, устраиваясь поудобнее и выглядывая в окно, увидев, что я свернул к факультету права, расположенному напротив. Я сделал вид, что не слышу вопроса, и только когда отъехал на приличное расстояние, снова снизил скорость до обычной. — А, точно... Я забыл, — произнёс я, намеренно растягивая паузу и делая вид, что задумался. — У тебя, чёрт возьми, мозги засохли. Говорил же, ешь йодированную соль, — поддразнил Пхет, рассмеявшись. Обычно я бы ответил, что это ему надо питать мозг витаминами, но сегодня не было ни настроения, ни желания спорить. Мой взгляд тревожно следил за отражением в зеркале заднего вида, и я решил объехать другой дорогой, которая тоже вела к нашему факультету. …“— Вчера парень Мин подвез ее до дома. Я случайно их видел. Его зовут Гет. Он из её группы на факультете. Вроде парень простой, не похож на бабника ”… Голос Марша эхом отзывался в моих ушах, а в глазах стоял образ, который я только что видел — Мин шла рядом с парнем, что указывало на отношения, выходящие за рамки дружбы. Этот парень, должно быть, настоящий парень Мин! — Почему у тебя такое странное лицо? — голос Пхета вывел меня из задумчивости. Я быстро взял себя в руки, поправил выражение лица и, улыбнувшись, спросил полушутя, полусерьёзно: — Беспокоишься обо мне? Незаметно для себя я стал ждать ответа. Он на миг замер, потом ответил неуверенно: — А что в тебе такого, о чём стоит беспокоиться? Но даже этого оказалось достаточно, чтобы я невольно улыбнулся. По крайней мере, он не отказался... *** Послеобеденные занятия внезапно отменили, и у меня неожиданно появилось свободное время. Когда П’Мот и компания предложили прогуляться по торговому центру, я согласился. На самом деле, просто убивал время в ожидании Пхета. — Почему сегодня ты с нами? Не нужно присматривать за своей драгоценностью? — Ага, лень, — отмахнулся я, чтобы прекратили расспросы. Если не приходил — жаловались, что забыл друзей, а стоило появиться — сразу начинают подшучивать. Чёртовы парни! Им не угодишь. — Я давно хотел спросить, — вмешался П’Чарльз, оторвавшись от телефона, — кто посмел подкатывать к Мин? Разве не знают о твоей репутации? — Преувеличиваешь, — усмехнулся я. — Я не особо её опекаю. Просто тот, кто к ней лез, казался ненадёжным. — С какого он факультета? Хотя вряд ли кто-то может быть ненадёжнее, чем этот Пхет. Настоящий проходимец! — громко рассмеялся он. Я рассмеялся в ответ, но ничего не сказал. Если бы они знали, кто именно подкатывает к Мину, они бы, пожалуй, онемели от шока. После того как мы вволю наелись японской еды, мы просто бродили по торговому центру, разглядывая витрины. П’Чарльз забежал забрать заказанные часы. Пока я его ждал, взгляд зацепился за пару наручных часов в витрине — в винтажном стиле, с кожаным ремешком. — Можно посмотреть эти? — спросил я. Продавец достал и аккуратно положил часы передо мной. Я был поклонником Rolex, но не особо любил кожаные ремешки. Просто, увидев эти часы, я подумал о Пхете. Мне показалось, что они ему подойдут – темно-коричневый кожаный ремешок хорошо сочетается с его загорелой кожей. Я представил, как эти часы сидят на запястье Пхета. Но затем мои мысли зашли дальше... что обе его руки свободны, на них нет часов. Я сглотнул, мне вдруг очень захотелось увидеть его в них. Продавец удивлённо посмотрел на меня, когда я внезапно рассмеялся. Махнул рукой, мол, ничего, и примерил часы на себя — наши руки были примерно одинаковые, разве что у него тоньше запястье. Не раздумывая, протянул кредитную карту и купил две одинаковые пары. — О, Мэл, снова часы? — удивился Пи’Чарльз, заглянув в пакет. — Ты ведь только на прошлой неделе купил одни. — Ага, Cosmograph Daytona. Вот решил попробовать с кожаным ремешком, — ответил я невозмутимо. Он не заметил, что часов было две пары. — Богатым трудно угодить, — усмехнулся он. Я лишь рассмеялся. Настроение сегодня было на удивление хорошее, и я решил, что пора поговорить с Пхетом серьёзно. Через неделю истекал срок нашей месячной договорённости, а я всё так же не мог понять, как время пролетело так быстро. Я привязался к нему, мне было с ним спокойно, настолько, что перестал искать других. Наверное, стоит отменить эти условности. Ведь я до сих пор не устал от него. Похоже, и он — тоже. Вспомнив о Пхете, он вдруг осознал, что ещё не купил ему туалетную воду. Раз уж появилось свободное время, стоило заняться этим сейчас. Он повернул обратно и вошёл в парфюмерный магазин, мимо которого только что прошёл. Пи'Мот и Пи'Чарльз пошли следом, явно не понимая, что он задумал. Когда дело дошло до выбора, я вспомнил, что не знаю, какой маркой Пхет пользуется. Тот обычно просто брызгался, не глядя на бутылку. “Какая у тебя марка туалетной воды? Не ответишь, останешься без неё”, — написал я сообщение и стал ждать ответа. Тем временем принялся искать сам, пока не заметил флакон, показавшийся знакомым. Взял его, чтобы попробовать аромат. — Мне кажется, этот запах знаком, — раздался голос П'Мота, появившегося сзади и заставившего его вздрогнуть. — Я же пользуюсь им, — ответил я, потом повернулся к продавцу и сказал, что беру этот вариант. Хотел взять флакон на 200 мл, но в наличии был только маленький, пришлось ограничиться им. От Пхета по-прежнему не было ответа. П'Мот покачал головой: — Нет, я серьёзно. Запах знаком, будто я где-то его уже чувствовал. — Запахи туалетной воды все похожи. Что, у тебя нюх как у собаки? — пошутил я. На самом деле, он догадался, что Пи'Мот, скорее всего, вспомнил этот аромат от Пхета. На прошлой неделе они сидели рядом в баре. Но ведь даже если пользоваться одной и той же водой, запах всё равно разный. Аромат на нём самом и тот, что ощущался от шеи Пхета, воспринимались совершенно иначе. И честно говоря, ему больше нравился запах на Пхете, в сочетании с его естественным запахом кожи и лёгким потом он становился обескураживающе притягательным. Я направился за продавцом к кассе и снова достал кредитную карту. Расплатившись, вышел из магазина с лёгким сердцем и пакетом в руке. На этот раз Пхет перестанет ворчать. — Куда теперь? — спросил я у П'Мота. До конца занятий Пхета оставалось ещё больше часа. Не стоит спрашивать, с каких пор он запомнил его расписание — он и сам не знал. — Я хочу купить Krispy Kreme. Моя сладкая нонг их обожает, — ответил тот. Я кивнул и поискал место, где можно было подождать: очередь, судя по всему, предстояла длинная. — Уже заказал iPhone 7? — спросил П'Чарльз, прокручивая ленту новостей на своём телефоне. Тот был ярым фанатом Apple — компания едва представит новую модель, как у него она уже появляется. iPhone 7 только что вышел, в Таиланде, предзаказы ещё не открылись, но он уже успел договориться со знакомым инсайдером, чтобы тот придержал ему один. — Ещё нет, — ответил я, покачав головой. Купить-то собирался, но спешить не видел смысла, мой нынешний телефон был совсем новым, всего-то неделя, не больше. Подожду, пока появится официально в стране, тогда и посмотрю. — Jet Black просто шикарный! Лучше поторопись, а то не успеешь, — продолжал уговаривать П'Чарльз. — Тогда закажи сразу два, — небрежно бросил я. П'Чарльз приподнял брови. — Два? Для кого второй? Неужели для новенькой? — усмехнулся он, уже сам, додумав ответ. Я пожал плечами, но П'Чарльз хлопнул себя по колену. — Чёрт! Ты просто как папочка, заботливый до безумия! Признавайся, кто в этот раз? Я её знаю? Эй, только не говори, что это нонг'Джом. Я закатил глаза. Этим нонг'Джом я уже сто лет не интересовался. — Чёрт, нет. Пх... — не успел договорить. Зазвонил телефон. На экране высветилось имя, и он невольно улыбнулся. Не ожидал, что тот позвонит, у него же ещё шли занятия. Я ответил, поднимаясь, заметив, как П'Мот идёт к ним с пакетом сладостей. — Соскучился по мне, раз позвонил? — дразняще бросил я, ожидая услышать в ответ привычное ворчание или шутку. Но ошибся. [Мне нужно с тобой поговорить, Пи], — звучал на том конце ровный, чуть глухой голос. Я нахмурился, чувствуя неладное. — Где ты? Я заеду, — спросил уже серьёзно. [Я на такси доехал до твоего кондо. Только вспомнил, что не смогу зайти в комнату. Когда у тебя занятия заканчиваются? В четыре? Подожду в кофейне], — ответил Пхет тем же спокойным тоном, из которого невозможно было понять, что у него на уме. Но Мэл сразу ощутил, что что-то не так. Лицо само по себе стало мрачным, он и без зеркала знал, как выглядит. — Еду. Буду меньше чем через полчаса, — коротко сказал я и повесил трубку. — Я ухожу, дела, — бросил я П'Моту и П'Чарльзу, не дав им времени задать ни одного вопроса. Пока шагал к парковке, мысли метались в голове, но ни одна не складывалась в разумное объяснение странного звонка. Он давил на газ, лавируя между машинами. Спидометр показывал более 120 км/ч, днём движение было свободнее, чем по утрам. Уже через двадцать минут он свернул к стоянке кондо. Выбравшись из машины, почти бегом пересёк холл и толкнул дверь лобби. На диване сидел Пхет с напряжённым лицом, опущенными руками и тем самым серьёзным видом, который на нём был редкостью. Я подошёл ближе и тихо позвал: — Пхет. Тот вздрогнул, но ничего не сказал, только кивнул, позволяя вести себя к лифту. Даже в комнате Пхет молчал. Тогда я первым нарушил тишину: — Почему такое мрачное лицо? Оценки вышли или не доел?   Я легонько ткнул его пальцем в лоб, пытаясь шуткой разрядить обстановку. Пхет отвёл взгляд и покачал головой, заговорив тем же ровным тоном, что и по телефону: — После обеда я не пошёл на занятия. — Я тоже, преподаватель отменил, — ответил я машинально, не понимая, почему тот так серьёзен. Неужели просто из-за того, что прогулял пары? — Преподаватель не отменял. Это я сам не пошёл, — медленно произнёс Пхет. Я нахмурился, чувствуя, как внутри всё сжимается. Сердце будто предчувствовало что-то дурное. — В полдень я встретил П'Тама. Он попросил помочь перетащить кое-что в клубе. И там я встретил Мин... Он запнулся. Внутри у него всё оборвалось. Не осознавая, схватил Пхета за руку, пальцы крепко сжали запястье. Но тот не отреагировал, его лицо оставалось спокойным, почти равнодушным. Жар и холод смешались в крови. Пхет встретил Мин. Он что, собирался сказать, что не откажется от Мин, не оставит надежду? Я скрипнул зубами, пристально глядя на него, почти выжидающе. В этом раздражении вдруг промелькнуло странное ощущение, будто сердце на миг дернулось без причины. — Я встретил Мин и её парня, — сказал Пхет, не дожидаясь вопросов. Я выдохнул, облегчение обрушилось мгновенно. Значит, не то, чего я боялся. Но едва оно пришло, на смену ему явилась тяжесть другого рода. — У Мин есть парень, — повторил он, когда я ничего не сказал. Я лишь молча смотрел на него. Пхет нахмурился, взгляд стал требовательным: — Пи совсем не удивился, что у Мин есть парень? — С чего бы мне удивляться? — О? Значит, Пи уже знал? — спросил он, сдвинув брови. Во взгляде сомнение, но за ним я вдруг увидел боль, отражённую в его глазах. И в груди, будто, что-то пусто дрогнуло. — А какое дело, знал я или нет? — рявкнул я. Мысль о том, что Мин для него всё ещё важна, вызывала во мне раздражение, с которым я не мог справиться. Он не отступил, наоборот, посмотрел прямо: — Дело в том, что Пи не сказал мне. Я фыркнул, уголки губ непроизвольно растянулись в кривой ухмылке. — А если бы сказал, что бы изменилось? Ты бы отбил Мин у её парня? — голос сам собой стал резче, чем хотелось. — Нет, — ответил он коротко, и этим одним словом будто обрубил всё. Я нахмурился, не понимая, но вопрос застыл в горле, когда он продолжил: — Всё это время, когда ты отталкивал меня от Мин, не позволял даже приближаться к ней, — он говорил всё громче. — Даже этот грязный шантаж с видео... Разве не потому, что ты боялся, что Мин может ко мне смягчиться? А если ты уже знал, что у неё есть парень, то зачем? Зачем всё это? Ведь с самого начала я уже потерял все шансы! Он кричал мне в лицо, глаза сверкали гневом. Я смотрел на него, не в силах признаться, что сам узнал об этом совсем недавно. Но от этого ничего бы не изменилось, ведь, по сути, я сознательно скрыл правду. Пхет тяжело дышал, глядя на свои сжатые руки, будто пытался удержать гнев. Прошла целая минута, прежде чем он заговорил: — Раз уж нельзя ничего повернуть назад, я не знаю, зачем что-то чинить. Что касается всего остального... — он поднял глаза и встретил мой взгляд, — у Мин теперь есть парень. Так что тебе больше не нужно бояться, что я буду ухаживать за ней. У меня нет причин оставаться с тобой. И наш договор... — Нет, — перебил я его резко, не дав даже договорить. Как будто я не знал, что он собирался сказать! Но я не позволю. Ни за что. Не сейчас. Он сжал губы, на лице выражение, в котором невозможно было понять, улыбался он или кривился. — Хватит мной пользоваться, — произнёс он тихо. — Я перестал связываться с Мин, как ты хотел. Теперь можешь быть спокоен, я не стану бегать за ней. Так что всё, что ты хотел, ты получил. Все договорённости аннулируются. Хватит играть. Я больше не играю! — последние слова он практически выкрикнул, глаза покраснели, голос сорвался. От лёгкости, с которой проходил день, не осталось ничего. Всё рухнуло в один миг. Уши звенели с тех пор, как я услышал эти слова: все договорённости аннулируются. — С чего бы мне тебе верить? — спросил я холодно, хотя внутри всё кипело. — Веришь ты или нет — твоё право, — ответил он. — Но для меня всё кончено. Эта решимость в его голосе ударила, как пощёчина. Я ощутил себя зверем, загнанным в угол, которому не оставили выхода. — Ты нарушаешь договорённость, Пхет. Он взглянул на меня исподлобья: — Больше не нужны никакие договорённости. У Мин есть парень. Я не настолько подлый, чтобы разрушать чужие отношения. Я гарантирую тебе,не буду лезть к ней. Эта сделка вообще не должна была существовать. Так что просто выполни то, что обещал. Его голос был твёрд, взгляд — холоден, без единой уступки. Я почувствовал, как злость поднимается в горле: — Да? Тогда готовься стать порноактёром без гонорара. Я позабочусь, чтоб видео не пропало зря. — Чёрт, ты ублюдок! — он сорвался, кулаки дрожали. — Ты сам сказал, чтобы я оставил Мин, и я это сделал. Чего тебе ещё нужно?! У неё теперь есть парень, чего ты боишься? Почему ты так нагло нарушаешь слово, чёрт тебя побери?! Я не успел ответить, он двинул кулаком прямо в лицо. Голова резко откинулась назад, в ушах зазвенело. Оправившись, я схватил его за подбородок и сжал так сильно, что костяшки побелели. Я сам не знал, что бесило меня сильнее — его удар или его слова. А, может, и то, и другое. К тому же он снова перешёл на «я» и «ты» — без всякого почтения, без привычного «Пи». — Хочешь испытать меня? Думаешь, я не посмею, да, Пхет? — прошипел я сквозь зубы, опуская голос до опасного шепота. В одну секунду в голове мелькнула мысль — толкнуть, швырнуть, заставить замолчать. Но я лишь продолжал давить пальцами на его челюсть. Он попытался оторвать мою руку, но чем сильнее сопротивлялся, тем крепче я сжимал. Так, чтобы понял — испытать меня было ошибкой. В конце, концов, он опустил руки и вдруг... рассмеялся. — Давай. Выкладывай своё чёртово видео куда угодно. Мне всё равно. Может, если просмотров будет много, я и вправду пойду по этой дорожке, подниму себе цену, — бросил он в ответ с издевкой. Я слышал сарказм, но он не задел. Напротив, ещё сильнее зацепил. Я резко потянул его за подбородок, заставив повернуться, и поймал его взгляд. Большим пальцем провёл по щеке, чувствуя, как под кожей напрягаются мышцы. — Хочешь высокую цену? — процедил я. — Хорошо. Я заплачу. Сколько? Могу перевести прямо сейчас. Его глаза вспыхнули. Он вырвал мою руку, оставив на подбородке красные полосы от моих пальцев. — Забери свои деньги и потрать на своих деток, — выдохнул он с ледяным презрением. — Мне не нужно. А видео можешь хоть завтра выкладывать, делиться, где хочешь. Мне плевать на твои игры. Между нами всё кончено. Он повернулся, собираясь уйти, и в этот момент я поймал его за руку. Пхет обернулся, хмурясь, на лице — раздражение, а я, наоборот, усмехнулся. — Раз уж мы отменяем договорённость, — произнёс я тихо, — может, оставишь мне что‑нибудь на прощание? Я приподнял бровь, глядя на него вызывающе. Он встретил мой взгляд — долго, упорно, без слов. Но стоило секунде промелькнуть, как наши губы потянулись навстречу друг другу. Диван перед телевизором стал местом для прощания. Две фигуры переплелись, словно не в силах насытиться, тяжелое, учащенное дыхание смешалось со звуками прикосновений, словно прощальный акт.