Эйдолон. Неприкаянные

Зализывание ран затянулось на несколько дней. Виес отделался сильными ушибами. Тем временем Лия подозревала, что у Лема если и не сломана, то точно треснула кость руки. Пришлось вспоминать уроки первой помощи школьных времён. Она-то их слабо помнила, что говорить об остальной команде с амнезией. Виес, не потеряй он память, точно бы быстрее сориентировался и помог с большим успехом и пользой. Лие оставалось надеяться, что она ничего не напутала. Ссадины и порезы стали привычны, о них редко волновались. Но перелом в их команде — это что-то новое. Девушке вообще не хотелось бы с этим встречаться, но жизнь та ещё штука. На второй день Лия разрешила немного пройтись. Девушка сама по себе была строгой, а когда дело касалось здоровья, то ей никто не смел перечить. Команда продолжала двигаться вдоль реки. Теперь они старались ступать аккуратнее, избегая подозрительных возвышенностей. Больше они не встретили на пути угрожающих жизни опасностей. Только звери, сталкиваясь с непрошенными гостями, по разному на них реагировали. Но, в большинстве своём, стоило поднять немного шума и даже заметивший их волк обошёл неадекватных по большой дуге. Ландшафт начал меняться незаметно. Всё реже стали появляться звери, деревья становились выше, короткая трава и маленькие кусты, которые до этого доставали разве что до груди, стали заменять большие раскидистые лопухи. Лес стал тише. Ветер, сопровождающий их на пути, стих. Птицы, заливающиеся пением в поисках пары, умолкли. А может их и не было в такой глуши. Вскоре небо окончательно скрылось за кронами деревьев, которые оказались слишком высоко. Полумрак накрыл вторженцев с головой. Корни деревьев выглядывали из-под земли, под некоторыми удавалось пролезть, остальные приходилось перелезать. Лес противился и мешал продвижению. Это была та невидимая граница, о которой говорили в городе. Граница не охраняется, потому что нужды в этом нет. Лес никого не пропускает через своё сердце. Идти было тяжело, особенно, когда в команде два полуживых товарища. Привалы приходилось делать чаще и сверяться с направлением тоже. Ориентироваться по солнцу было невозможно — его просто напросто не было видно. Сначала помогал маленький компас, но и тот вскоре вышел из строя. Его стрелка будто цеплялась за особо крупные деревья и валуны. Чтобы снизить риск свернуть не туда, они выбирали цель спереди и шли к ней. Добравшись до неё, они выбирали новый ориентир и надеялись, что отклонение не критично. Лия снова взяла всё в свои руки. Забота о парнях, верность пути, безопасность и пропитание. Насколько это было возможно. В те дни, когда команда отходила от встречи с травяной тварью у реки, Лие не оставалось ничего, кроме как ловить рыбу. Благо, в реке её оказалось много и проблем с поимкой не возникало. Юнит старалась охотиться на мышей и белок, но сдавалась, как только те прятались в норки или забирались на деревья. Позже она стала ходить с Виесом на поиски ягод, ловить рыбу Лия ему запретила. Девушка не забывала о запасах на чёрный день. Она тонкими ломтиками нарезала рыбу и сушила на разогретых до этого камнях. Рыбные чипсы получались хрупкими и не шибко вкусными, но хотя бы безопасными, а ещё они могли долго храниться и не портиться. Лем, как самый побитый и разочарованный в жизни, пребывал в необычном для себя состоянии. Его тело будто опустело. В первое время он был напуган своими непонятно откуда взявшимися силами, которые ранили Виеса. Он его ранил. И переживания об этом были сильнее, чем боль в израненном теле. Но потом парень осознал, что больше не чувствует в себе магию. Попытки вызвать искру или же просто, как раньше, призвать фиолетовую энергию у него не получалось. Лем снова стал бесполезным. А может это было и к лучшему, теперь он не сможет навредить тем, кто пытается ему помочь. Они с Виесом не вспоминали тот заряд магии, которым Лем его атаковал. Но парень хотел бы искренне извиниться, хоть в глубине души и понимал, что друг не держит на него обид. Но если бы он тогда убил его?.. Переживания захлестнули Лема новой волной, когда он почувствовал возвращение магии. Внутренняя пустота начала потихоньку наполняться и Лему стало страшно. Один раз он намеренно отстал от остальных. Неуверенный в своих силах, боясь ненароком навредить, он призвал искру. И у него получилось. Она была маленькая и тут же погасла. Но силы возвращались. Лем боялся этих сил. Они не знали, сколько прошло дней. Они не понимали, какое сейчас время суток. Часов не было, а полумрак верно их сопровождал, не желая отступать. Очередной привал компания устроила на пути, не пытаясь найти подходящее место, если таковое вообще было. Виес сделал пометку на стволе дерева, чтобы по окончанию отдыха знать куда идти. В «человеческом» лесу, где деревья не закрывали небо, было много разнообразной растительности и других благ, но эта часть леса казалась мёртвой. Однотипные гигантские деревья с такого же размера корнями торчащими из-под земли, куча мха и редкие кусты лопухов. Ни одной птички, белки, зайца, волка или другой живности. Раньше они часто натыкались на истинных жителей леса, те не ожидали гостей и были в растерянности, но вскоре просто убегали по своим делам. Эту часть леса смело можно было назвать мёртвой, хоть кору грызи и мхом заедай. Лем вызвался охранять чуткий сон товарищей. Уставшие в пути, они свалились в кучу и забылись беспокойным сном. Роль дозорного была чисто символической, за столь долгое время на них никто больше не покушался. Да они даже в глаза не видели никого за последнее время, разве что ветка на кого-нибудь свалится, но тут уже и дозорный не поможет. Лем так и не выбрался из подавленного состояния. Погрузившись в свои мысли он продолжал путь, прокручивая в голове роковую битву. Он стал игнорировать Юнит, сейчас она не получала даже грубые огрызания в свою сторону. В чём причина таких перепадов в магической силе? Неужели адреналин пробудил в нём такие возможности? Парень сцепил руки и попытался отогнать уже начинающие надоедать мысли. То, что он хандрит, никак не помогает общему делу. Его взгляд упал на пальцы, точнее на один конкретный. Вдруг неожиданная мысль поразила его. Столь долгое время Лем был зациклен на себе, что полностью позабыл о переменной, которая могла дать ответы на многие вопросы. Кольцо. Вдруг оно необычное? Нет, оно точно с какой-то тайной, он чувствовал как оно источает неизвестную ему силу. Да и тот мужчина явился за ним в лес и обезвредил травяного монстра ради этого кольца. Лем вскочил с корня, на котором сидел. Впервые за долгое время ему казалось, что разум его прояснился. Энергия бурлила где-то внутри, желая высвободится. Выскочить, бежать, драться, добывать информацию. Хоть что-то, но не сидеть на месте, когда разгадка наполовину найдена. Парень три раза обошёл место привала. Лес был такой же мёртвый, без намёка на что-то живое. Лем глянул на своих товарищей, те мирно спали. В последний раз окинув взглядом окрестности, парень сделал шаг назад. Потом ещё один. Ещё. И вот он бежал по лесу, перепрыгивая корни. Плащ мешался, поэтому парень скинул его ещё в начале пути. Раненая рука отдавала болью при каждом шаге, но ему было плевать. Непонятное чувство свободы охватило его полностью. Когда физические силы начали заканчиваться, Лем остановился и постарался выпустить как можно больше магии из себя. Он тяжело дышал, но чувствовал, что чаша внутри него снова почти полная. Он не осмеливался ей пользоваться вблизи дорогих ему людей, но здесь он никому не мог навредить. Лем сосредоточился и выпустил огонь из ладони. Не искру, как раньше, нет. Настоящий огонь. Размером он был с человеческую голову. Никогда раньше у него не получалось ничего подобного, не считая той битвы. У него получалось призвать пламя замером с мизинец, этого хватало, чтобы разжечь костёр, но не более. — Учишься магией пользоваться? — раздалось откуда-то сзади. Лем чуть не подпрыгнул от неожиданности. Голос был чужим, но его он запомнил. Обернувшись, он обнаружил, что странноватый мужчина стоял на высоком корне поодаль и наблюдал. Воодушевление как рукой сняло. Парень стал озираться и только тогда осознал, что понятия не имеет, с какой стороны пришёл. Что с его друзьями? — Вы интересные особи, — продолжил маг. — Но что-то мне в вас не нравится. Вы какие-то неправильные… — он спрыгнул с корня и начал приближаться. — Что ты сделал с моими друзьями?! — взвился Лем. — Именно поэтому мне нравится за вами наблюдать, — закончил тот. — Что. С моими. Друзьями. — Повторил парень. Из ладоней появилось слабое фиолетовое свечение. — Это мёртвая часть леса. Тут кроме нас никого нет, так что, полагаю, они до сих пор крепко спят. Позволь спросить, ты магией-то пользоваться умеешь? А то, смотрю, зубы ты показываешь в первую очередь, — мужчина выразительно и, скорее, презрительно взглядом указал на сжатые кулаки парня, которые немного светились. — Очень глупо на твоём месте использовать чистую магию. — Что? — Лем немного растерялся, хотя злость продолжала преобладать. Ему сейчас нотации читают? — В твоих руках оказался артефакт. Не самый редкий и не то, чтобы сильный, но хоть что-то. Ты не понял, как им пользоваться, но решил активировать его и носить как украшение. — Подожди, ты про кольцо чтоль? — Ударь меня, — заявил мужчина, расставляя руки и игнорируя вопрос. Лем не то, что чувствовал себя не в своей тарелке, ему происходящее казалось полным абсурдом. Но что делать, когда странной наружности мужчина, с которым ты встретился посреди леса, просит тебя ударить? Лем решил, что задавать вопросы будет лишним. Он начал брать разбег и замахиваться кулаком. Тут навстречу ему полетел магический заряд. Точнее электрический шар. Парень сумел увернуться в последний момент, чуть не упав на больную руку. — Какого чёрта ты творишь, старикан?! — Серьёзно пошёл на мага с голыми кулаками, при этом сам являясь магом? Как ты до своих лет-то дожил? — Да понятия не имею! Я вообще ничего не знаю! Прошу заметить, мы только недавно покинули место, где использование магии каралось смертью. Я вообще не понимаю, чего ты за нами увязался, ты… — Лем замолчал. Угроза попасть под удар вывела его на эмоции, а ему не хотелось общаться с этим человеком, не контролируя ситуацию. Да и проговориться о чём-то личном ему тоже не хотелось. — Тело мага отличается от остальных тем, что способно вырабатывать собственную магию. Разные маги, сообщества магов и так далее называют её по разному. Мана, энергия, жизнь — у кого как. У каждого мага есть определённый лимит, он может как расширяться, так и уменьшаться, — Лем опешил от такой резкой перемены. Мужчина перед ним выпрямился и зачитывал информацию, будто не пытался только что убить своего собеседника. Парень захотел вставить слово, сам не понимая, что именно хочет сказать, но не решился. Только он открыл рот, как маг показал рукой знак заткнуться. Пришлось, лёжа на земле, слушать и вникать. — Любой разумный маг в жизни не будет использовать свою магию в чистом виде. Это расточительно. Поэтому её преобразуют. Для боевых действий — огонь, молния, ядовитые вещества и другое, у кого на что фантазии и сил хватит. В бытовых вопросах так же используется «преобразованная» магия. По сути, твои способности в управлении магией определяются тем, — тут мужчина начал загибать пальцы. — Какой у тебя лимит. То есть, как много магии ты можешь в себе накопить. Как много магии ты можешь извлечь из себя, — тут мужчина запнулся. Глаза Лема были пустые, с одной стороны он впитывал в себя новую информацию, но с другой было понятно, что дабы достичь результата, нужно ему всё как следует разжевать. — Ладно. Внутри тебя лейка. Твоя магия находится внутри этой лейки, но чтобы ей воспользоваться, нужно вылить её через носик. Если он узкий, то и магия будет выливаться понемногу, как у тебя сейчас. С другой стороны, если носик широкий, то ты можешь призвать что-то мощное, но при этом не будешь в состоянии это контролировать и рискуешь остаться без магии вообще, исчерпав весь запас. Кольцо, которое ты украл, позволило тебе расширить носик, поэтому ты просто напросто поделился с той тварью своей силой, оставив себя с ничем. И последнее, — с нажимом продолжил маг, видя, что столь долгое молчание даётся его непутевому ученику слишком большим трудом. — Для мага заклинания — естественный процесс. Ты дышишь, ходишь, пользуешься руками, не задумываясь. Хороший маг отличается от посредственного тем, что воспроизводит заклинания без усилий, потому что для него это сродни дыханию. А теперь ради интереса, как много из этого ты знал? Мужчина склонился над Лемом подозрительно близко. В его глазах плясали искорки любопытства. Парень так и не решился подняться с земли, просто в течении монолога устроился поудобнее. Ушибленная рука немного болела. — Во-первых, я в замешательстве, — на это маг лишь улыбнулся и хмыкнул. — Ну, про основной сосуд знал. Что магия, должна быть, как дыхание и всё такое. Хочу заметить, кольцо твоё я не крал. — Оно оказалось у тебя, а каким образом, меня не волнует, — маг посуровел и поднялся. — Его мой друг купил, — Лем сделал акцент на слове купил. — У какой-то бабки. С нашей стороны ничего незаконного нет. — Кроме покупки магического артефакта, — подметил мужчина, но, кажется, поняв ситуацию, немного потеплел. Лем лишь пожал плечами, мол тут он спорить не будет. — Твоя задача — «увеличить носик у своей лейки». Что-то мне подсказывает, что в твоём случае проблема кроется в тебе самом. Сними внутренние ограничители. Твои друзья в той стороне. Мужчина развернулся и пошёл в другую сторону. Лем вскочил на ноги, его разрывало от чувства недосказанности. Ему хотелось накричать на этого странного человека, хотелось остановить и попросить рассказать что-нибудь ещё, обвинить в его провалах и попытках покалечить, попросить научить пользоваться магией. Но он слишком долго думал. Новый знакомый скрылся, не оставив после себя и следа. Чертыхнувшись, Лем двинулся в указанную сторону. По пути он обнаружил свой плащ. И факт того, что его не обманули вызвал в нём новую волну непонимания и негодования. Лем и сам не понимал, почему так часто злится. Сначала Юнит, потом безвыходные ситуации, в которых он был бесполезен, сейчас этот человек… На привале ничего не изменилось. Его друзья спали, не заметив, что дозорного нет на месте. Юнит, видимо, услышав шаги парня, приподняла голову. Поняв, что это Лем шастает по округе, она снова закрыла глаза и опустила голову. Лия ворочалась во сне и что-то бормотала, но разобрать сказанное было невозможно. Лем опустился у соседнего дерева и сконцентрировался на ладони. Он покорит свою силу. Она нужна ему. Девушка, сделав из своих светлых длинных волос неаккуратный пучок, старательно готовила на кухне. Но вокруг неё происходил какой-то беспредел. Она знала, что скоро вернётся мама с отчимом и сводным братом, поэтому нужно было приготовить много всего, но всё шло наперекосяк. Из крана перестала течь вода, а когда девушка начала крутить ручку смесителя, то и та отвалилась. Полился кипяток, который невозможно было остановить. Нужная тара, в которой уже было намешано тесто, куда-то пропала. Она точно намешала тесто? Кухня стала длиннее, чем она помнила. Чтобы добраться до нужно ящика, требовались минуты, которых было и так немного, ведь время поджимало. Приходилось наперёд продумывать каждый шаг, чтобы не ходить лишний раз за тем, что можно было взять сразу. А кипяток уже переливался за края раковины, растекаясь на полу. Лия вышла в коридор. Ей нужно было отвлечься от этого, но навязчивые мысли, что она не успевает к приходу родни, не желали её оставлять. Вернуться на кухню не получилось. Точнее, это была та же кухня, но бардак разросся. Все стены были в муке, она стояла в воде по щиколотку, а сам интерьер немного поменялся. Современный ремонт «без излишеств», как говорила мама, что подразумевало под собой максимальный минимализм, начал походить на убранство старой деревенской избы. Люстру заменили свечи, большой стеклянный стол — на громоздкий деревянный. Мама стояла напротив изменённого стола и явно была недовольна. — Что это такое? Почему ты принесла эту гадость домой? Но Лия не могла говорить. Она открывала рот, но звук не покидал её головы. — Твой папа и брат придут с минуты на минуты, а ты только бардак развела. Разве я так тебя воспитывала? Ком подступил к горлу. Она же так старалась. Сколько часов она провела на кухне? Просто день сегодня невезучий. — Сама виновата, нельзя на тебя положиться. Мама начала собирать грязные миски. Лия не могла говорить, но нужно было оправдаться. Исправить ситуацию. Она начала идти к столу, чтобы помочь, но стол не приближался. Она схватила тарелку, которая плавала на воде, но та выпала из рук и умудрилась разбиться на кучу мелких осколков. Руки покрылись порезами будто бы нарочно. Больно не было, было до ужаса обидно за свою бесполезность. Девушка подняла взгляд, готовясь встретиться лицом к лицу с мамины грустным взглядом, который бы так и говорил: «Ну в кого ты такая?». Но мамы уже не было. Лия оказалась в гостиной. С рук капала кровь, а запачкай ей белоснежный ковёр, а уж тем более новый диван, не хотелось. Девушка двинулась к шкафу, в котором должна была быть аптечка. Она растирала по рукам кровь, лишь бы та не падала. Не пачкала. Не приносила новые проблемы. В аптечке не оказалось бинтов. — Иди сюда. Знакомый, но уже почти забытый голос послышался сзади. Такой же светловолосый парень, как и она, держал в руках бинты. Лицо было расплывчато. Лия подошла к нему и протянула кровоточащие руки. Капля крови упала на ковёр, но ей резко стало все равно. Какая разница, каким образом она портит всем жизнь в этот раз? Но нужно постараться отмыть это потом. — Забей, — сказал парень, будто прочитав её мысли. Он просто обмотал руки бинтом, видимо здесь так работало лечение. — Дэвид, я… — Только в этот раз, не беси, — парень поменялся. Волосы потемнели, он стал чуть выше, джинсы, футболка с бэтменом и домашние тапочки поменялись на плащ и массивные ботинки. — Мне иногда кажется, что ты притворяешься будто ничего не помнишь. Просто очередной способ поиздеваться надо мной. Но и поведение у тебя изменилось, ты тот же, но немного другой. И мне страшно, я не знаю чему верить. — Не забивай голову ерундой. Дэвид, который внешне почти полностью преобразился в Лема, закончил бинтовать руки и пропал. Лия просила его остаться, она хотела поговорить с ним ещё. Ей столько хотелось обсудить, но уже было не с кем. Лем заметил, как Лия вынырнула из сна. Она резко открыла глаза и стала озираться, приходя в себя явно после кошмара. Каждому снились свои ужасы, но обсуждать их с другими никто не спешил. Парень знал, что Лия иногда делится переживаниями с Юнит, но понимал, что девушка делает это, потому что ей нужно выговориться. Она не может долго держать переживания в себе, и тут кошка больше всех подходит на роль слушателя. К сожалению, Лем догадывается, что и Лия и Юнит понимают, что это из-за того, что кошка не в состоянии в полной мере высказать свои мысли по поводу её переживаний. Лия боялась, что даже Юнит может её не понять, а когда та сидит и внимательно слушает, можно сделать вид, что так и нужно. Кошка поднялась на лапы следом за Лией. На этот раз ей удалось выспаться и она чувствовала бодрость в теле. Первым её внимание привлёк Лем. За ночь он, кажется, приободрился. Неужели хандра прошла? Она уже и сама начала переживать за этого идиота. Стычка с монстром подкосила его. Так долго он ходил уткнувшись в землю и игнорируя её. Честности ради, всех, а её он и до этого предпочитал часто не замечать. Раньше Лем огрызался на её попытки заговорить, что не способствовало общению в принципе. «Нашей красавице сон не нужен?» — прощупала почву Юнит. «Видела бы ты себя пять минут назад. Только лапами дрыгаешь и слюни пускаешь,» — ответил Лем. Спать ему и вправду не хотелось, а кошке он ответил даже беззлобно. Сейчас было не до неё. Юнит не обиделась, наоборот, ей стало полегче от того, что Лем начал возвращаться. Ей не доставляло удовольствия ходить рядом с человеком, похожим на зомбаря. Теперь они уставились на Лию. Девушка перебирала немногочисленные запасы, которые таяли с поразительно скорость. Им крышка, если в скором времени не выйдут из этого злополучного места. Дождавшись пробуждения Виеса они отправились в путь. Чёрная полоса не могла тянуться вечно. Земля под ними начала немного светиться. Маленькие грибы, больше похожие на капли, росли во мху и излучали слабый голубой свет. На пути стали попадаться редкие карликовые кусты, они поворачивали свои листья к незнакомцам, когда те проходили мимо. Чем дальше команда продвигалась, тем разнообразнее и больше становились растения. И все они, будто живые, поворачивали свои необычные листья и тянулись к пришельцам. Надо бы радоваться, что наконец вышли из мёртвой зоны, но обстановка напрягала. Все дружно выдохнули, когда вдали послышалось пение неизвестной птицы. Она надрывисто завывала, трещала, делала передышку и продолжала свою песнь. Команда двигалась дальше. Пение становилось громче, что немного приподняло общий настрой. Хотелось увидеть диковинную птичку, да хоть что-то живое. Пение становилось всё ближе, вот-вот должен показать себя и сам исполнитель. Ребята замерли. Решение вести себя тихо, пришло само сабой, никому не хотелось спугнуть животное. Головы вертелись в разные стороны, пытаясь найти диковинного певца. Юнит первая обнаружила источник звука. Необычное растение с большими синими цветами, похожими на колокольчики, листьями, свернутыми в трубочки, скрывало источник звука. Похоже птичка спряталась в одном из цветов. Любопытство было сильнее, да и есть хотелось, чего таить. Ребята обступили растение и стали всматриваться между листьями. Лия протянула руки и попыталась медленно раздвинуть самые большие из них, когда её осенило. Звуки издавало растение. — Лия, назад! — Виес кинулся к девушке и отрубил цветок, который успел накрыть голову подруги целиком. Та, с криками, скинула с себя нападавшего. Тот же медленно опустился на землю, почти сразу приняв вид, будто срубили его неделю назад. — Какого… — не успела она договорить, как растение снова зашевелилось. Растение замолчало, но тишина длилась не долго. Листья стали перестраиваться, меняя завитки. Подул ветер и странные звуки, будто смесь из нескольких голосов, появились с новой силой. Листья продолжали меняться, настраивая звук. Голос стал приобретать знакомые нотки. Лия, сидя на земле, до конца надеялась, что ей кажется. — До… чка.? — произнесло растение. Юнит взвилась и зашипела. Лем так и стоял с вытянутой вперёд здоровой рукой. Виес направил кинжал на растение, будто ожидая, что то сейчас бросится на него. Только Лия не шелохнулась. Как долго она не слышала этот голос? Почему именно сейчас? Почему здесь? Она хотела, чтобы этот голос исчез, ведь он не настоящий. Не может быть настоящим. Но она так по нему скучала. — Я здесь… Иди ко… Мне… — растение пробовало на вкус новый голос. Новые возможности. Оно ожидало новую жертву. — Уходим, — сухо произнёс Лем. Парень обошёл растение по дуге, оставаясь стеной между ним и остальными. Виес взял под руку так и не отошедшую Лию. Та оказалась каменной и не отводила взгляда от странного растения. То повернулось вслед за уходящими путниками. Внутри цветов-колокольчик шевелились отростки, похожие на червяков. Один такой застрял у девушки в волосах, но Виес, заметив его, сразу же вытащил. — Помоги, не бросай меня, — молило растение до боли родным голосом. — Не смей слушать это, — грубо приказал Лем. Стоило им скрыться из виду, как мольбы о помощи прекратились. Через время сзади послышалось уже знакомое птичье пение. Растение решило не тратить силы на необычную жертву. Звуки леса стали преобладать. Слабый ветер игрался с листьями, под ногами хрустели ветки. Они даже наткнулись на пару мышей с маленькими грибами на спине. Те остановились и с интересом проводили взглядами незнакомцев. Теперь разнообразное щебетание раздавалось будто бы со всех сторон. Виес помог Лие сесть. Девушка уткнулась лбом в колени, а плечи её затряслись. Плача слышно не было, но зрелище было и так душераздирающее. Юнит всем телом прижалась к боку подруги, пытаясь утешить. «Не стойте столбом, скажите что-нибудь!» — потребовала она. «И что, по твоему, я должен сказать?» — мысленно ответил ей Лем. В данном случае даже Виес не мог найти нужных слов, тут он бессилен. «Это и твоя мама тоже,» — напомнила кошка. Она была не совсем права: по рассказам той же Лии они с ней были сводными братом и сестрой. Его отец и её мать сошлись, когда Лие было 10, а Лему, точнее Дэвиду, только исполнилось 11. — Это был голос мамы? — спросил Лем, присаживаясь рядом. «Получше не смог ничего придумать?» — поинтересовалась Юнит, но Лем только зло зыркнул на неё. — Угу… — чуть слышно просопела девушка в свои же колени. — Расскажи про неё какую-то гадость. — Что? — Лия, опешив, подняла голову и уставилась на парня рядом. Глаза у неё покраснели, но слёз не было видно. — Ты всё время рассказывала только о том, как в том мире хорошо, как нас там любят, скучают и ждут. Но быть того не может, чтобы всё было так радужно. Расскажи тёмную сторону своей мамы. — И зачем это.? — Просто расскажи. Это расширит мой кругозор и позволит узнать о ней что-то новое. — Ты раньше не особо интересовался темой родителей, — Лия опустила взгляд и начала ковырять ногтем мох под собой. — Теперь интересуюсь, — безапелляционно заявил парень. Лия окинула взглядом товарищей. Виес беспокойно наматывал круги, держа в руках кинжал. Он вглядывался в окрестности, но его глаза часто возвращали внимание на Лию, оценивая её состояние. Юнит сидела рядом, крепко прижавшись к боку подруги. Она смело смотрела ей в глаза, показывая, что рядом. Лия приобняла её рукой. — Ну… Она всегда находила, что сказать. Даже если её мнение не спрашивали. Но это не значит, что её советы были плохими. Мама просто хотела как лучше… — Ваша самая сильная ссора. Из-за чего вы больше всего цапались? — давил парень. — Из-за тебя с отчимом, — грустно улыбнулась Лия. — Маме хотелось «нормальную» семью. Её очень расстраивало, что к двум незнакомцам я относилась как к двум незнакомцам. Ей нужно было, чтобы я отчима называла папой, а к тебе относилась… Ну, «не так». — Неужели я был таким засранцем? — Нет конечно! Ну, разве что немного, — Лия подняла голову и встретилась взглядом с Лемом. Того явно не тронуло её искреннее признание о его не самом лучшем прошлом. — Тебе было по большей части плевать на меня и маму. Ты считал меня малявкой, не достойной внимания. Постоянно скидывал на меня свои домашние обязанности и убегал гулять с друзьями. Вот. — Ей стало легче, после такого признания. До этого момента Лия всячески избегала хоть как-то негативно отзываться о прошлом своих друзей. Но Лем сам попросил, чуть ли не потребовал рассказать. Девушка прекрасно осознавала, что её товарищи не идеальны. Но желание вернуть их всех домой было сильнее. Она приукрашивала личные качества и скрывала неприятные инциденты, не желая, чтобы друзья отказались от своего прошлого «я». Лия подняла голову и обратила внимание на Виеса. Тот стоял и внимательно слушал неприятную правду, которую она вытащила спустя столько времени. Парень отвернулся и сделал вид, будто очень занят высматриванием угрозы из-за кустов, когда на секунду встретился с ней взглядами. Лия прикусила язык. Не нужно было ей давать слабину и рождать новые сомнения. Она резко вскочила и накинул сумку на плечо. — Ладно. Нам нужно найти еду. Желательно, чтобы она не пародировала человеческие голоса. Лем, явно довольный собой, отправился вперёд. Юнит посмотрела на подругу с сомнением, но сама Лия не желала больше сидеть и киснуть. Четверка снова двинулась в путь, а листья деревьев и кустарников поворачивались к ним, провожая. Команда шла вперёд, ища припасы, ночлег и самих себя.