Свадебный план / Wedding Plan

Не злоупотребляйте словом «друг», потому что некоторые люди не хотят быть просто друзьями. Красивый спортивный автомобиль некоторое время стоял в гараже, но молодой владелец оставался внутри, предаваясь мыслям в темноте и тишине. Сайлом не мог перестать думать об одном человеке. Человеке, к которому он привязался с тех пор, как впервые увидел его, и который, как он был уверен, испытывал к нему такой же интерес. Казалось, что таких совпадений не бывает, но самым смешным оказалось то, что именно этот мальчик и стал тем, кто устраивал его свадьбу. Весело, не так ли?.. Ах, Сайлом, как ты мог быть таким беспечным? Молодой человек глубоко вздохнул, а затем закрыл глаза, вспоминая ощущение тепла на губах, честно признаваясь себе, что хочет большего. Сайлом знал, что это было неподходящее время и, прежде всего, что это было неуместно, но он действительно не мог сопротивляться, когда смотрел на лицо Ныа, его мягкие щёки и яркие губы, которые контрастировали с белой кожей, почти мерцающей в темноте. Это заставило его наклониться и захотеть дотронуться до него. Я был так неосторожен. Молодой мужчина усердно боролся с самого начала. Он даже пытался дразнить, дерзить и оскорблять его, чтобы попытаться не заходить дальше, потому что боялся, что Нам Ныа увидит в нём плохого человека, который собирался жениться, но флиртовал с другим мужчиной. С какой стороны на это ни посмотри, не было варианта, который бы выглядел хорошо. Если бы это было просто для развлечения — то это было бы хорошо. Однако молодой организатор показывал всем своим поведением, что, как бы он этого ни хотел, он не переступит черту этики, и поэтому... Но если он попытается флиртовать с Ныа, несмотря на то, что собирается жениться, как Ныа может быть уверен, что он не сделает того же с ним? Слово «брак» стало железной стеной, которую он не мог пробить, чтобы отменить свадьбу, потому что... он боялся навредить Йиве. Что касается правды о свадьбе, он всё ещё недостаточно хорошо знал Нам Ныа. Если тайна будет раскрыта, всё, что он запланировал, потерпит неудачу, и если это произойдёт, Йива наверняка перережет ему горло или утопит в унитазе. Мы встретились в действительно неудобное время. Сайлом глубоко вздохнул, прежде чем решился выйти из машины, продолжая думать о том, что ему делать дальше. В этот момент он должен был отпустить его, но ему хотелось всего один поцелуй. Уголки его губ изогнулись в лёгкой улыбке, когда он вспомнил о том, как искал способы встретиться с ним в нерабочее время. На самом деле он просто хотел его увидеть. Прежде чем молодой человек вошёл в комнату, из гостиной донёсся громкий голос, заставивший его оглянуться. Улыбка исчезла, как только он увидел, что его мать ещё не заснула и, казалось, была здесь, чтобы застать его. — Если бы я заснула, как бы я узнала, что ты пришёл? — Это не так. — Быстро ответил он и подошёл к своей матери, пока она смотрела на него прищуренным взглядом. Но не удовлетворившись этим, она принюхалась, чтобы узнать, чем от него пахнет, хотя на тот момент на нём оставался только запах жареной свинины. — Куда ты ездил? — Я ездил в спортзал, а потом пошёл поесть с другом. Вот откуда этот запах, который пропитал мою одежду. Вот и всё. — Объяснил он суровым тоном матери, которая всегда пыталась управлять его жизнью. — Женщина или мужчина? — Мужчина. — Тогда поговорим. — Мать немного отступила, прежде чем начать говорить о том, что ему было лень слушать. — Сайлом, я не пытаюсь тебя критиковать, а просто хочу напомнить, что ты женишься. В прошлом, когда ты только встречался с Нонг Йивой, я пыталась притворяться слепой. Но скоро вы поженитесь, и нужно уделять этому больше времени. Чем ближе свадьба, тем больше всего нужно обсудить, а вы даже не встречаетесь. Что происходит? — Не говори, что тебе скучно, Лом. Ты ещё не женат, а уже говоришь о скуке. Что бы почувствовала Ва, если бы она тебя услышала? Сайлом знал, что она обязательно рассмеётся и скажет, что ей скучнее, чем ему. Но мужчина ничего не сказал — он только подумал про себя, поскольку ему было лень доказывать что-либо матери и начинать спор. Молодой человек подошёл, обнял её за плечи и уверенно улыбнулся. — Мама, не волнуйся. Я уже сказал, что в этой жизни я женюсь только один раз, и это будет твоя дорогая Йива, моя первая, единственная и самая большая любовь. Уверяю тебя, других женщин нет. Я не позволю моей матери страдать от страданий её невестки. У матери, казалось, поднялось настроение от слов сына. — Ты всегда должен говорить мне правду. — Да-да. Ты можешь быть уверена, что я не вижусь ни с какой другой женщиной. — Заверил Сайлом, на что его мать улыбнулась и гордо сказала: — Всё в порядке, сынок, всё в порядке. (П.Р.: да, да, мужчин же никто не запрещал😏) Эти слова заставили сына, который кое-что скрывал в глубине души, отодвинуться. Он поцеловал мать в щеку и быстро ответил: — Тогда я пойду спать. Я ужасно устал сегодня. Спокойной ночи, мама. Сказав это, он отошёл и быстро направился к комнате, не слушая голос, который всё ещё звучал сзади. — Ты должен возвращаться вовремя, иначе Йива подумает, что ты развлекаешься с другими. Мне всё равно, мама. Сайлом мог думать только об этом ответе, устало качая головой, прежде чем уголок его рта слегка дёрнулся, когда он подумал о том, что сказал ранее матери. Я женюсь только один раз, но я не говорил, что буду с ней вечно. После возвращения в свою комнату он бросил вещи посреди кровати и исчез в ванной, сказав с юмором и усталостью: — На самом деле, невестка хороша. Хотя эта история началась с Йивы, он продолжил её, за что не мог не чувствовать себя виноватым. Но ему надоели стены, которые мешали ему идти туда, куда он не хотел, а он хотел быть свободным, как ветер. Я должен идти до конца, и я должен сделать это идеально. ... — Что сегодня не так с Ныа? — Не знаю. После того как он приехал, он просто сидел и вздыхал. ... Ныа стоял молча, продолжая есть. В этот момент он хотел только сидеть и умирать, желая остаться в офисе, но обе его руки всё ещё не могли удержаться от еды. В правой руке был картофель фри, а в левой — большой стакан кока-колы. Он мог только сидеть и есть, потому что, если его рот хоть на мгновение опустеет... ему на ум придёт воспоминание о том, что с ним делал Сайлом, вместо еды. (П/П: ощущение, что автор голодал во время написания.) — Хочешь быть круглым, как шар для боулинга? — Хммм, с каких это пор ты заботишься обо мне, Джей Им? Нам Ныа повернулся и посмотрел на похитителя десерта. Похоже, она не собиралась ничего делать, пока не услышала его ответ, а затем покачала головой и ударила его пакетом чипсов. Это было не больно, но тем не менее Ныа сказал: — Джей! Ты все их поломала! Это нехорошо, понимаешь? Ныа, которого обвинили в том, что он свинья, согнулся и рухнул на стол. Джей, которая только что подошла, так волновалась, что отодвинула стул, чтобы сесть рядом и поговорить. — Что случилось, Нам Ныа? — Я свинья, ты забыла? — Я просто хочу, чтобы ты перестал перекусывать. — Разве ты только что не ударила меня этим? — Возразил Нам Ныа. Он также смеялся над подругой, которая могла превратиться в гигантскую женщину с суровым лицом. Её брови сморщились так, пока не стали видны гусиные лапки, когда она снова ударила его. Но, возможно, они знали друг друга так долго, что она могла легко понять, что что-то не так. — Ты так шутишь, чтобы скрыть то, что с тобой происходит? — Ничего… — Ныа, если бы тебя что-то не напрягало, ты бы так не ел. Когда ты шутишь и ешь вот так, это значит, что ты расстроен. Кроме того, мне сказали, что ты принёс бутерброды, чтобы заполнить кухню и добавить себе несколько фунтов. — Говорила ему Джей Им, но всё же Ныа, пристрастившийся к еде, отказывался поднять голову. — Всё в порядке, Джей Им, просто не заморачивайся об этом. — Тогда иди делай работу, чтобы мне не пришлось приходить спрашивать. Ныа подозревал, что она боится, что её муж потеряет своих подчинённых. Затем Ныа сказал тихим голосом: — Я жду звонка клиента, чтобы выполнить работу. Не волнуйся, Джей. Девушка мгновение смотрела на него со странным выражением, а затем покачала головой, сдаваясь. Но прежде чем уйти, она подняла руку и похлопала его по плечу. — Ты можешь справиться с этим, но в остальном у тебя есть я. Ныа повернулся, чтобы посмотреть на неё, и увидел улыбку, полную беспокойства. Это заставило его колебаться, но он не осмелился сказать ей, в чём была его проблема, потому что знал, что это не то, о чём можно было бы легко рассказать другим. Если бы он сказал кому-нибудь, что влюбился в жениха, который собирался жениться, в его адрес были бы одни проклятия. Кроме того, он ещё был и его клиентом. В этот момент Ныа бросился её останавливать. — Что, чёрт возьми, происходит, Ныа? — Спросила она, посмотрев ему в глаза. Джей Им, которая думала, что Ныа ничего не скажет, была поражена, когда её схватили за запястье. Нам Ныа был немного ошеломлён, но подумал, что, возможно, это из-за проблем, которые у него были. Поэтому он поспешил тихонько спросить: — Это неправильно, если... если тебе тайно нравится кто-то, у кого уже есть партнёр? — Это неплохо, — быстро ответила Джей Им и слегка улыбнулась, но потом продолжила говорить: — Но это неправильно... Если ты любишь его тайно, то нет никаких проблем, пока тебе это нравится только до тех пор, пока ты не являешься третьим лишним. Нехорошо рисковать своим сердцем ради того, что, как ты знаешь, невозможно. Кроме того, не думаешь ли ты, что карма будет преследовать тебя, если ты причинишь вред другим? И тебе тоже будет больно. — Сказала Джей Им, заставив Ныа побледнеть. Женщина заметила это, поэтому уменьшила резкость своих слов и добавила: — Не поддавайся искушению. Рисковать в таких масштабах — оно того не стоит. Она была права. Нам Ныа знал, что он не должен быть третьим лишним. Но всё же он хотел спросить, чтобы убедиться, что решение, которое он принял, было правильным. Хотя в глубине души он сказал, что... Сайлом ещё не женат. В следующие два месяца он мог считаться холостым, но слова Джей Им напомнили ему, что Кхун Лом собирается жениться. Если Ныа позволит ему флиртовать с ним, то кто пострадает? — Кто же тебе нравится? — Ты не знаешь этого человека. — Только и смог сказать Нам Ныа тихим голосом, мило улыбнувшись ей. — Я не знаю, но это человек, которого ты любишь молча. Ты не можешь быть с тем, кто собирается жениться — это грех, даже не думай об этом, Ныа! Ты можешь смотреть, но ты не можешь сделать ничего больше, чем это. — Ты сумасшедшая? Сколько женихов и невест, собирающихся пожениться, могут оказаться гомосексуалистами? — Не умаляй количество фиктивных браков. Я недавно встречалась с близкой подругой, она рассказала мне о бойфренде, который находился под таким давлением, что согласился жениться на девушке. Но у него уже был кто-то, кто даже побывал на его свадьбе. Сейчас они проходят через бракоразводный процесс. — Фиктивный брак? Внезапно Нам Ныа посмотрел в лицо своей близкой подруги, чувствуя себя потрясённым в тот момент, когда Джей Им поносила человека, о котором ей рассказала подруга, а затем отвернулся, потому что был так зол на себя. Зол, потому что у него появилась надежда, и слова «фиктивный брак» эхом отдавались в его голове, заставляя сердце болеть. Кхун Лом сказал ему, что готов жениться на Кхун Йиве. Эта пара не была фиктивной. — О, хорошо, Джей Им, ты можешь вернуться к работе, у меня есть ещё много закусок. — Сказал Нам Ныа, потому что он не хотел, чтобы его поймали. Он сказал себе твёрдо, что дальше того, что произошло, у них не зайдёт. Свадебные приготовления скоро закончатся — надо только продержаться ещё немного, и всё будет кончено. ... — Сайлом, что это значит? — О чём ты, мама? Здравствуй, тётушка. Сайлом входил в дом, когда услышал сердитый голос своей матери, который был достаточно громким, чтобы его можно было услышать от входа. Он повернулся, чтобы посмотреть на неё с удивлением, и ахнул, когда увидел, что рядом с ней сидит не кто иная, как… его будущая свекровь. Видеть их там вместе было определённо головной болью. — Сайлом, ты действительно не собираешься увеличивать количество гостей? Ну вот, с этой первой фразы он уже знал, как всё пойдёт. В этот момент ему почти хотелось покачать головой. — Да, мы с Ва поговорили. Выражение лица матери Йивы показало, что она не была удовлетворена, но ей не удалось убедить свою дочь, поэтому вместо этого она решила встретиться с матерью Сайлома. — Как ты можешь решить, не спрашивая своих родителей? Тут же вмешалась мать Сайлома, так что ему пришлось говорить спокойно. — Я поговорил с отцом, и он согласился. — Как он мог согласиться, если только количество его гостей превышает сотню? Мы не можем приглашать только старших. Сайлом еле сдерживал дыхание, но сохранял бесстрастное выражение лица, как всегда, несмотря на то, что эта тема обсуждалась уже много раз. Мать Йивы и его мать настаивали на увеличении списка гостей, но никто из них не хотел, чтобы это была свадьба с тысячами гостей. Свадьба была неизбежна, но они не хотели, чтобы она была такой экстравагантной. Почему они продолжали настаивать на этой теме? — Сайлом!! — Мама, сколько бы ты ни говорила, я не изменю количество гостей. Вот и всё. Я уже говорил с Ва об этом. Сначала мы собирались устроить маленькую свадьбу, но вы не разрешили. Что вы будете делать теперь? — Серьёзно спросил молодой человек. Но мать всё равно была недовольна. Затем он обратился к свекрови: Та же самая фраза, которую он слышал, пока не привык к ней. Но было довольно. Сайлом вдруг обернулся и сказал: — Я сделал достаточно для тебя, мама. — Сайлом! Даже если мать кричала, Сайлом уже не слышал. Он повернулся, чтобы выйти из дома, не в силах сдержать свой гнев, когда мать накричала на него. Он устал от всего этого, ему надоело делать всё, о чём его просила мать, и он хотел побаловать себя. Сайлом схватил телефон и позвонил человеку, с которым хотел встретиться. — Кхун Ныа, ты можешь прийти ко мне? — Спросил он. Он знал, что не должен этого делать, но теперь его эмоции были выше разума. Хотя Нам Ныа был непреклонен в том, что больше не будет нерабочих встреч, огорчённый тон жениха обеспокоил его. Даже если бы он попытался отказаться, когда услышал его просьбу, это было невозможно. — Умоляю тебя, приди ко мне. Я не знаю, что делать! [Но у меня есть работа] — Хорошо, я подожду, пока ты закончишь, тогда ты сможешь прийти ко мне? Даже если Ныа беспокоился, что Сайлом пытается манипулировать им, когда тот сказал, что будет ждать его и что он также будет в баре отеля, он не мог не волноваться, потому что если он пойдёт и выпьет в одиночестве, это может обернуться проблемой. Поэтому, вместо того чтобы идти в свою квартиру, он согласился поехать в отель. — Просто встреться со мной на минутку, а потом можешь идти... Это всё, Нам Ныа. Хотя Ныа говорил себе, что это не к добру, но тем не менее он сдался, чтобы увидеть его снова. ... Молодой человек тяжело вздохнул, недовольный собственным решением. Но когда прибыл, он вошёл в бар, просканировав его глазами, чтобы найти человека, который привлёк его внимание с первого взгляда. Вскоре Ныа нашёл виновника его состояния, тихо сидящего и пьющего в самом дальнем углу. — Давно не виделись, Кхун Лом. — Нам Ныа! Похоже, он уже давно сидел и пил. Загорелое лицо, взглянувшее вверх, было краснее обычного. Его милые глаза казались другими. Мужчина посмотрел на подбородок Ныа, как будто о чём-то думал, прежде чем одарить его широкой улыбкой, которую нечасто можно было увидеть. Нам Ныа удивился, когда услышал, как он говорит. — Я рад, что ты пришёл. Его голос явно звучал мягко, в отличие от других случаев, когда Ныа даже не мог догадаться, что тот хотел выразить. — Ну, ты умолял меня прийти. Что-то произошло? — Спокойно ответил молодой организатор, прежде чем перейти к делу, которое привело его сюда, что заставило Сайлома перестать улыбаться. Он смотрел на него, как будто погрузившись в свои мысли. Поведение Сайлома действительно странное, — подумал Ныа. Затем он повернулся, чтобы заказать выпивку для себя, как будто давая мужчине время подумать, хотя он не хотел быть там. Ныа не хотел, чтобы они снова были близки, но как только он увидел его, то понял, что не может оставить его одного, тем более если у него возникнут проблемы. — Что ты думаешь о мужчине моего возраста, который всё ещё спорит со своей матерью? — У тебя дома был спор? — Только и мог удивлённо спросить Ныа, потому что этот человек казался слишком высокомерным, чтобы рассказывать кому-либо о своих проблемах. Но, похоже, Сайлом не хотел отвечать. — Если ты спросишь меня, что я думаю… это совсем не странно. У нас у всех разные проблемы, у меня тоже. По сей день я продолжаю обсуждать с семьёй, почему я намерен продолжать жить в Бангкоке, хотя они хотят, чтобы я вернулся домой. Он увидел, что лицо Сайлома потемнело, и решил, что стоит упомянуть об этом. — Я поругался с мамой из-за свадьбы. Хех, жалко, что мой рот говорит, что я со всем справлюсь, но на самом деле я до сих пор не могу с ней согласиться. Почему Ныа было приятно, что Сайлом был готов поделиться с ним своими проблемами? Это может означать... доверие... верно? — Что происходит? Я могу тебе чем-нибудь помочь? — Ты собираешься помочь как организатор или как..? Нам Ныа знал, что он пьян, но воспринял это как оскорбление, и это причинило ему сильный дискомфорт. — Не мог бы ты помочь мне каким-нибудь другим способом? Это не может никаким образом произойти. — Почему ты мне позвонил? Эти вопросы обсуждаются с друзьями. Разве это было бы не лучше? Зачем ты заставил меня прийти поговорить с тобой? Я всего лишь свадебный организатор. — Сказал Нам Ныа мрачным голосом, а Сайлом слегка улыбнулся и спросил: — А с кем я могу проконсультироваться по поводу такого рода вещей? Кроме того, ты, вероятно, часто сталкиваешься с этим. Не мог бы ты мне что-нибудь посоветовать? Втайне он чувствовал себя хорошо из-за того, что Сайлом позвал его, когда был в беде, потому что это заставляло его чувствовать себя особенным... особенным, пока он случайно не стал желать того, чего не должен был. Ныа сказал, что между ними больше ничего не будет, но почему ему было так грустно в этот момент? Это было так жалко. — Я уже говорил тебе. Такие вопросы следует обсуждать с семьёй, чтобы прояснить ситуацию до брака. Дело не в двух людях. Неважно, как сильно вы любите друг друга. Свадьба означает также и бракосочетание обеих семей. Нам Ныа на мгновение задержал дыхание, прежде чем произнести слово «любовь», потому что… это было больно. Был ли он действительно тайно влюблён в жениха? Неоднократно задавая этот вопрос про себя, Нам Ныа опустил голову, чтобы никто не видел его глаз. Глаз, говорящих, что он хочет, чтобы Сайлом прикоснулся к нему. — Ты спросил меня, почему я тебе позвонил, да? Пьяный мужчина вдруг сменил тему, для чего ему пришлось поднять голову. — Я больше не хочу знать. Осознание этого заставило его сердце сжаться. — Но я хочу тебе сказать. Это заставило Ныа отступить назад, чтобы скоординировать их взгляды, пока его бедное сердце бешено колотилось. Он увидел в глазах Сайлома что-то, чего не должен был видеть... нежность. Эти глубокие глаза не должны смотреть на него так. Большая ладонь протянулась с намерением коснуться его щеки, но Ныа отстранился, заставив Сайлома слегка коснуться тыльной стороны его руки, прежде чем серьёзно заговорить: — Как друг, пожалуйста? — Ты и я можем быть друзьями? Нам Ныа был зол. Но злился он на себя. Злился на то, что разочарование накрыло его волной. Он должен был бы радоваться, что отношения не зашли дальше этого, но слышать, что мужчина, смотрящий на него таким глубоким взглядом, думал о нём только как о друге... Это было так обидно, что ему пришлось выдавить из себя улыбку. — Друг? — Гм, не как клиент. Ты видишь меня своим другом? Улыбка Сайлома всё ещё была натянутой, когда он спросил то, что сердце Ныа не могло вынести. — Ты видишь во мне друга? — Эм, могу я быть тебе в качестве друга? Что ж, похоже, это стало любимым словом Сайлома. До этого момента Нам Ныа не знал, что слово «друг» может причинить столько боли. В таком случае Кхун Йиве он не причинит никакого вреда, потому что они будут просто друзьями. Эта мысль должна была заставить его почувствовать себя лучше. Но на самом деле Нам Ныа стало ещё хуже. Он чувствовал вину, но не перед Кхун Йивой, а перед самим собой, что не мог продолжать действовать так, как хотел. Это был первый раз, когда он ненавидел слово «друг» — и это причиняло его сердцу боль.