Глава 26. На всю жизнь
13 декабря 2025 г., 11:43
Гроза на горизонте не утихала.
В самый пик дождь лил как из ведра, плотной белой завесой, скрывая даже берег моря.
Сейчас он немного стих, но всё ещё был силён, заставляя утёс, где они находились, казаться одиноким островом. Казалось, во всём мире остались только они вдвоём.
Для Чжун Мина, когда некоторые слова уже произнесены, говорить дальше, кажется, намного проще и естественнее.
«Ты ведь знаешь, я достиг возраста, а всё ещё не женился. Старшие в семье постоянно торопят. Я, конечно, собирался найти сваху, чтобы она помогла найти подходящего человека, но я думаю, что лучше, если ты сам встретишь того, кто тебе по душе».
Чжун Мин чувствовал, что даже перед битвой в прошлой жизни он не нервничал так сильно. В его сердце не просто «трепетали олени», а носились дикие буйволы.
«Я грубый мужик, умею говорить только простые вещи, не обижайся на меня».
Он запнулся и, набравшись смелости, выпалил: «Так что, братец И, ты согласен выйти за меня замуж и быть моим фуланом?»
Слова, сказанные до и после, смешались, и Су И сомневался, что он ослышался.
Ему показалось, что он вернулся в то время, когда Цзянь Цзю поддразнивал его в деревне. Он долго мямлил, но так и не смог произнести ни одного вразумительного предложения.
Как же так.
Такой хороший мужчина, как Чжун Мин, как он мог обратить внимание на такого маленького братца, как он.
«Но я недостоин тебя».
Его голос был хриплым. Пальцы, впившиеся в камень, слегка болели. Наверное, он задел ранку, которую оставила иголка, когда он зашивал одежду, но он этого не чувствовал.
«Я некрасивый, у меня нет семьи, и руки у меня странные...»
Он не мог найти в себе ни единого достоинства.
Когда две семьи вступают в брак, они обычно рассчитывают на взаимную поддержку. Братец или девушка выбирают семью мужа, а мужчина выбирает семью жены.
Хотя Чжун Мин потерял родителей, семья Чжун была крупным кланом в Байшуйао, и за ним стоял целый род. А он, Су И, был отвергнут семьёй Су, и, возможно, принесёт Чжун Мину только неприятности.
«Не говори так о себе».
Чжун Мин прервал его, и то, что он планировал, наконец-то было осуществлено.
Его ладонь мягко легла на макушку братца, дважды погладив его, как бы успокаивая.
«В моих глазах, ты хорош во всём. Ты красивый, работящий и способный, умеешь готовить креветочную пасту, умеешь шить, и, несмотря на то, что тебе самому нелегко, ты находишь силы заботиться о маленьком диком коте. Это говорит о твоём добром сердце. Что касается семьи, то, по-моему, такие родственники, как твои, и даром не нужны. Наоборот, нужно радоваться, что они будут подальше. В будущем жить будем мы с тобой, какое отношение они к этому имеют?»
Он сменил тему и сказал о себе: «Ты знаешь, какая у меня плохая репутация в деревне? В глазах многих, я не самый лучший жених. Я не могу позволить себе купить новую лодку для свадьбы, а дома у меня ещё есть младший брат, о котором нужно заботиться. Если бы у меня не было навыков ныряния и я не мог бы зарабатывать немного денег на жизнь, моя вторая тётя сказала бы, что даже вдовы не захотят меня брать в примаки из-за того, что я старый».
После этих слов Су И не смог сдержать улыбку, услышав последнюю фразу. Он изо всех сил старался сдержать уголки губ, но, подняв глаза на Чжун Мина, увидел, что тот тоже улыбается ему.
Они долго и глупо смотрели друг на друга. К счастью, шёл сильный дождь, и никто не собирался идти сюда. Иначе, увидев их, люди могли бы подумать, что они одержимы духами воды.
Чжун Мин долго любовался улыбающимися миндалевидными глазами братца и бесстыдно поторопил: «Ты мне ещё не ответил».
Первоначальный шок отступил, как волна, и невыразимая радость была так близка. Су И слегка прикусил щёку, чтобы набраться смелости, и сказал: «Я согласен».
Чжун Мин был так счастлив, что схватил Су И и поднял его. Если бы не ограниченное пространство под утёсом, и он бы не промок, сделав пару шагов, он бы закружился на месте!
Су И ахнул и инстинктивно обхватил плечи Чжун Мина. Когда он пришёл в себя, то обнаружил, что его взгляд находится даже выше, чем у Чжун Мина.
Он посмотрел на мужчину, который казался ему таким высоким, как божество. Сейчас он широко улыбался, и в нём не было и тени той свирепости, о которой часто говорили люди в деревне.
«Опусти меня скорее».
Он никогда не был так близко к мужчине. Его грудь, которая казалась ему такой горячей, теперь плотно прижалась к его телу, разделённая лишь тонким слоем ткани.
Чжун Мин услышал его тихую просьбу, и его сердце растаяло, как медуза, которую вытащили на берег и не успели сварить.
«Я так счастлив».
Чжун Мин поставил его на землю, не скрывая своих чувств.
Он ждал две жизни, и наконец-то у него будет человек, который согреет его постель. Он был взволнован, как настоящий семнадцатилетний юноша.
«Ты согласился, так что не сможешь передумать. Я пойду, поговорю со своей второй тётей, куплю подарки и найду сваху, чтобы пойти к тебе с предложением».
Су И услышал слова «предложение» и только тогда ощутил реальность происходящего.
Только что они с Чжун Мином дали друг другу обещание на всю жизнь.
Он поднял руку и приложил её к щеке, пытаясь охладить её. Чжун Мин, заметив это, увидел красное пятнышко на его пальце.
«Почему кровь? Ты поранился?»
Он тут же встревожился и схватил руку братца, чтобы посмотреть.
Су И ничего не мог с ним поделать. При силе Чжун Мина, он не смог бы вырвать свою руку, даже если бы захотел.
«Ничего, просто укололся».
«Чем укололся? Надеюсь, не укусил какой-нибудь жук?»
Чжун Мин бормотал, осматривая скалу за спиной Су И. На берегу моря водятся разные водяные жуки, и некоторые из них ядовиты.
«Откуда здесь жуки в такой ливень».
Наоборот, сейчас на берегу, кроме спрятавшихся в песке моллюсков и крабов, наверное, остались только он и Чжун Мин.
«Я просто отвлёкся, когда шил, ничего страшного».
Он ожидал, что Чжун Мин отпустит его руку после объяснения, но мужчина схватил его за запястье, поднял его руку и слегка прижался губами к кончику его пальца.
Губы Чжун Мина были мягкими и тёплыми, а кончик пальца братца — холодным. После этого лёгкого, как касание стрекозы, контакта, они оба, неопытные в любовных делах, покраснели до ушей.
Этот поступок был совершён под влиянием момента. После этого Чжун Мин почувствовал, как горит его лицо. Он корил себя за такую поспешность.
Когда Су И опустил руку, Чжун Мин, заметив, что тот не возражает, незаметно сменил хват с запястья на ладонь, и, наконец, их пальцы переплелись.
Дождь пока не прекращался. Поскольку они уже обнимались, Чжун Мин предложил братцу прижаться к нему.
Они нашли углубление в скале под утёсом, которое было достаточно большим, чтобы вместить их двоих, и сели, прислонившись друг к другу плечом к плечу.
Су И рассказывал Чжун Мину, где он раньше находил яйца морских птиц на скале, а Чжун Мин рассказывал ему, как он сегодня поймал камбалу на дне моря.
«Эта, должно быть, весит тридцать цзиней. Если продать её в таверну, то можно получить не меньше пяти лянов серебра».
Вчера вечером он переживал, что после банкета у него не останется денег на украшения для Су И, а сегодня Морская Дева прислала ему такую крупную, приносящую богатство, рыбу.
Как только они обручатся, он обязательно сходит в храм Морской Девы и сделает большое пожертвование.
Су И слушал, и у него перехватило дыхание.
«Эта рыба очень ядовита. Как ты осмелился поймать её голыми руками? Даже за пятьдесят лянов не стоит рисковать жизнью».
Чжун Мин заметил, что братец побледнел, и с некоторой виной сказал: «Только в этот раз, в следующий раз я не буду рисковать».
Он также рассказал братцу о своём плане использовать рыбью жилу для гарпуна: «С такой штукой я смогу убить её с расстояния пол-метра».
Чтобы успокоить братца, он специально рассказывал о забавных вещах, которые видел на дне моря.
Су И слушал его увлечённо, и сам стал говорить больше. Незаметно для них, ветер и дождь прекратились.
Даже если им, двум влюблённым, очень не хотелось расставаться, они не могли оставаться там вечно.
Чжун Мин проводил Су И до лодки семьи Лу, убедился, что тот благополучно поднялся на борт, и что Лю Ланьцао и её сын Лу Юй не устраивают никаких сцен, и только тогда ушёл.
Сколько лил дождь, столько же Чжун Чунься и Тан Дацян беспокоились о Чжун Мине. Когда они увидели, что он возвращается с другого конца пляжа, таща за собой сетчатый мешок, в котором, казалось, был большой улов, они дружно выдохнули с облегчением.
Когда он подошёл ближе, они почувствовали сильный, резкий запах.
Дети Тан, а также Чжун Хань, которые играли рядом в «кошки-мышки», первыми сморщили носы.
«Фу, воняет!»
Додо тоже громко чихнул, а потом принялся усердно облизывать лапы, умываясь.
Чжун Чунься махнула рукой, разгоняя запах, и нахмурилась: «Какой странный запах...»
Но почему-то он казался ей знакомым.
Фулан Сюй с соседней лодки, высунув голову из каюты со своей маленькой дочерью на руках, сказал: «Дождь наконец-то прекратился. Что это ветер принёс?»
Он сказал своему мужу, который уже стоял на палубе и смотрел вдаль: «Может, большая рыба выбросилась на берег и у неё лопнул живот?»
Иногда после дождя волны выбрасывают на берег мёртвых морских животных. Когда такая большая рыба гниёт, а потом её взрывает на солнце, вонь от неё не выветривается по всему пляжу.
Но сегодня дождь шёл недолго, и сильного отлива не было.
Мужчина из семьи Сюй первым взволнованно воскликнул: «Это же запах мёртвой акулы! Неужели на берег выбросило дохлую акулу?»
Мясо акулы невкусное, но плавники ценятся. В деревне есть повара в тавернах, которые умеют готовить мясо акулы, и они покупают его по несколько десятков вэней за цзинь.
Чжун Мин, издалека услышав его слова, громко ответил: «Дядя Сюй, мёртвой акулы нет, зато есть мёртвая камбала!»
Камбала, которую он положил на палубу лодки Чжун, была широкой, как таз.
У неё была жёсткая и толстая кожа. Толщина рыбы была в высоту ладони мужчины. Место, где он отрезал хвостовой шип, было неровным и немного неаккуратным.
Глаза рыбы находились на макушке, и она выглядела немного пугающе. Чжун Хань не осмеливался подойти близко и наблюдал издалека с лодки семьи Тан.
Мужчина из семьи Сюй подошёл, чтобы посмотреть, обошёл рыбу дважды, и вздохнул: сначала большой хабер, теперь эта камбала. За два погружения он заработал достаточно на еду и одежду для семьи на полгода. Это не просто Морская Дева кормит, она гонится за сыном семьи Чжун, чтобы накормить его.
Чжун Мин и Тан Дацян вместе бросили камбалу в трюм, где была набрана половина бака воды. Запах был настолько едким, что рыбу нужно было вымачивать в пресной воде два часа, иначе она будет вонять всю дорогу до деревни.
«Если бы не было так много мороки с приготовлением, я бы отрезал кусок, чтобы мы сами попробовали».
Несмотря на неприятный запах, мясо камбалы выглядело как жирная свинина. Он не мог представить, что оно невкусное.
Хотя он никогда не готовил её, он хотел попробовать.
Чжун Чунься поспешно махнула рукой.
«Нам и так хватает, не будем заморачиваться».
Они живут у моря, разве у них нет рыбы? Услышав о запахе рыбы сейчас, она не чувствовала никакого аппетита.
«Если ты хочешь поесть, то после свадьбы попроси своего фулана приготовить. Может быть, и нам повезёт попробовать».
Сказав это, она удивилась, почему Чжун Мин не отвечает, обернулась и увидела, что этот большой мужчина сидит на корточках, моет руки с мылом и улыбается.
Женская интуиция подсказала ей, что этот парень что-то скрывает.
«Ты что, нашёл золото на дне моря, кроме камбалы?»
Она подошла и взглянула: «Посмотри на себя в тазу с водой, ты улыбаешься так, что рот вот-вот до ушей растянется».
Чжун Мин действительно взглянул в таз, а затем стряхнул воду с рук.
«Хотя я не нашёл золота, это почти то же самое».
По дороге назад он уже решил, что продаст камбалу, получит деньги, и сразу же купит подарки для свахи в деревне.
Тогда его второй тёте не придётся искать сваху Жун в Байшуйао. Он выберет благоприятный день и сам пойдёт свататься!
