Глава 37. Ведение денег.
13 декабря 2025 г., 12:06
Двое разговаривающих мужчин привезли целую сеть леща и большое ведро креветок-богомолов. Рыбу высыпали в таз. Лещ блестел серебром, а креветки были живыми и постоянно подпрыгивали в ведре.
В этом месте было много народу, и они двигались медленно. Су И, держа братца Ханя за руку, делал вид, что смотрит на рыбу, и слушал их дальнейший разговор: «Откуда такой слух? Это правда?»
Мужчина, начавший разговор, сказал: «Мой дядя ездил на днях на склад продавать сушёную рыбу и слышал, как там болтали приказчики. У склада самые свежие новости, так что, похоже, это не ложь».
Один из креветок выпрыгнул из ведра. Мужчина, задавший вопрос, поднял его и бросил обратно, недовольно говоря: «Пять вэнь — это уже немало, и они хотят поднять цену?»
Затем он посмотрел на деревенских жителей, торгующих овощами, и поджал губы: «Интересно, они тоже поднимут? Или это только нас касается?»
«Кто знает. Если поднимут, нам придётся просто смириться, что поделать».
Когда мужчина закончил говорить, к прилавку подошёл покупатель, чтобы спросить о цене.
Разговор прекратился, и они поспешили заняться торговлей и зазывать покупателей.
Су И выглядел озабоченным.
«Давай поторопимся. Место под деревом — самое людное, и там не так жарко. Если опоздаем, его займут».
Чжун Мин заметил, что Су И задумался. Он напомнил ему об этом и осторожно подтолкнул фулана вперёд.
Они поспешили на то старое место, о котором говорил Чжун Мин, и, к счастью, там ещё никого не было. Свободное место было небольшим, но достаточным.
К счастью, теперь они были семьёй. Если бы это были две разные семьи — один мужчина и один братец, — им пришлось бы оставить между прилавками расстояние, и тогда здесь было бы тесно.
«Старший брат, этот камень всё ещё здесь».
Чжун Хань узнал большой камень, на котором сидел несколько раз. Он подошёл, нагнулся, пытаясь поднять его, но не смог.
Чжун Мин улыбнулся: «Сядь пока, я потом его подниму».
Услышав это, Чжун Хань потрогал поверхность камня, достал из кармана небольшой платок, расстелил его и только потом сел.
«Маленький ребёнок, а какой аккуратный».
Чжун Мин посмеялся над ним, а сам вместе с Су И начал раскладывать товар.
Угри, крабы и креветочная паста были расставлены в ряд. Су И, помня о словах мужчины, подошёл ближе к Чжун Мину и тихо спросил: «Ты слышал, как те двое мужчин говорили о повышении рыночного налога?»
Чжун Мин, честно говоря, не обратил внимания. В тот момент он наслаждался тем, что Су И назвал его «мужем» при стольких людях, и был так счастлив, что не слышал чужих разговоров.
К счастью, о повышении рыночного налога он уже знал.
«Я тоже слышал об этом. Я как раз думаю, что пора арендовать в городе прилавок для торговли. Если налог могут поднять один раз, то могут и второй. В итоге, выгоднее арендовать прилавок и платить ежемесячную плату».
«Арендовать прилавок?»
Су И широко раскрыл глаза: «Разве не говорят, что морским людям нельзя арендовать...»
«У меня есть связи. Я поручил человеку заняться этим, и, думаю, на днях должен быть ответ».
Вокруг было много людей, и Чжун Мин не стал вдаваться в подробности. Он достал весы и положил их рядом. «Если всё получится, у нас будет постоянное место для торговли, и мы сможем даже навес поставить для защиты от солнца».
Какой торговец в городе не завидовал тем, у кого был свой прилавок? Место было закреплено, никуда не денется. Можно было приходить в любое время, не нужно было бороться за место, и, как сказал Чжун Мин, можно было не стоять под солнцем.
Более того, это были второстепенные преимущества. Главное в том, что когда ты постоянно торгуешь на одном месте, покупателям не нужно каждый раз тебя искать по всему рынку. Если покупатель был нетерпеливым, он мог, не найдя тебя сразу, пойти к другому продавцу, даже если его рыба была не такой свежей, а паста не такой вкусной.
С постоянным прилавком всё было иначе: это облегчало повторные продажи.
Раньше он даже не мог представить, что у их семьи будет свой прилавок в городе. Многие жители деревни не имели его, а прилавки, как правило, принадлежали официальным горожанам.
Чжун Мин увидел, как глаза фулана заблестели, и понял, что тот оценил преимущество своего прилавка. И это ещё до того, как стали известны слухи о налоге на рыбу. Как только слухи подтвердятся, спрос на прилавки, вероятно, превысит предложение.
Морских людей много, и не только у него есть связи, но хорошо, что он ухватился за возможность первым.
«Тогда я пойду сначала отнесу креветочную пасту в "Сыхай"».
Су И сразу же перестал беспокоиться о повышении налога и начал переживать о другом. Арендная плата за прилавок, несомненно, будет высокой, и Чжун Мин, чтобы нанять человека и дать взятку, уже потратил немало денег.
По сравнению с доходом от рыбы, которую продавал муж, его заработок от креветочной пасты был слишком мал. Но он не мог придумать, как ещё увеличить доход.
Раньше он начал делать креветочную пасту, потому что это обычная еда на лодках, а креветочную сеть легко сделать. Ловить креветок не нужно было в открытом море, и это не требовало много сил — он, как братец, вполне справлялся.
Конечно, в городе продавалось много других продуктов из морепродуктов: солёные, маринованные крабы, жареные устрицы. Первые два он мог бы научиться готовить, но не факт, что его вкус будет лучше, чем у других. Так же, как его креветочная паста была известна на рынке, у тех двух блюд уже были свои известные продавцы.
Жареные устрицы требовали яиц. Морские люди не могли держать кур, поэтому яйца приходилось покупать, и об этом виде бизнеса не стоило даже думать.
Су И вздохнул про себя, понимая, что это от его недостаточного кругозора.
Чжун Мин не знал, о чём думал Су И. Увидев, что тот собирается уходить, он достал из мешка связку денег и протянул ему: «Возьми. Посмотри по пути, что нужно купить для дома, и купи».
После свадьбы у них были запасы зерна, масла, соли и приправ, но Чжун Мин считал, что братец гораздо более внимателен в быту, чем он. У них не было вещей, которыми он раньше не пользовался, и если Су И хотел их использовать, нужно было купить.
«У меня есть деньги».
Он оттолкнул связку денег, которую дал Чжун Мин, и, подумав, сказал: «Особо ничего не надо. Только я шил, одалживая у второй тёти. Я хочу купить две иголки, несколько основных видов ниток и немного обрезков ткани про запас».
Су И чувствовал, что не может распоряжаться сам, поэтому сначала спросил разрешения у Чжун Мина.
«Я в этом не разбираюсь. Покупай, что хочешь. И эти деньги тоже возьми». Чжун Мин сунул связку денег в руку Су И. «Вторая тётя и другие всегда говорят, что я транжира. Я думаю, что отныне все деньги будут у тебя. Ты будешь управлять расходами, а мне хватит мелочи для сдачи на прилавке».
«Как это? Мужчина не может быть без денег».
Су И не хотел брать. Чжун Мин уже упоминал это дома, но тогда он отказался.
Он считал, что ему и так повезло выйти замуж за Чжун Мина. Ему достаточно, что есть еда, одежда и жильё, чтобы быть счастливым. Он не мог взять на себя такую ответственность.
Он не ожидал, что Чжун Мин не оставит эту мысль и снова поднимет её.
«Если ты снова откажешься, тот надоедливый чиновник увидит, может подумать, что мы отдалились, и снова спросит, не притворяемся ли мы семьёй».
Этот приём подействовал на Су И. Братец тут же остановился и с опаской посмотрел в сторону пристани. Чжун Мин воспользовался моментом и сунул связку денег в ладонь братца.
Если братец не хочет сам управлять деньгами, он не будет заставлять. Но он не хотел, чтобы Су И не хватало денег на расходы, и ему приходилось смущённо просить. Поэтому он должен был быть немного «настойчивым», думая, что со временем братец привыкнет.
Су И пришлось взять деньги и положить их в свой кошелёк.
«Хорошо... пусть пока будут у меня. Если тебе понадобится, скажи мне».
Он спросил Чжун Мина: «Тебе самому что-нибудь нужно? Я куплю».
Чжун Мин покачал головой. Ему ничего не было нужно, но, увидев младшего брата, он добавил: «Дома закончились сушёные мандарины. Купи немного, и заодно возьми по пакетику для сестры Ин и братца Цюэ».
Су И запомнил это и, обняв банку с креветочной пастой, ушёл.
В харчевне «Сыхай» не было ни хозяина Синя, ни его скворца. Су И избежал вежливостей. Он передал креветочную пасту приказчику, забрал пустую банку, которую приносил в прошлый раз, и ушёл, только убедившись, что приказчик сделал пометку в тетради напротив его имени.
Он не знал других иероглифов, но узнавал начертание своего имени, которому научил его Чжун Мин.
Это было возможно благодаря простоте его имени. Что касается имён Чжун Мина и Чжун Ханя, то, хотя Чжун Мин несколько раз писал их на песке веточкой, Су И всё равно путался.
Кстати, до свадьбы он даже не знал, что Чжун Мин умеет читать и писать. Это было невероятно редко среди морских людей.
Думая о своём муже, Су И расслабился. Проходя мимо лавки с вонтонами, где они как-то ели, он подумал: когда пройдёт месяц, и хозяин Синь расплатится с ним, он купит по миске для мужа и младшего брата.
«Братец, что-нибудь нужно? Подойди, посмотри! У меня есть всё: иголки, нитки, разные узоры, обрезки ткани».
Су И как раз собирался купить нитки и иголки. Услышав зазывание, он не мог не подойти. Присев, он осмотрелся и попросил одну швейную иглу, одну более тонкую вышивальную иглу, по мотку тёмной и белой хлопковой нити. Всё это стоило десять вэнь. Затем он спросил цену на вышивальные нитки.
Вышивальные нитки были шёлковыми и стоили дороже хлопковых. Один моток был меньше, чем моток хлопковых, но стоил пять вэнь. Су И не хотел тратиться, но выбрал четыре наиболее часто используемых цвета, убеждая себя, что хватит надолго, и это не будет пустой тратой.
Обрезки ткани были связаны вместе. В одном пакете было десять лоскутов, самый большой — размером с ладонь. Один пакет стоил пять вэнь, что было справедливо.
Поскольку развязать и выбрать было нельзя, Су И взял несколько пакетов, выбрал тот, где цвета казались более разнообразными, думая, что из них можно сшить мешочек с песком для младшего брата. Он как-то упоминал, что хотел его.
Купив всё, он потратил тридцать пять вэнь, но почувствовал огромное облегчение. Всё это он аккуратно сложил в бамбуковую корзину, которую держал в руке.
Затем он пошёл к лотку с сухофруктами и купил два пакета сушёных мандаринов — ещё десять вэнь.
Он подумал про себя: хорошо, что он взял деньги, которые дал Чжун Мин, иначе бы не хватило. Раньше, не управляя домом, он не знал, как много накапливается, когда покупаешь мелочи то тут, то там. Сами по себе они недорогие, но вместе составляют приличную сумму.
Желание зарабатывать больше усилилось. Су И задумался и потому замедлился. Когда он почти вернулся к пристани, перед его глазами всё закружилось: какой-то мужчина, выскочивший неизвестно откуда, врезался ему в плечо.
Мужчина потерял равновесие и упал, а Су И отшатнулся назад, ударившись поясницей о деревянную тележку, и зашипел от боли.
Тележка была прочной и сильно нагруженной, поэтому не упала. Женщина, стоявшая рядом с тележкой, увидев, что Су И был сбит, обеспокоенно спросила, всё ли в порядке, испепелив взглядом того мужчину.
«Я в порядке».
Су И поблагодарил женщину, потирая поясницу, и посетовал на своё невезение. Неожиданно мужчина, который его сбил, поднялся и начал ругать его: «Глаза разуй, сопляк! Ты мне помешал! Как ты возместишь мне ущерб?!»
Окружающие, видимо, остолбенели от его бесстыдства, и никто не сказал ни слова. Су И тоже на мгновение опешил, а потом нахмурился: «Это ты меня сбил! Как ты смеешь клеветать?!»
Мужчина сплюнул на землю, обнажив жёлтые зубы, что было отвратительно. Он явно был неразумным человеком. В данный момент он был полон гнева и хотел на ком-то сорваться. Этот братец, который выглядел хилым и робким, показался ему идеальной мишенью.
Су И, хоть и не был трусом, всё же не мог справиться с таким мужчиной. Он думал, как бы ему уйти, но тут увидел знакомое лицо. Человек этот, проходя мимо, сначала заметил задиристого мужчину, а затем Су И, и сразу же, расширив глаза, засучил рукава и бросился вперёд.
«Бесстыдный ты гнилой рыбёшка! Как ты посмел тронуть этого человека?»
Чжань Цзю, в сопровождении двух своих приспешников, используя численное преимущество, втроём на одного, быстро избили мужчину до синяков, а затем схватили его за руки и подняли. Сам Чжань Цзю отряхнул одежду и вежливо сказал Су И: «Невестка фулан, вы меня помните?»
Это был всего лишь второй раз, когда Су И видел Чжань Цзю. Оба раза он обращался к нему «невестка фулан», но если в первый раз это была шутка, то теперь это стало реальностью.
Он смутился: «Я помню вас, господин Чжань, не так ли? Спасибо за помощь».
«Ой, да не смущайте вы меня! Какой я, к чёрту, господин! Зовите меня просто Чжань Цзю».
Он указал на мужчину за своей спиной: «Этот парень — вор и негодяй. Невестка фулан, не знаете ли вы, здесь ли наш Благодетель? Если да, я отведу этого паршивца к нему, и пусть Благодетель сам решает, что с ним делать».
Он подумал, что если Чжун Мин узнает, что этот неудачник обидел Су И, то дело не ограничится простым избиением.
Узнав, что Чжун Мин торгует на пристани, Чжань Цзю без лишних слов собрался идти туда, сказав, что у него как раз есть дело к Чжун Мину.
Су И не стал расспрашивать о подробностях. Он собрался их проводить, но перед уходом ещё раз поблагодарил ту женщину, стоявшую у тележки.
Взгляд женщины изменился, она, вероятно, решила, что Су И тоже не простой человек. Су И был с ней просто мимолётно знаком и не хотел вдаваться в объяснения. Он лишь слегка улыбнулся и позволил ей думать, что угодно.
Через некоторое время они вернулись к прилавку. Чжун Мин издалека увидел, что за Су И идут Чжань Цзю и какой-то ругающийся мужчина. Он тут же встал, взял братца за руку, отвёл за спину и спросил Чжань Цзю: «Что случилось?»
