Аластор — 55% / Вокс — 45%
Dunkelkatze: ХА! Я ГОВОРИЛА! Я предсказывала это десятилетиями!! Sharkbait2_point_0: Ну наконец, блядь, ПОРА! Это сексуальное напряжение сводило меня с ума!! Эти придурки тянули резину целую вечность, клянусь. Семь грёбаных десятилетий... я серьёзно думал, что Ад замерзнет раньше, чем они хотя бы за руки возьмутся! Короче, поздравляю, рад, что вы наконец разобрались со своим дерьмом. Я из-за вас спор проиграл, но оно того стоило #radiostatic #любовьвэфире #НУНАКОНЕЦТО T1g3r_:3: Я шипперил этих двоих последние несколько десятков лет, и все называли меня психом. Dreamopodia: Я ГРЁБАНО ЗНАЛА, ЧТО ОНИ ДРУГ ПО ДРУГУ СОХНУТ!! НЕ МОГУ ПОВЕРИТЬ, ЧТО ЭТО ЗАНЯЛО 70 ЛЕТ!!! 冥冥冥: Я фанат этой пары уже 800 лет! (Прим.: явное преувеличение, но дух фаната силён). — Винсент, ты меня вообще слушаешь? — голос Аластора вырвал Вокса из реальности. — А? — Вокс моргнул, быстро сворачивая вкладку Воксстаграма во внутренних системах. Аластор нахмурился, насколько позволяла его вечная улыбка. — Я спросил: на какое время у нас бронь? — О чёрт, — Вокс мельком глянул на внутренние часы [18:54]. — Я забил столик на семь, нам пора валить. Аластор прицокнул языком. — Опаздываем на наше первое свидание? Ты производишь не самое лучшее первое впечатление, Винсент. Вокс закатил глаза. — Мы знаем друг друга буквально семьдесят лет. Для «первых впечатлений» время вышло давным-давно. Аластор скрестил руки на груди. — Ах, вот тут ты ошибаешься, милый. Это будет моим первым впечатлением от твоего умения ухаживать. Пусть эта договоренность и фальшивая, но мы обязаны устроить Аду достойное шоу. Так что я ожидаю, что меня будут обхаживать по высшему разряду. Вокс фыркнул. — О, просто подожди. Готовься к лучшему свиданию в своей жизни. Аластор пожал плечами. — Это будет несложно. В конце концов, я на них никогда не бывал. У Вокса на экране проскочила рябь от такого признания. Вообще-то удивляться не стоило — Аластор ведь ни с кем не целовался до него. Но всё равно верилось с трудом: Радиодемон ни разу не был на свидании. Вокс был уверен, что предложений хватало — и при жизни, и после смерти. Значит, Вокс стал первым, кто получил заветное «да». От этой мысли его экран засветился ярко-бирюзовым. Он надеялся, что его восторг не слишком заметен, когда протянул руку Аластору. — Что ж, обещаю: ожидание того стоило. Аластор мгновение изучал его ладонь, прежде чем вложить в неё свою. — Посмотрим, не так ли? Вспышка электричества — и ровно в семь вечера они материализовались перед рестораном «Ад Данте». Вокс не отпускал его руку и с удовольствием отметил, что Аластор и не пытался вырваться. У входа тянулась длинная очередь, но грешники быстро расступились, завидев Оверлордов, идущих рука об руку. — У нас бронь на семь, — объявил Вокс, даже не называя имени. В Аду не нашлось бы грешника, который их не узнает. — Разумеется, мистер Вокс. Прошу сюда, — швейцар поспешно провел их внутрь. Он даже не взглянул в список — явно ждал именно их. Официант, грешник в облике блондинистого лиса-фенека, проводил их к столику. Обычно Вокс бронировал отдельный кабинет, но целью этого свидания было устроить зрелище. Поэтому он выбрал столик прямо в центре зала, где их мог видеть весь ресторан. Ал был парнем традиционных взглядов, так что Вокс не забыл отодвинуть для него стул. Аластор одобрительно хмыкнул, усаживаясь. Когда оба устроились, официант вручил им меню и начал было тараторить спецпредложения, но Аластор оборвал его. — Ваше заведение всё ещё учитывает любые... диетические ограничения? Официант быстро закивал, прекрасно понимая, о какой «диете» идет речь. — Да, сэр! У нас в наличии широкий выбор типов грешников. Мы держим добровольцев живыми прямо здесь и забиваем их только после вашего заказа, чтобы гарантировать максимальную свежесть. — Добровольцев? — Аластор любопытно вскинул бровь. — Именно. Все наши грешники находятся здесь по собственной воле. Многие из них погрязли в долгах или просто неудачники. В обмен на их «услуги» мы предоставляем им бесплатную еду и кров в отеле над рестораном. Мы меняем меню ежедневно, пока другие регенерируют. Если вы откроете пятую страницу, вы найдете список досье на сегодняшних «гостей». Аластор взял меню, перелистывая на нужную страницу. — Как любопытно! Если бы только Чарли была столь изобретательна. Хотя осознание того, что они не против, немного портит всё веселье. — Если позволите, сэр. Вы также можете выбрать способ забоя. Чтобы всё было настолько безболезненно — или болезненно — насколько пожелаете, — добавил официант. Улыбка Аластора стала поистине зловещей. — Вот как? Благодарю тебя... — Феликс. — Официант поклонился. — Благодарю, Феликс. Я обязательно тщательно взвешу все варианты. Для начала я буду бокал Каберне Совиньон. А что будешь ты, дорогой? Вокс постарался скрыть удивление от ласкового прозвища. — Мне бокал Macallan 1926 Adami, пожалуйста. Аластор, казалось, был впечатлен. — В таком случае, мне Chateau Lafite Rothschild 1983-го года. Просто неси бутылку. Без сомнения, это будет самый дорогой ужин в жизни Вокса. Но если это поможет впечатлить Аластора, он стоил каждого цента. Феликс ушёл за напитками, оставив их изучать меню. Вокс бывал здесь достаточно часто, чтобы знать, что заказать, поэтому он просто наблюдал за Аластором. Ухмылка демона-оленя становилась всё шире и шире — до такой степени, что это выглядело болезненно — пока он читал досье «блюд». Аластор развернул меню и ткнул пальцем в фото грешника-свиньи. — Вот этот выглядит аппетитно. Бенджамин, умер в возрасте 42 года. Здесь сказано, что он попал в Ад за убийство жены и детей с последующим самоубийством в их семейном доме. Давненько я не ел свинины. Оставить тебе хрустящую корочку? Вокс скорчил брезгливую гримасу. — Нет, спасибо. Он весь твой. Аластор пожал плечами. — Как знаешь. Ах, Феликс, как раз вовремя. Мне, пожалуйста, плечо этого Бенджамина, запечённое с подливкой и овощами. И будь добр, уточни у него, как именно он убил свою семью, и проследи, чтобы с ним разделались точно так же. Феликс выставил напитки на стол. — Разумеется, сэр. А для вас, мистер Вокс? Вокс вернул меню. — Мне стейк из кобе весом в 300 грамм, слабой прожарки, пожалуйста. — Отличный выбор, сэр. Они потягивали свои напитки, ожидая еду. Виски на вкус был как зарплата сотрудников за 20 лет. — Как вино? — спросил Вокс. Аластор задумчиво хмыкнул, сделав еще глоток. — Я бы предпочел бокал твоей крови, но, полагаю, это достойная замена. Вокс усмехнулся, хищно сверкнув зубами. — Неужели я и правда настолько хорош на вкус? — Мне нравится само ощущение, даже больше, чем вкус. В твоей крови есть эта восхитительная острота... словно лижешь батарейку. Рот немеет, а язык покалывает. Никогда не пробовал ничего подобного. Это... — Аластор слизнул случайную каплю вина с уголка губ, — ...вызывает привыкание. Глаза Вокса подернулись дымкой, и он почувствовал, как его — к счастью, уже заштопанный — агрегат дернулся от этого жеста. — Да? Хочешь ещё разок? Могу вскрыть вены прямо над твоим бокалом. Он потянулся к ножу, но Аластор остановил его, накрыв ладонь Вокса своей и не спеша убирать руку. — При всей моей... любви к твоему энтузиазму, mon cher, я предпочитаю пробовать тебя в приватной обстановке. К тому же, не хотелось бы портить аппетит. Уверен, наш дорогой Бенджамин не выдержит сравнения, и я останусь разочарованным. Вокс перевернул руку, переплетая их когти. — Тогда прибереги место для десерта. Аластор медленно провел когтем по пульсу на запястье Вокса. — Какая самонадеянность, Винсент. Это всего лишь наше первое свидание. С чего ты взял, что получишь десерт? — О, поверь мне, к концу ночи ты сам будешь умолять меня о десерте, — промурлыкал Вокс. В глазах Аластора заплясали озорные искорки. — Что ж, с нетерпением посмотрю, как ты этого добьёшься.***
Еда была божественной — впрочем, за такие-то бешеные бабки иного и не ждали. «Ад Данте» собрал лучших шеф-поваров. Поговаривали, что саму «каннибальскую» кухню возглавлял легендарный Сони Бин. Аластор не скупился на похвалы, с благоговением вгрызаясь в плоть Бенджамина. Несмотря на то, что это был буквально разделанный человек, Вокса это скорее умиляло, чем пугало. Аластор всегда умел ценить хорошую кухню. На середине трапезы Вокс почуял, что их снимают. Он мгновенно подключился к камерам безопасности ресторана и вычислил источник. Слева от них сидела неприметная парочка грешников-птиц, прятавших микро-камеры в перьях. — Шухер. Папарацци. Слева от нас, — передал Вокс по их общей частоте. Аластор даже бровью не повел. Его взгляд блуждал по залу, нигде не задерживаясь надолго, словно он просто рассеянно осматривался за едой. — Попугаи? Как символично, — отозвался Аластор, пережевывая мясо. Когда тарелки опустели, Аластор снова наполнил свой бокал. — Вина, дорогуша? Вокс потянулся за своим. — Спасибо, детка. Резкий визг помех пронзил его мозг, но улыбка Аластора даже не дрогнула. — МАТЬ ТВОЮ! ТЫ ЧЕ ТВОРИШЬ?! — взревел Вокс. — НЕ. НАЗЫВАЙ. МЕНЯ. ДЕТКОЙ, — прорычал в его сознании голос Аластора, искаженный помехами. — Ты сказал «дорогуша». Почему мне нельзя «детка»? — Вокс изо всех сил старался не кривиться, пока Аластор подливал ему вина. Вслух же Аластор произнёс: — Так чудесно наслаждаться лучшими вещами в жизни, не правда ли, Вокси? Не думаю, что твой бывший партнёр оценил бы столь изысканную атмосферу. Вокс мысленно поморщился. Удар ниже пояса — Аластор специально использовал прозвище, которым его называл Валентино. Окей, намёк понят. Аластор не хотел быть «деткой» по той же причине, по которой Вокс ненавидел, когда его называли «Вокси». Вокс откашлялся. — Давай не будем о Вале. Сегодня вечер только для тебя... дражайший. Аластор едва заметно кивнул в знак одобрения. — И какой прелестный вечер выдался. — Ну, ночь ещё молода. Не желаешь потанцевать? — Вокс встал, протягивая руку. — Как я могу отказать? — ухмыльнулся Аластор, принимая приглашение. Они вышли на танцпол. Несколько пар грешников, покачивавшихся под классику, тут же испарились, завидев Оверлордов. Как и ожидалось, «попугаи» последовали за ними. Вокс знал, что по выходным здесь устраивают шоу, так что зрителей набралось мгновенно. — Свинг, как обычно? — спросил Вокс, игнорируя толпу. Аластор хитро качнул головой. — На самом деле, эти наряды меня вдохновили. Ты случаем не знаешь, как танцевать сальсу? — Еще бы, чёрт возьми, не знать. — Вокс щелкнул пальцами, и из колонок бахнула «Острая Маргарита». Эй, ты моя острая маргарита, детка. Обжигай мне язык, заставляй меня дрожать. Аластор задвигал бедрами в такт, запустив одну руку в волосы, а другую положив на талию. Он резко наклонился, касаясь рукой носка левой туфли, и чувственно провел ладонью вверх по ноге, выпрямляясь. Аластор крутанулся, и Вокс тут же подхватил его за правую руку, закружив снова. Танцевать с Аластором всегда было чем-то интуитивным — то ли из-за общей частоты, то ли из-за взаимного доверия, — они всегда знали, что другой сделает в следующий миг. Поэтому Вокс, не раздумывая, подхватил Аластора за правое бедро и закинул себе на плечо. Аластор поддался движению, словно они репетировали это вечность, картинно застыв в воздухе. Как заправский гимнаст, Аластор сделал сальто назад с плеча Вокса. Тот придерживал его за бедро и руку всё время, пока Олень был в воздухе, чтобы стабилизировать приземление. Аластор мягко опустился на пол, вытянув ногу вверх. Вокс, стоя между раздвинутых бедер Аластора, потянул его за обе руки вверх. Рывок был такой силы, что Аластор снова оторвался от земли и обхватил ногами талию Вокса. Затем Вокс наклонил Аластора в полукруге, так что его черные кончики волос почти коснулись пола, и резко вернул к своему бедру. Когда он отпустил его, Аластор приземлился в идеальном выпаде, их руки всё еще были сцеплены. Ритм сменился, и они разошлись, синхронно двигая бедрами и руками в такт. Кабо, встретил ту девчонку в Кабо (курорт в Мексике). Спустя несколько тактов они снова сошлись. Правая рука Вокса обвила талию Аластора, а левая легла на плечо. Аластор грациозно выпутался из этой ловушки, ныряя под руку Вокса. Тот снова поймал его, закружил и подхватил под мышки, когда Олень эффектно прогнулся назад с раскинутыми руками. Они снова сошлись в объятиях, танцуя лицом к лицу, пока Аластор снова не закружился, запутываясь в их сцепленных руках. Она может стать проблемой. Наверное, мне стоит держаться подальше. На этот раз Аластор дёрнул Вокса на себя, и они оба синхронно крутанулись, разрывая захват. Вокс удерживал левую руку Аластора, пока тот на мгновение замер в позе, прежде чем снова влететь в объятия Теледемона. Вокс подхватил его за талию и левую ногу, вскидывая вверх. Аластор перекинул правую ногу через шею Вокса, а тот придерживал его за спину, пока Олень картинно свисал вниз. Девочка, ты психованная. Даже не смогла дотерпеть до номера. Вокс крутанул их вокруг оси, прежде чем вернуть Аластора в нормальное положение. Затем он резко опустил его, перехватывая за талию и ногу в эффектной позе — Аластор вытянул правую ногу вверх, почти сев на шпагат в воздухе. Вокс опустил его на землю, и они снова разошлись, танцуя по отдельности, теперь еще быстрее. Они впились друг в друга взглядами, двигаясь в такт. Улыбка Аластора стала почти маниакальной от возбуждения. Смешай или дай мне чистым. Заведи меня, заставь сказать (о боже, боже). Вокс крутанулся сам и снова приземлился в объятия Аластора. Они сцепили руки, кружась в безумном вихре. Вокс выпустил его, но тут же положил руки на бедра Аластора, пока тот покачивался в такт. Аластор развернулся к нему лицом, не убирая рук Вокса со своей талии. Вокс широко расставил ноги, и Аластор, положив руки ему на плечи, задвигал бедрами. Последний поворот — и Вокс опускает Аластора в глубокий шпагат прямо перед собой. Шоты, шоты, шоты, шоты, не могу остановиться. Ты — единственный, кого я хочу! Вокс рванул его вверх, и Аластор развернулся, прижавшись спиной к его груди. Они протанцевали так несколько мгновений: левые руки вытянуты, пальцы переплетены у талии Аластора. Затем Вокс снова закружил его, прежде чем они завращались вместе. Сцепив левые руки и обняв друг друга за плечи, они пружинили в такт ритму. Вокс снова крутанул Аластора. Будь на его месте кто-то другой, Вокс бы уже побоялся, что у бедняги закружится голова, но красноволосый, казалось, проживал лучший момент в своей жизни, так что вряд ли его это парило. После очередного пируэта Аластор резко пригнулся и вытянул правую ногу вверх; Вокс подхватил её, подбрасывая его в эффектном «колесе». Затем они снова разошлись, танцуя к самому краю площадки. Они синхронно опустили ладони на стойку — прямо перед носом у снимающих их папарацци. Аластор и Вокс впились друг в друга взглядами, игнорируя испуганное кудахтанье «попугаев», и вызывающе задвигали бёдрами. Достаточно жарко? Да-да, припекает. Мне раздеться? О да, чёрт возьми, раздевайся! Они повернулись к папарацци спиной, продолжая держаться одной рукой за стол и извиваясь в волне всем телом. Схватившись за руки, Вокс снова притянул Аластора к себе. Аластор внезапно упал на колени и медленно провел руками вверх по телу Вокса. У того чуть предохранители не вылетели от того, насколько это было горячо. Аластор оттолкнулся от него и пошел прочь виляющей походкой, оставив ошеломленного Вокса позади. Тот поспешил следом, скользя по полу на одной ноге. Он подхватил Аластора за руки — одну сбоку, другую между ног. Вокс едва успел среагировать, как Аластор крутанулся в воздухе и снова приземлился в идеальный шпагат. Трубы взревели финальный аккорд, и Вокс рывком поднял его на ноги под конец песни. Вокс обхватил талию Аластора, а тот прижал ладони к его экрану; они замерли, соприкоснувшись лбами и тяжело дыша от напряжения. На мгновение Вокс просто провалился в глаза Аластора. Он почти не слышал рев толпы вокруг, взорвавшейся аплодисментами. В этот миг не имело значения ничего, кроме демона в его руках. Вокс не понял, кто двинулся первым, но внезапно они уже целовались. Краем сознания он отметил, что толпа закричала еще громче. Вокс жадно проник языком в рот Аластора, а тот игриво прикусил его — ровно настолько, чтобы пустить кровь и наполнить их рты вкусом жгучей кислоты. Вокс заставил себя отстраниться, вовремя вспомнив о сотнях глаз вокруг. Аластор прильнул к его аудио-рецептору и тихо заурчал: — Что ж, можно смело сказать: им понравилось шоу!