Перерождение в Апокалипсисе: Попаданец в фэнтези-стратегию

      Важность Цитадели трудно переоценить.       Задроты, прописывавшие лор, в мельчайших подробностях расписали, почему она так важна, и никогда не упускали шанса вдолбить это нам в глотку.       Каждая Цитадель была древним логистическим узлом, дарующим благословения и чары всему региону, к которому она была привязана. Это был чистый подарок судьбы для любой цивилизации, обитавшей в этих краях. Урожай на полях зрел вдвое быстрее, сорняки не всходили, а вредители разбегались. Земля при Цитадели не истощалась, фруктовые рощи плодоносили раньше срока, а скот было куда проще разводить.       К тому же, через сеть малых башен, разбросанных по региону – там, где возводились Поселения и Форты, – властитель мог мгновенно связываться со своими наместниками и командирами. И наконец, подданные властителя, владеющего Цитаделью, быстро исцелялись от любых ран, кроме смертельных, лучше сопротивлялись болезням и отличались повышенной выносливостью.       Всё это существовало лишь для того, чтобы объяснить игровые механики.       Почему мои войска лечатся быстрее и дерутся яростнее на моей территории?       Потому что Цитадель.       Почему население не дохнет как мухи, а наоборот, прёт вверх и раздувается с сотни тысяч до миллионов всего за двадцать лет?       Потому что Цитадель.       Откуда столько жратвы, как они так быстро строят и почему у них получается выращивать чудовищных тварей в качестве ездовых зверей?       Потому что Цитадель.       Почему мои войска быстрее маршируют по моим землям и как они вообще понимают, куда идти, если я захватил город за полконтинента от них?       Потому что Цитадель.       Если помнить об этом, становится понятнее, почему Гор был готов возвысить какого-то оборванца почти до уровня знати за один-единственный кусок информации о Цитадели. Цитадель была не просто огромной, почти неразрушимой крепостью. Это был краеугольный камень и уцелевший осколок древней магической цивилизации, которая когда-то правила всей планетой и собиралась править вечно. Тот, кто захватывал хотя бы часть их инфраструктуры, получал шанс завоевать весь мир, а не только континент, и на этом держался весь смысл игры.       У тебя есть шанс захватить весь мир.       Воспользуйся им, или кто-то другой воспользуется им вместо тебя.       Завязка была до ужаса примитивной и скучной, но игра позволяла рубиться с Демоническими Великанами плечом к плечу с полуголыми Тёмными Эльфийками, так что я ставил ей твёрдые 7,5 из 10.       Ох, чёрт.       Тёмные эльфы существовали, как и все прочие задротские фетиши.       Лучше я об этом думать пока не буду. Очень долго не буду.       Ладно, вернёмся к нашим баранам.       Битва за Цитадель.       Обучающая битва.       На экстремальном уровне сложности.       Да, всё это вполне могло закончиться гибелью армии, и лишь Ригерт, возможно, остался бы единственным выжившим.       И к несчастью, меня занесло в ряды войска, а не в штаб.             

***

             — Что ж, парни наверху сделали всё, что могли. Повалили деревья, загнали врага в горловину и обеспечили нам славный, честный бой, — Ригерт разглядывал в длинную подзорную трубу боевые порядки впереди.       Мы расположились на небольшой возвышенности, с которой просматривалось поле боя. Это был не столько холм, сколько лёгкий подъём, но именно вокруг него встал лагерем и укрепился весь караван. Были вырыты неглубокие траншеи, сооружены баррикады, выставлены патрули. Я же торчал в убогом стандартном командном шатре – таком же, какой выдают на старте игры. Как же я ненавидел эту палатку. Стоит добраться до нас хоть одному вражескому батальону/юниту, и мы, считай, трупы.       — Что думаешь, Илиш?       Чёрноволосая воительница, которая с момента выхода из повозки ни на шаг от меня не отходила, подала голос:       — Стандартная тактика. Выманить под обстрел. Удерживать центр. Обойти при возможности. Использовать их число против них же.       Вау, и правда стандарт. Убьют тебя с таким подходом тоже по стандарту. Погодите-ка, а почему ты смотришь на меня?       — Ветра велят спросить мнения Джека, — добавила Илиш.       — О, и почему же?       — Такова воля ветров.       С одной стороны, мне совершенно не хотелось потакать тараканам в голове Илиш: она вполне способна в одиночку вырезать сотню хорошо вооружённых людей.       С другой же стороны, мне совершенно не хотелось проверять на прочность Командный Пункт Нулевого Ранга, который автоматически ломается, если его коснётся хоть один вражеский юнит.       Ладно. Пора форсировать чужой психоз ради собственного выживания!       — Э-э, я мало что понимаю, но там, похоже, полно жуков, да и гоблинов тоже. У них много яда, поэтому никто не любит драться с ними вблизи. Даже кони пугаются.       Я изо всех сил старался, чтобы мои слова звучали как наблюдения уличного беспризорника из дружины. К счастью, все, кто мог бы уличить меня во лжи, были уже мертвы.       — Гоблины и жуки ведь разбегаются, когда много огня, — продолжил я, — так что, может, поджечь их, а уж потом добивать тех, кто останется?       — А ведь это... отличная мысль, парень! — Ригерт не скрывал удивления и взъерошил мне волосы.       Один из его офицеров взглянул на меня с явным облегчением, хотя в начале разговора держал каменное лицо. Ты же в курсе, что мог бы и сам рот открыть, да? Это тебе не современность. Молчание здесь до сих пор легко принимают за согласие! Да что там, некоторых, кто хоть немного спорит, самые отмороженные считают просто «бойкими»!       — Позвать магов и собрать всё ламповое масло, какое можем выделить. И тащи сюда всех лучников, каких найдёшь!       — Есть, господин!       Лейтенант умчался, и я остался доволен.       Этого преимущества для нынешней схватки хватало. Даже если дальше они будут действовать по шаблону против той части роя, что не сломается и не сбежит, погибнет от силы половина их армии.       Стоп. Ригерт запросил лучников?       Он бы стал так заморачиваться только в одном случае: если может наложить на их атаки огненное усиление!       Это... это значит, что он уже открыл Третий Ранг в своём дереве навыков?!       Я мог не помнить, у кого когда день рождения, но, чёрт возьми, я идеально знал все деревья прокачки этой кучи пикселей! Более того, я наизусть помнил билды навыков каждого Особого Юнита!       И да, личной жизни у меня не было!       Так, вернёмся к ситуации.       По лагерю по приказу Ригерта закипела бурная деятельность. К передовой подкатывали бочки, в первых рядах раздавали факелы. Но всё моё внимание было приковано к трём полноценным Юнитам Лучников, строившимся неподалёку. Лёгкая защита, кожаные жилеты и шлемы-котелки, но вид у них был бывалый: мощные спины и руки, закалённые постоянной стрельбой.       В общем и целом, они являлись лучшими юнитами на раннем этапе игры, которые были доступны человеческим фракциям.       Выкусите, эльфы. Ваши лучники, конечно, начинаются с Третьего Ранга и круче по всем параметрам, но это лишь значит, что в ранней игре они бесполезны и служат кормом для скоростных фланговых юнитов и заклинаний, ха-ха!       Погодите... все эти снайперские монстры в этом мире реальны! Вот дерьмо!       — Отлично. Давненько я не практиковался, но годы в Академии всё же не прошли даром, — Ригерт одной рукой указал на собравшихся, а другой раскрыл прикованный к бедру фолиант.       Его ладонь окутало свечение, над страницами книги всплыли буквы. Это была магия... стоп, он только что сказал «Академия»?! Зона апгрейдов из середины игры работает уже сейчас?! Да ну нахрен!       — Как там было? Хм. Кажется, так: О дух пламени, надели орудия этих мужей своей яростью!       Бла-бла-бла, оружие трёхсот человек получило зачарование на огненный урон поверх физического.       Что, в общем-то, было впечатляющим пренебрежением законами физики: оказывается, энергией можно манипулировать через жесты и визуализацию.       Но мне было насрать, потому что до меня кое-что дошло.       По лору на Академию напали в самом начале всего замеса, чтобы она не досталась никому. Ей грозило уничтожение, поэтому маги обрубили связь со всем континентом и запечатали себя. Середина же игры начиналась тогда, когда у всех уже были армии в десятки тысяч, население росло как на дрожжах, и Академия не могла надеяться сдержать натиск, поэтому она становилась нейтральной локацией, обучающей всех подряд, пока её не сносила угроза конца игры! После этого, чтобы тренировать юнитов, приходилось строить Чудо Света в одном из городов и платить двойную цену за каждый апгрейд!       Если всё это работает сейчас, когда события только начинаются, то... у меня есть шанс попасть туда и выучить что-нибудь, что сохранит мне жизнь!       Вот только плебсу вроде меня туда можно попасть лишь через покровителя и имея нужные заслуги!       С первым у меня, похоже, складывалось, а вот насчёт заслуг... шевелить жопой надо было ещё вчера!       Я дёрнул Ригерта за рукав, лихорадочно перебирая в голове всё, что можно сделать в ранней игре для получения максимального преимущества, и как приписать все заслуги себе.       — Господин, смотрите туда! — я указал примерно в ту сторону, где должен был находиться босс этой поганой мусорной кучи мобов. Местоположение я знал, потому что переигрывал эту битву сотни раз ради лута, который терялся, если пропустить босса. Сейчас я почти ничего не видел, хотя зрение в этой жизни у меня было лучше прежнего (очки мне больше не нужны, ура-ура!) — Там здоровенный гоблин!       — А? — Ригерт быстро вскинул трубу и направил её туда, куда я тыкал пальцем. Я надеялся, что он заметит первого вражеского Особого Юнита. — И правда. А ты глазастый, малец. Похож он на одну из тех редких колдующих тварей, прямо-таки порочный союз ребёнка и тролля.       Я постарался не представлять, кто в этой паре был мамой, а кто папой, и просто выдал информацию, которая, как я знал, была важна.       — Прошлый главарь нашей дружины говорил, что этого нужно убить обязательно. Мол, что-то важное у него.       В сценарных битвах убийство вражеского Особого Юнита своими собственными Юнитами всегда давало награду. В обучении это был бонус к урону против всех нейтральных монстров и буст региона на десять ходов, вроде повышенного производства, больше еды и золота. Ну и, конечно же, выпадал предмет экипировки.       — Посох, кажется.       — Хм, ты прав. Он что-то тащит. Что-то древнее. Клянусь богами, парень, по-моему, это артефакт! — лёгкое удивление на лице Ригерта сменилось пугающим восторгом. Широкая ухмылка разрезала его лицо, он глянул на меня и положил свои тяжеленные лапищи мне на плечи. — Если это то, о чём я думаю, твоя жизнь изменится навсегда!       О нет, не-не-не.       Такую вещь я себе брать не буду!       — Я-я не хочу брать что-то настолько важное. Можете просто дать мне немножко золота, господин! — выпалил я.       Артефактами называлась внутриигровая экипировка. Их находили в руинах, отправляя туда Чемпионов в рейтинговых матчах, и в таких играх они всегда были одинаковыми. В нерейтинговых матчах выпадала головокружительная мешанина из сотни с лишним предметов с несбалансированными статами и случайными эффектами, причём падали они как в руинах, так и в ходе Событий. Впрочем, мне было всё равно. Я просто хотел, чтобы мне засчитали обнаружение. Обнаружение, а не владение! Владелец такой штуки становится мишенью.       — Я просто думаю, что вам оно нужнее!       — Ха! Ещё бы оно мне не было нужно! Да и кто бы отказался?! Коня мне! Всем по сёдлам! — рявкнул Ригерт, шагнув вперёд.       Тут же подскочили помощники, нёсшие элементы доспехов. Ригерт развёл руки, и вскоре был закован в латы с ног до головы. Илиш тоже быстро облачилась в броню, затем были принесены посадочные табуреты и подвели боевых коней. Я думал, они поедут одни, но многие из нашей маленькой командной группы тоже начали надевать доспехи. Прежде чем я успел сообразить, что происходит, чья-то огромная ручища подхватила меня и усадила в седло перед Илиш. Эй, я вообще-то не хоббит, я всамделишный ребёнок, если что!       — Атакуем сразу, как проломим им фронт!       Погодите секунду, я на это не подписывался!       — Я не... мммф!?       — Ветра велят беречь тебя ценой собственной жизни. Надень шлем.       НЕТ! Это как раз верный способ сдохнуть! В RTS-играх первыми убивают тех, у кого шлемы закрывают физиономии! Снимите с меня это дерьмо! Сними-и-и-ите!       Стянуть шлем я не успел: Илиш и все остальные тронулись с места, и вскоре мы неслись слишком быстро, чтобы я мог спрыгнуть с лошади и выжить.       Ну что же, прощай, безопасный командный пункт.       И здравствуй, поле боя.       Я ведь сейчас сдохну, да?              

***

             Грохот копыт, вбивающих землю.       Визг гигантских насекомых и гоблинов.       Смрад крови и ощущение брызг на лице.       Бушующий ветер, полный ошмётков плоти.       Рёв, в котором тонули стук копыт, хрип лошадей, звон металла о плоть и хруст ломающихся костей.       Непрекращающееся движение, чувство единства с лавиной атаки и расступающаяся толпа, которая ничего не может вам противопоставить.       Я почти ничего не видел перед собой: обзор закрывала то вздымающаяся, то опускающаяся голова коня, закованная в металл. Справа от меня мелькала рука Илиш, сжимающая кавалерийский палаш. Каждый её взмах рассекал врага, который не успел упасть под тяжестью кавалерийского броска, её усиленное магией орудие врезалось в строй, уже и так разорванный огненным обстрелом и ощетинившейся пиками пехотой.       Её рука поднималась и опускалась с идеальной точностью, каждый раз с лёгкостью убивая гоблина или гигантского паука, и её рука ни разу не дрогнула.       В игре было забавно наблюдать, как Особый Юнит на маунте в доспехах прорезает толпу стартовых нейтральных мобов. Игроки делились скриншотами, где счётчик убийств за один бой переваливал за сотню.       В реальности же я не мог заставить себя смотреть на правый край клина атаки, потому что каждый раз, когда я туда глядел, кто-то умирал с той лёгкостью, которая просто не укладывалась в голове.       Но дочь не шла ни в какое сравнение с отцом.       Я с первой встречи понял, что Ригерт тот ещё монстр, но на поле боя это было нечто совершенно иное. Я знал, что он мог бы в одиночку вынести всю эту армию, пока остальные стояли бы в сторонке и просто охраняли своего господина. Он выжил бы с десятью процентами здоровья, сэкономив здоровье всем остальным и нафармив Опыт для мемного раша в ранней игре, который контрится только заведомой разведкой.       Вот только это была не игра, и я дал ему все возможные преимущества, чтобы облегчить задачу.       И, судя по всему, он был куда сильнее, чем положено на старте.       Так что, разумеется, на острие колонны тяжёлой кавалерии... Ригерт заставлял море чудовищ расступаться перед каждым взмахом своей глефы.       Пятеро монстров умирали от одного удара: их разрубало пополам, превращая в искорёженные туши и изрыгающие потроха, а ещё троих справа и слева просто сносило ударной волной, ломая им кости изнутри. В игре было ржачно смотреть, как мелкие мобы разлетаются во все стороны от удара перекачанного позднеигрового юнита с «Рассечением» и «Рывком».       Сейчас это было не смешно, а до ужаса страшно.       Ригерт махал глефой так же естественно, как дышал; он убивал не меньше дюжины тварей каждым ударом, и всё это – на чистых рефлексах.       За считанные минуты мы добрались до предводителя гоблинов, которого туториал подавал как первого босса для игрока.       Тот должен был познакомить с механикой поединков, научить, что армии должны сражаться с армиями, а герои – с героями.       Ригерт на секунду замер и, вместо горизонтального удара, рассёк гоблинского предводителя вертикально пополам, вогнав лезвие глефы в землю так, что осталась воронка.       Мгновение спустя артефакт существа взмыл к нему... и он с улыбкой швырнул его мне, наплевав на мою просьбу не делать меня владельцем.       Я не мог отказаться.       Этот мужик был настоящим чудовищем... и все его коллеги по цеху, вероятно, были такими же.       Кто-то мог бы подумать, что так даже лучше.       Что у этого мира больше шансов пережить кризис конца игры.       Но я знал правду.       Это была катастрофа.       Все эти люди вцепятся друг другу в глотки, будут использовать Чемпионов и заклинания из поздней стадий игры, в то время как их армии будут состоять из перворангового мяса.       Первого Ранга, который нельзя восполнить, просто кинув золота в здание, какими бы крутыми ни были Цитадели.       Весь этот континент утонет в крови и захлебнётся трупами ещё до того, как наступит финальный кризис.