Перерождение в Апокалипсисе: Попаданец в фэнтези-стратегию

      Как только с Академией оказывается покончено и её место занимает позднеигровая фракция, прихватив все пахотные земли и преимущества ландшафта, весь регион фактически превращается в финальный уровень игры. Позднеигровая фракция напичкивает округу топовой обороной, врубает все полевые эффекты, которые бафают своих и дебафают чужих, и начинает поднимать сооружения Древних. Что является удобнейшим способом бустануть эту самую фракцию до уровня угрозы, которую уже не переедешь катком, прямо как во времена версии 0.5.       Эх, славные были деньки.       Как бы то ни было, позднеигровые локации с врагами конца игры, само собой, набиты данжами конца игры с лутом. Да, вашим Чемпионам нужны высокие уровни, хорошая экипировка и сопровождение из элитных бойцов, но зато они могут шастать по обновлённым руинам Древних за сладким-пресладким лутом. Насколько сладким? В среднем в данжах конца игры падает Фиолетовый лут. Шанс на этот супер-рарный дроп – шестьдесят процентов. Синие, рангом ниже – двадцать процентов. Оставшиеся двадцать – сплошь Оранжевые, Мифические и самый жир.       И да.       Разрабы нарочно дали Мифическому и Редкому луту одинаковый шанс дропа, чтобы потом ржать над постами на форуме. Не выпала легендарка – получишь либо рарку, либо мифик; а если выпала рарка, ты, считай, проиграл дважды.       Снова снимаю шляпу перед этими ленивыми ублюдками, даже если им лень балансить ванильных чемпионов.       О чём это я?       Ах да.       Надо залутать всё вокруг Академии, пока это место не превратили в Крепость Смерти.       Поскольку меня не ограничивали игровые механики, позволяющие посылать в руины лишь одного Чемпиона и один Юнит, я решил попробовать немного позднеигровой всякой всячины прямо без отрыва от учебы.       Не добуду желаемое, тогда хоть мои войска наберутся Опыта.       Добуду – пусть даже с потерями – и у меня на руках будет шмот конца игры ещё до того, как стартанёт этап середины игры.       Риск в целом невелик, любой приз хорош, так чего колебаться?       Что-что?       Все решат, что я властолюбивый псих с манией величия и полным отсутствием социальных навыков, и моя репутация рухнет, стоит мне выйти за врата Академии?       Да кому не похрен?       Либо у меня будут суперсолдаты и супербафнутые Чемпионы, либо суперимбовые Артефакты.       А все остальные пусть хоть кирпичами срут, ноют и рыдают в подушку сколько влезет.       Я в любом случае получу то, что мне нужно.             

***

             В стартовых регионах руины Древних являлись внешними форпостами или схронами, построенными во время их апокалипсиса. Цитадели же служили логистическими вышками: они обеспечивали окрестности, совмещая функции административных центров, госпиталей и агрокомплексов. Дозорные башни в регионах соединялись с ними в единую охранную сеть и узлы распространения информации. И те, и другие ушли под землю, законсервированные Древними, чтобы ничего не досталось врагу; форпосты же использовали до полного износа, а затем строили новые убежища для ведения партизанской войны.       Иначе говоря, в стартовых локациях мы мародёрили на остатках последних опорных пунктов и убежищ Древних.       Белый и Зелёный шмот.       Или, выражаясь по-геймерски: «статы норм, ладно!?»       Шанс выпадения годноты – того, что ты заберёшь, даже если оно не подходит твоей фракции, и ни за что не отдашь союзникам – за пределами центрального региона Академии составляет около 10%. Кажется, что это много, особенно учитывая, что в каждом стартовом регионе есть пара-тройка десятков точек спавна. Но в контексте это ни о чём: большинство кампаний длится в среднем сотню ходов, и удачный или неудачный спавн артефакта в начале фактически определяет весь твой стиль игры.       Короче говоря, в регионе Академии шанс спавна топовых Артефактов на 10% выше, и это всегда круче по сравнению с тем, что можно достать в стартовых зонах.       Я был бы круглым дураком, если бы не рискнул захватить хоть один такой Артефакт.       Вот я и занялся захватом одним за другим.       К счастью, отсутствие ограничений игровых механик, привлечение экспертов и утроенное число Чемпионов помогли куда больше, чем я ожидал.       — Голем!       — Разберусь, — Илиш рванула мимо меня на крик Риты. Она была похожа на закованного в броню титана с двуручным мечом; с её плеч свисали изорванные табард и плащ. Одним взмахом клинка она отсекла руку пятиметровому созданию из камня и магии, свалившемуся с потолка, чтобы размолоть нас. Вторым ударом она разрубила чудовище пополам, расколов ядро того и устранив угрозу. — Возвращаюсь в тыл, на усиление.       — Давай! — рявкнул я подтверждение.       Стоило ей на миг покинуть арьергард, как потери тут же подскочили. Я обливался потом от непрерывного хила, но благодаря опыту и тренировкам с полевой медициной усталость была терпимой. Ощущения напоминали хвост сорокавосьмичасового игрового марафона: мозги шипят, глаза готовы выскочить из орбит, но я держался. Чудеса здорового, натренированного и, главное, молодого тела. Скорее всего, именно молодость тащила на себе львиную долю нагрузки.       — Рита, мы почти дошли! Переходи на лучшие стрелы!       — Есть, Повелитель!       Микроконтроль сам по себе та ещё задача, а делать это, командуя целой армией – сущий ад. Да, у меня была пара офицеров, но они закреплены за отрядами и решали проблемы на местах. Сложность была в том, что мне приходилось отдавать приказы офицерам и одновременно управлять Ритой и Илиш. В любой RTS это плёвое дело благодаря биндам и знанию интерфейса. Я не кореец, мой APM не зашкаливает за сотни, но микроконтроля мне хватало даже для самых брутальных кампаний... однако в реальности управлять целой командой, параллельно выполняя свою работу, казалось сизифовым трудом.       И всё же я справлялся.       — Ещё одна волна на подходе, господин!       — Мы почти у ворот. Палите всем, что осталось!       — Так точно!       Получив приказ, маги перестали экономить силы. Сгустки концентрированного, видимого глазом ветра полетели в наседающих кобольдов. Эти твари обитали в недрах мира по соседству с гоблинами и прочими вредителями. Плодились они быстро, имели природную шкуру с чешуёй и находились на племенном уровне развития – то есть умели воевать, торговать между кланами и имели собственную культуру выживания во тьме.       Иными словами, мы из последних сил держали строй в глубинах, отбиваясь от цунами застрельщиков с копьями и щитами.       Без преимущества огнестрела и запасов патронов.       Эх, что бы я отдал за армию империалистских стрелков.       Полцарства за десять тысяч бойцов, способных выдать «десятку беглым» по дальним целям и положить десять разных мишеней.       Как бы то ни было, я отхилил уже практически всех присутствующих, кроме Илиш и Риты, раз по десять каждого.       Мощные порывы ветра пронеслись по туннелям, сметая преследователей. Это была самая безопасная магия для замкнутых пространств, и при том разрушительная. Ударные волны были рассчитаны на то, чтобы сбивать летучую кавалерию: достаточно быстрые, чтобы уклониться могли только асы пилотажа, и достаточно мощные, чтобы разрывать в воздухе магических тварей весом в сотни килограммов. Каждый залп мага вдоль туннеля подбрасывал в воздух десятки кобольдов. Передних просто разрывало на части, их собственные кости и оружие превращались в шрапнель, а тех, кто стоял рядом, швыряло на стены туннеля, словно ураганом, размазывая при ударе.       Большинство, впрочем, не умирало сразу.       Их просто калечило атакой, а затем затаптывала непрекращающаяся лавина их же сородичей.       Мы были живы только благодаря Илиш: каждый её взмах валил целые ряды тварей, но даже так они порой просачивались мимо неё и врезались в наш арьергард. Это случалось достаточно часто, так что мне приходилось лечить каждого из бойцов снова и снова. И чем глубже мы заходили, тем чаще это происходило. Как только щиты кобольдов становились слишком тяжёлыми от застрявших снарядов, они их бросали, что в итоге приводило к поломке брони или удачному удару сквозь их шкуру.       Рита же была нашим главным дамагером по одиночным целям, так что она занималась боссами... и отлично справлялась со всем, что не носило броню.       Её стрелы прошивали гигантских пауков насквозь, оставляя жуткие раны, из которых сочилась зелёная кровь. Стоило ей достать ножи, и Чемпионы кобольдов превращались в фарш у её ног. Большинство автоматических систем обороны Древних получали стрелу в сенсор еще до активации.       Два дамагера, несколько танков и один хилер на всех.       Естественно, мне оставалось только скрипеть зубами и терпеть, будучи единственным целителем и главным командиром, но какой у меня был выбор?       Отказаться от сладкого-пресладкого лута?       С этой мыслью мы продолжали идти вперёд, в неизвестность, пока не добрались до цели.       Мастерская Древних.       Разрушенная и заброшенная – пока не случится апокалипсис и виновники торжества её не починят, – но это неважно.       Важно было то, что внутри наверняка есть кое-что, что я хочу заполучить любой ценой.       

***

             Интерлюдия: Ханроу       — На что я смотрю? И почему из-за этого Джек называет меня «везучим сукиным сыном»?       Я поднял бровь, пока Ригерт с трепетом разглядывал свёрток. Он со своими людьми вернулся к Холмам Когтя, чтобы сдать находки, и я вызвал его объяснить, что именно Джек вместе с остальными откопал в глубинах руин, подконтрольных Академии.       — Я бы назвал тебя так же, ибо это одна из ценнейших вещей Древних для их лучших разведчиков. Плащ-невидимка.       — Выглядит он вполне видимым.       — Надень и поймёшь, — Ригерт указал на предмет, и я взял его в руки.       Тепло перетекло от моей ладони в широкий отрез ткани, с виду совершенно обычной. В одно мгновение материя изменилась, истончилась и разрослась, пока не накрыла всё моё тело, образовав даже капюшон и маску. Я нахмурился от того, как глупо это, должно быть, выглядело, но в глазах Ригерта не было и тени насмешки.       Я продолжил и надел его полностью... и при малейшем оттоке моей силы плащ сменил цвет, идеально мимикрируя под окружение.       — Состояние безупречное. Я не слышу даже твоего сердцебиения, хоть и напрягаю слух изо всех сил... и он активно мешает мне тебя видеть. Даже если тебя как-то обнаружат магией, плащ, скорее всего, будет сопротивляться, ослепляя врагов вихрем лишней информации, — Ригерт ходил вокруг меня, но его привычное чувство дистанции сбилось. Он не знал, где именно я нахожусь, хотя я чувствовал себя совершенно естественно. Я пользовался невидимостью раньше. Для этого требовалась дюжина магов, и даже тогда приходилось следить за каждым звуком, а прозрачность лишь затрудняла движения. — Постой-ка... достань оружие, Ханроу.       Я послушался, выхватив кинжал из рукава, и ткань мгновенно обтянула меня. Перчатки идеально легли на мои пальцы, капюшон и маска сомкнулись в герметичное полотно, сквозь которое я всё прекрасно видел. Ощущение было такое, будто поверх одежды я надел идеально подогнанную броню... и хотя она не казалась прочной, внутри я чувствовал себя в безопасности. Затем я заметил, что плащ покрыл тончайшей плёнкой и мой кинжал... и стоило мне подумать об ударе, как лезвие на миг обнажилось, чтобы тут же исчезнуть снова.       Я не удержался.       — Понятно. Джек завидует.       — А кто бы не завидовал!? На тебе доспех древних героев! Тебя не увидит магия, тебя не услышат уши, и только лучшие из лучших смогут надеяться тебя отыскать, — Ригерт аж светился от восторга. Он неуклюже попытался схватить меня за плечи, но я мысленным усилием отключил плащ. — Это идеально для твоих нынешних миссий...       Я покачал головой.       — Нет. Джек ошибся. Эта вещь нужнее ему, чтобы скрывать его, когда потребуется, а не мне, — я снял плащ, и у Ригерта отвисла челюсть. Его одержимость чудесами Древних пересилила здравый смысл. Я уделил минуту, чтобы объяснить ему суть дела. — Я полностью уверен в своей способности оставаться невидимым и незамеченным. Эта маскировка и защита сослужат лучшую службу нашему лучшему целителю и нашей главной ставке на будущее.       Джек.       Я не произнёс его имени, но Ригерт вскоре обрёл дар речи в святилище под Цитаделью, где я проводил свои дни.       — Я... я понимаю, но, может, стоит подумать? С этой силой ты снова будешь способен на очень многое.       — Не сомневаюсь, что Артефакты огромной мощи представляют великую ценность для воинов и магов, но для людей моего ремесла это инструменты, которые нужно использовать редко и с осторожностью.       Я потерял больше товарищей, чем хочу вспоминать, из-за того, что они полагались на магию и Артефакты. Такое притупляет разум, предлагает слишком простые ответы, тогда как в полевых условиях важнее всего умение мыслить нестандартно. Найти лазейку там, где никто не ждёт, проскользнуть в нужный момент и исчезнуть секундой позже, и, наконец, убить, пройдя через всю крепость незамеченным. Всё это достигается планированием, осторожностью, мастерством, удачей и знанием того, когда нужно отступить и признать неудачу. Артефакты и магия слишком мутят эту воду.       — К тому же, моё время как тихого убийцы давно прошло. Пусть этот плащ лучше послужит безопасности нашей инвестиции.       Ригерт долго молчал, прежде чем ответить.       — И как ты собираешься удержать его, если мы отдадим ему это? Похоже, он из соображений эффективности прислал его тебе... но если вернуть...       Я долго обдумывал вопрос друга, затем кивнул и ответил:       — Мы вернём плащ ему, когда он сам вернётся, и у него не будет иного выбора, кроме как остаться.       — Умно. А между тем...       Ригерт подзадоривал меня, и я нахмурился, видя возвращающуюся ухмылку на его лице.       — Ладно. Я воспользуюсь им. Дел у нас всё равно хватает, — проворчал я, на что Ригерт издал единственный громкий, гулкий смешок. Я уклонился от его попытки хлопнуть меня по спине в знак поздравления. Вместо этого я перевёл взгляд на карту континента, предоставленную Цитаделью. Мой взор притянула третья поднявшаяся Цитадель. Цитадель Завоевателей. — Думается мне, пришло время взглянуть, как на самом деле мыслят наши горделивые друзья, и узнать, прав ли Джек снова, или же он опять ошибся.       — Ты всё ещё считаешь ошибкой то, что он прислал Артефакт тебе?       — Умолкни.       Ригерт тихо рассмеялся в ответ на мой свирепый взгляд, пока я изо всех сил старался игнорировать искушение и преимущества, которые давал присланный мне Артефакт.       С каждым днём Джек становился всё внушительнее.       А я с нетерпением ждал того дня, когда смогу передать ему своё бремя.